Том Ветра: Тень над Мондтштадтом

      Мондтштадт. Легендарный вольный город на пересечении большинства торговых путей на континенте. Знаменитый своими винами, гостеприимством и уникальной архитектурой, он привлекает путешественников со всего мира.       Однако, в последние месяцы популярность крепости, что возвышается над лазурными водами Сидрового озера, сильно упала. Порабощенный магией таинственных заговорщиков элементальный дракон Двалин напал на город, который когда-то поклялся защищать. Совместными усилиями рыцарей Ордо Фавониус, народного ополчения и добровольцев, исполин был изгнан. А спустя несколько недель отряд из сильнейших бойцов Мондтштадта настиг «Ужаса Бури» в его логове. Обезумевший дракон был убит, а озорной бард, что пытался убедить горожан в невиновности Двалина, бесследно исчез.       После этой трагедии в землях близ «Города Свободы» началась подозрительная активность хиличурлов. Действия дикарей стали куда более организованными. Их ударные отряды нападали на фермерские поселения, сжигая поля и собранный урожай. Маленькие общины этих недалеких существ наконец смогли найти общий язык и стали объединяться в племена. А из племен со временем был создан шаткий, но все же грозный союз. Каким-то чудом или благодаря вмешательству неизвестных сил, жестокие варвары сумели собрать настоящее войско.       Разведчики из рядов Ордо Фавониус день за днем приносили все более тревожные вести. Орда Хиличурлов перекрыла торговые пути, ведущие в город из стран соседей. В Мондтштадте очень быстро начался голод. Какое-то время обученные охоте рыцари добывали дичь в лесах, но злобные дикари проявили невероятную смекалку. В одну из неспокойных ночей вокруг Города Свободы зажглись сотни костров, в которые хиличурлы бросали траву и листья. Едкий дым, словно туман, окутал крепость и её окрестности. Практически вся живность, почуяв пугающий аромат лесного пожара, мигрировала на дальние рубежи.       В итоге единственным источником пропитания для жителей Мондтштадта осталась рыбалка. Но и тут коварные дикари не заставили себя долго ждать. Спустя неделю они стали сбрасывать в водоем бочки с какой-то вонючей черной жижей. Рыба начала всплывать замертво на водной глади, а местный алхимик Тимей лишь подтвердил опасения жителей. Взяв пробу из озера он обнаружил в ней множество редких токсинов. Оказалось, что хиличурлы притащили сюда «Черную Грязь» аж из самого «Разлома». Наличие настолько масштабных линий снабжения у глуповатых варваров ещё сильнее напугало и без того встревоженных жителей края свободы.       Но куда страшнее отсутствия рыбы было отсутствие питьевой воды. Раньше её набирали из озера, но теперь это стало невозможно. Обладатели «глаз бога» среди горожан, что владели «гидро» стихией, кое-как смогли обеспечить себя и своих соседей рожденной из магии влагой. Однако, из-за отсутствия нормального питания, они часто падали в обморок, так как стихийное колдовство отнимает много сил.       Помимо всех этих напастей ветер иногда приносил откуда-то с запада отвратительный запах гниющего мяса, что вызывал у жителей рвотные позывы и распространял хворь. Город настигла эпидемия, так как миазмы разложения губительны для ослабленных, оголодавших людей.              Но сегодня ночью одни из лучших фехтовальщиков Мондтштадта решили предпринять дерзкую вылазку из города. Ноэлль, горничная Ордо Фавониус, что не уступит в силе настоящему рыцарю. Кэйа, капитан кавалерии, что хитер столь же сколь и силен. И Дилюк, бесстрашный защитник вольной крепости и хозяин таверны «Доля Ангелов». Эти трое, словно неистовый вихрь, смели магией и сталью баррикады зазевавшихся хиличирулов и сумели прорвать кольцо вражеской блокады. Дикари не ожидали, что в осажденном городе ещё могли остаться лошади и потому внезапная атака увенчалась успехом. Ноэлль отправилась собирать ягоды и грибы на восток. Кэйа отправился на юг, к Драконьему Хребту, в надежде что сможет поохотиться на снежных тропах близ ледяной горы. А Дилюк устремился на запад. Ему предстояло найти источник миазмов разложения, что приносил оттуда ветер.       Хозяин таверны и бывший владелец ныне сгоревшей в пламени войны винокурни сумел быстро оторваться от погони. Добравшись до окраин логова Ужаса Бури, мужчина, вооруженный двуручным мечом и облаченный в темно-серый сюртюк, оставил верного скакуна в лесной чаще, а сам начал продолжительное восхождение на плато, что окружало гигантский котлован. Наконец, достигнув вершины одной из скал, он подобрался к её краю и достал потертую подзорную трубу. Увиденное им в низине, в центре которой располагались руины старого города, напугало его. Рагнвиндр был храбрецом каких поискать, но нависшая над Мондтштадтом угроза была слишком масштабной.       «Их здесь больше тысячи. Нет. Несколько тысяч. Сейчас глубокая ночь, но они не танцуют у костров, как обычно. Они... тренируются.» — никак не мог поверить в увиденное мужчина.       