Связаны чувствами

Затевать собственную игру и делать скрытые ходы против врагов — и не важно, злодеи они или герои — любимая забава Румпельштильцхена. Вот и сейчас, когда весь честной народ во главе с Белоснежкой и Принцем пришли к нему за помощью, он сумел подложить им свинью. Безусловно, он отчасти дорожил Реджиной и даже любил её, но только в тех случаях, когда их пути не пересекались. Поэтому сейчас, когда все были озадачены спасением Королевы, Румпель с превеликим удовольствием согласился помочь. Весь его внешний вид, как и обычно, выражал крайнюю заинтересованность. И он действительно был включённым, но не в процесс помощи мэру, а в собственные цели и мотивы. Никто и не заметил, как простейшее сочетание слезы Белоснежки и Реджины было приправлено магией Тёмного. Внутренне ликуя от удавшейся шалости, Румпельштильцхен со всей сдержанностью и мнимой благородностью вручил небольшой пузырёк. Дэвид, как и всегда, смерил его подозрительным взглядом, мысленно вопрошая о том, не очередной ли это обман. А Белоснежка, вновь почувствовав себя героем, смело приняла магическое зелье, которое нужно было в ближайшее время закапать в глаза. Первые несколько секунд она напряжённо сидела на стуле, ожидая кошмарных побочных явлений, но ничего не происходило. Мэри Маргарет даже несколько расслабилась, порадовавшись, что с Реджиной ничего не происходит. Как вдруг по телу словно прошла молния. Холод, рыбный запах и фиксированность всех конечностей жутко напугали, но хуже этого шныряющего по всему организму электричества не было ничего. Испытав невыносимую боль, Белоснежка потеряла сознания, в последние секунды понимая, что Реджина, в отличие от неё самой, оставалась в полном сознании. Вот что значит королевская выдержка. Придя в себя, она поспешила поделиться тем, что видела и чувствовала. И, едва закончив говорить, снова потеряла сознание. Болевой порок оказался очень низким. В разы ниже, чем у Королевы.

***

Мэри Маргарет не могла найти себе место даже спустя несколько часов после того, как удалость вызволить Реджину из плена. И даже ночью, когда сопящий и спокойный Дэвид обнимал её, ей никак не удавалось расслабиться. И дело было совсем не в том, что она так сильно беспокоилась и переживала, нет… Белоснежка чувствовала навязчивое присутствие Реджины кожей, каждой клеточкой тела, и это начинало раздражать. Кому бы понравилось быть связанным чувствами с кем-то другим? Когда же, наконец, Белоснежке удалось задремать, стало в разы хуже. Проснувшись от неожиданных, хоть и очень приятных, ощущений, она размахнулась, чтобы ударить Дэвида, но в последний момент поняла, что тот мирно спит. Поэтому кончиками пальцев огладила его щеку, пытаясь понять, что же происходит с её телом. Ей понадобилось несколько минут, чтобы отодвинуться подальше от мужа и осознать, что на самом деле случилось. — О боги, Реджина! — Что такое, Белоснежка? — вмиг проснувшийся, но очень сонный Дэвид протёр глаза и уставился на неё таким растерянным взглядом, будто видит впервые. — Что с тобой? Тебе плохо? — Со мной-то ничего, — сбившееся дыхание супруги насторожило Дэвида ещё сильнее. Неужели он что-то пропустил? — А вот Реджина, чёрт бы её побрал, — Мэри Маргарет рефлекторно свела ноги. — Что происходит? — Я всё ещё чувствую её. — И… Что ты чувствуешь? — То, чем она занята! — И… Кхм… Чем же? Правильно подобрать слова было невозможно, поэтому вместо ответа Дэвид поймал на себе недовольный взгляд. Недовольный и возбуждённый. Расширенные зрачки Белоснежки пугали. — Понятно. У неё был непростой день. — Согласна, но это не повод… Не договорив, она внезапно выгнулась дугой и зажмурилась, сжимая в кулаки тщательно выглаженную вчера простынь. — Снежка?.. — Что-то холодное, металлическое, — выдохнув почти облегчённо, она смогла распахнуть веки, но тут же ошарашено округлила глаза. — И запах рома. — Ты же не хочешь сказать, что… — Она с Крюком! Дэвид молча провёл рукой по волосам. — Завтра же пойдём к Румпельштильцхену, это должно закончиться. — Даже если это прекратится, мне всё равно придётся дополнительно выпить зелье забвения! — продолжала возмущаться Белоснежка. — Ты уверена, что это именно Крюк? Ты его видишь? — Знаешь, мне вот только видеть это всё ещё не хватало! Я, конечно, давно знаю, что Реджина не скромничает и берет что хочет, но… — Белоснежка напряжённо выдохнула, снова прикрывая глаза. — Надо как можно скорее избавиться от этого, — заявил Дэвид, стараясь пялиться на выгибающуюся Белоснежку не так откровенно. — Ага, если я переживу эту ночь.

***

Киллиан и Реджина лежали молча и оба смотрели в потолок. Частое сбитое дыхание постепенно возвращалось в норму, но вместе с рассудком вернулись и другие чувства: негодование, смущение и раздражение. — Реджина, это, — начал Крюк, пытаясь выдать какую-то разумную мысль. — Не хочу сказать, что мне не понравилось, но что это было? — Так увлечён спасительницей, что забыл, как это называется, пират? — рассмеялась Реджина, повернувшись на бок. — Да нет же, просто… Мне казалось, что наш обоюдный интерес давно в прошлом, — Киллиан тоже улыбнулся. — О, и ты совершенно прав, — взмахнув кончиками пальцев, Реджина выдала свою классическую политически-противную улыбку. — Исчезни, Крюк. Его мгновенно окутал фиолетовый дым и, рассеявшись, оставил Киллиана в гордом одиночестве и с кипой собственных вещей в руке. — Королева как всегда — само очарование. Пока Крюк, чертыхаясь, одевался и проклинал себя за то, что вообще повёлся на это, Реджина приняла душ и, переодевшись, остановилась у большого зеркального шкафа. Внешне никаких изменений, ничего такого, но… Где-то внутри ощущалось нечто совершенно чужеродное ей. — Как я вообще позволила этому мерзкому вонючему пирату, — поморщившись от собственной брезгливости, Реджина дёрнула плечами в попытке отогнать эти противные чувства. Однако вопросов меньше не стало. — Мало того, что меня чуть не убили, так я ещё и додумалась притащить в постель Крюка… Надо бы стереть ему память. Согласившись с собой, Реджина всё же немного успокоилась, хотя и чувствовала внутренний дискомфорт и напряжение. С чего вдруг все эти странности? Она вообще никогда не испытывала такую тягу к сексу, а тут ещё и с первым попавшимся… представителем мужского пола. Перебирая в голове всевозможные варианты причин произошедшего, Реджина остановилась на том, что на неё так повлияла топорно выполненная электросудорожная терапия. — Спокойно, Реджина, всё в порядке, завтра ты проснёшься совсем другим человеком, — уверенно произнесла она и, наконец, полностью успокоившись и вернув себе былое самообладание, отправилась спать. Только вот с наступлением утра все стало значительно хуже. И Реджина, озабоченная происходящим даже больше, чем Белоснежка и Принц, тоже отправилась в лавку мистера Голда.