Глава 2. Первая встреча со смертью
20 сентября 2022 г., 10:46
________________________________________ Глава 2 Первая встреча со смертью ________________________________________
28 ноября 1998 года (суббота)
НЕЗАКОННОЕ ХРАНИЛИЩЕ С ПОРТКЛЮЧАМИ В ГОРОДЕ КАЛÉ
М. Америнус
Обнаружен секретный проход для преступников с континента?
Растущие волнения между военизированными отрядами Темных волшебниц и волшебников против министерств вышли за пределы наших границ. Первое из серии нападений на маглов в Дувре вызвало у населения страх перед перспективой очередного восстания нового Темного Лорда спустя всего несколько месяцев после падения Сами-Знаете-Кого. Аврорат, под руководством новоиспеченного главы — Гавейна Робардса, попытался развеять эти страхи в своем пресс-релизе, заявив, что эти акты насилия были спровоцированы остатками сторонников Сами-Знаете-Кого…
***
— Талбот, слева! Протего! Гарри Поттер быстро выставил щит перед своим товарищем, в которого летел ярко красный луч. Заклинание ударилось в наспех созданный барьер с громким, разрывающим уши взрывом. Отрикошетив в потолок, заклинание взорвалось, разметав балки и обрушив часть крыши. Не обращая внимания на сыплющуюся вниз щепу, Гарри быстро бросился за груду ящиков. Часть крыши с грохотом рухнула на пол. Поле боя окутало клубящееся облако пыли, и пространство заполнили звуки кашля. Только когда частицы пыли медленно осели, Поттер увидел лучи серебристого лунного света, пробивающиеся сквозь то место, где всего несколько секунд назад была крыша. Не успел Гарри глотнуть свежего воздуха, как мимо него пронесся еще один зеленый луч. — Ты как? — воскликнул Гарри. — Хорошо. Он — не очень. Слева! — крикнул Генри Талбот откуда-то слева. — Редукто! — Ящики рядом с Гарри взорвались, высыпав ему в лицо очередную порцию мусора и песка, а сила заклинания повалила его на пол. Поттер быстро поднялся на ноги и, чтобы укрыться, кинулся через проход за стальную балку. Два Оглушающих пролетели мимо него с двух сторон, и, завернув за угол Гарри оказался в тупике. Осмотревшись, он увидел в десяти метрах справа другого напарника и крикнул. — Фенвик! Ты знаешь, где они? Лена Фенвик рискнула выглянуть из-за ящика в направлении, откуда раздавались голоса, и тут же отпрянула назад, успев увернуться от двух проклятий прилетевших в то место, где секунду назад была ее голова. — Они прячутся между двумя красными грузовыми контейнерами в задней части склада. Поттер! Я ожидала увидеть только коробки с портключами в виде грязных носков, а не четыре машины для убийств! — Неприятности всегда находят меня, — Гарри скорчил гримасу, на что Фенвик застонала. Портключ на короткую дистанцию — это тип портключа, обычно используемый преступниками и контрабандистами для нелегальных путешествий между Дувром и Калé. Из-за ловко наложенных чар подавления магии их практически невозможно было обнаружить при помощи министерских антипортключей. Хотя в этом районе нередко находили тайники с нелегальными портключами, их количество, обнаруженное за последние два месяца, вызывало беспокойство, поскольку достигло уровня, невиданного со времен, когда Гриндельвальд наводил ужас на континент. Последние две недели главный аврор Гавейн Робардс настойчиво напоминал ему о необходимости строго следовать протоколу и не высовываться. Это была, как он утверждал, первая полевая операция для Гарри и его товарищей-стажеров авроров: Лены Фенвик, Каэлума Селвина, Генри Талбота и Пьера Дюбуа. Миссия должна была заключаться в простой конфискации незаконных портключей, а не в эпической охоте по всей стране. Но, как и все в жизни Гарри, то, что должно было быть простым заданием, превратилось в кровавый кошмар. Несколько ящиков взорвались справа от него и мелкие кусочки дерева полетели в лицо Фенвик. — Ладно, я официально сыта этим по горло. Поттер, командуй, — крикнула она, выплевывая крошечные кусочки обгоревшей щепки. — Есть зрительный контакт? — Отрицательно, — ответила девушка, ее волосы беспорядочно торчали во все стороны. — Визуальный контакт над Талботом? — Подтверждаю, Конфринго! Двадцать шагов справа от меня. Быстро продумав в уме план, он заговорил снова: — С поднятыми антиаппариционными щитами они могут сбежать только через главные двери позади нас. Где Селвин и Дюбуа? — Здесь! — выкрикнули двое парней, появившись в поле зрения и укрывшись за башней из ящиков слева. — Каков план? — Хорошо. — Гарри смахнул пот с лба, оставив грязные разводы на лице. — Мы должны загнать их в одно место и окружить с двух сторон. Селвин, оставайся на месте и прикрывай нас. Дюбуа, мы с тобой зайдем слева. Фенвик, забирай Талбота и идите направо. О.