Перебесишься

Почему не стоит связываться с мальстрёмовцами: 1. Они отбитые. 2. Отбитые на всю голову. 3. Всевозможные модификации тела. 4. Скорее всего, они под какими-то веществами. 5. Дерутся сразу на смерть. 6. Не держат слова. Ни за что не верьте им и постарайтесь обходить стороной. Ви знал о них достаточно, чтобы отказаться от нового заказа. Просто сказать: «Не, пусть это делает кто-нибудь другой, я и так еле выбрался из полной жопы». Но упёртости и гордости оказалось в нём больше здравого смысла. Это и привело его к Виктору одним днём, не самым солнечным, даже довольно унылым. Как он оказался на этом кресле — Ви вообще не помнил. Более того, он уже зарёкся не ходить больше к Виктору после того, как их «разговор по душам» превратился в выяснение отношений, ссоре и совместому посылу нахуй. И почему-то он снова здесь. Не осознавая, что он здесь делает. Не признаваясь себе, что без Виктора он уже не может. Слушая, как Виктор что-то ворчит про Траума Тим. Ворчит, наверное, грубо сказано. Скорее что-то нервно бормочет, что здесь нужны специалисты покруче него. Он несколько раз пытался поговорить с Ви, просил не терять сознание, а потом Ви всё-таки отключился. В жизни так всё тело не болело. Даже хром, что покрывал некоторые кости, не спас от парочки переломов. Бессознательное состояние было прекрасным временем. Потому что стоило Ви очнуться, первое, что он услышал, это собственный болезненный стон. Он сцепил зубы и попытался совладать с болью. — Это ёбаное чудо, что ты живой, — раздался голос Вика, а потом по руке побежал холодок от укола инжектора. — Не знаю, что за ангел-хранитель у тебя, но работает он славно. Ви с трудом приоткрыл глаза и понял, что он всё ещё в клинике. Собранный по кусочкам лежит в кресле Виктора. И сам дышит, это было большой радостью, ибо каждый вдох давался с диким усилием после того, как его впечатало в стену. — Как ощущения? Ви-и? Его широкая ладонь теплом коснулась щеки, но из-за всеобщей боли Ви даже не смог оценить этот жест как следует. Только подумал, что вот Вик снова касается его, до чего это кажется правильным и даже родным. — Я правда жив? — голос был чистым хрипом, ни капли звонкости. — Если болит, значит, жив. И даже жаль, потому что теперь я тебя урыть хочу. Как, твою мать, это случилось?! Я, по-твоему, Траума Тим и с того света вытаскивать умею?! — Спасибо. — Что ты… Да, блять, похуй. Лежи. Приходи в себя. Всегда такой сдержанный, спокойный, сейчас Виктор рвал и метал. Его было просто не узнать. Это даже немного пугало, точнее, пугало бы, если бы Ви мог что-то чувствовать. Потихоньку боль стала просто надоедливой, а не кусачей, и сознание опять отключилось. В следующий раз он пришёл в себя, когда Виктор пытался поднять его с кресла. Ви чувствовал его руки у себя на спине и сам начал потихоньку подниматься, чтобы помочь. Гудящей голове было абсолютно неясно, что происходит, но Ви целиком и полностью доверял Виктору, что бы он там не намеревался с ним сделать. — Осторожно вставай, — Вик больше не бесился, даже совсем наоборот. С такой заботой в голосе он давно к нему не обращался, наверное, с того дня, как он вернулся без чипа и Джонни. — Мгм, — Ви едва не грохнулся на пол, когда попытался встать на ноги. Неведомо какие силы удержали его в вертикальном положении, потому что боль была невыносимой. Но уже через секунду он снова сел, на этот раз в кресло-каталку. Она была такой жёсткой и неприятной, что стало, кажется, только больнее. Словно прочитав его мысли, Вик вздохнул и снова достал инжектор. — Это последний на сегодня, — строго сказал он, засаживая иглу в руку. — Иначе они вообще на тебя действовать перестанут. — Вик… — Ви закрыл глаза. — Я не живу больше в Мегабашне. — Мы и не к тебе едем. Тебе вообще есть кого попросить приглядеть за тобой, малыш? — Ммм, — Ви подумал, что мог бы завалиться к Альдекальдо и отдаться на милость Панам, которая похлеще Вика отреагирует на его полумёртвое состояние. Нет, наверное, не стоит. — Сам справлюсь. — Я так и думал, — вздохнул Вик, разворачивая кресло, чтобы было удобнее поднимать его по ступенькам. — Держись крепче, договорились? Если ты сейчас свалишься вниз, будет больно и комично в одинаковых пропорциях. Ви было совсем не до смеха, но он всё равно улыбнулся. Губам было больно. — Я теперь в Глене живу, — Ви решил, что надо объяснить, куда доставить его склеенное тело. — Рад за тебя. — Адрес… — Зачем? Мы ко мне едем. Он отошёл запереть дверь, а Ви снова разлепил глаза и уставился на Виктора. После того разговора он очень сомневался, что Виктор захочет и вообще допустит мысль выхаживать его. Ладно, может, это просто на пару дней, Вик же не монстр, чтобы бросать его. — Тебя сейчас если одного оставить, — Вик вернулся и снова взялся за ручки, — ты попытаешься встать поссать, у тебя разойдутся все швы, и ты сдохнешь в луже своей крови и мочи. — А как мне теперь… — Да я же образно. Не разойдётся у тебя всё, если встанешь. Надеюсь, — добавил он чуть тише. Вик провёз его по улице, и Ви чувствовал, что все пялятся на них. Должно быть, выглядел он завораживающе. У Виктора дома он был один или два раза. Один раз с Джеки, когда они напились и решили, что придумали невероятно крутые идеи для имплантов. А кому о них поведать, если не своему рипердоку в пять утра? Второй раз уже один. Просто зашёл, чтобы разбудить, тупо посмотреть ему в глаза и, извинившись, уйти. В квартире Вика очень приятно пахло, чем-то сладким и лёгким, как будто карамелью и тёплым молоком. — Мисти дала мне какие-то благовония, — тут же сказал Вик, догадываясь, о чём думает Ви. Но Ви уже опять чувствовал, как медленно отключается. Уже почувствовав руки Вика он снова вырубился.