С ужасом в глазах Дилюк наблюдал как дикари, позабывшие свои ритуальные пляски, готовились к штурму. Они били в барабаны. Стреляли из арбалетов по мишеням. Лупили дубинами и топорами манекены. И, что самое страшное, они строили тяжелые осадные орудия. Глупые хиличурлы не были способны сами что-то изобрести и ответ на то, кто дал им такое опасное знание, нашелся довольно быстро.       «Орден Бездны, как мы и предполагали.» — хмыкнул фехтовальщик, заметив в подзорную трубу группу магов в темно-синих плащах, что беседовали у большого костра с вождями племен. Гигантские «Лавачурлы» явно были чем-то недовольны и нервно жестикулировали, однако вели себя с представителями ордена достаточно почтительно.       Но вдруг кое-что ещё привлекло внимание Дилюка и он крутанул механизм подзорной трубы, увеличивая кратность. Увидев очертания чьих-то гигантских ребер, обтянутых гниющей плотью, он скривился. Каким-то образом труп элементального дракона не растворился на стихийные частицы и начал разлагаться, как у самого обычного животного. Причины этого явления были неведомы Рагнвиндру, но он быстро смекнул, почему сюда сбежалось так много хиличурлов. Эти дикари были всеядны и с большим удовольствием лакомились даже падалью. Видимо, их привлек запах гниения, что распространялся по округе.       «Да уж. Следовало сжечь его тело. Наша ошибка. Только вот неясно. Эти ублюдки из ордена просто использовали подвернувшуюся им возможность? Или они спланировали все с самого начала, думая, что мы убьём Ужаса Бури? Тот маленький бард говорил, что дракона поработили. Если это и правда было так, то мы совершили чудовищную ошибку.» — погрузился в тяжелые мысли Дилюк.       Ещё какое-то время понаблюдав за лагерем вражеской армии, он сложил подзорную трубу и поспешил спуститься с плато к тому месту, где ранее оставил своего коня. Тот, к счастью, был послушным и терпеливо ждал своего хозяина, жадно щипая траву. Решив, что надо дать исхудавшему в осажденном городе скакуну наесться, Дилюк вежливо подождал пока его боевой товарищ закончит трапезу.              Рагнвиндр вернулся в город последним из тройки, что прорвала блокаду Мондштадта. Увидев яркую огненную вспышку на мосту, что сбросила отряд хиличурлов в воду, Эола, дежурившая на крепостной стене, громко выкрикнула:       — Сэр Дилюк вернулся! Открыть ворота!       Изможденные голодом, но верные своему делу рыцари, шустро начали вращать внушительных размеров ворот, наматывая на него цепи, что вскоре подняли решетку. Красноволосый всадник галопом влетел в город и едва не сбил встречающих его товарищей. Грубо дернув за поводья, он остановил резвую лошадь.       — Закрывай! — все так же громко кричала Эола, глядя, как хиличурлы бегут по мосту к входу в город. — Лучники! Оттеснить врага!       Решетка с лязгом и грохотом рухнула перед самым носом у дикарей, подняв облако пыли. Вооруженные луками рыцари поспешно заняли позиции на крепостных стенах и начали стрелять по варварам. Те, к всеобщему удивлению, не запаниковали, а поспешно сгруппировались и, закрывшись щитами, начали медленно отступать.       — Умнеют, сволочи, — нахмурилась капитан разведки и направилась прочь со стены, дабы поблагодарить человека, что сегодня выполнял её работу.              — Ты чего так долго? — приподнял бровь Кэйа, глядя на сводного брата.       — Скрытность и спешка вещи несовместимые, — хмыкнул Дилюк, ловко спрыгнув с коня, — А где Ноэлль? Она уже вернулась?       — Да, но у неё арбалетный болт в бедре, — Кэйа расслабленно зевнул, словно его ничуть не волновала сложившаяся в городе ситуация, — Ей практически ничего не удалось привезти.       — А тебе? — винодел явно надеялся на положительный ответ.       — Драконий хребет тоже опустел, — пожал плечами капитан кавалерии, — Сейчас там можно охотиться только на сугробы да камни. Даже фатуи, что стояли там лагерем, ушли.       — Скверно, — вздохнул Дилюк, а потом обратил внимание на группу людей, что кучковалась неподалеку от городских врат, — А это ещё кто?       — Беженцы с востока, — пояснил Кэйа, — Фермеры и ремесленники с окраин вольных земель. Ноэлль привела.       — Теперь понятно почему она не увернулась от стрелы, — сразу сделал правильный вывод красноволосый мужчина, — Наверняка закрывала собой кого-то из этих бедолаг.       Диалог двух братьев прервала Эола, которая распихала зевак и протиснулась к последнему из участников вылазки за городские стены.       — Спасибо, что подменил меня, — серьёзно кивнула Дилюку капитан разведчиков, — Ордо Фавониус этого не забудут.       — Мне плевать на Ордо Фавониус, — отмахнулся тот, скривившись, — Но с твоей травмой ты бы наверняка погибла за стенами. Мы и так потеряли уже слишком многих.       Эола опустила взгляд на свою поврежденную кисть, что висела на перевязи. Получив травму в ходе одного из боев с дикарями капитан разведывательного отряда была вынуждена временно сменить профиль и руководить обороной крепостных стен. Ей это не нравилось, но в нынешней ситуации надо было делать то, что правильно, а вовсе не то, что хочется.       — Жаль это слышать, — донесся до винодела знакомый голос со стороны, — Мы за тебя волновались.       