Глава 31. Поттер - Блэк
16 апреля 2023 г., 09:49
________________________________________
Глава 31
Поттер — Блэк
________________________________________
23 июня 1971 года (среда)
ВЗРЫВООПАСНЫЙ КОНФЛИКТ МЕЖДУ ФОУЛИ И ФЛИНТОМ
Р. А. Лимус, корреспондент Визенгамота
Минчум обвиняет министерство в некомпетентности
Призывает Визенгамот к лидерству и взывает вернуться к цивилизованности
Во время вчерашней дневной сессии верховный чародей, лорд Фоули, вступил в яростную перепалку с лордом Флинтом. Этот жаркий обмен мнениями завершился взрывом, когда лорд Фоули проявил свою вспыльчивость и обвинил лорда Флинта в том, что тот является «патологическим лжецом», и отказался отозвать свой комментарий. Лорд Флинт ответил столь же безапелляционной фразой 'непросвещенный глупец'. Обе фразы привели к их немедленному исключению заместителем верховного чародея на оставшееся время дебатов.
Мистер Минчум, всенародно избранный представитель на открытое место Западной страны (бывшее место семьи Харрис), дал язвительное замечание обеим сторонам палаты вскоре после их исключения:
— Всей палате должно быть стыдно за это жалкое поведение со стороны двух уважаемых и респектабельных лордов. Мы здесь, чтобы выполнять свою работу: представлять интересы наших избирателей, участвовать в гражданском политическом дискурсе и представлять наиболее продуманные решения в ответ на проблемы и заботы нашего народа. В условиях, когда руководство министерства находится в беспорядке, а его некомпетентность налицо, народ обращается к нам, чтобы мы провели его через эти трудные и неспокойные времена. Однако вместо того, чтобы делать то, что от нас требуется, и вселять веру, мы ссоримся, как дети на школьном дворе. Я призываю обе стороны вернуться к цивилизованности и принять участие в конструктивных беседах. Мы можем не соглашаться по разным вопросам, но мы должны научиться слушать друг друга. Только с более холодной головой и непредвзятым мнением мы сможем победить.
***
— Мне ску-у-учно! — раздался голос Джеймса из кухни. — Когда прибудут наши письма? — раздался вопрос Сириуса. — Ну-у-у же-е-е, глупые птицы! Летите быстрее! Был предрассветный час. Джеймс и Сириус сидели за кухонным столом в пижамах. Алекс и Регулус еще крепко спали в своих комнатах, а двое взрослых и Турайс сидели в гостиной в конце коридора. С тех пор, как Джеймс написал Сириусу в прошлом месяце о том, чтобы вместе открыть письма из Хогвартса, и Орион согласился на это, получив у Сириуса обещание вести себя безупречно до конца лета, ситуация начала выходить из-под контроля. Оба мальчика, казалось, поняли (очень ограниченно) суть соглашения и применили ее к ежедневным звонкам по камину, затем к реальным встречам, и, наконец, к ночевке по случаю получения письма из Хогвартса. Отношения между Поттерами и Блэками также были на высоте — особенно среди поколения Турайса. Однако Турайс должен был признать, что если его поколение прекрасно ладило друг с другом, то поколению Ориона требовалось гораздо больше времени, чтобы поладить друг с другом. И сопротивление было в основном со стороны Ориона, поскольку он все еще пытался маневрировать на неизведанных территориях дружбы с семьей, состоящей в альянсе Светлых. — Еще чаю? — Орион жестом указал на левитирующий чайник, который в данный момент наполнял его чашку. — Это отличная идея. Спасибо, Орион, — сказал Флимонт. Он позволил своей чашке левитировать с блюдца. Турайс разглядывал взрослых в янтарном свете близлежащего очага. Хотя свет рисовал прекрасный образ домашнего уюта и комфорта, неспособность тепла проникнуть сквозь размеренную тишину не подтверждала столь желанного обмана. — Осмелюсь сказать, что воспитание троих детей, должно быть, было нелегким делом, Орион. — Голос Флимонта вывел всех из задумчивости. — Мы с Юфимией измучились с Джеймсом. — Худшее позади, — нейтрально ответил Орион. Еще один дьявольский крик расколол неживую тишину. Они вздрогнули, — или я просто на это надеюсь. — Я ВИЖУ ИХ! Я ВИЖУ СОВ, — закричал Сириус. — ИХ ТРОЕ! ОНИ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ИЗ ХОГВАРТСА, — кричал Джеймс. — ОДНА ДЛЯ ТУРАЙСА, ОДНА ДЛЯ МЕНЯ, И ОДНА ДЛЯ ТЕБЯ, СИРИУС. Предвкушая возможность покинуть этот небольшой напряженный обмен мнениями, продолжавшийся уже добрых полчаса, Турайс немедленно откланялся, чтобы получить свое письмо из Хогвартса. Только войдя на кухню, он увидел, что мальчики возбужденно указывают на что-то за окном. Три совы едва успели влететь в окно и сесть на стол, как двое мальчишек внезапно набросились на них. Напуганные совы тут же зашипели и захлопали крыльями в тревоге и защите. Пронзительные крики и птичий визг сопровождали падение цивилизованности в шквал конечностей, когтей и перьев. — А-А-А! — Джеймс победоносно вышел из потасовки с торчащими из волос перьями и крошечными царапинами на левой щеке. В его руке было два конверта. Сириус был в таком же состоянии, но держал только один. Между тем, пострадавшие совы сердито ухнули, и, несколькими взмахами крыльев, вылетели прочь. — Я ВЫИГРАЛ! — Ты жульничал, — крикнул Сириус, когда Кричер появился у окна с совком и метлой, чтобы смести перья. — Нет, я не жульничал, — ответил Джеймс. — Но давай сначала откроем письма. Мальчишки положили три конверта на стол: — Этот — для Турайса… подожди — Этот тоже для Турайса — и третий тоже. Пока оба мальчика стонали и сонно опускались на свои деревянные стулья, Турайс тут же схватил письма. Он вернулся в гостиную и открыл первое письмо. Оно было от профессора Слагхорна, который писал и объяснял, что официально представил свою рекомендацию по кандидатуре Турайса на пост представителя британской молодежи в Визенгамоте. Однако Турайс заметил отсутствие каких-либо упоминаний о ходе рассмотрения его заявки на получение Маховика времени. Он вскрыл второе письмо. Просканировав содержимое, он замолчал от шока и