<<<>>>

— Это что? Ви сощурился, пытаясь разглядеть баночку у себя в руках. Виктор запретил пока пользоваться любыми имплантами, даже оптику переключил. Сказал, голове нужен критический отдых, а импланты жрут много энергии. Ещё сравнил его с разряженным гаджетом. — Детское питание, — спокойно сказал Виктор, доставая из пакета целую коробку этого добра. — Мне? — Ты у нас тут ребёнок травмированный, — напомнил Вик. — Ешь давай. Он сунул ему ложку и вышел из кухни. Ви поёрзал в кресле, в котором только и мог передвигаться по квартире, и с сомнением продолжил разглядывать этикетку. На вкус оказалось так же сомнительно. — А есть соль? — Ви выехал в коридор, и Вик тут же вышел из спальни. — Пресная хуйня какая-то. — Возле микроволновки. Сегодня было значительно лучше. Это значит, что сегодня он проснулся и больше не отключался, обезболивающее действовало достаточно хорошо, чтобы не думать о боли. Зато началось время думать о Вике и о всём том, что Ви сделал в последнюю их встречу. — Поешь и дуй обратно в постель, — Вик выглядел так, как будто не было никакого разговора. Ви задумчиво сунул в рот ложку с уже чуть менее противной, подсоленной жижей. Он следил за Виком, как тот убирает покупки на полки, сваливает посуду в посудомойку, как потирает периодически глаза, приподнимая очки. Не мог же он забыть то, чтобы было между ними, или что-то типа «перебесился»? Хотя Вик так говорил Ви, сказал: «Перебесишься и всё пройдёт». У Ви вот не прошло. У него всё ещё словно что-то горячее и приятное разливалось внутри, когда Вик оказывался близко. Как сейчас. Вик встал совсем рядом, чтобы дотянуться до чего-то на полке, и Ви так и застыл с ложкой во рту. — Ты сегодня не работаешь? — спросил Ви, продолжая следить за каждым его движением. — Ешь, — бросил Вик, и Ви понял, что просто мусолит пустую ложку во рту. — Нет, сегодня нет. — Вектор взял выходной, Арасака раздала все деньги бедным, Мальстрём ограничился базовыми имплантами, — пробурчал Ви, открывая вторую баночку с питанием. — За тобой же слежу, дурак, — фыркнул Вик. — Если сознание потеряешь ещё раз, мне придётся снова везти тебя сканировать. — Я в порядке. Только губа болит, когда ем. Ви даже в зеркало до сих пор не смотрелся. — Ну да, тебе пирсинг вырвали, — как будто между делом сказал Вик. — Что?! — Ви тут же коснулся разорванной губы и действительно не обнаружил там штанги. — Вот блять, мой любимый был. — Остальные в порядке, — заверил его Вик, наконец, садясь на стул за столом. — Как голова? Где болит? — Нигде, — почему он так спокойно себя ведёт? Почему не пытается выстроить какой-то барьер? — Малыш, ну, давай без лишней храбрости. Мне-то не ври. Ви ткнул пальцем в лоб. — Тут болит. — По шкале от одного до десяти насколько? — На шестёрочку. — Ладно, тогда без обезбола. Просто ложись спать. — Вик… Тот поднял брови, ожидая, что Ви скажет что-то ещё. Что за бред? — Ничего, — Ви поставил вторую пустую баночку на стол и развернул кресло в сторону спальни. — Забей. Вик ничего не ответил. Стоит поспать ещё немного. Когда голова так сильно болеть не будет, тогда имеет смысл поднять эту тему снова.

