целуй

На прикроватной тумбочке разбросано огромное количество разных таблеток, градусник и конечно уже пустая кружка из под чая. А на самой кровати сидит Джейк, завёрнутый в одеяло, и насвистывает какую-то мелодию, время от времени чихая или кашляя. Осень началась совсем недавно, но Шим уже успел где-то подхватить простуду. Не то чтобы это было удивительно, ведь парень болеет практически каждые два месяца. И иногда Сонхун даже задумывался о том, что это какая-то акция. Что-то вроде: "начни встречаться с Шим Джейком и получи букет из болезней в подарок!" Когда из-за спины снова доносится громкое "пчхи!", Пак отрывается от своего проекта и обращает внимание на сидящего позади Джейка. – Будь здоров. – Спаси... Апчхи! – Шим снова чихает и трёт кончик носа – спасибо...пчхи! Сонхун со всей своей нежностью смотрит на растрёпанного, слегка покрасневшего Джейка, который глупо смотрит в ответ. Всё-таки Шим очень красив. Особенно в этом приглушённом свете от настольной лампы. Была бы у Пака способность к рисованию, он бы обязательно написал портрет такого вот Джейка. Умел бы писать стихи – посвятил бы все свои творения одному только Шиму. Что что, а романтиком Сонхун всё же был. Это ещё раз может доказать идея, пришедшая ему в голову. – Давай... я буду целовать тебя каждый раз когда ты чихаешь? – по-доброму улыбается. Джейк смотрит недоверчиво. – Ты просто ищешь лишний повод для того чтобы поцеловаться. – За кого Вы меня держите, Шим Джеюн? – Сонхун сводит густые брови к переносице – на самом деле, это очень выгодно нам обоим. И это было чистой правдой. Джейк во время своих простуд действительно очень часто чихает. Может быть, как в сказках случится чудо, и большое количество поцелуев быстро подлечит Шима? Ну а Пак просто до дрожи любит мягкие губы Джейка. – Целуй – Шим поудобнее укутывается в мягкое одеяло – пчхи! Сонхун по-кошачьи улыбается и аккуратно подходит к Джейку. Наклоняется и мимолётно целует в уголок губ, а после возвращается к своему проекту с довольной улыбкой. За своей спиной он слышит разочарованный вздох и обиженно брошенное: "больше пафоса было".

//

Следующее "апчхи!" доносится с кухни. Пока Сонхун идёт, Шим чихает ещё раз. А потом и ещё. – Горе ты луковое, – Пак с улыбкой наблюдает за Джейком, что пытается прийти в себя – закончил? Шим выпрямляется и пытается найти желание чихнуть ещё раз. В итоге он его не находит. – Вроде да – Джейк улыбается в ответ. Сонхун подходит к парню и устраивает свои руки на тёплых щеках Шима. "Вроде не горячие, температуры быть не должно". Наклоняется и кончиком своего носа касается чужого. Ласково выдыхает прямо в губы: – Будь здоров. Нежно целует, обхватывая верхнюю губу Джейка, и как в первый раз растворяется в ощущениях. Губы Шима для него как наркотик, без которого Пак не может прожить и дня. Даже мимолётные касания заставляют разрываться изнутри. Заставляют перестать обращать внимание на реальность. Заставляют возвращаться за добавкой. Сонхун становится слишком эмоциональным, когда дело доходит до Джейка. Поцелуй тягучий, как карамель и мягкий, как плед. Пак действует осторожно, чтобы не нарушить покой больного. Немного отстраняется и переходит на нижнюю губу, слегка оттягивая её. Руки Шима кольцом смыкаются вокруг талии Сонхуна, нежно прижимая ближе к себе. – Спасибо.

//

Джейк и правда чихал очень часто. Почти каждые десять минут Пак бросал свои дела и на всех пара́х мчался к своему возлюбленному, для того чтобы оставить лёгкий поцелуй на лбу, щеках, кончике носа или прижаться к губам. А они у него просто невероятные. Пухлые, немного грубоватые, с различными трещинками и неровностями. Такие манящие и дурманящие. Эти губы хотелось целовать вечность. Выцеловывать, кусать, сминать, делать всё, чтобы реальность уходила из под ног, а в глазах плыло.

//

Из комнаты раздается череда чихов, а после чертыхание. Сонхун усмехается и ровными шагами идёт к Шиму. – Как ты не задыхаешься от такого количества чихов? – Пак садится рядом и обнимает Джейка за плечи. – Хороший вопрос – Шим трёт нос и встряхивает головой. Одной рукой Сонхун продолжает обнимать Джейка, а другой поворачивает голову Шима к себе лицом. Заглядывает в любимые глаза и уже в тысячный раз за жизнь тонет в их глубине. – Ты такой красивый – шепчет Пак – такой невероятный... – Даже когда такой больной? – издает смешок Джейк. – Даже когда такой больной. Сонхун прижимается своими губами к губам Шима и чувствует небольшую кислинку от сосательной таблетки, что ранее принял Джейк. – Ты можешь не бояться делать что хочешь, – выдыхает Шим – я не настолько болен, чтобы обращаться со мной как с человеком при смерти. Для Сонхуна это служит зелёным светом, поэтому он целует Джейка с новой силой. Слегка приоткрывает чужие губы, полностью завладевая ртом Шима. Сначала обхватывает нижнюю губу, следом за ней – верхнюю, немного кусая её. Затем на мгновение отстраняется, для того чтобы через секунду снова прижаться к родным губам, проталкиваясь языком в рот напротив. Получает довольное мычание и целует ещё напористее. Пак оттягивает губы Шима, кусает их, мнёт, а потом снова касается своим языком чужого, и опять по новой. Всё смешивается в одно сплошное месиво, из-за которого нельзя с точностью сказать где чьи губы, а где языки. Именно так, как и хотел Сонхун. Реальность из под ног уходит, да и звёзды вроде танцевать перед глазами начинают. Он доволен. – Не жалуйся потом, что я заразил тебя – шепчет в губы. – И не собирался.

//

А чудо ведь и правда произошло. Джейк поправился довольно быстро, а Пак ходил и твердил о том, что это не медикаменты помогли вылечиться бедному Шиму, а его волшебные и неповторимые губы, и что впредь это будет обязательной процедурой во время очередной сезонной простуды.