оцепенело передал его Ориону. — Турайс, тебя только что пригласили выступить на Международном симпозиуме по зельям в этом году, — с гордостью сказал Орион, его глаза ярко блестели. Он передал письмо Флимонту и спросил его: — Флимонт, ты опытный мастер зелий. Не мог бы ты объяснить нам, что это значит? — Волчье зелье было представлено для одобрения клиническими испытаниями. Поэтому комитет желает, чтобы ты и мистер Белби выступили с докладом о ваших результатах, — сказал Флимонт. — Международный симпозиум по зельям — это крупнейшая конференция по исследованию зелий. Зельевары со всего мира соберутся и получат возможность представить свои исследования и обменяться знаниями и идеями. И в этом году он будет проходить в Париже. — О… Я не знал об этом… — Турайс отмахнулся от идеи произнести величественную речь перед эрудированной толпой, которая разнесет его работу в пух и прах. Он разбирался в Зельях в объеме обычного стажера-аврора с пыльными знаниями выпускника уровня Ж.А.Б.А. Он не был профессионалом. — Я думаю, это будет прекрасная возможность познакомиться с новыми людьми и увидеть последние новинки, — сказал Флимонт. — И помни, все знают, что ты новичок в этой области, поэтому они будут очень снисходительны. Кроме того, мистер Белби может провести презентацию сам, если тебе будет неудобно. Уверяю тебя, все будут просто в восторге от встречи с молодым человеком, который оказал неизмеримое влияние на потенциально одно из самых влиятельных зелий, изобретенных в этом веке! Турайс сглотнул под тяжестью этих слов: — Я напишу об этом Дамоклу. Я уверен, что он тоже получил это письмо и должен быть в восторге от такой возможности. Флимонт, вы тоже будете там? — Конечно, конечно! — усмехнулся Флимонт. — Я один из членов комитета, организующего это мероприятие. — Так вы знали об этом заранее?! — вскрикнул Турайс. — Почему вы не предупредили меня? — Я связан клятвой, поэтому не могу разглашать принятые решения, — извиняющимся тоном сказал Флимонт. Турайс кивнул, переключив свое внимание на третье письмо. Это был черный конверт с золотым символом на одной стороне. Под ним было полное имя Турайса, написанное элегантными прописными буквами мерцающими золотыми чернилами. Турайс внимательно посмотрел на символ, который состоял из одной точки в круге и геральдической лилии, выступающей на правом верхнем краю круга. Затем он услышал громкий вздох Флимонта. Турайс поднял голову и увидел, что волшебник с шоком и восхищением смотрит на конверт. — Это символ Николаса Фламеля, — выдохнул Флимонт. — Что?! — недоверчиво воскликнул Орион, наклонив конверт, чтобы убедиться в этом. Его глаза расширились от узнавания символа. — Турайс, вскрой его и быстро прочитай. Турайс, не теряя ни секунды, вскрыл конверт и прочитал письмо. — Николас Фламель пригласил меня посетить его резиденцию в последний день конференции, — резюмировал Турайс, передавая письмо Ориону. — Это необыкновенная возможность, Турайс, — взволнованно сказал Флимонт. — Фламель, должно быть, очень впечатлен, раз он направил тебе приглашение на частную аудиенцию. Я могу по пальцам одной руки пересчитать количество людей, удостоившихся такой чести. — Но я не понимаю, зачем ему понадобилось видеть меня, — сказал Турайс. — Дареному коню в зубы не смотрят, — сказал Флимонт. — Мало кто может утверждать, что у него была личная беседа с легендарным Николасом Фламелем. Ты должен пойти. — Я немедленно напишу свой ответ, — сказал Турайс. — А-А-А! ПИСЬМА ИЗ ХОГВАРТСА НАКОНЕЦ-ТО ПРИБЫЛИ! — Крик Джеймса разнесся по всему дому.***
Турайс появился из камина в Дырявом котле перед Орионом и окружающей его шумной толпой болтающих посетителей. Огонь за его спиной снова разгорелся, когда из него вышли его братья. Следом за ними появились и Поттеры. Несколько человек заметили эти две семьи и стали бросать на них любопытные взгляды. Они быстро прошли мимо Тома, бармена, и вышли во двор. Флимонт постучал палочкой по кирпичной стене, и они начали перестраиваться, один за другим, в арку. Наконец она остановилась, открыв взору шумную толпу, которая пробиралась вперёд и назад по узкому проходу, где вдали поблескивало кривое здание Гринготтса. — Нам лучше начать, если мы хотим закончить хотя бы половину покупок для мальчиков сегодня, — сказал Орион, доставая список школьных принадлежностей для Турайса, Сириуса и Алекса. — Я не понимаю, как мы сможем управиться со всем сегодня… — Орион, — сказал Флимонт. — Почему бы Сириусу не присоединиться к Джеймсу у мадам Малкин, чтобы снять мерки для мантии первокурсников. Затем мы можем отправиться во Флориш и Блоттс, чтобы забрать учебники для всех. Это сэкономит время. — Я записал Турайса и Сириуса в Твилфитт и Таттингс, — сказал Орион. — Через два часа. А также договорился, чтобы наши портреты сделали через час. — Ах, конечно, — вежливо сказал Флимонт. — Так почему бы тебе не предоставить нам с Юфимией списки. Мы купим все книги, ингредиенты для зелий и оборудование, а Джеймс вместе с Сириусом отправится за палочками к мистеру Олливандеру. У них останется достаточно времени, чтобы найти сову перед фотосессией. Затем мы сможем собраться в Твилфитте и Таттингсе? Орион кивнул, и Поттеры ушли в сторону Флориш и Блоттс, а Орион и пятеро детей направились к мистеру Олливандеру. Не прошло и секунды, как двое десятилеток заскулили. — Мы можем уже идти?! — в унисон крикнули Джеймс и Сириус. Затем они удивленно посмотрели друг на друга. — Повторюха! — крикнули они одновременно. Они громко рассмеялись от восторга. — Пойдем, отец! Я хочу купить свою палочку! — хныкал Сириус. Орион нахмурился: — Сириус, веди себя хорошо. Я не хочу слышать никаких легкомысленных жалоб. — Да, отец, — улыбка Сириуса мгновенно превратилась в обиду. — А, добро пожаловать. Господин Блэк, — сказал мистер Олливандер с глубоким поклоном, когда они вошли в магазин. — Мистер Фоули… — сказал он