<<<>>>

Месяц назад. Виктор устало помотал головой и поставил банку с пивом на свой стол. Они решили далеко не ходить и выпить прямо в клинике, отсюда обоим было удобно добираться домой. И Ви, даже не успев перебрать по классике, утонул в тяжёлых размышлениях, а потом втянул в них Вика. — Мал… — он вдруг осёкся. — Ви, это же глупости, ты же сам понимаешь. — Почему? — нет, Ви не понимал. В его воображении они вполне могли жить идеальную жизнь вместе. — Ну, с чего ты взял это? Откуда такие громкие слова «люблю тебя»? — Оттуда, — Ви постучал пальцами по рёбрам на уровне сердца. — Прекрати. Перебесишься и всё пройдёт. — Просто скажи, почему нет, — настаивал Ви. — Ты всегда ко мне относился не так, как к другим. Я же видел это. Я не слепой, не тупой, я умею анализировать поведение других. К Джеки ты так не относился, к Мисти так не относился, ни к одному клиенту. Виктор выжидающе смотрел на него. — Мне же не глючилось это всё. — Не глючилось. Но я и подумать не мог, что… Послушай, я сам не очень умно себя повёл, хорошо? Эгоистично, если это подходящее слово. Вёл себя с тобой так, как мне хотелось, а не так, как стоило. А ты просто принял такое отношение за… Любовь? — Да блять, — Ви застонал. — Я не понимаю тебя. Ты соглашаешься, что я особенный, а потом тут же говоришь, что это не так. — Нет, я хочу сказать, что ты не чувствуешь ко мне того, о чём говоришь. — Я чувствую именно это! Блять, тебе так сложно в это поверить?! — Ты просто принимаешь мою заботу за другую монету. — Просто скажи мне, что ты сам ко мне чувствуешь?! Ви сидел на кресле, достаточно далеко от Вика, а его эхо звонко разносилось по залу. Было почти два часа ночи, он не спал больше суток. И вообще плохо спал в последние несколько дней, постоянно, как одержимый, думая о том, что надо признаться Вику. Чтобы больше не лежать на его кресле во время апгрейда и не думать, что сейчас растечётся в лужу и от него останется только стояк. Виктор потёр лицо и посмотрел в сторону. Как будто ему неприятно теперь смотреть на Ви. — Не важно, что я чувствую. Ты же понимаешь, между нами всё равно ничего не возможно. — Да ёб твою мать, Виктор! — Ви взорвался. — Почему?! Я не в твоём вкусе?! Так просто, блять, скажи это! — Не в этом дело… — Так всё-таки в твоём?! — Хватит кричать, — с нажимом сказал Виктор. — Я ещё пока хорошо слышу. — Пиздец, Вик. Ты можешь просто сказать, что чувствуешь? Ну или скажи, что нихуя не чувствуешь, потому меня отшиваешь! — Ви… — он замолчал, закатывая глаза и глубоко вздыхая. — Любовь и отношения — это вообще со мной не совместимо. Иначе почему, думаешь, я до сих пор один? — Да боже мой! Ви соскочил с кресла, опрокинув стоящую на полу банку с пивом, и пошёл к Вику, намереваясь совершить ещё одну ошибку. Первой ошибкой было начать этот разговор. Второй был поцелуй. Ви просто наклонился к нему и крепко прижался губами. Он не почувствовал чужих рук, которые оттолкнули бы его, не будь у Вика никаких чувств. Не почувствовал сопротивления. И тогда приоткрыл губы, захватывая губу Вика, пытаясь добавить больше чувств в этот жест. Его трясло от того, что это наконец случилось. Он обхватил лицо Вика, прошёлся по губам