И.О, если не будет смертельной угрозы. Понятно? О.И.О. означало три заклинания, используемые в стандартном протоколе для задержания преступников — Обезоруживающее, Инкарцеро и Оглушающее заклинания. — Думаю, мы уже прошли этот этап! — ворчала Фенвик, уворачиваясь от очередного яростного проклятия. — По протоколу мы обязаны их использовать, — возразил Гарри. — Никогда не считала тебя приверженцем правил. — Фенвик бросила ему игривую ухмылку, а затем приготовила свою палочку. — Я начинаю уставать от этой вечеринки. Давайте закругляться. — Селвин, на счет три бросай Протего Максима, чтобы я мог выбраться из этой западни. Раз. Два. Три! — крикнул Гарри, когда рядом с ним взорвался еще один ящик. По сигналу Селвин бросил огромный синий щит, который пронесся над головой Гарри. Он закрепился в нескольких шагах перед ним, на время защитив от залпов заклинаний, обеспечив несколько секунд, чтобы успеть выскочить из укрытия и рвануть влево. Щитовые чары трещали, дрожали под натиском заклинаний. Когда Поттер спрятался за очередными ящиками, щит разлетелся на тысячи голубых осколков и рассеялся. Присоединившись к Дюбуа, он посмотрел в другой конец склада и увидел Генри и Фенвик, сгруппировавшихся за металлическим стеллажом под шквальным огнем. Их взгляды встретились, и она кивнула. — Дюбуа, соберись. Мы выдвигаемся. — Гарри посмотрел на Фенвик, затем на ящики, из которых вырывались струи проклятий, и кивнул. Подняв левую руку, он сосчитал пальцами. Один. Два. Три. Дюбуа бежал на шаг впереди него, пока они кружили по комнате вдоль левой стороны, уворачиваясь от пролетающих проклятий и отвечая на них своими Инкарцеро и Обезвреживающими. Красные Оглушающие заклинания Селвина также проплывали над их головами, обеспечивая свободный путь. Вдруг Гарри увидел луч, летящий в Дюбуа и закричал: — Дюбуа, справа от тебя! — схватил его за мантию и изо всех сил дернул назад. Луч пронесся перед Дюбуа, промахнувшись мимо цели на считанные миллиметры. — Мерлинова борода, как же жжет! — зашипел Дюбуа, когда Гарри усадил его за очередную башню из ящиков. Стоя на коленях рядом с ним, Гарри стянул мантию, чтобы осмотреть рану. Ткани на животе были сожжены силой заклинания, обнажив широкую полосу распухшей красной кожи через весь живот. Начали образовываться волдыри, но, по крайней мере, он избежал удара Закипающего кровь проклятия. — Не волнуйся. Ничего серьезного! Оставайся на месте. Я позабочусь об остальном, — спокойно сказал Гарри, снова приседая и выглядывая из-за угла. Фенвик и Талбот вели перестрелку с двумя оставшимися нападавшими. Его сторона была чиста. — Нет, Поттер, — Дюбуа попытался схватить пропитанную потом мантию Гарри, но промахнулся, и Гарри снова вступил в схватку. Воспользовавшись проемом в левой части склада, образовавшимся из-за промазанного заклинания в Дюбуа, двое нападавших поднялись со своего места и устремились к выходу. Гарри рванул вперёд, стремясь перехватить их прежде, чем они исчезнут, в то время как Фенвик и Генри наступали им со спины. Они выпустили два хорошо нацеленных Инкарцеро. Однако один из мужчин достал красно-золотой пакет и бросил его навстречу заклинаниям. Лучи магии, врезавшись в препятствие, взорвались в гигантский огненный шар с гулким грохотом, сотрясающим весь комплекс. От взрыва Гарри отбросило на землю. Ударившись головой, он выронил палочку, и она покатилась прочь. Его мир закружился. Краем глаза он увидел, как сотни петард вырвались из упаковки и беспорядочно разлетелись по складу, взрываясь при соприкосновении с любой поверхностью. Когда стена огня и дыма отделила безоружного Гарри от его товарищей, двое мужчин обратили на него свое внимание. Один из мужчин — Гарри узнал в нем Эвана Розье — направил свою палочку на Гарри и прошипел: — Наконец-то мы снова встретились, Гарри Поттер. — Розье, — прорычал Гарри. — На этот раз ты умрешь, Поттер, — с усмешкой произнес мужчина. — Авада Кедавра! Гарри не успел даже среагировать, как усиливающийся зеленый свет устремился прямо к нему. Затем весь его мир потемнел.***