с оттенком удивления, — и господин Турайс Блэк… Из глубины магазина донесся громкий грохот, словно какое-то мерзкое существо пыталось вырваться из своего заточения. Мистер Олливандер бросил взгляд на темный проход, между беспорядочно торчащими с обеих сторон коробками с палочками. — Возможно, я догадываюсь, что это такое… — тихо пробормотал он. Принеся свои извинения, мистер Олливандер ненадолго исчез, а затем вернулся. Выглядя взволнованным, что было очень необычно для этого человека, мистер Олливандер нервно посмотрел на Ориона и сказал с легкой дрожью в голосе. — Это было именно то, что я думал. Надоедливая коробка со старыми вещами от… от моей… дорогой кузины Гертруды, которая скончалась в прошлом году. До сегодняшнего дня она никогда не пыталась сбежать… — Наследственная магия чрезвычайно сильна, — легкомысленно предупредил Орион. — Было бы разумно, если бы вы не игнорировали ее признаки. Глаза мистера Олливандера пробежались по всем лицам в комнате, прежде чем он шумно прочистил горло. — Наследственная магия никогда не вредит потомкам. Но будьте уверены, я расследую этот вопрос в свое время. Но до этого… У нас тут кое-что более важное… Орион положил руки на плечо Сириуса и сказал: — Мой второй ребенок ищет палочку. А также господин Поттер. — Кто такой господин Поттер? — Джеймс нахмурился на мгновение и огляделся вокруг. — О, вы имеете в виду меня! — Конечно… — быстро сказал мистер Олливандер, снимая несколько мерок с двух мальчиков. Удовлетворенный, он скрылся в глубине магазина. Через несколько минут он вернулся с охапкой новых палочек. — Пожалуйста, выйдите вперед, мистер Поттер, — сказал мистер Олливандер, когда Джеймс нетерпеливо подпрыгнул. Он уже собирался вручить мальчику его первую палочку, но тут его взгляд метнулся к остальным членам группы. — Мистер Поттер, информация о палочке — особенно ее сердцевина — является исключительно личной информацией. Не хотите ли вы, чтобы ваши гости вышли на минутку, пока вы выбираете свою палочку? Джеймс моргнул один раз, затем покачал головой и пожал плечами: — Нет, все нормально. Я все равно скажу Сириусу. — Если вы уверены… первая — красное дерево и волос единорога. Одиннадцать… — только и успел сказать мистер Олливандер, когда Джеймс тут же потянулся вперед и жадно выхватил палочку из рук мужчины. Как только пальцы Джеймса коснулись палочки, Турайс почувствовал, как вокруг него закружился ветер и волшебство, а кончик палочки выпустил серию красных искр. — Чудесно! — взволнованно воскликнул мистер Олливандер. — Совпадение с первой попытки. Джеймс смотрел на свою палочку, полный безудержной радости и удовлетворения. Затем он подпрыгнул от восторга: — Значит ли это, что это особенно мощная палочка? Ведь совпадение было с первой попытки? — Это не редкость, когда человек находит себе пару с первой попытки, — сказал мистер Олливандер совершенно искренне. — О… — сказал Джеймс, звуча слегка разочарованно. Но затем его лицо снова расплылось в широкой ухмылке, и он воскликнул: — Но теперь у меня есть моя палочка, ура! Он стал размахивать своей палочкой в различных дуэльных позах и издавать голосом собственные звуковые эффекты. Мистер Олливандер бросил настороженный взгляд в сторону гиперактивного мальчика, а затем обратил свое внимание на Сириуса. — Итак, мистер Блэк. Пожалуйста, выйдите вперед. Это вяз и сердцевина дракона. Податливая — нет — это — боярышник и сердечная жила дракона — определенно нет… Вскоре на прилавке лежала скромная стопка опробованных палочек. Это была лишь малая толика той кучи, что была у Турайса два года назад, но все равно впечатляющая. Джеймс сейчас крутился на вращающемся стуле в углу магазина с палочкой в руке; вид у него был очень скучающий. Алекс, напротив, был увлечен различными палочками, которые ждали, когда Сириус попробует их. Тем временем Сириус выглядел слегка подавленным, стоя сгорбившись в центре комнаты. — Сириус, ты так долго! — пожаловался Джеймс. — Выбор палочки — дело тонкое! — Обычно мутные глаза мистера Олливандера затвердели, когда он огрызнулся на Джеймса, который явно не замечал ярости волшебника, продолжая крутиться на своем стуле. — Орех и волос единорога. Десять с четвертью дюймов. Податливая, — с ноткой раздражения сказал мистер Олливандер, протягивая Сириусу еще одну палочку. — Я не думаю, что она подойдет… — сказал Алекс, сморщив нос. Не прошло и секунды, как мистер Олливандер выхватил палочку из рук Сириуса и заменил ее другой. — И также не тис. — Что вы там бормочете, мальчик? — спросил мистер Олливандер, сузив взгляд на Алекса. Алекс был похож на единорога, когда застыл на месте. — Нет… ничего, — сказал Алекс. — Вы давали комментарии на протяжении всего процесса выбора палочки мистером Блэком, — сказал мистер Олливандер. — Не думайте, что я этого не заметил. Каковы ваши мысли? Разоблаченный, Алекс нервно хихикнул: — Извините, я замолчу, — кротко сказал он. — Я не говорил «хватит». Я сказал: «Скажите мне, что вы думаете?» — снова спросил мистер Олливандер. Глаза Алекса на мгновение метнулись между мужчиной и Сириусом, прежде чем он нерешительно сказал: — Ну… Мистер Олливандер, палочки, связанные с чертами его семьи или чертами его отца, не сработали, — предположил Алекс. — Я хорошо знаю характер Сириуса и думаю, что ему больше подойдут более игривые палочки. Может быть, из кизила или эбенового дерева? Мистер Олливандер внимательно обдумал слова Алекса, изучая мальчика через свои очки. Затем он ненадолго исчез в магазине, а затем вернулся с палочками. — Давайте попробуем эти, мистер Блэк. Терновник и сердечная жила дракона. Тринадцать с половиной дюймов. — нет, нет, нет — Попробуйте эту. Кизил и волос единорога. Двенадцать и три четверти дюйма — НЕТ! Отдайте — Как насчет кизила и пера феникса — неважно — эбенового дерева и пера феникса. Достаточно упругая. Тринадцать с половиной дюймов — а-ага! Из