Соревнования на любовь

Зима, беснуясь мелкой метелью, рвет в клочья растрепанные, еще не совсем облетевшие листья, так одиноко и сиротливо дрожащие на хлестких тонких веточках молодых березок. Снег засыпает глаза, бросая в них ледяную пыль порывистым ветром. «Уже с первого декабря и такая мерзость! Бр!» - думаю угрюмо прячась в недры своего шарфа, так щедро намотанного вокруг горла поверх надетого капюшона. Подхожу на остановку. Бессчетное количество таких же мокрых, занесенных снегом бедолаг как и я, стоят неподвижно, словно ледяные статуи в этом темном сумасшедшем царстве метели. Где-то в области бедра, в кармане джинсов, чувствую еле уловимую вибрацию своего мобильного. “Вот черт! Опять забыла переложить телефон в рюкзак! Но и кому приспичило звонить в такую рань? Часов семь, не больше.” Окоченевшими, по причине забытых варежек, руками задираю куртку и, претерпевая щекотание оголенного бока колючим ветром, пытаюсь непослушными пальцами выковырять застрявший в кармане телефон. Но эта зараза никак не хочет поддаваться! И я уже психуя и тряся ногой, можно сказать, со всей дури деру крепкую ткань брюк. “Наконец-то!” -Ало? – сразу же прикладываю аппарат к уху, просовывая под шапку даже не взглянув от кого звонок. -Аль, привет. – Раздается в трубке незнакомый мне голос. -Привет... – непонимающе хмурю брови. -Это я, Коля. – Сипит на том конце тот, кого я сначала не узнала. – Я приболел тут немного... -А, Коль, привет... – выслушиваю жалобы друга на боль в горле и несносное состояние от неожиданно накатившей простуды и так, как являюсь старостой в классе, обещаю предупредить классного руководителя. К счастью, автобуса долго ждать не приходится. Вскоре подъезжает 17ый, но как всегда набитый до отказа. Пытаясь встроится в плотную очередь, семеню вслед за медленно движущимся транспортом, стараясь не упустить возможность юркнуть, если так можно выразиться, в уже плотно набитый салон. Так как доезжая до моей остановки в это время (да в принципе и в любое другое) все автобусы просто забиты. “Каждый божий день одно и тоже. Вот они - прелести жизни в новом расстроившемся микрорайоне.” Но сегодня мне везет: очутившись внутри одной из первых, умудряюсь даже удобно стать, умостив заранее снятый рюкзак на моторном отсеке, рядом с сидящей там же девчушкой лет четырех. “Ох, как тепленько!” Стараюсь как можно плотнее прижаться к теплой панели, отогревая заледеневшие коленки. Теперь задача быстро доехать до нужной остановки, чтобы там дотопать до своей 24 школы и не опоздать на тренировку. Но это возможно только при том условии, если водитель не будет тянуться со скоростью черепахи. С каждой остановкой свободного места в салоне становится все меньше и меньше. Некоторые товарищи даже не пытаются войти, оставаясь ждать следующего автобуса, в который тоже не факт что влезут. “Сомневаюсь, что скоро на всех станет хватать кислорода” – думаю, когда по-обычному становимся в пробке возле фабрики “Спартак”. С нетерпением поглядываю на часы. “Кучер, трогай же наконец!”- уже хочется крикнуть от нетерпения, когда замечаю движение автомобилей в параллельной полосе. И будто услышав мой мысленный призыв, автобус истошно гудит и, тарахтя, медленно продвигается вперед. Краем глаза замечаю, что девчушка сидящая на панели моторного отсека, пристально пялясь на меня и медленно пережевывая печеньку, часть которой держит в руке, пальцем ковыряет фликер в виде песика на моем рюкзаке. Безуспешно пытаюсь оттянуть свою сумку подальше от ее маленьких ручонок. Готовая уже возмутиться на мамашу, которая с таким умилением поглядывает на свое чадо, набираю в легкие воздуха, как дама со словами “Сонечка, мы выходим”, стаскивает отпрыска с насиженного местечка и продвигается к двери. Сделаю лирическое отступление: к слову, у меня сложилось такое впечатление, что у нас весь город состоит из Сонечек и Матюш. Обязательно придерживаться моды? Просто кошмар какой-то! Хотя... Признаться, и у меня имя не лучше... У меня дурацкое и необычное имя Альбертина. Такое чувство, будто мои родители перечитались Пруста. И странно, что их не смутило даже то, что прототипом прустовской Альбертины был мужчина. Да и