Кот по кличке Ли Ноу

Морозный воздух остужал лёгкие, утяжеляя собой грудную клетку. Солнце только всходило, а значит это очередной день вместе. Открытых участков кожи едва ощутимо касались тёплые потоки небесного светила, а значит они всё ещё живы, их сердца бьются, порою сменяя ритм. Если смерть снова обошла их стороной, значит есть время насладиться жизнью. Однажды под ночными фонарями они дали обещание встретиться в ином мире, отыскать души друг друга любою ценой, и, казалось, ни один в это не верил, но каждый желал, чтоб сбылось. Кончики пальцев уже покрывались холодком, утро стояло чудесное. Море сейчас спокойное, ему не стоит волноваться за наших героев, но волны всё равно резвятся, подслушивая чужой разговор. Парни подходят к самому краю, прорисованному водой, Джисон слегка заступает за линию, желая ощутить бодрящие касания глубин. Ли такая затея не по душе, только вот сегодня можно, сегодня ясное небо. Минхо с готовностью вздыхает: -Я люблю тебя, Хан Джисон. И земля мгновенно уходит из-под ног, эта фраза звучит далеко не впервые, но абсолютно иначе. Быть честным с собой-громадное бремя человека, можно лгать окружающим, пытаться солгать себе, но ведь правда всегда поблизости, она всегда в твоей голове. Признание в искренних чувствах, что умрут только с их носителем, напитано отчаянием и горечью, раздаётся эхом и напоминает клятву в вечном покорстве. Оба верят в сказанное, оба знают, что истина всегда являлась таковой. Сбежать не вышло, а точно ли из-за невозможности, может победило нежелание? Тишина молчала, проглатывая немой вопрос. -И я люблю тебя, Ли Минхо. Вжимаясь в ладони друг друга, парни оставили за собой отпечатки ногтей-полумесяцы и следы на девственном песке, сегодня здесь ещё не бывали посторонние. Оглашённые чувства останутся в тайне, совсем скоро море сотрёт их, утопив в сострадании и боли. Хан стоит лицом к своему отчаянию, он готов упиваться парнем, пока не откажет печень, ему ничего не стоит отдать себя с концами или отдать свою жизнь. Минхо читает это без написанных строк, глаза Джисона говорят всё сами. Ему страшно любить кого-то так сильно, ему страшно, что кто-то любит сильней. И, возможно, хотелось сказать куда больше, чем банальную фразу, но в действительности другое было излишне, все эпитеты и сравнения стали бы полыми, без наполненности внутри. От того то и хотелось заплакать, сегодня можно, сегодня нет даже перистых облаков. Этот пляж пахнет одиночеством, поэтому первым сдаётся Ли Ноу, горячие слёзы ошпаривают замёрзшее лицо, Сонни подхватывает его эмоции, рыдая в родное плечо. Объятия ломают рёбра, они согревают друг друга, но не от того холода, что первым приходит на ум, прикосновения заграждают обоих, не давая пробиться нежеланным гостям. Ещё какое-то время Минхо и Джисон проводят на зимнем берегу. Дома их ждёт не хилый нагоняй от родителей за промокшие насквозь штанины, но быть отчитанными не помешает оставаться несчастно-счастливыми. Старшие только усмешливо цокнут, не поймут, никто не поймёт, даже сами влюблённые.