кончика палочки посыпались золотые искры, и Сириус закричал от восторга: — Турайс, отец! Я выбрал палочку! Турайс улыбнулся своему брату, взъерошив ему волосы. Алекс тоже засиял, а мистер Олливандер бросил на него одобрительный взгляд. — Вы сказали Фоули… — вслух поинтересовался мистер Олливандер. — Я помню одного Фоули, который писал мне два года назад. Это были вы? — Алекс нервно кивнул, и мистер Олливандер кивнул. — Мистер Фоули, вы случайно не хотите стать мастером волшебных палочек? Челюсть Алекса упала и бесполезно повисла. Турайс с досадой посмотрел на мальчика. Ему определенно нужен был кто-то, кто протянул бы руку помощи. — Да! — сказал Турайс вместо Алекса. — Он всегда интересовался магией палочек и всегда упоминал, что хотел бы стать вашим учеником. Это возможно? Мистер Олливандер задумчиво хмыкнул: — Жаль, что вы не Олливандер… хотя вы выглядите соответствующе, если можно так выразиться. Кроме того, ваше сердце и разум находятся в правильном месте… Мистер Олливандер выглядел озадаченным, словно перед ним стояла сложная загадка. Турайс вспомнил свой короткий разговор со взрослым Александром Фоули в предыдущей временной линии. — Алекс — выдающийся человек, — тут же возразил Турайс. — Я знаю, что он не Олливандер, и я также знаю, что мастера волшебных палочек обычно держат свой бизнес внутри семьи, но, может быть, вы сделаете для него исключение? Старик посмотрел на двух подающих надежды детей. Затем его глаза решительно блеснули, и он сказал: — Приходите после окончания школы. Возможно, тогда у меня найдется что-нибудь для вас. Глаза Алекса комично расширились, когда мистер Олливандер начал собирать палочки. Турайс взволнованно тряс Алекса за плечо, в то время как парень стоял в полном шоке. — Алекс! — сказал Турайс. — Он ничего не обещал… — пробормотал Алекс. — Ну, он сказал, что, по крайней мере, подумает об этом. — Полагаю, что это так… — прошептал Алекс. — Мы наконец-то закончили?! — Джеймс соскочил со стула и побежал обратно к прилавку, его очки перекосились от всех этих вращений. — Я хочу уйти и посмотреть на новый Нимбус 1701! Орион быстро заплатил двенадцать галеонов за две палочки, но не успели они выйти из магазина, как мистер Олливандер снова окликнул их. — Мистер Фоули, — сказал мистер Олливандер, — позаботьтесь о том, чтобы выбрать в качестве факультатива Уход за магическими существами, Теорию магии и Нумерологию. Они очень важны для вашего фундамента. Алекс быстро кивнул в ответ. — Спасибо, мистер Олливандер, — сказал Алекс.***
Пока Джеймс и Сириус прильнули к окну, глядя на потрясающее произведение искусства, которым был Нимбус 1701, Турайс и Алекс заметили знакомое зрелище. Недалеко от магазина Все для квиддича Турайс увидел, что к ним направляется Майкл. Позади него шли трое взрослых. Кроме того, рядом с Майклом шла спутница. По сравнению с темным цветом лица и густыми черными волосами, которыми обладали Уилкинсы, ее кожа была светлой, а волосы — огненно-рыжими. — Эй, Алекс, смотри, — подтолкнул Алекса Турайс. — Это Майкл, не так ли? Алекс оглянулся и кивнул. Затем он прошептал: — Ты видишь, как сильно он нахмурился? А я-то думал, что он плохо вел себя в Хогвартсе… Турайс уловил тот момент, когда Майкл заметил их. Выражение его лица стало шокированным, затем паническим, и наконец оно превратилось в мрачное осознание. Он выглядел так, словно хотел быть где угодно, только не здесь. — Господин Блэк, — пожилая леди подошла к Майклу и царственно подняла руку, — рада видеть вас снова. Я уверена, что вы узнали мою младшую дочь, Лавинию. — Действительно, — сказал Орион. — Приятно видеть, как вы превращаетесь в такую прекрасную леди, мисс Свайр. — Прошло слишком много времени, мистер Блэк, — мило сказала мисс Свайр, делая шаг вперед и любезно беря Ориона за руку. — И то правда, — сказала леди Свайр. — А это мистер и мисс Уилкинс. — Приятно познакомиться с вами обоими, — сердечно сказал Орион. — Ваши семьи сегодня тоже закупаются? — Не совсем, — сказала леди Свайр, жестом указывая на свою дочь и Майкла. — Мы направляемся в ресторан. Моя дочь знакомится с молодым мистером Уилкинсом. Я бы с удовольствием продолжила эту милую беседу, но, боюсь, нам пора идти. Пожалуйста, извините нас. — Конечно, леди Свайр. Нам уже тоже пора, — спокойно ответил Орион. Как только Уилкинсы удалились, Орион прокомментировал: — Похоже, между наследником Уилкинсов и младшей дочерью Свайров будет объявлено об ухаживании. Турайс спросил Ориона: — Отец, кто такие Свайры? — Свайры ненавидят задымленный Лондон и в основном проживают сейчас во французской сельской местности. Леди Свайр также является сестрой покойной жены лорда Малфоя. Поэтому две семьи связаны как браком, так и политикой. — А сколько лет Лавинии Свайр? Я не видел ее в школе, — сказал Турайс. — Ты не встретил бы ее в Хогвартсе, поскольку она учится в Шармбатоне. Ей шестнадцать, если я не ошибаюсь. Теперь Турайс понимал, что родители принуждали Майкла к браку по расчету со Свайрами. Такие помолвки и браки по договоренности выходили из моды, но все еще сохранялись в более консервативных семьях. Очевидно, что Уилкинсы были одной из таких семей. — Стоит ли нам ожидать в ближайшее время объявления о помолвке? — Я сомневаюсь, что это произойдет в течение этого года, поскольку мы, должно быть, стали свидетелями только начала ухаживания. А мужчины обычно не заключают брачный контракт до совершеннолетия. Так что, скорее всего, это произойдет не раньше следующего года. Турайс задумчиво хмыкнул.***