языком, но тот не отвечал. Ви осторожно отстранился и посмотрел ему в глаза. Очки лежали на столе рядом, тот редкий момент, когда можно было смотреть ему прямо в душу через чёрные колодцы зрачков. — Доволен? Теперь оставь меня в покое, — вроде и спокойно, но с каким-то жёстким подтекстом сказал Вик. — Пиздец, — Ви почти оттолкнул его от себя, отходя на пару шагов. — Да иди ты нахуй, знаешь. — Тебе туда же. Ви захватил куртку и пошёл к решётке. Не разворачиваясь, он выставил средний палец в сторону Виктора. Потому что пошёл он!

<<<>>>

На второй день пребывания в сознании Ви не обнаружил Виктора дома. Видимо, всё-таки ушёл в клинику. Оставшись без надзора, Ви проигнорировал ждущее у кровати кресло-каталку и встал на ноги. Потому что он пока ещё может ходить, а значит будет. И не нужна ему никакая помощь и никакие каталки. Простоять удалось несколько секунд, потом мышцы свело так, что захотелось выть. Ви только зарычал и со злостью грохнулся обратно на кровать. Не очень-то и хотелось. Вообще настроение было лежать и не двигаться. Он закинул обе ноги обратно на кровать и отвернулся к стене. Странно было спать не в своей кровати, но у Вика спалось на удивление хорошо. Конечно, виной тому мог быть коктейль лекарств, которые он принимал, но приятно было думать, что не это причина. А потому что тут пахло Виком. Везде чувствовался он. Ви сгрёб одеяло в охапку, зажал ногами и руками и глубоко вдохнул аромат. Да, пахло Виком. И ведь Вик спал здесь изо дня в день, это одеяло касалось его тела. Ви сильнее сжал его, дыша так глубоко, как только мог. От запаха конкретно сносило голову. Пускай Вик и выбесил его в их последнюю встречу, чувства Ви остались неизменными. Только теперь хотелось не только поцеловать Вика, но и проехаться ему по лицу кулаком. Но первого хотелось сильнее. Сколько Вик проводит времени в этой постели? И что он здесь делает? Может, он даже спит голым. Ви медленно выдохнул, чувствуя, как в груди сжимается ком от всех этих мыслей. Это совсем отчаянный ход, но если это максимум, которым можно довольствоваться? Сквозь одеяло Ви положил руку на свой член, потом, немного подумав, спустил штаны ниже, чтобы не мешали. Стоило только представить, каких частей тела касалось это одеяло Вика, как кровь новым потоком рвалась вниз. Ви неторопливо тёрся об одеяло, закрыв глаза и представляя здесь Вектора. Какое удовольствие доставила возможность, разрешение самому себе думать о руках Вика. Вспоминать, как они касались его. Его ног, его рук, шеи, головы. Дыхание участилось, Ви чувствовал, как совсем теряет самообладание. Так сладко было провалиться в фантазии, забыть на несколько минут об их ссоре, неясных знаках внимания, о боли, в конце концов. Он пытался отсрочить концовку хотя бы на пару минут, но было слишком приятно, ещё и эта кровать со своими запахами… Ви тихо застонал, выдавливая остатки воздуха из лёгких, и прижал ноги к груди. Насколько же это низко и грустно — дрочить в кровати Вика, который любезно предоставил её пострадавшему. Но что сделано, то сделано, и Ви сделал бы это снова. Да кто знает, может и правда сделает, если Вик не выпрет его, как только Ви на ноги встанет.