вообще Пруст был гей. Будто не знают! Видимо, сказывается выбранная профессия. Они ведь оба филологи. Преподают в универе зарубежную литературу. А все, так сказать, отражается на детях. И представьте каково было их удивление, когда я изъявила желание заниматься гимнастикой. Но как говорится, в семье не без урода. Не в прямом конечно смысле! Внешне я очень даже симпатичная. Унаследовав от отца не очень высокий рост и статную фигуру, хоть и мало похожу на гимнастку, но стараюсь не отставать по успеваемости. От мамы мне досталось, можно сказать, все остальное, кроме пепельно-белого цвета волос и светло-голубых глаз. У меня темные волосы, серые глаза, прямой нос и красивые припухлые губки. Хихихи, даже люблю себя! Тем временем я с горем пополам добираюсь до школы, к счастью не опоздав и имея в запасе еще добрых 15 минут. Первым делом всегда тренировка. В спортзале меня встречает Тося, уже переодетая в обтягивающие ее миниатюрную фигурку, черные лосины и бежевую майку. Тоня Воронцова - маленькая и легкая - настоящая гимнастка. На целую голову ниже меня ростом, она никак не выглядит на свои 17. На нежном личике, с маленьким слегка вздернутым носиком и синими глазами играет еле уловимая детская беззаботность. Собранные в высокий хвост длинные светло русые с частым мелированием волосы свисают гладкими шелковыми прядями до самых плеч. -Привет! – улыбаясь здороваетя подружка писклявым голоском. -Привет. – Улыбаюсь в ответ. -Все в силе? – горя глазами интересуется Тося. -Нет, Коля заболел. Все отменяется. – Отвечаю направляясь в раздевалку. - Но это еще к лучшему. – Краснея потупив взгляд несмело признается Тоня. -Что к лучшему-то, Тонь?!- возмущенно интересуюсь. – Что человек заболел? -Ну,Аль... – мнется Тоська. – Ты же знаешь, что я не очень с Быковым. -Нормальный он. – Бросаю через плечо. – Ты бы к нему пригляделась. Я не первый год его знаю. -Ага, это для тебя нормальный, а я вся прям сжимаюсь при нем. Не могу чувствовать себя раскованно. Обреченно вздыхаю. -Нет, Тось. Все отменяется. -А как же... – глядит на меня с мольбой подруга. – Мы же в ,,Ильпатио,, хотели... Можно бы было хоть один раз женским коллективом. Не обидится твой Коля. – дует губки Тоська, закладывая руки за спину. -Скоро же соревнования. Ты не забыла? Какое вообще ,,Иль патио,,? - Ну мы же один разочек. – Понижает голос до шёпота Тоська. - Потому что вот именно - скоро соревнования. Вообще не расслабишься. - Ладно. – Сдаюсь я. И хитро говорю уже в довольную мордашку Тоськи. – А может с Колей-то наоборот? Любовь начинается с ненависти. - Можешь не обольщаться. – Саркастически кривится она. – Это не тот случай. -Ну-ну... -бурчу себе под нос и наклоняюсь за чешками. Переодевшись, прохожу вслед за Тосей в спортзал на разминку. Разминка как всегда довольно утомительна, да еще и с утра. Теперь вот бы в душ не плохо! Но у нас есть все про все полчаса и за них еще надо успеть перекусить. В конце занятия в дверях спортзала появляется наш классный руководитель. Молоденькая учительница английского, такая добрая мягенькая толстушечка, каждый раз видя которую, невольно возникает желание ее потискать. Анастасия Сергеевна, несмело поправляя белую блузку и явно смущаясь скользнув пальчиками пухлой маленькой ручки по перекинутой на одно плечо толстой косе, вижу как она ищет кого-то глазами и спешу ей на встречу, чтобы не ходить далеко и сообщить о Колиной простуде. -А, Степанова! – выкрикивает она, будто я ее спасение, заметив меня, спешащую навстречу. – Ты-то мне и нужна! Выйдем! – и англичанка тащит меня в коридор. – Тебя к директору. – Взволнованно сообщает она. -За что, Анастасия Сергеевна?! – внутри все холодеет и первое, что приходит в голову, это конечно же недавний косяк, когда я как староста не сообщила, что наши футболисты скурили за школой гербарий из класса биологии. А я, честно говоря, надеялась, что его не хватятся, но похоже, настало время расплаты. - Не бойся, ничего катастрофического. – Мило улыбается Анастасия Сергеевна. – Просто тебе меняют тренера. И будут готовить к соревнованиям. – Шепчет она по секрету, глянув по сторонам. – Только тшшш... – прикладывает она к губам коротенький