Турайс позвонил в дверь, рядом с ним стоял Алекс. Орион только что аппарировал за Сириусом и Регулусом. — С днем рож… Крик Турайса прервался, когда дверь распахнулась, и вместо гриффиндорца, которого ожидал увидеть Турайс, появился взволнованный и хмурый капитан Слизерина по квиддичу. — Эй, Май… — Майкл зажал рот Турайсу рукой, прежде чем выйти и закрыть за собой входную дверь. — Что происходит… — Турайс, — сказал Майкл опасно низким тоном. Затем он бросил взгляд в сторону Алекса: — Алекс. Не. Смейте. Ничего. Упоминать. О. Лавинии. Я понятно объяснил? Турайс моргнул по-совиному, прежде чем понял, что парень имеет в виду. — Ни. Единого. Слова. Об. этом. Кайдену… — Что они не должны мне говорить? Трое парней обернулись, чтобы увидеть Кайдена в широко распахнутом дверном проеме. — О… только о моем подарке на день рождения, — с легкой улыбкой солгал Майкл. Он обнял каждого из двух третьекурсников и сказал: — Турайс и Алекс помогли мне с ним, и мне нужно было убедиться, что они не испортят сюрприз. — Я уверен, что у них обоих больше здравого смысла, — рассмеялся Кайден. — Но разве это не значит, что ты подарил мне только половину подарка, Майкл, если они будут претендовать на часть твоего? — Кайден, когда это я дарил тебе только один подарок? — спросил Майкл. — Не знаю, может быть, на мой шестой день рождения? — предположил Кайден с дразнящей ухмылкой. — Ты не можешь отчитывать меня за это! — Майкл, ты знаешь, что я люблю каждый подарок, который ты мне подарил, — тихо сказал Кайден, глядя на свои руки. Турайс заметил, что кончики ушей Майкла окрасились в розовый, когда два капитана стояли в дружелюбном, но напряженном молчании. 'Хм… интересно…' Кайден прочистил горло и повернулся к Турайсу: — Однако я не столь снисходителен к вам, молодой человек, — сказал Кайден. — С шестнадцатилетием, наглый ублюдок, — с ухмылкой сказал Турайс, протягивая завернутый подарок. Кайден выхватил подарок из его рук и с силой обнял Турайса. На короткую секунду ему показалось, что его ноги оторвались от земли: — О, Турайс, я тоже тебя люблю, приятель! — Я когда-нибудь говорил, что ненавижу, когда меня поднимают? — сказал Турайс, пытаясь восстановить дыхание, пока Кайден обнимал Алекса одной рукой. — Не-а, — Кайден улыбнулся, сверкнув белыми зубами и явно довольный собой. — И даже если бы ты это сделал… Ты должен был уже меня узнать. Это не сработает, пока я не решу принять информацию к сведению. Майкл, не мог бы ты пойти на поле, чтобы организовать всех, прибыл последний участник квиддича. Мы будем там, как только я рассажу всех по местам. — Конечно, — сказал Майкл, сжав плечо Кайдена. — Я сейчас же отправлюсь на поле. — Спасибо, Майкл, — сказал Кайден. Позади головы именинника Майкл одарил Турайса и Алекса суровым взглядом, как прощальное напоминание об их обещании, прежде чем исчезнуть в дверном проеме. Через несколько секунд Орион, Сириус и Регулус появились на пороге с тихим хлопком. — С днем рождения, Кайден, — сказал Орион, переступая порог. — Спасибо, мистер Блэк, — ответил Кайден. — Моя мама и другие родители в гостиной. Джеймс и остальные были наверху и играли во Взрывающиеся карты, когда я проверял их в последний раз. Алекс, я знаю, что ты уже большой мальчик, но если ты не хочешь… — Я пойду наверх с Сириусом и Регулусом. — Отлично! Там также есть несколько третьих и четвертых курсов, так что ты можешь присоединиться к ним, Алекс. — Алекс кивнул. — Как насчет тебя, Турайс? — спросил Регулус. Кайден обнял Турайса и сказал: — Не беспокойся о своем старшем брате. Он пойдет со мной, чтобы поиграть в квиддич для больших мальчиков. — Я тоже хочу играть в квиддич! — ныл Сириус. — Извини, Сириус, — сказал Кайден. — Это только для больших мальчиков — или только для студентов Хогвартса… — Но у меня уже есть письмо! У меня есть все принадлежности для Хогвартса! Я студент Хогвартса! — горячо возмущался Сириус. — Не-а, я еще не закончил… Большой мальчик — это значит студент Хогвартса и член команды факультета, — сказал Кайден. — Джеймсу я тоже запретил, так что никаких претензий. Сириус ссутулился в поражении. — Сириус, Регулус. Я буду со взрослыми, если вам что-нибудь понадобится, — сказал Орион. Сириус и Регулус кивнули, следуя за Алексом, и начали подниматься по лестнице. Прежде чем Орион исчез в коридоре, он сказал: — Турайс, не забудь свой подарок. — Не волнуйтесь, мистер Блэк, он в безопасности в моих руках, — воскликнул Кайден, размахивая подарком Турайса. Он повел Турайса к задней части дома. — У тебя с собой метла? Отлично! Могу я взять ее сегодня? Кэтрин не разрешает никому из нас даже пальцем тронуть ее метлу. — Конечно! — сказал Турайс. — Вот почему ты мой самый любимый человек, Турайс, — усмехнулся Кайден, обхватывая его за плечи. — Мы… — Я думала, что твой самый любимый человек — это… — раздался женский голос сверху, и до того, как она успела договорить, Кайден успел закрыть ей рот рукой. Турайс поднял голову и увидел лицо девушки, светлый хвостик, карие глаза… но вверх ногами. Теперь Турайс заметил, что ее туфли были прикреплены к потолку, а позади нее остались блестящие фиолетовые следы. — Гвен! Прекрати распространять обо мне клевету и перестань размазывать эту слизь по всему потолку. Эту дрянь из Зонко очень трудно вычистить, и мне придется сделать это… без магии, — сказал Кайден, когда девушка попыталась отцепить его пальцы от себя. — Хорошо, хорошо, хорошо. Горячий капитан, — сказала она и протянула руку вниз, к Турайсу: — Привет, Блэк. Я Гвенит Орпингтон, лучшая подруга этого болвана. Зови меня Гвен. — Приятно познакомиться, Гвен, — Турайс протянул руку вверх и неловко пожал ее. — И, прошу, зови меня Турайс. — С радостью, Турайс, — сказала Гвен. — Если тебе понадобится хоть какой-то компромат на этого мальчишку, можешь найти меня в любое время… Кайден подпрыгнул, чтобы достать Гвен, но она ловко присела и была вне досягаемости: — Тебе лучше надеяться, что эти Чары приклеивания не сотрутся в ближайшие несколько часов, Гвен, или ты получишь! Кайден зарычал, когда Гвен показала язык и ушла. Он схватил Турайса за руку и повел на поле. Вдалеке Турайс мог видеть около дюжины людей, толпившихся вокруг и парящих на своих метлах: — Итак, прошу, не обращай внимания на все, что только что сказала Гвен… — Кто такая Гвен? — Турайс подмигнул парню и они увидели родителей, наслаждающихся чаем неподалеку. Кайден посмотрел на Турайса, но потом улыбнулся и резко сказал: — Какой умница. Мерлин знает, как сильно я тебя люблю. — Побереги эти слова для других, — засмеялся Турайс, когда Кайден весело помахал двум взрослым. — Приятного чаепития, мистер и миссис Уинтерботтом, — громко сказал он. Пара помахала в ответ с улыбками на лицах. Он снова обратился к Турайсу: — Так вот, я хотел сказать тебе, что через несколько недель я поеду с тобой в Париж. — Что? — воскликнул Турайс. — Как? — О! Дяде Флимонту разрешено взять с собой еще одного человека, — сказал Кайден, — Обычно с ним едет тетя Юфимия. Но в этом году она будет с моей мамой на ежегодной Международной конференции волшебниц в Испании, потому что в этом году моя мама председатель! 