Гарри лежал ничком, окружённый абсолютной тишиной. Хотя его глаза были закрыты, он чувствовал, что находится в полном одиночестве. Никто не наблюдал за ним. Никого больше не было. 'Хммм, это место кажется знакомым.' Через несколько секунд, а может быть, через несколько часов, Гарри пришел в себя и медленно открыл глаза. Он осмотрелся, и огромное белое небытие начало преобразовываться в знакомую обстановку. 'Вокзал Кингс-Кросс.' Гарри прислушался к своим чувствам. Ему было ни тепло, ни холодно. В этот момент он осознал, что он голый. 'Я снова голый', — с досадой подумал Гарри. Ему стало неловко от своей наготы. Эта мысль едва успела промелькнуть в его голове, когда он увидел, что на небольшом расстоянии от него появилась мантия. Он быстро натянул её. Ткань была мягкой, чистой и теплой… и с ощущением невесомости, как будто на нем вообще ничего не было. 'Я не ожидала, что ты вернешься так скоро, молодой Повелитель Смерти.' Он обернулся. Над вокзальными часами неподвижно возвышалась чёрная фигура в капюшоне. Неуверенно, с опаской, он посмотрел на фигуру и заметил, как ее темная мантия плавно колышется, словно ее раздувает несуществующий ветерок. 'Тебе нечего бояться. Ты — мой равный, мой партнер, а вскоре и мой друг. Я не причиню тебе никакого вреда.' Фигура в капюшоне протянула руку и поманила его вперед: из рукава показалась скелетная рука. 'Смерть', — понял Гарри. Хотя фигура не двигалась, Гарри понял, что он прав. Не общается ли Смерть телепатически, пронеслось у него в голове. — Я не ожидал, что ты будешь выглядеть именно так, как тебя изображают в книгах, — прокомментировал Гарри, медленно приближаясь к Смерти. Когда же он подошел ближе, то понял, что фигура была выше его на четыре фута, что делало его карликом. Гарри задумался, слышит ли Смерть его мысли. В его сознании промелькнула короткая, забавная усмешка. 'Да. Я могу читать твои мысли. Что касается моей внешности, то, если ты помнишь, что говорил тебе Альбус Дамблдор, когда ты был здесь в последний раз, это твоё воображение. Точно так же, как ты представил себе это место в виде вокзала Кингс-Кросс, так ты представил себе и меня.' Он кивнул, осматривая вокзал. Ни к кому конкретно не обращаясь, он сказал со вздохом: — Ну вот, кажется, и все. Это жизнь Мальчика-Который-Выжил, которому суждено умереть, спасая мир от Темных волшебников снова и снова, пока он не падет окончательно и бесповоротно. — Гарри удивился горечи в своем голосе. Он почувствовал, как в горле поднимается ком, так как нарастающее чувство сожаления заполнило его тело. О чем он сожалел? Гарри считал, что прожил полноценную жизнь. Он устроил себе относительно нормальную жизнь в кругу близких друзей. Это было все, о чем он мечтал. Так почему же он все еще чувствовал эту неописуемую печаль? Гарри пытался понять истоки этого необъяснимого чувства. Джинни? Конечно, он жалел, что их время оборвалось преждевременно, но у них все было хорошо. Нет, это было не то. Рон и Гермиона? Их тесной дружбы и приключений за последние десять лет ему хватило бы на всю жизнь. Нет, это тоже не то. Уизли? Да, он сожалел о смерти Фреда, но сейчас он понимал, что один он не смог бы предотвратить всех жертв на войне. Они дали ему семью, дом, которого у него никогда не было… Внезапно тупая пульсация отозвалась в самой глубине его души. Семья. Не та семья, к которой он имел счастье присоединиться. Но семья, которую он так и не успел узнать. Его отец, его мать, его бабушка и дедушка, его родственники, Ремус и… Сириус. 'Может быть, я смогу наконец встретиться с ними в «Потустороннем мире».' Внезапно смерть уже не казалась такой ужасной вещью. — На этот раз я умер навсегда? 'Нет.' — Я не умер? — спросил Гарри, искренне удивляясь. 'Да.' — Но как? У меня больше нет защиты от матери. Я больше не являюсь сосудом крестража, — Гарри инстинктивно потянулся к своему шраму-молнии. — И я потерял Воскрешающий камень где-то в Запретном лесу, так что я больше не владею всеми Дарами… — Гарри запнулся, вспомнив приветствие Смерти — она назвала его Повелителем Смерти. 'Значит ли это, что я все еще Повелитель Смерти, несмотря на…' 'Ты прав, молодой Повелитель Смерти. Как ты скоро узнаешь, владение Дарами не требует постоянного физического обладания ими. Как последний потомок братьев Певерелл и законный владелец Даров Смерти, ты являешься их Повелителем во все времена — в прошлом, настоящем и будущем.' — Тогда… это значит, что я могу вернуться назад, не так ли? Или я могу… отправиться дальше? — Гарри вдруг заметил на платформе знакомый красный поезд, вокруг которого мягко клубились облака пара. 