Никогда не поздно

POV Райана На похороны пришло много людей. Все выражали своё сочувствие, хлопали по плечам и говорили крепиться. Состояние папы не менялось. Прогнозов доктора не давали. — Ждать, мистер Бейкер, здесь помощник только время. Дом мне показался таким огромным, в воздухе ещё можно было уловить запах сирени, аромат моего истинного омеги. Закрыв глаза, представлял его рядом. Вот мы сидим в обнимку на диване и смотрим фильм, вот он готовит завтрак, пританцовывая, любимый часто так делал, вот Джимми укачивает сына и нежно что-то тому нашёптывает, вот мы в постели нежно любим друг друга… Но, открыв глаза, я попадал в реальность. Понемногу запах начал исчезать. Кристофер капризничал, мне пришлось отдать его в ясли. Вечерами сын закатывал настоящие истерики. Недосып и постоянная нервозность сказывались на работе: я стал грубым, срывался на подчинённых, иногда даже рычал. Однажды Ричард, это мой заместитель, мы с ним в хороших отношениях, не выдержал и прямо спросил: — Мистер Бейкер, все работники паникуют и боятся даже на глаза вам попадаться, что случилось? Да, я дал слабину, расклеился, упал в кресло и выложил Ричарду всё, что держал внутри. Стало немного легче. А через несколько дней, он привёз мне няню. В дверь позвонили, я, с сыном на руках, пошёл открывать. Кристофер никак не успокаивался, плакал, кричал, выворачивался из объятий. На пороге стоял Ричард с каким-то омегой. Тот сначала отшатнулся, как от удара, но через секунду буквально выдернул у меня из рук Криса и, нашёптывая нежные слова бархатным голосом, прошёл и сел на диван. Через минут десять малыш уже крепко спал. — Вы приняты. В полшестого забирать с ясель и смотреть за ним, пока я не приду. Оплата каждую неделю. Вас утраивает? — Да, — ответил омега, с улыбкой смотря только на ребёнка. — Меня зовут Райан Бейкер. А моего сына Кристофер. — Эйден Холл, — представился парень. На вид ему было не больше двадцати, но его глаза… это были глаза человека, прожившего большую жизнь и повидавшего многое. Боль, много боли, печаль, безысходность, испуг, даже страх, когда смотрел на меня; нежность, любовь и какая-то грусть — когда на Криса. Эйден был странный. Во-первых, парень ничем не пах, абсолютно. Сколько бы я не принюхивался. Во-вторых, он меня избегал. Когда я нечаянно его коснулся, омега отпрянул от меня, как от прокажённого. В-третьих, Эйден был замкнут. Хотя, может это только со мной? Отвечал односложно, без надобности не лез. Но, когда омега был с Кристофером, смотрел за ним, играл во дворе, кормил и читал сказки, его лицо светилось. Как-будто два разных человека. Крис к нему очень быстро привык. Однажды малыш заболел. Очень сильно: высокая температура, кашель, спал плохо, тогда Эйден впервые остался у нас на всю ночь. Под утро я заглянул к сыну, проверить его и увидел, как омега (тот спал в комнате Криса) метался в поту по кровати и кричал «Нет, нет, не надо.» Я по инерции подбежал и начал его трясти, пытаясь разбудить. Когда же Эйден открыл глаза, полные ужаса, отшатнулся так, что, если бы я его не успел схватить, рухнул бы на пол. Я обнимал и укачивал парня, тот сначала вырывался, но постепенно затих и заплакал. — Простите меня, мистер Бейкер, — спустя минут двадцать, отстраняясь, произнёс омега. — Райан, можно просто Райан. И давай уже на ты? Эйден согласно кивнул. Постепенно мы оба начали оттаивать. Притираться друг к другу. Иногда могли провести вечер за лёгким разговором. На выходных вместе с Крисом ходили прогуляться в парк, Эйден уже не отшатывался от моих прикосновений. Но я заметил, что он избегает альф. «Интересно, что у него произошло? Может, его альфа обидел? Не спроста же Эйден так реагирует.» — крутились в голове разные мысли. Как-то парень сказал, что я пахну как любимый пирог, который его о-папа часто пёк в детстве — яблоко с корицей. Исчезла злость и разражение, на работе всё стало спокойно. Я узнал, что омежка держит детский магазин, иногда я приходил вместе с сыном, уходя с целым ворохом игрушек, шапочек, кафточек… Омега стал улыбаться. И это его очень красило. Когда у Кристофера резались зубки, Эйден тоже оставался на ночь. Проснулся утром и прошёл на кухню. Меня поманил туда приятный аромат домашней еды. Я так и застыл в проходе, во все глаза смотря на картину, которая мне открылась. Омега с немного растрёпанными рыжими волосами танцевал… Его тело двигалось в такт музыке, бархатным голосом он подпевал песню. На миг я вспомнил Джимми, он делал точно так же. Но… только на миг. Передо мной был не мой умерший муж, но красивый стройный омега. Его длинные огненные волосы колыхались вместе с движениями, бёдра соблазнительно покачивались. Неожиданно мне стало жарко в паху и тесно в шортах. В этот миг Эйден обернулся и мы встретились взглядами. Стало неловко. Я быстро прошёл и сел за стол, чтобы омега не заметил моего возбуждения. Еда была вкусной, очень. А на десерт был пирог с яблоком и корицей. Спустя несколько дней мне сообщили радостную весть, папа, проведя почти два года в коме, очнулся.