'Вау. Я и не знал, насколько Поттеры хорошо общаются', — подумал Турайс. — Но почему он не возьмет с собой Джеймса? — спросил Турайс, когда они начали спускаться по извилистой тропинке через кустарник. — Потому что Джеймс ненавидит подобные вещи, — беззаботно ответил Кайден. Когда они дошли до поля, Турайс увидел несколько фигур, летающих и перебрасывающих квоффл. Одна из них сделала особенно хитрый прием после нырка в траву. Фабиан присвистнул и крикнул: — Молодец, Шафик! — Почему вы двое так долго? — ухмыльнулся Гидеон, ударив Кайдена по плечу. — Эти четверо не могли дождаться, пока ваши ленивые задницы доберутся сюда, и улетели сами. — Эй! Я именинник. Мне положено опаздывать по традиции, — сказал Кайден, скрестив руки. Турайс фыркнул: — Да, он опоздал, но точно не по традиции. Кайден толкнул Турайса, а Гидеон рассмеялся: — Отлично, Турайс… — ГОЛОВЫ! — крикнул кто-то сверху. Все пригнулись, когда поняли, что алый шар вышибала падает на них, а точнее, прямо на Турайса. Турайс инстинктивно упал на траву, приготовившись к удару. Но ничего не произошло. Приоткрыв глаза, он поднял руку, заслоняя солнце, и прищурился, пытаясь разглядеть фигуру, парящую прямо над ним. Он видел, как нежно-розовые губы артистично изгибаются при произнесении тихих слов. Тем не менее Турайс перевел взгляд выше и увидел ярко синие глаза, которые были насыщенней чем любой живописный океан в мире. Турайс знал, что она, несомненно, одна из самых пленительных дам, которых он когда-либо встречал в жизни. Она была потрясающей — не только в классическом понимании, но и игривой и распологающей. Ее волосы насыщенного каштанового цвета с прожилками платинового блонда были заплетены в замысловатый узор и лежали на левом плече. Ее глаза были теплыми, как очаг, и в то же время пылали силой… И они смотрели прямо на него. Турайс покраснел от внезапного осознания и тут же отвел взгляд. Должно быть, он уставился на нее как ненормальный и совершенно опозорился еще до знакомства. Он почувствовал, как пара рук поднимает его на ноги. — Это было очень близко, — голос Кайдена прозвучал как сигнал тревоги, когда окружающие звуки вернулись в его мир. Турайс моргнул, когда понял, что девушка уже приземлилась, держа в руках квоффл. Кайден подошел и вырвал у нее квоффл из рук: — Как ты смеешь оскорблять Ринго, Шафик?! Девочка очаровательно прикусила нижнюю губу, ее глаза светились озорством. Она уронила метлу и принялась лупить обидчика с двух сторон. Кайден вскрикнул, пытаясь блокировать атаку, и скрылся за спиной Турайса. Девочка остановилась перед Турайсом, и ее глаза снова метнулись к нему. Турайс почувствовал, как у него перехватило дыхание. И почему его сердце колотилось как сумасшедшее? Наверное, он еще не успокоился от шока, предположил Турайс. — Эта злобная дамочка — та самая Кэтрин Шафик, о которой я говорил раньше, — вздохнул Кайден, когда Турайс снова моргнул. — Ужасная хулиганка, вот кто она, — проворчал Кайден, когда девушка пригрозила еще одним ударом. Внезапно он понял, что должен был представиться, и поспешно протянул руку: — Приятно познакомиться, Кэтрин. Я Турайс Блэк, — сказал Турайс, пожимая ее руку. Ее хватка была уверенной и крепкой, рассеянно отметил Турайс. — Моего любимого игрока лиги тоже зовут Кэтрин. Турайс не знал, зачем он сообщил такую бесполезную информацию, и почувствовал, что его щеки снова потеплели, когда девушка рассмеялась. Для его ушей это было подобно звону серебряных колокольчиков на летнем ветру. —Полагаю, та, о ком ты говоришь, это Кэтрин Вестермон, — сказала девушка медовым голосом. — Она — мой кумир и пример для подражания. — Ты… тоже ловец? — спросил Турайс. Его голос показался ему робким, и это ему не понравилось. — Да — ответила Кэтрин с легкой улыбкой. 'Ничего себе', — подумал Турайс, впечатленный. Он посмотрел на ее синюю с серебром мантию. Мало того, что она была игроком в квиддич и ловцом, так она еще и была ученицей Рейвенкло, так что у нее, вероятно, был интеллект, соответствующий ее внешности. Она была, ну, откровенно говоря, идеальна. — Турайс? — Турайс вдруг понял, что смотрит на нее, как одурманенный идиот. В тот же миг он с ужасом понял, что пропустил то, что она сказала. — А? — Турайс тупо ахнул. Она только что задала ему вопрос. Что это был за вопрос? — Я просто спросила, как ты догадался, что я ловец? — повторила Кэтрин. — Э-э… — Турайс пытался сказать хоть какое-то связное предложение, которое пришло бы ему в голову. К своему ужасу, он сказал: — Потому что твои руки были мягкими, но твердыми… — Турайс внутренне застонал. Вот что это был за ответ?! Теперь, когда он окончательно опозорился, он должен был найти выход из ситуации. Турайс пытался выбрать один из планов, которые проносились в его голове с молниеносной скоростью. Он был в трех минутах бега от ближайшего дерева — нет, слишком далеко. Он мог бы сесть на метлу и улететь — нет, маглы его заметят. Он мог бы взорвать землю под собой и похоронить себя — нет, радиус взрыва заклинания мог бы поранить других. Но смех Кэтрин вернул его к реальности. И Турайс отметил, что тон был незлобным. — О, какой очаровательный молодой человек. Теперь я понимаю, почему в тебя влюбляется так много девушек. — О нет! — Турайс замахал руками. — Меня не интересуют девушки… То есть, я не хочу встречаться с девушками… пока… Я еще слишком молод. Отлично. Теперь он звучал как идиот и ханжа. 