The Summer of Love

      Глаз дергался уже с полтора часа — и это было вовсе не образное выражение: Леви то и дело тер веко, чтобы мышца расслабилась, но она вновь и вновь начинала сокращаться. И присутствие Ханджи в кабинете явно имело к этому отношение. Она поднялась из кресла, отошла к столу с чайными принадлежностями и принялась нюхать бумажные порционные конвертики с чаем, как проклятые лейбористы наверняка нюхали подаренные им сигары в провонявших дымом еще со времен Черчилля кулуарах Вестминстера, пусть они живут долго и счастливо и продолжают покупать у Леви чай.       – ...Вообще-то я думала, что ты сегодня закончишь пораньше, – Ханджи развернулась к Леви лицом, но он проигнорировал ее, наблюдая за тем, как один из конвертиков исчезает в кармане ее пиджака. Чертова клептоманка. Будто он платил ей недостаточно, чтобы она могла позволить себе купить чай в его магазине.       – С чего бы? – приподнял бровь Леви, встретив ее взгляд. – И верни чай на место. Эрен его любит. – Ложь — он вообще предпочитал кофе, но Ханджи души не чаяла в Эрене, так что попробовать сыграть на ее чувствах стоило.       – У тебя целый магазин чая, – фыркнула она и сунула в карман — уже совершенно не стесняясь — целую горсть конвертиков. – Сегодня праздник, – вернулась к предыдущей теме разговора она и села обратно в кресло напротив стола Леви.       Он посмотрел на настольный календарь и нахмурился. Никаких пометок в нем не было, значит, праздник не государственный, да и вообще, какая разница? Он не отмечал никакие праздники — он даже Рождество никак особо не отмечал до тех пор, пока Эрен не въехал в его квартиру.       – День Святого Валентина, – плоским голосом произнесла Ханджи, догадавшись, что ждать озарения от Леви не стоит. – Думала, ты забронировал милый ресторанчик, и поедешь домой пораньше, чтобы подготовить гнездышко для целой ночи любви со своим Адонисом. Лепестки роз там, масло для массажа, свечи...       – Ректальные? – уточнил Леви.       – Ароматические, идиот, – вздохнула Ханджи.       – Это небезопасно.       – Зато романтично!       – Сгореть к хренам во время секса? – уставился на нее Леви. – Коронеры обязательно сделают пометку «Сдохли очень романтично», когда будут описывать наши трупы.       – Ты снова делаешь это.       – Беспокоюсь о безопасности?       – Уводишь разговор в сторону. Ты ни черта не подготовил, да? Это ваш первый день Святого Валентина! Эрен наверняка ждет, что ты...       – Он прекрасно меня знает и точно ничего не ждет, – возразил Леви, и он был уверен, что не ошибался. Если на то пошло, то это именно Эрен что-то готовил для сегодняшнего вечера, и сейчас Леви припоминал их разговор с неделю назад с просьбой Эрена не задерживаться в пятницу, четырнадцатого.       – Но ты мог бы постараться, знаешь. Ради своего супруга, – Ханджи выразительно уставилась на него, что со стороны выглядело так, будто у нее припадок или давление в черепной коробке настолько высокое, что глаза грозились вывалиться из глазниц.       – Куплю ему цветы, – пожал плечами Леви.       – Вау, – невпечатленно выдохнула Ханджи. – Да ты у нас романтик.       – А что ты предлагаешь? Снять комнату с БДСМ-девайсами? По-быстрому устроить путешествие вокруг света? Золотую анальную пробку, инкрустированную бриллиантами, подарить? – начал заводиться Леви. – Я не представляю, что можно подарить на праздник, придуманный исключительно в коммерческих целях.       – И что он в тебе нашел? – покачала головой Ханджи.       – Не знаю, но, очевидно, я его устраиваю таким, какой есть, – развел руками Леви и поднялся из кресла. – Катись отсюда. Мне домой пора.       – Вот и умница, – улыбнулась Ханджи. – И все же купи цветы — нужно начинать с малого, пусть и банального.       – А ты какого черта торчишь у меня, а не в каком-нибудь доме престарелых в поисках богатого старика, который оставит тебе в наследство свой мешочек с бочонками для лото, урну с прахом и несмывающийся запах старости на коже?       – Чтобы ты знал, у меня в восемь свидание с невероятно горячим мужчиной...       – Пересматривать «Дневник памяти» с Райаном Гослингом, сидя на диване в пижамных штанах, давясь соплями и растаявшим мороженым — вообще ничего общего со свиданием не имеет. Это так, для информации.       – А вот и нет!       – Нет — не «Дневник памяти» или нет — не фильм с Гослингом? – уточнил Леви, надевая пальто и повязывая шарф на шее. Ханджи что-то неразборчиво пробормотала, и Леви ухмыльнулся: – Что-что? Я не расслышал.       – «Мои черничные ночи» с Джудом Лоу, – недовольно проворчала Ханджи, и Леви рассмеялся.       – И она дает мне советы, – протянул он и направился на выход из кабинета, подхватив свою сумку.       – Я не хочу, чтобы ты все испортил, когда у тебя под боком реинкарнация Аполлона!       – Он с удовольствием примет в качестве подарка минет, – пожал плечами Леви.       – Господи, Леви...       – Говорю, как мужчина, у которого были отношения с другими мужчинами и до Эрена: минет — идеальный знак внимания. Запиши это себе куда-нибудь, вдруг пригодится в будущем. И если когда-нибудь встанет вопрос что подарить: набор для бритья или носки с идиотским принтом — выбирай минет. Не прогадаешь, – Леви премило улыбнулся и открыл перед Ханджи дверь.       – Будет немного странно, если вместо носков с Гринчем на следующее Рождество я предложу тебе отсос, не думаешь? – прищурилась Ханджи, проходя мимо, и Леви рассмеялся.       – Как знаешь.       Ханджи чуть не споткнулась, услышав его ответ, и Леви подхватил ее под локоть.       – Даже не думай сейчас приплетать Эрена и его возможную реакцию на мои слова — у него ровно такое же идиотское чувство юмора, – добавил он, закрывая кабинет на ключ. – Думаю, он бы сказал, что хотел бы посмотреть, – Леви ухмыльнулся, глянув на Ханджи, и она, наконец, рассмеялась.       – Я иногда забываю, что вы оба — абсолютно отвратительные похабные мерзавцы. Забудь о моих словах, просто отсоси ему. Ты прав, он наверняка будет на седьмом небе от счастья.       Телефон в кармане Леви завибрировал, и он достал его.       «Ты ведь не задержишься?»       – Я полетел, Эрен уже ждет, – произнес Леви и почти выскочил из магазина, оставив Ханджи общаться с управляющим, на ходу набрав ответ, что постарается как можно скорее вернуться домой.