пальчик с розовым острым коготком. Я улыбаюсь и молча киваю. Как же я люблю эту милашку! Какая она хорошая все таки! Единственный учитель, который относится к ученикам, как к людям. С плеч спадает тяжесть и по поводу нераскрытого происшествия с гербарием. И, расчувствовавшись, мне даже хочется признаться в этом недоразумении нашей милой пышечке, но во время закрываю рот на замок. ,,Эх, когда-нибудь погубит меня моя чувственность,,. И взяв себя в руки, уже бодро направляюсь за Щегловой, прямо из спортзала во всем тренировочном. Попутно сообщая, что Быков на больничном. -Можно, Михаил Константинович? – осторожно открывая дверь интересуется англичанка, и, видимо, получив одобрение, машет рукой, зовя меня за собой. В кабинете помимо директора, вальяжно развалившись на одном из стульев и теребя висящий на шее свисток, сидит темноволосый молодой мужчина. Один из многочисленных физруков и тренеров, по совместительству, в нашей школе. -Садись. – Директор указывает на один из стульев. Я несмело присаживаюсь на краешек стула рядом с физруком. -Можете быть свободны, Анастасия Сергеевна. Спасибо. Идите на урок. Уже прозвенел звонок. – Обращается к стоящей позади меня классной, Михаил Константинович. И я слышу хлопок двери, и стук удаляющихся каблучков. “Блин. Как я не люблю эти посиделки в кабинетах”. Опустив голову, смиряясь, вздыхаю и из-под лобья кошусь на физрука. - Альбертина, хочу сообщить, что с сегодняшнего дня у тебя новый тренер. Лев Афанасьевич уходит на пенсию. А так, как ты девушка подающая большие надежды в спорте, а спорт - будущее нашей страны, - директор вознес руку вверх над головой и с гордостью указал на висящий на стене портрет, - То думаю, что достойной заменой на этом поприще будет Владислав Александрович. В душе защемило от тоски “Как же так? Силин уходит на пенсию... Мой добрый миленький еврейчик-старичок!.. Который рядом со мной с самых азов спорта, с самого детства. С которым мы прошли и огонь, и воду, и медные трубы... И, похоже, мне ничего не остается кроме того как смириться с этим. Грусть-печалька...”. -Степанова, ты меня слышишь? – вырывает меня из своих мыслей директор. -Ага... – отрешенно киваю и перевожу взгляд на тренера. -Ну... Что я могу сказать... В добрый путь! – директор расставляет руки в широком жесте и с лучезарной улыбкой жмет руку Владиславу Александровичу. -Я пойду? – осторожно интересуюсь я, уже приготовившись рвануть из кабинета и предвкушая посиделки с Тоськой в школьной столовке, попутно подсчитывая, сколько времени осталось до звонка на следующий урок. -Иди. – Отвечает директор и машет в мою сторону. Спешу в спортзал и наспех сбросив спортивную одежду, бегу в столовую, где уже объедаясь котлетой и картофельным пюре сидит Тоська. -Куда это ты пропала? – удивляется она. – И телефон не отвечает. Усаживаюсь напротив подруги и излагаю всё по порядку. Глаза Тоськи от удивления лезут на лоб: -Круто! Это тот самый Влад Александрович? Сергеев? Серебряный призер который? -Откуда я знаю, Тонь! -Ну такой высокий темненький с зелеными глазами вечно не бритый и с родинкой над губой? -Ну вроде да... -Точно он! Я угадала!- хлопает в ладошки подруга. -Но я просто не в восторге от этой новости. Вот и все. И он походу тоже. -Ну это ты так думаешь. По мне так какая ему разница кого тренировать? – пожимает плечами Тося, отпивая кисель. Неуверенно киваю: “А может и правда ему без разницы...”. Оставляю свои вещи на стуле и направляюсь к раздаточному окошку за аппетитной картошечкой. Молча, думая каждый о чем-то своем, быстро все съедаем. -Ну что? Пойдем. – Тося лениво поднимается из-за стола, довольно поглаживая живот. -Только нам похоже в разные стороны... Сегодня уже занятия.. – печально сообщаю я, имея ввиду предстоящую тренировку. -Ммм... – понимающе мычит Тоська. – Ну ладно... Только ты это... Не забудь про “Иль патио”. Ты обещала! – она улыбаясь подмигивает мне и быстренько удаляется под аккомпанемент звонка на урок. Еще пару минут молча сижу гипнотизируя грустным взглядом пустую чашку из-под клубничного киселя. Но понимаю, что сколько не сидеть, все равно не избежать ни какого Сергеева, ни совместной тренировки тем более.