'Но почему тебя волнует, что она считает тебя ханжой, Турайс? ' — отругал он себя, пытаясь снова взять себя в руки. — 'А ты и должен быть ханжой. Тебе физически двенадцать, еще нет и тринадцати.' — Это заставило его мгновенно прийти в себя. — Ха-ха… Я понимаю, о чем ты, Турайс, — Кэтрин положила руку ему на плечо. — Никто в твоем возрасте еще не думает о свиданиях. Но скоро все изменится. Турайс почесал голову: — Не могу поверить, что мы еще не пересекались — о! — Турайс увидел в ее руках метлу, которая была почти идентична его метле, — У тебя Нимбус 1701! — Хорошо подмечено, — усмехнулась Кэтрин, потирая блестящее пятно на метле. — Это мой ранний подарок от родителей на семнадцатый день рождения в следующем месяце. Она сделана из красного дерева с гибридным хвостом из березы и дуба — баланс между более быстрым подъемом и повышенной устойчивостью. Я также сделала обшивку хвоста для лучшей аэродинамики. — Это потрясающе, — взволнованно произнес Турайс. — Вижу, ты также модифицировала рукоятку титановым покрытием — намного легче, чем платиновые. Ты должна как-нибудь дать мне прокатиться на ней! Кэтрин прижала метлу к себе и ухмыльнулась: — Я подумаю об этом. Турайс простонал, но затем отсалютовал одной рукой: — Я буду вести себя наилучшим образом, мисс. Это вызвало красивый смех Кэтрин, и Турайс тоже невольно улыбнулся. Было необычайно приятно вызвать улыбку на ее лице… но он не должен был это делать, напомнил себе Турайс. — Итак… как же я никогда не встречал тебя, если ты в команде по квиддичу? — О нет… — сказала она с легкой усмешкой. — К сожалению, в этом году я не попала в основной состав. Только в запасной. Так что ты бы меня не увидел, даже если бы мы играли друг с другом. — Тебе стоит попробовать в следующем году снова, — сказал Турайс. Кэтрин улыбнулась и ответила: — Сначала мне нужно посмотреть, какая у меня нагрузка на занятиях по Ж.А.Б.А. — Турайс не мог не почувствовать разочарования, но кивнул в знак согласия. — Конечно, школа на первом месте. Но каковы твои стремления? — Я хочу стать главным аврором, как и мой отец, — с гордостью сказала Кэтрин. — Я также хочу стать первой женщиной-главой Аврората, чтобы вдохновить других девушек на вступление в авроры. Нас и так слишком мало. — Турайс был поражен энтузиазмом девушки. — Я уверен, что ты сможешь это сделать, — твердо сказал Турайс. — Я верю в тебя. — Спасибо, Турайс, — тихо сказала Катрин. — Не многие думают, что женщина может или должна стать главным аврором… Турайс сказал с насмешкой: — Не слушай этих сексистов. Наш министр — женщина. Почему у нас не может быть женщины-главного аврора или женщины-главы департамента магического правопорядка? Кто бы тебе это ни сказал, он явно не стоит твоего времени и усилий и… — Турайс понял, что Кэтрин хихикает, и ему вдруг стало стыдно: — Прости за мой поток слов… — Ты больше волнуешься из-за этого, чем я, — улыбнулась Кэтрин и Турайс покраснел. — Просто… Я… знаю, что ты сможешь, — неубедительно закончил Турайс. Внезапно в его сознание ворвалась мысль. Турайс понял, что девушка, на которую он смотрел, потенциально может быть первой женщиной-главным аврором в прошлом времени. Он смутно помнил, что рядом с портретом Карлуса висел портрет пожилой женщины, похожей на Кэтрин. Возможно, Кэтрин и была будущим главным аврором. Но пережила ли она войну? В голове Турайса образовалась пустота, когда ледяная волна ужаса и неуверенности приглушила его энтузиазм до неразличимого уровня. Внезапно его похлопали по спине. Турайс резко обернулся, когда Кайден сказал: — Эй, Турайс. Хватит включать свое обаяние перед самой красивой девушкой в Хогвартсе, которая переплюнет даже вейлу. — Он посмотрел на Кэтрин, когда она захихикала. — Хотя должен сказать, что я разочарован, Кэтрин. Я думал, ты лучше защитишься от подвешенного языка Турайса. И это даже не лучшее его качество. — Кэтрин снова рассмеялась. Турайс ответил: — О каких еще качествах ты говоришь? — Хм, не могу сказать точно, — нахально усмехнулся Кайден. — Я думаю, что все они уступают моим, поэтому я не обратил на них внимания. — Я не согласна, — сказала Кэтрин, подойдя и толкнув Кайдена в грудь легко, но достаточно сильно, чтобы парень попятился назад. — Я думаю, что Турайс намного лучше, чем то, что я видела у тебя. Турайс, ты можешь поверить, что этот парень бросил меня посреди свидания, потому что Майкл вывихнул лодыжку, или вывихнул запястье, или еще что-то… — Ты должна прекратить использовать те свидания двухлетней давности против меня! — Кайден надулся. — И в свою защиту скажу, я думал, что он умирает. — Растяжение — это не опасная для жизни травма, — ответила Кэтрин. — Но это было даже не самое худшее. Этот парень бросил меня посреди снежной бури, когда мы были на полпути между Хогсмидом и Хогвартсом, попросив меня одолжить свой верхний плащ, потому что «руки Майкла замерзли». Была середина января и один из самых сильных снегопадов за почти десятилетие. Конечно, его руки были холодными! Я не поднимаю шума из-за большинства вещей, но я хочу, чтобы мой плащ был на мне в метель. — Кэтрин — мне так жаль… — умолял Кайден. — Я тогда плохо соображал — все было как в тумане. — Да, когда дело касается Уилкинса, все и вся отходят на второй план, — сказала Кэтрин с ухмылкой. — Турайс, уверяю тебя, я не пытаюсь быть мелочной. Но мои неудачные свидания… да, множественное число… с ним были слишком запоминающимися, чтобы забыть их когда-нибудь. Турайс фыркнул, подтолкнув Кайдена: — Что