'Да. Выбор за тобой.' — Куда он направляется? — спросил Гарри, махнув рукой в сторону поезда. 'Следующее великое приключение. У тебя будет шанс направить мир по другому пути и даже исправить свои самые большие сожаления.' Семья — Гарри понял это мгновенно. Мысленно он почувствовал одобрительный кивок Смерти. 'Да, молодой Повелитель. Если захочешь, ты переродишься в другом теле, и в данном случае — в прошлом. Однако ты перестанешь быть Гарри Поттером. Ты всё ещё сможешь встретить тех, кого знал прежде, но они не узнают тебя, поскольку не сохранят воспоминаний об этой временной линии. Обратного пути нет.' — Альтернативная временная линия? — спросил Гарри. 'Да. Будущее — это совокупный результат выбора, сделанного каждым человеком в любой момент времени. Одно изменение в выборе одного человека может потенциально изменить будущее.' 'Представь себе время как одну непрерывную реку, а мир — лист, плывущий по ней. Каждый выбор представляет собой развилку реки с расходящимися ветвями вниз по течению. Возвращая лист вверх по течению, ты можешь направить мир по другой временной линии с другим будущим. У тебя будет шанс предотвратить гибель мира, подобную той, что постигла этот мир.' — Значит ли это, что у меня будет шанс встретиться со своими родителями? Победить Волдеморта и спасти их от смерти? — спросил Гарри. 'Да.' Получив эту информацию, Гарри долго стоял в тишине. Мысль о том, что он наконец-то увидит свою потерянную семью и друзей, была слишком заманчивой. Однако он не мог просто бросить своих друзей здесь. Волшебный мир только начинал исцеляться, и было бы эгоистично с его стороны бросить своих друзей и семью сейчас. 'Я чувствую, что ты еще не готов к дальнейшему путешествию, молодой Повелитель. Но, возможно, после твоего следующего возвращения ты будешь готов.' — Я готов вернуться, — вздохнул Гарри с ноткой нежелания. Сказав это, он вдруг осознал, насколько больно ему было на самом деле. 'Хорошо, молодой Повелитель. Скоро увидимся.'***
Гарри резко вдохнул, открыл глаза и оглядел разрушенный склад. Нападавший, метнувший в него Аваду, отвлёкся, и неожиданно две струи красного света с разных сторон ударили двух мужчин прямо в грудь. Они рухнули, а палочки выпали из ослабевших рук. Гарри застыл, глядя на поверженных врагов, дыхание сбилось от бурлящего адреналина. На заднем плане он едва замечал продолжающиеся взрывы света и огня. — Все чисто! — крикнул Каэлум Селвин, появившись рядом с ним с расширенными от паники глазами. — Ты в порядке, Гарри? Я слышал, как Розье использовал Аваду, и подумал, что тебя убили. Слава Мерлину, ты жив… — Гарри бегло кивнул, и Селвин протянул ему его палочку. — Я в порядке. Присмотри за Дюбуа. Я позабочусь о петардах. Селвин хотел возразить, но, взглянув на суровый взгляд Гарри, он сдался и направился к Дюбуа. — Поттер, мы не можем уничтожить эти петарды! — крикнул Генри, преодолевая растущую стену огня, густой дым и едкий запах горелой пластмассы. — Они просто продолжают множиться каждый раз, когда я пытаюсь! — Прекрати, Талбот! Это только ухудшит ситуацию. — Глаза Гарри защипало от едкого дыма. — Я знаю нужное заклинание. — Он быстро прошептал нужное заклинание, направив его на петарду. Внезапно склад погрузился в напряженную тишину. Лунный свет, теперь безмятежный и приветливый, снова стал единственным источником света. Его серебристые лучи проникали сквозь рассеивающийся дым и освещали покрытую сажей благодарную улыбку Генри. Фенвик лежала на земле, тяжело дыша; она тоже только что восстановила силы после взрыва. — Я попрошу сменить напарника, — выдохнула она с усталым стоном. Гарри мог лишь слегка усмехнуться, поскольку разговор со Смертью не выходил у него из головы.***
Гарри снова окутала знакомая химическая вонь, которой отдавало Очищающее зелье в больнице Святого Мунго, пока целители проводили плановый осмотр на предмет травм, полученных после неожиданной битвы. Рядом с ним, его напарник, Каэлум Селвин нервно вышагивал по комнате, ожидая результатов, которые окончательно развеяли бы его страхи. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату с яростью в глазах влетел Гавейн Робардс, главный аврор, с лицом, пылающим от гнева. — ГАРРИ ЧЕРТОВ ПОТТЕР! — Сударь, — задохнулась медиведьма от непристойного зрелища. — Я буду вынуждена попросить вас уйти, если вы не сможете взять себя в руки… — Я принимаю дозу успокоительного каждый день и две, когда вижу тебя, Поттер! — крикнул Робардс, проходя мимо оскорбленной дамы. Мужчина выглядел очень недовольным и растрепанным после бешеной ночной поездки. — Ты — моё персональное проклятие! — Это должно было быть легким, простым заданием для вас, зеленых! Что-то для галочки в вашей первой промежуточной аттестации! — Робардс продолжал кричать, не обращая внимания на протесты медиведьмы. — Как это могло закончиться поимкой двух самых разыскиваемых в Британии Пожирателей смерти?! Перестань для разнообразия делать заголовки, Поттер! Ты всего лишь стажёр, Поттер, а не герой с обложки 'Пророка'! Больше профессионализма, пожалуйста! Гарри понимал, что за гневом Робардса скрывается тревога, и за его словами не было ничего особенного. Поэтому он просто кивнул в ответ на жалобу. — У тебя большие неприятности, Поттер. Тебе запрещено участвовать во всех полевых операциях до конца года! — сказал Робардс, направляясь к выходу из комнаты. Но перед самой дверью он повернулся и добавил: — Кстати, я должен поздравить вас обоих с поимкой Розье и Синда, но я слишком зол, чтобы сделать это прямо сейчас! Найдите меня завтра, и мы поговорим, если меня не хватит удар прямо в кабинете! С этими словами Робардс ушел, захлопнув за собой дверь. — Как он посмел, — проворчала медиведьма, прежде чем обратить свое внимание на Каэлума. — И ты. Пожалуйста, покинь комнату, пока я провожу диагностику. Любые крики и драки могут подождать. Каэлум замер, не желая уходить, но взгляд медиведьмы не оставлял выбора. После того, как в течение доброй половины десяти минут Гарри обследовали всеми возможными способами, его признали здоровым и готовым к выписке из больницы Святого Мунго. — И как раз вовремя. Мы успеваем на пятничный вечер в пабе! — возбужденно объявил Каэлум, взглянув на часы. Гарри понюхал мантию и тут же чихнул от резкого запаха дыма и пороха. Не имея ничего другого, он нехотя натянул мантию, но тут же понял, что вся ее передняя часть усеяна десятками дыр с обгоревшей бахромой. Тяжело вздохнув, Гарри снова снял ее и сказал: — Развлекайтесь… Каэлум мягко положил руку на плечо Гарри, глядя ему прямо в глаза. — Мы пойдем вместе, — настаивал он. Гарри знал, что стажеры-авроры регулярно собирались в «Дырявом котле» каждую пятницу после работы. Однако, поскольку битва за Хогвартс и роль Гарри в этой войне все еще были свежи в памяти каждого, он старался избегать любых общественных мероприятий. Поэтому он никогда не посещал вечера в пабах, несмотря на то, что уже три месяца как поступил в Академию Авроров. — Пойдем, — сказал Каэлум. — Там все тебя уже знают. Я поручусь за их хорошее поведение. Гарри хотел возразить, но вспомнил о втором шансе, который ему дали. Возможно, это не приведет к моментальному изменению взглядов, но, по крайней мере, требует изменения поведения. — Хорошо, — наконец сказал Гарри, и у Каэлума комично отвисла челюсть. — Я останусь только на стаканчик-другой и на этом закончу. — Ну… — Каэлум застыл, поражённый неожиданным согласием Гарри. — Я думал, тебя придется уговаривать гораздо дольше… — Максимум два напитка, — повторил Гарри, и направился к камину.***
Гарри мгновенно пожалел о своём решении, когда вышел из зеленого пламени камина в Дырявом котле. Разговоры стихли, словно кто-то выключил звук. и все устремили свой взгляд исключительно на него. Гарри изо всех сил старался не обращать на это внимания, проходя мимо толпы зевак. Он слышал тихий шепот и был уверен, что темой разговора был он. Только когда он свернул в коридор и скрылся из виду главного зала, разговоры наконец возобновились. — Мы пришли, — тихо сказал Каэлум, немного замешкался, прочистил горло и постучал в кирпичную стену. Увидев Гарри, вся комната стажеров-авроров разразилась громовыми аплодисментами. — Мальчики которые выжили! — выкрикнул Блант, один из стажёров, и зал взорвался смехом. Похоже, новости об их встрече с Пожирателями смерти распространялись молниеносно. Гарри, предугадывая подобную реакцию, натянуто улыбнулся. Они успешно добрались до пустого столика в конце зала, и внимание к нему постепенно ослабло, когда все вернулись к своим разговорам. Однако Гарри все еще чувствовал на себе блуждающие взгляды других посетителей и некоторых своих товарищей. Ерзая на месте, Гарри настороженно оглядел всех присутствующих. Уловив его дискомфорт, Каэлум начал говорить: — Я не ожидал… Каэлум не успел закончить фразу, как Джонс, студентка третьего и последнего года обучения Аврората, подошла к их столу с двумя бокалами