My soul

Общество сурово к тем, кто отличается от других, не важно чем именно: внешностью, поведением, вкусами; такие люди могу стать объектом любви, а может ненависти или восхищения. Вокруг бродят как невинные овечки, так и и беспощадные волки, среди них всех есть те кто носит маски, есть те, кто заведомо не может относиться не к одним не к другим. Как в сказках обычно положено, что есть чёткий образ добра и зла, которые превосходны в своём определении по соответствии названию, словно не бывает нейтралитета и нельзя выбрать третью сторону. Так в жизни есть те, кого ненавидят просто так, кого унижают ради собственной забавы или чтобы не отличаться от других и не стать новым объектом для издевательств. Конечно, всем им тяжело и это — чёртов замкнутый круг, повторяющихся событий, меняющий лишь обстоятельства и актёров своей драмы. Это может быть что угодно и в любое время, но чаще всего и в первый раз люди сталкиваются с этим в образовательных учреждениях.

***

«Люди приходят в этот мир одни и покидают его в одиночку» — пишет фразу человек и ставит в конце предложения точку. Он сидит в своей комнате над открытой тетрадью, что служит убежищем для мыслей и чувств, бережёт заветные тайны и клятвы, не произнесённые в слух. Это его спасение, проклятье, весь внутренний мир… Он хорош во многом, но в чём-то ужасен; с виду холоден и вряд ли сильно болтлив, но у каждой розы есть шипы, чтобы спасти нежную, чувственную душу от глаз чужих. На его внешность многие девушки клюнут, начитавшись романов о любви, строя образ прекрасного ледяного принца с пылкой душой или далеко не без известного вампира из серии книг Стефани Майер. Многие желают повторить судьбу Эммы, быть не такой как все и привлечь внимание того самого обворожительного, мрачного красавчика. Но жизнь это не любовный роман, да и Му Цина вовсе не привлекают девушки, быть точнее привлекали когда-то, но последние лет 5-6 он ими не интересовался, ему вообще было не до отношений и он их не хотел, пока в его жизнь ураганом не ворвался Фэн Синь. Нет, конечно, они были давно знакомы. Сказать по правде, они были соперниками, друзьями, врагами, а потом внезапно даже для самих себя стали парой. Сюань Чжэнь мягко говоря, был потрясён происходящим, ощущая себя очередной девицей, которую охмурил Нань Ян, простой, но совершенно не смешной шуткой. Да, он давно рассматривал его в таком ключе, в каком обычно не смотрят на друзей, но и представить не мог, что его зажмут в тёмном углу коридора и поцелуют. Он ожидал, что на следующий же день над ним будет насмехаться вся школа, что точно полетят новые издёвки, инициатором которых будет Фэн Синь. Однако, вопреки ожидания, всё было тихо и мирно, на сколько это вообще бывало в его случае: порой кнопки в шкафчике, иногда любовные письма, которые он почти никогда не читал, а если и читал, то только ради того, чтобы знать, какой девушке в лицо он должен дать ответ «нет». Никто не нашёптывал «педик» или «голубой», значит всё было нормально. Нормально, так он считал пока его снова не зажали в углу, пристально разглядывая бездну в глазах напротив, изредко перемещая взгляд на губы, пока что-то шептали, прося не вырываться и дать насладиться моментом. Му Цин, до этого порывавшийся ударить безмозглого капитана баскетбольной команды, стих, позволяя разглядывать свои глаза, пока сам изучал лицо Нань Яна. Такое сосредоточенное, будто сам Фэн Синь искал разгадки всемирных тайн и заговоров, решал неимоверно трудные задачи и делал наисложнейший выбор за всю свою жизнь одновременно. Словно всё это было на прямую связанно с Сюань Чжэнем, хотя в последствии оно и впрямь оказалось так. Блондин совершенно не ожидал, что его спросят такое простое, не понятно откуда взявшееся, не известно, что значащее «да или нет?», на что Му Цин ответил не сразу, сомневаясь в решении, но то, как на него смотрели эти карие глаза внушало странное доверие, из-за которого с губ слетело тихое, но чёткое «да». Которое спустя секунду потонуло в осторожном поцелуе, на который так хотелось ответить, что