ж, я вижу, твое эго все еще в порядке, несмотря на все унижения, которые ты испытал в жизни. — Кайден нахмурился. — Кэтрин наложила на него руки много лет назад, и теперь он весь такой сексуально подавленный и эмоционально заторможенный, — поддразнила Эми Уолтерс, вратарь Гриффиндора, уворачиваясь от прямого удара кулака Кайдена. — Нашим коллективным подарком на день рождения нашему вечному холостяку должно стать пожелание, чтобы он, наконец, начал хоть что-то предпринимать. Группа снова засмеялась, когда Кайден возмущенно воскликнул: — Эй! Кто сказал, что я ничего не предпринимаю?! — По какой-то причине Турайс решил посмотреть на Майкла и увидел, что выражение его лица можно было описать только как ревность. Обернувшись, он увидел, что Кэтрин зеркально отражает его действия. Их взгляды с капитаном Слизерина встретились, и она закатила глаза. Турайс почувствовал, что она намекает на шутку, которую он не понимает. — О-о-о! — сказала Иоланда Филдс, ловец Гриффиндора. — Не хочешь поделиться, кто же эта счастливая… или, в данном случае, несчастливая леди? Кайден наклонился вперед к ее лицу и сказал с ухмылкой: — Джентльмен не целуется и не рассказывает. — Да, потому что ты целуешь и показываешь. Но тогда и показывать нечего, — сухо сказала Кэтрин, группа развеселилась. — Почему я всегда оказываюсь центром каждой шутки?! — ныл Кайден. — Потому что над тобой легко подшучивать, — засмеялась Джорджина Финдли, охотник Гриффиндора. — И это часть должностных обязанностей капитана по квиддичу. — А вот к Майклу никогда так не относятся, — заметил Кайден, выражение лица Майкла мгновенно прояснилось, когда внимание переключилось на него. — Потому что Уилкинс задумчивый и страшный, — сказал Гидеон, Майкл снова нахмурился. — А ты, с другой стороны, даже не устрашаешь, милый. — Я страшный! — Кайден оскалил зубы в якобы угрожающей манере, которая выглядела просто смешно. Он бросил это занятие и сказал: — Ладно, ладно! Я скажу вам, кто эта счастливица… Это мой дорогой квоффл — Ринго, — сказал Кайден под море стонов. — Это только потому, что ты ловишь свой квоффл лицом, а не руками, придурок, — простонала Реа. — Я хочу, чтобы вы знали, что в этом году я самый результативный охотник, — ответил Кайден. — Мои финты — само определение совершенства. — Тогда наша мама — магловская королева Англии, — крикнул Фабиан, и Кайден набросился на него. Майкл прочистил горло и хлопнул в ладоши, обращаясь к толпе: — Хватит этих лошадиных игр. Давайте пустим в ход квоффл. Сформируйте две команды! — Уилкинсу не разрешается быть в одной команде с Кайденом! — крикнул кто-то, а остальные заскандировали в знак согласия. — Отлично! — прорычал Майкл. — Тогда мы с Кайденом будем лидерами команд! Разделившись на две команды, большая группа начала полномасштабный матч по квиддичу без позиции ловца. Поэтому Турайс играл одного из охотников в команде Кайдена. — Вау! — Кайден едва избежал травмы головы от квоффла, брошенного в него с огромной силой. Внезапно рядом с Кайденом появился Майкл, Турайс мог поклясться, что всего секунду назад он был на противоположном конце поля. Прижавшись к его лицу, Майкл осмотрел его и спросил: — Ты в порядке, Кайден? — Я… я в порядке, — задыхался Кайден, вырывая свое лицо из рук Майкла и пропуская между ними несколько футов воздуха. Он выглядел запыхавшимся и совершенно взволнованным. — Соберись, Пруэтт! — прорычал Майкл. — Перестань швыряться им, как бладжером! — Прости! — крикнул Гидеон, улетая, чтобы избежать гнева Майкла. Турайс продолжал наблюдать за ними, пока кто-то не выкрикнул его имя. Турайс перевел взгляд на суматоху, снова вступая в схватку. — Реа, сверху вниз, — крикнул Турайс, взлетая вверх, чтобы перехватить проворного Мондейла. Реа ринулась вниз и преградила ему путь, когда он, уклоняясь, полетел вниз, прямо на Турайса. Он выбил алый шар из рук Мондейла и поймал его одной рукой. Бросив на парня быстрый взгляд, он крикнул: — Спасибо за доставку! Турайс направился к противоположному концу поля, наблюдая за Кэтрин слева и Филдсом справа. Он увидел брешь на левом фланге и крикнул: — Шафик. Девушка тут же нырнула, когда Турайс пролетел над ней, чтобы передать ей мяч. Он ловко избежал захвата со стороны Гидеона, наблюдая за позицией девушки. Как раз когда он собирался пролететь мимо, ее глаза расширились, Турайс почувствовал тень над собой. — Смотри сюда, Блэк! — Ухмылка Фабиана заслонила ему обзор, он выбил квоффл из руки Турайса и полетел дальше. — Извини! — крикнул Турайс, Кэтрин с улыбкой отмахнулась от его извинений. Он посмотрел обратно, где проходила схватка. Реа отбивает свободно падающий квоффл своей метлой и этим вырывает его из рук приближающегося Кайдена. — Смотри, как Ринго летит! — скандировала Уолтерс, пока шальной квоффл приближался к границе участка. Кайден и Кэтрин с рвением погнались за ним. — Почему квоффл называется Ринго? — спросил Турайс у Уолтерс, когда подлетел к ней поближе. — Он назван в честь какой-то магловской группы, которая уже распалась, — рассеянно ответила Уолтерс. — Свои бладжеры и снитч он тоже назвал в чью-то честь. Кайден немного причудлив. — О… Понятно. Матч завершился победой Кайдена и команды Турайса. — Ты потрясающий охотник, Турайс, — сказал Кайден, подлетая к нему. — Тебе стоит подумать о позиции охотника, если когда-нибудь устанешь от ловца. — А он вообще не будет рассматривать твое предложение, — быстро ответил Майкл. — Майкл, ты должен признать его потенциал стать блестящим охотником, — резко произнес Кайден. — Не ограничивай ни свое воображение, ни его потенциал! — Ты говоришь как Трелони, — глумливо ответил Майкл, Кайден закатил глаза и протянул дрожащие руки, изображая учителя прорицания. — Отключи свои мозги, Майкл, — прохрипел Кайден. — Отправь интуицию… сквозь свой крепкий, толстый череп… в полет… Майкл поджал губы, не впечатлившись, а Турайс захихикал.