медовухи. — Удивительно, что вам удалось поймать двух Пожирателей на первом задании, — сказала Джонс, ставя напитки на стол. — Эти пинты — от меня Каэлум посмотрел на растерянное выражение лица Гарри и осторожно пояснил: — Это традиция, когда другие стажеры покупают напитки для тех, кто был близок к смерти. Если и есть хорошая причина выпить, то эта, пожалуй, самая веская. — Верно, а также тот факт, что Селвин каким-то чудом убедил тебя появиться, — нахально добавила Джонс. — Видимо, я решил, что пора взглянуть на всё своими глазами, — сказал Гарри с натянутой улыбкой. Подняв кружку, он жестом показал ее Джонс и сказал: — Спасибо. — Ну, — усмехнулась Джонс, махнув рукой в сторону толпы. — Как видишь, мы не кусаемся. Вскоре к ним присоединились еще несколько человек, которые принесли выпивку. Теперь их стол был полностью заполнен напитками, и Гарри был загнан в угол всеми, кто хотел поболтать с ним. — Итак, Гарри, обучение на аврора, должно быть, проще простого по сравнению с борьбой с Сам-Знаешь-Кем… — кокетливо произнесла Дейн, хлопая ресницами. — Возможно… — механически ответил Гарри, потягивая свой напиток, чтобы избежать дальнейшего разговора и притупить свои расшатанные нервы. Это явно не входило в его план, поскольку он уже чувствовал, как все вокруг слегка плывет. Он осушил последний бокал и с глухим стуком поставил его на стол. Встав, понял, что выпил больше, чем следовало. — Эй, Каэлум, я… э-э… я выйду на минутку, — прошептал Гарри на ухо своему другу. — Нужно подышать свежим воздухом. Не дожидаясь ответа, он прошел мимо кольца людей, давно образовавшегося вокруг их стола, и вышел в коридор, который вел к задней двери. Вместо того чтобы направиться к заднему выходу, Гарри повернул налево, мимо таблички «Доступ ограничен» — и начал подниматься по лестнице на крышу. Это было место, о котором ему рассказал бармен Том, когда Гарри хотел спастись от фанатичных поклонников, окруживших «Дырявый котел», и не знал как выбраться. Когда Гарри добрался до верхней площадки, он заметил, что дверь на балкон была приоткрыта. Сквозь щель виднелась тёмная, спокойная часть Косого переулка, где фонари отбрасывали мягкий свет на булыжную мостовую. Вдалеке виднелась знаковая наклонная мраморная крыша Гринготтса, а за ней — магловский Лондон, где небоскрёбы безмолвно возвышались под лунным небом. Переступив порог, Гарри зацепил ногой за ножку коричневого ротангового кресла. Он тихо выругался и взглянул вниз — рядом стоял круглый кованый столик, на котором лежала палочка и бутылка с мерцающей золотистой жидкостью. Только тогда он заметил фигуру в тени. Мужчина стоял, прислонившись к стене, с пустым бокалом в руке. Казалось, что мужчина тоже заметил его появление, так как его голубые глаза немного расширились. — О, простите меня. Я не думал, что здесь кто-то будет, — пробормотал Гарри. Гарри уже мысленно готовился услышать минутную речь с выражением благодарности и возможной просьбой об автографе, когда мужчина забавно дернул уголком губ вверх, и спокойно произнес: — Значит, ты ошибся. Гарри моргнул. Ответ был неожиданным — не грубым, но и не почтительным. Мужчина вышел из тени, и Гарри отметил его седые волосы, зачесанные набок, и лицо, которое казалось смутно знакомым, но ускользало от памяти. Незнакомец направился к двери, и Гарри, который чувствовал себя виноватым, сразу же выпалил: — Вам не обязательно уходить. — О, я и не собирался, — усмехнулся тот, возвращая кресло на место и усаживаясь. Взяв открытую бутылку с алкоголем, он налил немного в свой бокал и сделал глоток. Посмотрев на слегка растерянное выражение лица Гарри, он добавил: — В конце концов, я пришел сюда первым. Если кто-то и должен уйти, то, полагаю, это ты. Гарри снова моргнул. В словах мужчины не было ни злобы, ни вызова — лишь лёгкое поддразнивание. И всё же, это было странно. Мало кто осмелился бы попытаться говорить так со спасителем Волшебного мира… В этот момент Гарри окончательно осознал, что уже не помнит, когда в последний раз разговор с незнакомцем не заканчивался восхвалением героя. Однако не могло быть и речи о том, чтобы этот человек не узнал в нем Гарри Поттера. То, что он отнесся к нему как к обычному незнакомцу, а не как к герою, чье лицо красовалось на страницах «Ежедневного пророка», было удивительно освежающим… и приятным. — Ты выглядишь обеспокоенным, — сказал мужчина, приподнимая бровь. Взмах палочки — и рядом с Гарри появилось кресло и бокал. Мужчина