Сюань Чжэнь и сделал, хотя в мыслях проскользнули сомнения. Но неуверенный ответ, похоже обрадовал шатена, чьи руки обвили талию блондина, прижимая к себе. Му Цин тихо охнул, когда им пришлось разорвать поцелуй, его сердце бешено стучало, мысли были в полном беспорядке, а глаза бегали по лицу напротив. Он желал спросить, что же всё это значит, но не успел озвучить его, как ему пришлось отвечать на чужой. Конечно, он не дал ответ, лишь растерянно глядя Фэн Синю в глаза, словно ища подтверждение своей теории о розыгрыше. Но его не было. Ровно, как и терпения шатена, который резко отстранился от Сюань Чжэня, выпуская его из плена своих рук, быстро уходя от него, бросив что-то навроде «забудь». Потрясённый Му Цин всё так же стоял, кажется начиная терять опору в ногах, он сполз по стене, присаживаясь на пол. Всё хорошо, его никто не увидит, почти все уже разошлись по домам, ему бы тоже пора, ведь его ждут дела. Только вот он не мог найти в себе сил, чтобы подняться, а может это просто от шока. Для начала ему нужно было переварить то, что только что случилось и это небрежное «забудь». Да разве сможет он, Сюань Чжэнь, который уже год сохнет по этому придурку из баскетбольной команды, просто взять и забыть? Забыть осторожное, такое неуверенное и боязливое признание в любви и просьбу начать встречаться. Нет, сейчас не время и не место, для того, чтобы думать о словах Нань Яна. Он подумает об этом позже, дома, когда будет минутка отдыха между работой или когда будет навещать могилу матери. Он подумает об этом, поразмышляет над ответом и точно даст его. Но не сейчас и не пустоте. Му Цин медленно поднимется и на ватных ногах побредёт по коридорам, заберёт свои вещи и пойдёт домой, туда, где его ждёт только кот, да не дошитый заказ. На следующий день, сколько бы не пытаясь, ему не удастся выцепить Фэн Синя, тот вечно будет ускользать в последний момент, или же будет слишком людно для личным разговоров, а уволочь куда-то Нань Яна не в его планах, это будет слишком странно выглядеть. И так на протяжении недели. А когда его терпению придёт конец, он найдёт его в спортивном зале и утащит поговорить наедине, прервав флирт с бывшей девушкой, с которой Фэн Синь остался в дружеских отношениях. В пустом коридоре тихо, только шаги двоих людей отдаются эхом в нём, хотя для Му Цина сейчас не было ничего громче собственного сердца, которое норовило пробить грудную клетку и упасть к ногам совершенно не сопротивляющегося Нань Яна. Фэн Синь просто переставляет ноги следуя за Сюань Чжэном, не зная, что происходит, вот только разум подкидывает ему множество идей, одна из которых точно верна. «Му Цин не забыл его слов» Это ужасает и будоражит одновременно, что о его словах не просто не забыли, но и думали по всей вероятности. Сердце разгоняет кровь по телу, стуча в унисон шагам молодых людей. Му Цин резко останавливается на месте, он смотрит в глаза Фэн Синя, внимательно изучает, взвешивает все «за» и «против», а затем целует Нань Яна в губы. Быть точнее оставляет на них мимолётное касание, слегка краснеет, отводит глаза, нервно сжимаете свободной рукой подол своего свитера, наконец освобождая и другую руку, отпустив шатена. Что-то тихо говорит себе под нос, а затем отрывает взгляд от рассматривания напольного покрытия и уверенно смотри Фэн Синю в глаза. -Да, — на недоумение в глазах напротив он отвечает не так чётко, но зрительный контакт не разрывает, — Такого «да» тебе не достаточно? Мне повторить? Или ты сообразишь сам, на что я тебе отвечаю? Нань Ян глупо улыбается, да так что возникает острое желание врезать эту придурку, но Сюань Чжэнь лишь ведёт плечом и тушуется. Это странное чувство, желание улыбнуться такой же дурацкой улыбкой, что и шатен. Уголки губ блондина слегка приподнимаются, он слегка щурится, из-за чего в уголках глаз появляются морщинки, которые спешит разгладить своими пальцами Фэн Синь, не забыв поцеловать Му Цина. Глупо? — Да Приторно и не правдоподобно, как в фильмах? — Да Но это не имеет значение, если они наконец всё осознали.