Дилюк нахмурился и медленно обернулся. Перед ним предстала во всем своем великолепии командир рыцарского ордена. Её образ лидера ничуть не портили отчетливые синяки под глазами. Вот уже второй месяц она почти не спит и руководит обороной города. Помимо этого ей приходится распределять ресурсы между горожанами и улаживать возникающие конфликты. Голод творит с рассудком людей ужасные вещи.       — Я рада, что ты вернулся, Дилюк, — тепло взглянула на мужчину в сюртуке командир, — Тебе удалось что-нибудь выяснить?       — Да, — кивнул тот и его взгляд на мгновение сделался очень мрачным, — Но я бы не хотел обсуждать это здесь.       — Тогда идем в штабквартиру ордена, — предложила Джинн.       — Хорошо, — кивнул ей винодел и протянул поводья коня Кэйе, — Подсобишь?       — Запросто, — улыбнулся тот и повел черного жеребца в конюшню.              Спустя несколько минут в кабинете командующей Ордо Фавониус собралось три человека. И третий тут явно был лишним по мнению временного разведчика.       — Я бы не хотел обсуждать что-либо в её присутствии, — сверкнул глазами Дилюк, посмотрев на дипломата Фатуи, — Она здесь гостья, и не более того.       — Какой грубый молодой человек, — надменно усмехнулась Синьора, — Недолюбливает рыцарей, недолюбливает иностранцев. Хоть к кому-нибудь вы относитесь нейтрально, господин Дилюк?       — К людям, которые не лезут в чужие дела, — огрызнулся винодел, сложив руки на груди.       — Довольно! — крайне жестким тоном произнесла Джинн, врезав кулаком по столу, — Синьора выделила всю свою свиту на нужды Мондтштадта. Они сейчас охраняют наш город вместе с рыцарями и ополчением. У неё есть право знать, что происходит, раз уж её люди рискуют жизнями наравне с нами.       Дилюку редко доводилось видеть командира ордена сердитой. Судя по всему бессонные ночи и ответственность, что свалилась на её плечи, плохо сказывались на её нервах. Немного пораскинув мозгами, фехтовальщик решил не спорить с уставшей от продолжительной осады девушкой.       — Будь по твоему, — вздохнул мужчина и решил все-таки приступить к рассказу, — Я был у логова Ужаса Бури. Та жуткая вонь, что ветер приносит с запада исходит от трупа дракона. Он разлагается там с момента как мы его прикончили.       — В каком смысле? — удивилась Джинн, гнев которой мгновенно испарился от таких новостей.       — Элементальный дракон не может сгнить как обычное животное, — нахмурилась Синьора, чуть склонив голову на бок, — Существа, порожденные стихиями, вновь сливаются с ними после своей гибели.       — Благодарю вас за энциклопедическое замечание, но все так, как я сказал, — пожал плечами Дилюк, ожидавший подобной реакции.       — Это противоестественно, — Джинн явно обеспокоило это странное известие, — Как такое вообще возможно?       — Причины сейчас не важны, — винодел ощутимо ужесточил тон, дабы помочь командующей быстрее собраться с мыслями, — Важны последствия. Запах гнили привлек хиличурлов с доброй половины континента. А Орден Бездны взял их под контроль и сколотил из дикарей настоящую дисциплинированную армию.       Глаза Джинн наполнил неподдельный ужас. Она не боялась битв и не боялась смерти. Но она боялась за каждого жителя Мондтштадта, так как любила этот город всем сердцем.       — Сколько... их? — смогла кое-как выдавить из себя этот вопрос девушка.       — Я насчитал около трех тысяч, — не стал сглаживать углы Дилюк, — Вместе с теми, что сейчас взяли город в кольцо будет четыре.       — Барбатос всемогущий, — командир в отчаянии схватилась за голову, — Теперь понятно, почему ты хотел обсудить это приватно. Если в городе узнают, то начнется паника.       — Четыре тысячи грязных дикарей? — Синьора внезапно перестала строить из себя надменную иностранку, — Это уже не шутки.       — Мне казалось, что шутки закончились когда от болезни скончался первый ребенок в городе, — хмыкнул все ещё скептически настроенный по отношению к дипломату мечник.       — Вы не так меня поняли, — мягко отразила выпад в свою сторону леди из снежного царства, — Я посол и мне свойственно мыслить глобально. Армия численностью в четыре тысячи представляет угрозу не только для вашего маленького городка, но и для всего континента. В том же Ли Юэ регулярные вооруженные силы составляют не более полутора тысяч единиц.       — Кстати о наших соседях, — неожиданно вспомнил старый диалог с Джинн Дилюк, — Ты получила от них ответ?       — Получила, — безнадежным тоном отозвалась блондинка, — Им сейчас не до нас. Владыка Камня убит. В стране политический хаос. Пока все не уляжется они не смогут прислать помощь.       Это известие сильно удивило Дилюка и он не нашел слов чтобы хоть как-то это прокомментировать. У него складывалось ощущение, что весь мир внезапно решил покатиться ко всем чертям.       — Ли Юэ могут быть хорошим друзьями, но Снежная могла бы стать отличным союзником, — как бы между делом произнесла Синьора.       — Мондтштадт не заключает союзы, — неожиданно пришла в себя Джинн, наконец взяв себя в руки, — Это вольный город. Наша политическая позиция была нейтральной много веков.       — Солидарен, — нехотя кивнул Дилюк, так как поддержать в чем-то рыцаря Ордо Фавониус было для него непросто, — Военный союз обязует нас принимать участие во всех ваших заварушках. Но это город менестрелей, кулинаров и поэтов. Они хотят просто жить, а не сражаться на чужих войнах.       — Мальчик, ты слишком много времени провел на поле боя, — Синьора снисходительно улыбнулась, — Снежная часто ведет войны, но в Мондтштадте у нас сугубо деловой интерес. Ваши творческие бездари нам ни к чему. Армия Снежной сильна и в пополнении не нуждается. А вот таможенные льготы на использование ваших торговых путей и беспошлинный въезд в город могли бы подтолкнуть Царицу к принятию выгодного для вас решения.       — Но почему именно союз? — приподняла брови Джинн, — Я могу составить договор на озвученных условиях. Мы вам торговые льготы, а вы нам военную помощь.       — Да как ты смеешь?! — на лбу у Синьоры вздулась венка и она вернула себе привычную надменность, с которой в одночасье слились презрение и гнев, — Снежная это не наёмники, работающие по контракту! Это гордая и великая страна! Мы не потерпим подобного отношения!       Командующая сильно удивилась такой реакции и непроизвольно отстранилась. Джинн не была политиком и не умела хорошо подбирать слова. С защитой города она справлялась прекрасно, чего нельзя сказать о дипломатических обязанностях. Дилюк решил вмешаться, дабы пресечь этот беспочвенный конфликт.       — Джинн не хотела вас задеть, — спокойным тоном произнес он, — Она солдат, а не мастер красноречия. Не воспринимайте её слова в штыки.       — Прошу прощения, — выдохнула Синьора, с трудом взяв себя в руки, — К Снежной крайне негативное отношение в большинстве стран. Это... утомительно.              Спустя примерно час обсуждения стратегии обороны города импровизированный военный совет, наконец, закончился. Синьора покинула штаб Ордо Фавониус, а Дилюк решил задержаться, дабы поделиться своими домыслами с Джинн.       — Существует вероятность, что Орден Бездны спланировал все это с самого начала, — не стал ходить вокруг да около мужчина и сразу перешел к сути, — Если это так, то сокрушив дракона мы вбили гвоздь в крышку собственного гроба.       — Ты думаешь, что Двалин действительно мог быть одурманен? — сделала верный вывод из слов товарища командир.       — Да, — кивнул винодел, — Нас вполне могли стравить с ним специально.       — Черт подери, — выругалась девушка, обреченно рухнув в свое рабочее кресло, — Нам следовало прислушаться к словам того мальчишки.       — Не могу с этим согласиться, — отрицательно покачал головой временный разведчик, — Его план был слишком рискованным. Мы бы понесли чудовищные потери.       — Уж лучше так, — вздохнула Джинн, а потом вдруг сильно закашлялась и согнулась пополам.       На письменный стол упало несколько капелек крови.       — Ты заболела? — нахмурился Дилюк и получше присмотрелся к собеседнице.       — Нет, все в порядке, — попыталась соврать девушка, — Не обращай внимания. Я просто немного устала.       Мечник нагнулся через стол к командующей и приложил ладонь к её лбу.       — Как давно у тебя температура? — спросил он, забеспокоившись.       — Дня два, наверное, — нехотя призналась Джинн и поймала себя на мысли, что ничуть не возражает против руки Дилюка на своей голове.       — Дура, — рассердился её товарищ и убрал ладонь от горячего лба командира, — Почему ты никому не сказала?       — Все на меня рассчитывают, — шмыгнула носом солдат, которая уже была на грани морального срыва, — Я не могу дать слабину. Только не сейчас.       — Я пришлю к тебе целителей из собора, — пообещал временный разведчик, — Только не уходи никуда.       С этими словами он покинул кабинет женщины, на плечах которой уже больше месяца был неподъемный груз ответственности.              На следующий день Дилюку вновь предстояло выехать за стены города. Утром к нему обратилась за помощью Эдит, местная историк и писатель. Оказалось, что её младшая сестра Элла, одержимая хиличурлами и изучающая их язык, тайком сбежала из осажденного города. Суровый мечник не смог отказать в помощи заплаканной леди и направился в конюшню. Оседлав своего верного скакуна, он выехал на центральную площадь Мондтштадта и направился к воротам. Но его остановила невысокая девушка в бело-синем платье.       — Сэр Дилюк! — замахала она руками, встав на пути у всадника, — Сэр Дилюк, подождите!       — В чем дело, Барбара? — остановил коня тот и посмотрел на представительницу церкви.       — Нам надо поговорить насчет Джинн, — объяснила сестра командира рыцарей, понизив тон.       — Только быстро, я тороплюсь, — Дилюк стремился как можно быстрее отправиться на поиски пропавшей девочки.       — Джинн очень ослабла, моя магия ей не помогает, — поникла в плечах пастор, — Болезнь может её убить, но она отказывается от постельного режима и отдыха. Сэр Дилюк, вы можете с ней поговорить?       — Джинн одержима своим долгом перед жителями Мондтштадта, — вздохнул всадник, — Никто в этом городе не сможет повлиять на её решение. Особенно в такие тяжелые времена.       — Ну тогда может... — расстроенная Барбара призадумалась, — Вы же привезете что-то мясное из вылазки? Джинн нужно хорошо поесть, иначе у неё не будет сил на борьбу с болезнью. Вы же сами видите, она так похудела...       В голове у винодела всплыл грозный образ командующей Ордо Фавониус. Пусть он и терпеть не мог рыцарей, но по какой-то причине ему хотелось ещё раз увидеть, как сильнейшая фехтовальщица Города Свободы ринется в бой, обратившись беспощадным вихрем стали.       — Сделаю все, что в моих силах, — пообещал Барбаре Дилюк и жестом попросил её отойти в сторону.       Та подчинилась и всадник подъехал к воротам. Решетка с металлическим лязгом поднялась и Рагнвиндр пришпорил коня. Черный как ночь скакун устремился к мосту, на котором уже поджидали хиличурлы, вновь отстроившие свои баррикады. В свете солнца сверкнуло лезвие двуручного меча. Заполыхал огонь, засвистела сталь и во все стороны полетели щепки и кровь. Поверженные дикари разлетелись сломанными куклами, а осадные укрепления объяло магическое пламя.              Хозяин «Доли Ангелов» вернулся в город на закате. Весь день он провел в поисках сбежавшей из города девочки. Однако, он не смог найти каких-либо следов беглянки. К тому же поиск Эллы осложнялся тем, что в дневное время суток Дилюку было очень тяжело перемещаться по кишащим дикарями окресностям. Его постоянно преследовали отряды хиличурлов и с ними регулярно приходилось вступать в бой. Каким бы сильным и умелым бойцом не был Рагнвиндр, с каждым часом его клинок разил врага все медленнее, а рука все слабее сжимала рукоять гигантского меча. В итоге, не сумев вовремя закрыться широким лезвием двуручника от арбалетного болта, фехтовальщик едва не выпал из седла. Вражеская стрела вошла чуть ниже левой ключицы, серьёзно ранив временного разведчика и он был вынужден бросить поиски, которые и так уже казались ему безнадежными.       Когда за его спиной захлопнулась тяжеленная решетка городских ворот, Дилюк начал слезать с седла, но из-за ранения запутался в стременах и рухнул на мостовую, заливая её кровью. Эмбер, которая сегодня дежурила на крепостной стене, спланировала вниз к раненому товарищу и помогла ему подняться.       — Всемогущий Барбатос! — охнула лучница, увидев торчащий из груди разведчика арбалетный болт, — Вам срочно нужно к целителям!              Мондтштадтские врачеватели, работающие в церкви, всегда славились своими навыками. Им удалось поставить Дилюка на ноги уже к следующему утру. Рана от вражеской стрелы ныла и мешала нормально двигать левой рукой, но в остальном винодел относительно поправился. Чего нельзя было сказать о Джинн, которая с каждым днем чахла на глазах и по прежнему отказывалась от отдыха. Так как Рагнвиндр не привез из вылазки ничего съестного и питательного, помочь ей восстановить силы он не смог.       Несколько рыцарей сегодня отправились на поиски Эолы, но тоже не сумели найти её и вернулись ни с чем. Дилюка с ними не отпустили из-за ранения, не смотря на его относительно хорошее самочувствие. А Эдит рыдала целыми днями и ободряющие слова друзей совсем ей не помогали.       Ближе к вечеру к виноделу в таверну прибежала крайне обеспокоенная Барбара и сказала, что Джинн упала в обморок и её отнесли в церковь. Состояние командующей ордена стремительно ухудшалось. Юная пастор думала, что Дилюк захочет навестить её, но вместо этого фехтовальщик направился в конюшню. Там он встретил Кэйю, который как раз кормил своего скакуна травой, собранной с газона на городской площади.       — О, а вот и мишень для хиличурловских болтов, — усмехнулся извечно оптимистичный мужчина, увидев старого товарища.       — Очень смешно, — хмыкнул Дилюк и подошел к своему жеребцу.       — Редкий ты здесь гость, — Кэйа зевнул и потянулся, — За твоим конем ведь Чарльз ухаживает.       — Я не ухаживать за ним пришел, — мрачно отозвался временный разведчик и погладил своего верного скакуна по гриве.       Тот одобрительно зафырчал.       — Вот как? — приподнял бровь Кэйа, — А зачем же тогда?       Дилюк не ответил ему. Яркая вспышка пламени озарила убранство конюшни и заставила обладателя «крио» глаза бога вздрогнуть от неожиданности.       — Какого черта?! — выкрикнул он, выронив ведро с травой.       — Прости меня, старый друг, — тихо произнес винодел, глядя в опустевшие глазницы коня, из которых струился дым.       Питомец Дилюка даже не успел ничего понять. Хозяин выжег до тла его мозг, подарив легкую смерть. Вороной жеребец вздрогнул и рухнул на пол конюшни. Помещение наполнилось противным запахом горелого мяса. Другие лошади, испуганные яркой вспышкой огня, оглушительно ржали и суетились в своих загонах.       — Ты совсем из ума выжил?! — попытался перекричать четвероногих Кэйа, — Зачем ты это сделал?!       — Это ради города, — безучастным тоном произнес Дилюк, не отводя взгляда от друга, жизнью которого ему пришлось пожертвовать, — И ради Джинн. Если она не поест нормально, то умрет. Я этого не допущу.       — Джинн запретила убивать лошадей ради мяса! — не унимался рассерженный отчаянным поступком друга капитан кавалерии, — Они нужны нам чтобы делать вылазки!       — Я не рыцарь Ордо Фавониус, — напомнил ему Рагнвиндр, — Я ей не подчиняюсь.       — А как же закон о жестоком обращении с живыми существами?! — все никак не мог успокоиться возмущенный Кэйа.       — Разве я был к нему жесток? — наконец посмотрел в глаза сводному брату Дилюк.       Альберих увидел в его взгляде такую непередаваемую скорбь, что не смог больше ничего сказать. Какое-то время эти двое смотрели друг на друга, а затем хозяин таверны отправился за Чарльзом в «Долю Ангелов», чтобы попросить его освежевать убитого жеребца.              Этой ночью сытный мясной ужин был у каждого жителя и гостя Мондтштадта. Впервые за долгое время отчаявшиеся от продолжительной осады и голода люди воспряли духом. У многих заболевших, что поели горячего мясного супа, спала температура и улучшилось самочувствие. У командующей ордена после тарелки обжигающего бульона не пропал жар, но к утру она смогла встать с кровати и вернуться к своим обязанностям.       Целительная магия сестер церкви смогла окончательно залечить рану в груди Дилюка и он стал помогать горожанам готовиться к грядущему штурму. По приказу командующей ордена на крепостных стенах возводились дополнительные фортификации из досок, дабы прикрыть лучников от арбалетных болтов неприятеля. Давеча сытно поев солдаты и ополченцы были полны сил и поэтому решились соорудить несколько катапульт и требушетов по чертежам, что предоставила Лиза. В её библиотеке было много литературы о военной инженерии.       Джинн и Синьора не стали раскрывать осажденным в крепости людям истинную численность войска, что готовилось взять Мондтштадт штурмом. Поэтому горожане трудились, не сомневаясь в том, что смогут отразить грядущую атаку врага. Дилюк тоже держал язык за зубами и трудился наравне с остальными.       Вот уже третий час он работал мускулами под палящим солнцем, сняв свой сюртук и оставшись в рубашке. С засученными рукавами он лупил по нагелям молотом, сколачивая вместе деревянные брусья. Спустя чуть более сотни ударов каркас первой катапульты был собран. Отложив в сторону инструмент, мужчина с огненно красными волосами смахнул пот со лба.       — Сэр Дилюк, вас вызывает Джинн, — подошел к виноделу один из рядовых рыцарей ордена.       — Вызывает? — нахмурился тот, уперев руки в бока, — А я что, уже в орден успел записаться?       — Ой, извините, — виновато почесал в затылке смуглый юноша, — Командующая просит вас прийти к ней.              — Привет, Джинн, — поздоровался с лидером ордена Дилюк, зайдя в её кабинет и прикрыв за собой дверь, — Как твое самочувствие?       — Лучше, — грустно улыбнулась ему девушка, сидящая за письменным столом, — А как твоя рана?       Синяки под её глазами стали менее заметны, а на щеках появился здоровый румянец.       — Уже не беспокоит, — заверил её мужчина, подойдя к столу и сложив руки на груди, — У твоей сестры талант к целительным магическим дисциплинам.       — Истинно так, — согласилась с ним командующая и жестом указала на кресло напротив, — Присаживайся, нам нужно поговорить.       — Спасибо, я постою, — вежливо отказался фехтовальщик.       — Ну, если тебе так удобнее... — Джинн пожала плечами и решила, наконец, перейти к сути, — Я хотела тебя поблагодарить.       — За что? — приподнял брови красноволосый мужчина.       — За мое спасение, — пояснила рыцарь, — Мне сложно это признавать, но я и правда была на грани. Без нормальной пищи я бы долго не протянула.       — Я сделал это не для тебя, а для всего города, — нахмурился Дилюк, которому не доставляло никакого удовольствия слышать похвалу из уст кого-то из рядов Ордо Фавониус.       — Вот как? — поджала губы блондинка, — А Кэйя мне другое говорил...       — Тц, — непроизвольно цокнул языком фехтовальщик, скривившись.       «Этому шакалу одноглазому давно пора отвернуть его чересчур болтливую голову. Надо будет заняться на досуге.» — подумал Дилюк, скрипя зубами от негодования.       — Почему ты все время притворяешься таким... холодным? — решилась спросить девушка, глядя на перемены в лице собеседника.       — Ты позвала меня просто чтобы сказать спасибо? — проигнорировал её вопрос винодел, — Если это все, то я могу быть свободен?       — Нет, не можешь! — в сердцах воскликнула Джинн, вскочив с кресла и подойдя к мужчине вплотную и ткнув ему пальцем в грудь, — Ты всегда говоришь, что тебе наплевать! Говоришь, что ненавидишь рыцарей! Но ты всегда нам помогаешь! Почему?!       — Я действительно ненавижу ваш клятый орден, — хмыкнул Дилюк, сверкнув глазами, — Ваш дурацкий устав, ваши безвкусные знамена, вашу отвратительную и гнусную политику.       — Тогда что ты здесь делаешь?! — обвела рукой свой кабинет девушка и сердито посмотрела на гостя, — Почему ты являешься на ковер к руководителю этого самого «клятого ордена», стоит ему лишь попросить?!       «А ведь действительно... почему?» — слова Джинн поставили фехтовальщика в тупик.       Немного поразмыслив, он все же нашел слова, с которыми было солидарно его сердце.       — Потому, что ты хороший человек, — честно ответил он, смотря в голубые глаза командующей, — И я знаю, что о чем бы ты меня не попросила, это будет не ради ордена, а на благо жителей Мондтштадта.       