молча предложил ему свою компанию. — Почему вы так думаете? — легкомысленно возразил Гарри, но, тем не менее, сел на предложенное место. Незнакомец пожал плечами, наливая немного огненного виски в бокал Гарри. — Если человек предпочитает общество незнакомца шумной компании друзей, значит, его что-то гложет. — Полагаю, это справедливое замечание, — сказал Гарри, беря бокал. Махнув им в сторону мужчины, он произнес: — За здоровье. — За здоровье, — повторил незнакомец, и они оба сделали по глотку. Гарри почувствовал приятное жжение от алкоголя, когда тот попал на кончик языка. Однако, в отличие от обычного огненного виски, ощущение жжения не длилось долго. Вместо этого оно быстро превратилось в теплый, успокаивающий бальзам, который обволок его язык и горло. Взяв бутылку без этикетки, Гарри осмотрел золотистую жидкость внутри и сделал второй, более крупный глоток. — Рад, что тебе понравилось, — усмехнулся незнакомец, заметив явный интерес Гарри. Он забрал бутылку и наполнил бокал Гарри. — Это из моей частной коллекции. Сомневаюсь, что ты сможешь найти что-то похожее в продаже. Гарри поднес хрустальный бокал к губам и позволил медовому аромату снова окутать его вкусовые рецепторы. Это ощущение вызывало привыкание, и, несмотря на то, что он выпил больше, чем следовало, Гарри решил, что этот огненный виски стоит его будущих неприятностей. Посмотрев на незнакомца поверх бокала слегка остекленевшими глазами, Гарри с любопытством спросил: — По какому случаю? Незнакомец лишь натянуто улыбнулся и молча сделал глоток. В его глазах читался намек на меланхолию, но Гарри знал, что не стоит поднимать эту тему. В конце концов, они были незнакомцами. Эта мысль всколыхнула что-то внутри Гарри. Или, возможно, дело было в превосходном алкоголе. Но независимо от оправдания, слова сорвались с его губ прежде, чем его разум успел отреагировать. — Я умер сегодня. Не буквально, конечно, поскольку я разговариваю с вами. Но… на мгновение… я был мёртв. — сказал Гарри. Мужчина заметно опешил от такого неожиданного признания, а Гарри нервно усмехнулся. — Звучит безумно, да? — Нет, нет, — ответил мужчина. — Я слышал и более странные вещи. Твоя история кажется интригующей, и я бы очень хотел услышать больше, если захочешь поделиться, разумеется… Гарри внимательно посмотрел на собеседника, собрался с мыслями и налил себе еще спиртного. — Мы участвовали в рейде. Столкнулись с Пожирателями. Меня поразило убийственное проклятие, после чего я оказался в своего рода сне — лимбе, если хотите, — где мне предложили выбор. — Какой выбор? — спросил незнакомец, заинтригованный историей. — Либо вернуться в мир живых, либо получить возможность… — Гарри подыскивал слова, чтобы сформулировать свои мысли, не раскрывая всех деталей. — …наконец-то получить то, о чем я всегда мечтал. Мужчина удивленно хмыкнул: — И ты отказался от последнего варианта. — Не совсем, — медленно произнес Гарри. — У меня все еще есть еще один шанс сделать выбор. Честно говоря, у меня был большой соблазн выбрать второй вариант, но… — Но ты не был готов оставить этот мир и все, что в нем есть, без предупреждения? Гарри кивнул и тяжело вздохнул. — Мои друзья, моя семья, Хогвартс, — перечислил Гарри. — По всей стране до сих пор прячутся Пожиратели смерти, замышляющие устроить как можно больше хаоса. Всё в волшебной Британии только начинает восстанавливаться. Я не мог… я не мог просто оставить всё это… — Не подвергнет ли твое решение опасности их — твоих близких — или причинит им какой-либо вред? — мягко прервал его мужчина. Гарри на мгновение сделал паузу, и покачал головой. — Тогда чего ты хочешь? — Гарри посмотрел на мужчину, не понимая вопроса. Мужчина поставил свой бокал и повернулся к Гарри лицом. Наклонившись, он снова спросил: — Ты перечислил все, что есть под небом, как причину остаться. Это обязательства, а не желания. Так что насчет тебя? Чего ты хочешь? Гарри замер. Он не знал, что ответить. Полузакрыв глаза, Гарри перевел взгляд на потемневшее небо и яркий городской пейзаж. Чего же он хотел? Это был простой вопрос, но Гарри не решился ответить. Он уже знал: в самой глубокой, сокровенной части его души не таилась надежда на встречу с родителями или спасение мира от Волдеморта. Там жило куда более простое, но болезненно острое желание — быть частью семьи. Любить и быть безоговорочно любимым кем-то, кто разделяет его наследие и неразрывные семейные узы… Гарри знал, что Молли любит