Празднество

      Деймон всегда любил появляться эффектно. И в этот раз он решил, что не откажет себе в удовольствии зайти в зал в самый разгар предсвадебного пиршества.       Все взгляды были прикованы к нему, но ему было наплевать. Единственные глаза, которые он отчётливо различал во всей этой разношëрстной толпе, принадлежали Рейнире. Лишь её взгляд был важен и почти физически ощущался Деймоном на его теле.       Она гордо восседала в самом центре стола, с самодовольным личиком взирая на него. Деймон еле заметно ухмыльнулся ей, поклонился и занял своё место справа от Визериса.       Сегодня ему хотелось напиться, забыться и переспать с какой-нибудь не слишком благопристойной девкой. На душе скребли отнюдь не жалкие кошки, а могущественные драконы, перебирая своими огромными когтистыми лапами где-то в районе грудной клетки.       Деймон старательно натянул на лицо свою фирменную скользкую улыбочку, окидывая прищуренным взглядом всех присутствующих. Но глаза сами собой, будто не желая повиноваться своему обладателю, с неимоверной силы притяжением перескакивали с гостей на Рейниру.       Сегодня она выглядела просто великолепно. Это белоснежное платье, так подчёркивающее её светлые волосы и аристократичную бледную кожу. Россыпи рубинов в высокой причёске, напоминающие капли крови. Всё в её образе лишь подчёркивало, но не оттеняло природную красоту принцессы. Деймон несколько раз ловил её взгляд, и от каждого из них ему хотелось встать, наплевав на все приличия, подойти к Рейнире и, жадно притянув её к себе, поцеловать прямо на виду у всех собравшихся. "Вот это был бы фурор!", — слегка усмехнулся Деймон, стоило этой шальной мысли пробежать в его голове. Но он лишь продолжал сидеть, бессильно наблюдая за тем, как девушку, которая прочно заняла его сердце и мысли, отдают за какого-то сосунка, о котором, к тому же, ходят не самые благопристойные слухи.       Деймон старательно изображал счастливого дядюшку даже в тот момент, когда Рейнира вышла в центр зала под руку со своим женишком, дабы исполнить супружеский танец. Он умудрился похлопать им, хотя всё, чего хотелось на самом деле, это встать, перехватить её руку у этого Велариона, и, прижав к себе, закружить в танце, который был бы по-настоящему наполнен чувствами и страстью, а не показной фальшью.       Видят грëбанные Боги, он чертовски старался скрыть своё разочарование от отказа Визериса на их брак с Рейнирой. Но напряжённые пальцы подрагивали каждый раз, стоило только этому мальчишке Лейнору прижать к себе Рейниру чересчур близко или посмотреть на неё излишне долго.       Как бы ни хотел Деймон, он не мог не представлять себя на месте Велариона. Разум уж как-то слишком ярко и отчётливо подбрасывал ему картинку за картинкой. Вот он нежно проводит ладонью по покатым плечам Рейниры, вот прижимает её к себе за узкую талию, вот вдыхает аромат белоснежных волос, а затем резко разворачивает и прямо в танце сливается с её губами в горячем, как драконье пламя, поцелуе.       Но вот танец молодожёнов подошёл к концу, и официальная часть сменилась на весёлые пляски для гостей. Деймон залпом выпил два бокала вина, желая хоть на время заглушить в голове мысли о Рейнире. Ему хотелось буянить, кричать, драться, расталкивать всех знатных лордов, только бы не ощущать себя отвергнутым, ненужным на этом празднестве.       Рейнира, словно маленький юркий дракончик, продолжала танцевать где-то в самом центре толпы, и не подозревая, что её дядя всё это время не сводит с неё влюблённых глаз. Визерис, заметно уставший и болезненный, замечал горящий взгляд брата, направленный на его дочь, но сил что-либо сделать с этим королю уже недоставало. Он мог лишь недовольно вздыхать и хмурить брови, доедая копчёную утку.       Когда весёлая музыка сменилась на более ритмичную и величественную, а количество выпитого Деймоном превысило пять бокалов, мужчина резко встал и двинулся в самый центр танцующей галдящей толпы. Всё его нутро кричало о том, что это недостойно, что нужно хотя бы раз в жизни усмирить свой дикий драконий пыл и остановиться, но Деймон продолжал идти, не сумев воспротивиться сердцу, которое весь вечер ныло о том, что ему больно. Да. Больно. Таргариены больше Боги, чем люди? Тогда какого чёрта ему так больно? Какого чёрта он скрывает за маской Порочного принца простую констатацию того, что ему, мать его, больно?       Подойдя к Рейнире со спины, Деймон обошёл её, совсем не нежно схватив за руку. Ему доставило удовольствие наблюдать все эти важные, перекошенные удивлением, лица гостей. "Да, бегите быстрее, крысы. Разносите свои грязные сплетни", - подумал Деймон, а затем обернулся к Рейнире.       Завидев негодование на её лице, мужчина расправил плечи и оглядел племянницу с ног до головы, походя на хищника, уже заприметившего свою жертву.       То ли дело было в выпитом алкоголе, то ли в терзаниях мечущейся души, но Деймону вдруг захотелось излить на Рейниру всё своё негодование и накопившуюся за те дни, когда он узнал о её свадьбе, злобу.       - И это то, чего ты хочешь? - дерзко спросил мужчина, озираясь по сторонам, словно загнанный в клетке зверь.       - О, только не надо делать вид, что переживаешь обо мне! - не уступая дяде в дерзости, ответила принцесса. Лицо её раскраснелось от негодования. Она поспешно отдëрнула свою руку из жёсткой ладони Деймона.       - Это не твоё, Рейнира, - проговорил Таргариен, обводя глазами огромный зал.       Принцесса ухмыльнулась и ответила:       - Брак - это всего лишь политическая договорённость, не так ли, дядя?       Деймона словно пригвоздило к месту после сказанного Рейнирой. Она отвечает ему словами, сказанными когда-то им же самим! Мужчина раздраконился ещё сильнее, сказав:       - И договорённости расторгаются.       Принцесса злобно сверкнула глазами, и Деймон успел подумать, что в гневе она становится ещё красивее, чем обычно.       - Хочешь быть на месте Лейнора? Это твоя цель? Так давай. Я ещё не замужем, но вот-вот буду. У тебя, наверняка, хватит сил и вооружения. Перережь глотки гвардейцам, отвези меня на Драконий Камень и сделай своей женой. Или тебе это не по зубам, дядя? - отчеканивая каждое слово, раздражённо проговорила Рейнира. Слово "дядя" она будто бы выплюнула Деймону прямо в лицо.       В тот же миг вся боль, всё негодование, вся ревность готовы были выплеснуться из мужчины.       Несправедливость слов Рейниры ранила его. Она и впрямь думает, что он просил с ней брака только лишь из соображений возможной власти? Считает, что та ночь в борделе только ступенька к трону? Да он места себе не находил с того самого момента, как узнал, что Визерис решил силой выдать её за Велариона! Поступил, как идиот, убив собственную жену, мечтая избавиться от ненавистного брака! И теперь она смеет обвинять его в корысти и провоцировать? После всего, что он прочувствовал, наблюдая её танец и переглядывания с Лейнором? Думает, что он вот так просто отступится? Желает увидеть его слабым и беспомощным, неспособным что-либо изменить?       Внутри Деймона разгоралось настоящее пламя праведного гнева, раздражения и кипучей ревности.       "Ты разбудила дракона", - подумал про себя Деймон, резко обхватив Рейниру за щëку и притянув к себе. Между их губами оставалось крохотное расстояние, не преодолеть которое казалось невыносимой мукой. Дыхания смешались воедино, кончики носов соприкоснулись.       Рейнира возбуждённо приоткрыла рот, взгляд её затуманился.       "Я тебя волную, мой маленький дракон. Как бы ты не пыталась обижаться и показывать обратное", - пронеслось в голове Деймона за доли секунды.       Ошалелая толпа прикрывала их, пьяные лица сновали тут и там. Праздник был в самом разгаре, оттого немногие могли заметить то, что происходило между дядей и племянницей Таргариенами.       Деймон практически осязал боль от невозможности коснуться губ Рейниры как тогда, в борделе. Чересчур сильно сжав её подбородок, мужчина прожигал взглядом лицо принцессы, готовый застонать от желания смять её губы прямо здесь и сейчас, наплевав на толпу и возможные последствия.       Может, алкоголь в крови сыграл своё дело, а может, драконий Таргариенский нрав всему виной, но Деймон, недолго думая, хватает Рейниру за руку и слишком быстро, почти бегом, выводит из зала. Он понимает, чем это может грозить и ему, и ей, но Деймону плевать. Он уже упустил шанс стать мужем самой прекрасной девушки Семи Королевств, но её сердце и доверие он не упустит.       - Что ты...? - не успевает договорить Рейнира, как Деймон резко сворачивает за колонну, находящуюся неподалёку от входа в праздничный зал. Их тут же накрывает полутьма, позволяющая скрыть очертания тел и одежды.       Недолго думая, Деймон впивается в губы Рейниры настолько страстным поцелуем, что девушка не успевает сделать и вдоха. Он не церемонится с ней, проникая языком в её рот, дарит уйму новых, неизведанных ощущений. Руки мужчины блуждают по хрупкому телу Рейниры, поднимаются к её волосам, но затем опускаются, не желая портить причёску.       Деймон буквально сминает её губы, заставляет Рейниру загораться в его руках, из искорки постепенно превращаясь в пожар.       Принцесса отрывается от его горячих губ, чтобы сделать вдох, но откуда-то из груди вылетает глубокий стон. Деймон не даёт ей шанса отстраниться. Он лишь крепче прижимает Рейниру к колонне, обхватив за талию и бедро, пока губы неистово и смазанно завладевают её губами. Язык Деймона скользит по её языку, словно обучая, показывая, какие ещё грани удовольствия ими неизведанны, сколько ещё они могут прочувствовать и испытать будучи вместе.       Мужчина, отрываясь от губ племянницы, ведёт жгучую дорожку поцелуев вдоль её шеи. Рейнира запускает тонкие пальчики в такие мягкие, светлые, остриженные волосы Деймона, то сжимая, то разжимая пряди.       Когда жар, изначально сконцентрированный лишь на губах, начинает постепенно переходить на каждую частичку его тела, завладевать чреслами, Деймон, собрав всю волю в кулак, отстраняется от Рейниры, тяжело дыша. Он смотрит на неё сквозь пелену затуманившей разум страсти, и постепенно вихрь эмоций уступает место нежности.       Поглаживая скулу Рейниры большим пальцем, Деймон шепчет, глядя ей прямо в глаза:       - Ты обязательно станешь моей женой, мой маленький дракон. Нужно лишь немного подождать. А сейчас возвращайся в зал. Я зайду чуть позже, чтобы не вызвать подозрений.       Рейнира лучезарно улыбается и кивает, отчего сердце Деймона делает в грудной клетке лёгкий кульбит, а затем разворачивается и быстро мчит обратно в зал, по пути поправляя платье и волосы. Смотря ей вслед, Деймон ловит себя на мысли, что сегодняшнее празднество вышло и не таким уж печальным для него событием.