Девушка не ожидала услышать комплимент от этого мужчины со скверным характером. Это ошарашило её. Чуточку покраснев, сильнейшая мечница вольных земель отступила на шаг.       — Чего это ты вдруг? — с сомнением посмотрела на собеседника Джинн, — Всегда такой закрытый, грубый... и вдруг такие глупости сопливые говоришь...       — Сейчас самое подходящее время чтобы говорить глупости, — улыбнулся уголками губ Дилюк, — Другого шанса может уже не представиться.       Развернувшись, он направился к выходу из кабинета. Остановившись у двери, он взглянул на боевую подругу через плечо.       — Поскорее выздоравливай, — попросил он более серьёзным тоном, — Враг может привести основные силы к нашим стенам в любой момент. Ты должна быть готова и крепко держать в меч в руках. Я не хочу защищать тебя на поле боя. Хочу стоять с тобой плечом к плечу и безостановочно лить кровь этих выродков до тех пор пока все погибшие Мондтштадтцы не будут отомщены.       Тихо хлопнула дверь и командующая осталась в своем кабинете в одиночестве. Устало облокотившись на письменный стол она протяжно выдохнула, выпуская напряжение, что в ней накопилось.       «О, всемогущие архонты, почему я не могу сохранять хладнокровие в присутствие этого человека?...» — подумала Джинн.              Прошло несколько дней. Город успел хорошо подготовиться к грядущему штурму, а одна из вылазок рыцарей за ворота крепости увенчалась успехом. Солдаты умудрились отнять у одного из племен хиличурлов тушку освежеванного кабана. Благодаря этому защитники Мондтштадта были полны сил и готовы к бою. Однако, сытость не помогла им сохранить спокойствие, когда на берега озера начали стягиваться основные силы врага.       — О, Барбатос, защити нас, — прошептала Эмбер.       Она стояла на стене вместе с другими лучниками и наблюдала как в сумерках на холмах стали зажигаться факела. Сперва десятки, а затем уже целые сотни. Их пламя осветило знамена с пугающими варварскими узорами. Многие из них были начертаны кровью. Хиличурлы шли колоннами нога в ногу, выбивая пыль из дорог и сминая траву. Впереди ударных отрядов маршировали барабанщики, одновременно задавая ритм шагам солдат и их боевой песне. Дикари выли страшные слова на примитивном наречии, которые звучали угрожающе и заставляли защитников крепости трепетать.       — Их тысячи, — срывающимся голосом произнесла Барбара, прижавшись к Розарии.       Сестры из церкви тоже собрались на крепостной стене. В их задачи входила поддержка солдат и ополченцев.       — Соберись! — та взяла пастора за плечи и хорошенько её встряхнула, — Никто не даст тебя в обиду. Или ты не веришь в силы наших рыцарей?       — Верю, — всхлипнула девочка, утерев проступившие слёзы.       — Мы не выстоим, — мрачно озвучил мысли большинства окружающих Кэйа, — Но не унывайте. Смерть в бою куда лучше, чем от старости.       — М-мамочка... — коленки у Барбары предательски задрожали.       — Умеешь ты вдохновить, ничего не скажешь, — хмыкнул Дилюк, внимательно наблюдая с крепостной стены за тем, как хиличурлы катят к берегам осадную технику.       — ЗАЩИТНИКИ МОНДТШТАДТА!       Все собравшиеся на городских укреплениях и площади обернулись и увидели Джинн, что стояла на крыше одного из домов с гигантским знаменем в руках. На синем бархатном полотне красовался герб Города Свободы.       — НАШ ВРАГ СИЛЕН И В ДЕСЯТКИ РАЗ ПРЕВОСХОДИТ НАС ЧИСЛЕННОСТЬЮ! — начала свою речь командир, — НО КАЖДЫЙ ИЗ ВАС СТОИТ СОТНИ ЭТИХ ВЫРОДКОВ! СЕГОДНЯ МЫ ПОКАЖЕМ, ЧТО НИКОМУ НЕ ПОД СИЛУ СЛОМИТЬ ДУХ ЖИТЕЛЕЙ ВОЛЬНЫХ ЗЕМЕЛЬ!       К небесам устремились копья, гриммуары, луки и клинки. Отовсюду звучали одобрительные возгласы и боевые кличи. Вдохновляющие слова Джинн смогли помочь солдатам и ополченцам преодолеть свои страхи. Дилюк улыбнулся, глядя как его товарищи воспряли духом и рвутся в бой.       «Ты молодец. Политик из тебя так себе, но лидер ты безупречный, Джинн.» — подумал он.       — Они заряжают катапульты! — оповестила защитников города Эмбер, наблюдавшая за действиями врага в медный бинокль.       Рагнвиндр достал из внутреннего кармана сюртука телескопическую подзорную трубу и вновь обратил свой взор на неприятеля.       — Всего одну, — поправил молодую лучницу мечник, — И они заряжают её не снарядом. Это...       От удивления и ужаса у него отвисла челюсть. Дикари укладывали в ложе для снаряда чьё-то окровавленное тело. Оно было небольшого размера и вряд-ли могло принадлежать взрослому. Дилюк хотел был что-то прокричать товарищам на стене, но слова застряли у него в горле.       Сработал пусковой механизм и то, что раньше было живым человеком, разбрызгивая кровь, понеслось по широкой дуге в сторону Мондтштадта. Перелетев стену, оно с жутким хрустом врезалось в крышу, оставив на ней алый отпечаток и сбив несколько десятков черепиц. А затем убитый хиличурлами несчастный покатился вниз и в следующее мгновение шлепнулся на мостовую. Над притихшим от ужаса городом раздался чей-то отчаянный крик.       — Это... Элла? — не веря свои глазам спросил Дилюк, глядя на убитого ребенка, сам не понимая к кому обращался в данный момент.       — Другие дети не пропадали, — хладнокровным, но достаточно серьёзным тоном подтвердил его догадку Кэйа, — К тому же реакция её сестры более чем красноречива.       Эдит, потерявшая родного человека, рыдала на истерзанным варварами телом и продолжала кричать, рискуя вот-вот тронуться умом.       — Да что вы стоите, болваны?! — обратился к рыцарям, стоящим на площади, рассерженный кузнец Вагнер, — Уведите её отсюда!       Солдаты опомнились и поспешно оттащили впавшую в отчаяние женщину от изуродованного тела её сестры. Один из местных ремесленников снял кожанный плащ и бережно накрыл им убитую врагами малышку.       — Сэр Дилюк! — попыталась докричаться до впавшего в ступор винодела Эмбер, — Сэр Дилюк, очнитесь!       Фехтовальщик смотрел на кровь, что продолжала растекаться по мостовой отвратительным алым пятном и перед его глазами проносились воспоминания о дне, в который погиб его отец. Он не слышал что говорили ему товарищи. Он видел только смерть. Костлявую с косой, что всегда берет свое и ничего не отдает взамен.       — Да что с тобой, плантатор несчастный?! — Кэйа влепил сводному брату смачную пощечину, приведя его в чувство, — Соберись! Смотри, что происходит на южном берегу!       Винодел потер ушибленную щеку и смог, наконец, собраться с мыслями. Вновь воспользовавшись подзорной трубой он увидел, что хиличурлы притащили к мосту через реку внушительных размеров таран. Однако, в рядах дикарей Дилюк увидел нечто, что взволновало его сильнее, чем гигантское осадное орудие.       — Там человек, — ошарашенным тоном произнес фехтовальщик.       — Они снова собираются зашвырнуть в нас чей-то труп? — поморщился капитан кавалерии.       — Нет, там человек среди этих выродков, — пояснил Дилюк, внимательно рассматривая в увеличительный прибор подозрительного врага.       — На мосту? — уточнил Кэйа, позаимствовав бинокль у Эмбер и внимательно приглядевшись к происходящему за стенами города, — И правда. Действительно человек. Грязью какой-то вымазался и маску одел, прямо как грёбаный хиличурл. Но по фигуре видно, что из наших. Ростом, к слову, не вышел. Это что, подросток?       — Он ведет их, — раздался восхищенный голос Синьоры за спинами рыцарей.       Братья оторвались от созерцания необычного явления в рядах дикарей и повернулись к гостье из Снежной, что несколько мгновений назад поднялась на стену в сопровождении своих телохранителей.       — Я не ослышался? — нахмурился Кэйа, с сомнением взглянув на беловолосую леди, — Он командует этим варварским войском?       — Все так, — подтвердила Синьора, загадочно улыбнувшись.       — Вы подозрительно хорошо осведомлены для того, кто провел последние месяцы в осажденном со всех фронтов замке, — Дилюк с недоверием оглядел собравшихся на стене фатуи.       — Мальчишка живет на вашей земле вместе с дикарями уже пол года, а вы об этом ни слухом ни духом? — наигранно вскинула брови дипломат, — Позвольте спросить, насколько же плохо квалифицирована ваша разведка, раз даже мои «пташки» осведомлены лучше.       — Да как вы смеете?! — попыталась вмешаться в диалог рассерженная капитан разведки.       — Спокойно, Эола, — жестом остановил её Кэйа, — Не принимай близко к сердцу. Она просто нас дразнит.       — Что вам о нем известно? — спросил у иностранки Дилюк.       — Не так много, как хотелось бы, — артистично вздохнула профессиональная интриганка, — Мои люди наткнулись на него в ваших лесах и пытались наладить контакт. Они прежде не встречали людей в рядах этих безумных варваров и проявили исключительно научный интерес. К несчастью, мальчишка не знает всеобщего наречия. Он довольно агрессивно кричал односложные предложения на языке хиличурлов, а затем и вовсе сбежал от моих мальчиков.       — Хиличурлы что... воспитали человеческого ребенка? — предположила Эмбер.       — Очень сомневаюсь, — не согласилась с её выводом Синьора, — На вид ему едва-ли больше пятнадцати лет. Не думаю, что вы проморгали бы настолько необычное явление. Ладно в течении полугода, но больше десяти... Тут и слепой прозрел бы.       — Тогда кто он такой и откуда здесь взялся? — нахмурился Дилюк, отвернувшись от дипломата и устремил свой взор на таинственного человека в рядах дикарей.       — Загадка, — ехидно улыбнулась Синьора, — Которую можно решить, только взяв этого мальчишку в плен.              — Ur kara nabu! — приказал на варварском наречии таинственный юноша, чьё лицо скрывала костяная маска.       Один из шамачурлов вежливо поклонился и начал отдавать распоряжения рядовым солдатам. Те поспешили начать сборку навеса, который устанавливался на опоры тарана, дабы защитить дикарей от стрел и магии защитников Мондтштадта.       — Ur kire goruda! Du kri er ara ma nuka! — прокричал следующий приказ предводитель союза хиличурлских племен.       Арбалетчики стали выходить на огневой рубеж, занимая позиции на берегу.       «Вы много лет устраивали геноцид этих несчастных, проклятых богами созданий. Сегодня вы ответите за все ужасы, что им пришлось пережить.» — думал мальчишка, глядя на крепость из серого камня.