—

      По пути он заехал в цветочный магазин — к его счастью, очередь в нем была не такой жутко длинной, какой могла бы, и запас цветов был достаточным, чтобы не приходилось выбирать из совсем уж потрепанных остатков после грандиозных продаж днем. Он быстро пробежался взглядом по витрине, пока ждал очередь, и без сомнений указал на вазу с подсолнухами, когда его спросили, что он выбрал.       – Все.       – Как вам их упаковать?       – Никак.       Он бы не стал просить составлять из них букет и как-то упаковывать, даже если бы у него было время — Эрену в этом смысле нравилась естественность.       Леви расплатился за подсолнухи и рванул домой. Он даже не стал заезжать в магазин, чтобы купить вино: Эрен готовил ужин сам и вино явно тоже уже подобрал к основному блюду — Леви в этом не сомневался и потому предложение Ханжи с бронью стола в ресторане встретил со скепсисом. Они ходили в рестораны, только если были не в Лондоне — во всех остальных случаях Эрен готовил сам. Его хобби. Или фетиш, учитывая, с каким удовольствием Эрен этим занимался — иногда Леви возбуждался, просто наблюдая за тем, как Эрен любовно отбивает мясо или замешивает тесто, или просто расставляет ингредиенты на столе, будто это все — прелюдия и в итоге он трахнет готовое блюдо.       Леви вошел в дом и тут же почувствовал запах готовой еды. Он долго привыкал к этому, когда они съехались, и каждый раз удивлялся, что в пустом доме, который он оставил еще утром, могло пахнуть так вкусно, но теперь это отзывалось теплом и трепетом в груди. Его ждали. К его приходу готовились. Безумно приятное ощущение.       На кухне негромко играла музыка, и Леви, сняв верхнюю одежду и обувь, крадучись пошел на звук и запах и застал Эрена у посудомоечной машины — судя по таймеру на ней, он только-только запустил цикл. Леви окинул его взглядом и улыбнулся: в фартуке, с собранными в пучок волосами, в трениках и футболке — никакого официоза даже по случаю праздника и романтического ужина. Уже привычный, домашний Эрен, которого хотелось обнять со спины, уткнуться лицом между лопаток и забраться холодными руками под футболку, чтобы почувствовать, как мгновенно отреагируют на прикосновение его соски.       Леви осторожно отложил цветы и подошел к пританцовывающему Эрену, скользнув ладонями по его бедрам — он вздрогнул, но тут же расслабился и улыбнулся, глянув через плечо.       – Привет, чудовище, – прошептал Леви и уткнулся лицом между лопаток, вдыхая его запах. – Я совсем забыл про этот праздник, так что с меня только цветы и умопомрачительный минет после ужина.       Эрен усмехнулся.       – А, может, в качестве аперитива? Стол накрыт, ужин готов — только мясу нужно немного остыть, и можем садиться, так что у нас есть двадцать минут.       Леви ухмыльнулся, его ладони скользнули под резинку треников, под которыми — к удовольствию Леви — не было белья, и накрыли член и яйца.       – Это точно простимулирует аппетит, только не уверен, что тот, что отвечает за еду, – стягивая треники с бедер Эрена, пробормотал в его спину Леви и тут же сжал в ладонях подтянутые ягодицы.       – Еду можно повторно разогреть, – отмахнулся Эрен и развернулся к нему лицом. – Привет, – он наклонился для поцелуя — страстного, голодного, и Леви с улыбкой прервал его спустя пару секунд, опускаясь на колени.       Не только у него разыгрался аппетит.       – Кто-то проголодался, – заметил Леви, оглаживая член.       – Весь день смаковал фантазии, – усмехнулся Эрен, приваливаясь задницей к посудомоечной машине. – Мариновался в них.       – Какую степень прожарки предпочтешь? – Леви оторвал взгляд от члена перед собой и посмотрел вверх.       Эрен шатко выдохнул.       – Та, при которой мясо пережаривают.       Леви приподнял бровь и скользнул одной рукой между его бедер — Эрен расставил ноги шире, открывая доступ, и пальцы коснулись основания пробки. Уголки губ Эрена поползли вверх, но он старательно прятал улыбку, кусая нижнюю губу, а Леви, насладившись выражением его лица, оставил поцелуй у основания члена и прихватил кожу на нем губами, прошептав после:       – Ужин и правда придется заново разогревать...