его, как одного из своих сыновей, но предательская, неблагодарная часть его сознания всегда задавалась вопросом, действительно ли он принадлежит ей… Гарри прервал ход своих мыслей, почувствовав ужасающий стыд. Он поднял бутылку и вылил весь напиток в свой бокал, после чего выпил все одним глотком. — Оно того стоит, — выдохнул Гарри. Тихим, тоненьким голосом он добавил: — Я должен быть благодарен за все, что у меня есть. Незнакомец внимательно наблюдал за тем, как на лице Гарри отражается внутренняя борьба. — Ты не должен винить себя за стремление к счастью. Это твоя жизнь, твой путь. Живи ради себя, а не ради чужих ожиданий. — Я… — Гарри запнулся. Заикаясь, он проговорил: — У меня есть друзья, семья… Я не хочу их бросать… — Семнадцать лет ты боролся с Тем-Кого-Нельзя-Называть. Всю свою жизнь ты жил и сражался за всех остальных, — мужчина положил руку на плечо Гарри, сжал его с теплотой. — Не пора ли тебе поставить себя на первое место? И хоть раз пожить для себя? Если они твои настоящие друзья и семья, я знаю, что они будут уважать твое решение. Они долго смотрели друг на друга в молчании, пока из глубины паба не донёсся чей-то крик, вырвав их из раздумий. Незнакомец неловко откашлялся. Это был первый раз, когда он проявил неуверенность. — Прости, если перешел границы. — Нет, — тихо пробормотал Гарри. — Вы не перешли. Мужчина кивнул сам себе, похоже, пытаясь убедить себя, что это правда. — Что бы вы сделали? — тихо спросил Гарри. — Если бы были на моем месте. — Я бы выбрал второй вариант, — ответил тот, не колеблясь. Он посмотрел на Гарри и скривил губы в грустной улыбке. — Не думаю, что смогу когда-либо жить с осознанием того, что я бездействовал, когда у меня был шанс увидеть… — мужчина запнулся, поспешно прочистил горло и продолжил, — когда у меня был шанс получить то, чего я всегда хотел. В словах мужчины прозвучала ужасная печаль, которая глубоко пронзила душу Гарри. Она была похожа на ту же тягучую боль сожаления, которая часто мучила его разум. И в самом извращенном смысле, знание о болезненном прошлом незнакомца ещё сильнее привязало его к Гарри. Как будто тот, кто пережил такую же боль, как Гарри, заслуживал доверия и защиты. После тяжелого молчания губы мужчины искривились в легкой усмешке: — Ты слишком доверяешь незнакомцам. — Вы кажетесь порядочным человеком, и мне говорили, что я умею выбирать друзей, — усмехнулся Гарри. Но тут же помрачнел. — Я бы солгал, если бы сказал, что в наши дни у меня есть хоть капля личной жизни. Даже если бы вы побежали в «Пророк» с этой историей, полагаю, это просто подкинуло бы им больше идей о моем предполагаемом психическом расстройстве для очередной бульварной рубрики. — Это пройдет, — мягко сказал мужчина. — Однажды, когда мир больше не будет нуждаться в героях, люди забудут о тебе. Сейчас это может показаться немыслимым, но это случится. Поверь словам того, кто знает толк в славе. — Я вас откуда-то знаю? — спросил Гарри. Он неуклюже поставил пустой бокал на стол и протянул руки. Поместив лицо мужчины между пальцами, он прищурился, пытаясь разглядеть его черты, но потом сдался. — Мне кажется, что я должен вас откуда-то знать. — Тогда я только что наглядно продемонстрировал свое мнение, — мелодично рассмеялся мужчина. — Как я уже сказал, слава быстротечна. К счастью. Затуманенным, сонным взглядом Гарри наблюдал, как незнакомец поднял свою палочку и одним взмахом убрал все со стола. Затем он сунул палочку в карман мантии и повернулся к двери. Перед тем как уйти, он еще раз дружелюбно улыбнулся Гарри и сказал: — Надеюсь, ты сможешь разгадать эту загадку. — Спасибо, — искренне, но немного невнятно, ответил Гарри. Мужчина хихикнул и исчез на лестнице. Гарри не знал, сколько времени он просидел в кресле, чувствуя, как прохладный ночной ветерок касается его теплых, раскрасневшихся щек, пока он размышлял над советом мужчины. Но тут его похлопали по плечу. Подняв глаза, он увидел обеспокоенное выражение лица Каэлума, и его голос эхом отозвался в его ушах. — Эй, Гарри, мы тебя потеряли, приятель, — сказал Каэлум. — Все в порядке? — Это… это был довольно трудный день, — пролепетал Гарри. — Я, пожалуй, пойду домой. Он встал, но весь мир поплыл перед глазами. — Я провожу тебя, — сказал Каэлум, поймав руку Гарри и перекинув ее через плечо. Когда Гарри, спотыкаясь, спускался по лестнице, он бросил последний взгляд на пустой балкон и подумал, не привиделся ли ему весь этот разговор.