<<<>>>

— Ну ты чего ходишь-то? — Вик сидел на диване, рядом валялся плед и подушка. Телевизор был включён, там шли новости. — Могу же, — Ви, закутавшись в одеяло, потому что его дико морозило последние два дня, медленно дополз до дивана и сел рядом. — Весь день спал, — Вик положил ладонь ему на лоб. — Вроде не температуришь. — А что мне ещё делать, — пожаловался Ви, нарочно придвигаясь ближе. Отсядет или нет? Виктор только покачал головой и вернулся к телевизору. — Что нового? — Ви смотрел не на экран, а принципиально на Виктора. Такой уставший, очки лежат на столике, можно разглядеть все его морщинки. — Ну, как обычно. В Пацифике был взрыв, а никто даже не взглянул в ту сторону… Он продолжил говорить до тех пор, пока не заметил, как Ви пялится на него. Только тогда он замолчал с лёгкой улыбкой. — Мне холодно, — тихо сказал Ви, сильнее кутаясь в одеяло. — У меня где-то второй плед был… — Давай ты лучше со мной ляжешь, — за эти пару дней у Ви перед глазами просто горел зелёный свет, бери и действуй. — Нет, малыш… Не начинай снова. — Я понял, — Ви тут же поднялся и медленно поплёлся обратно. — Прости. Он услышал, как Вик выключил новости, но следом не пошёл. Потом ночью пришёл один раз, потрогал его лоб, щёки, а Ви сделал вид, что спит. Хотя слышал, как Вик сел рядом и ещё какое-то время просто сидел.

≪<≫>

В следующий выходной, который Вик устроил себе в честь отсутствия записей, они уже спокойно ели вместе. Ви перебрался с детского питания на взрослую еду и ел вок с синтолососем. И он был намного вкуснее того, который он обычно заказывал себе, потому что Вик, чтоб его, умел готовить. Такая редкость в их время, чтобы кто-то, кто мог позволить себе постоянно заказывать что-то, добровольно научился готовить. Ви уже мог ходить, ему было разрешено пользоваться некоторыми имплантами, так что он смог созвониться с Вакако и объяснить ей, почему последний заказ был слит. Та только сказала, что всё понимает и отправит кого-нибудь другого. Ви мысленно похоронил смельчака, который займётся делом. Молчали они больше, чем говорили. Это напрягало, потому что это точно были последствия того дурацкого разговора. Ви только теперь чувствовал себя несдержанным идиотом, мог бы и нормально поговорить, не кричать. Но тогда он был на грани, потому что эмоций было через край. И потому что чувствовал себя дураком и хотел как-то защититься. А Виктор тоже хорош, взрослый мужик, а нормально сказать, что происходит, не может. Но теперь-то оба спокойны. — Что? — спросил Виктор, поймав на себе долгий, задумчивый взгляд Ви. — Ничего. Ви дал себе мысленный подзатыльник.

<<<>>>

Настала ночь, во время которой вообще не спалось. И Вика всё не было, а время шло к двенадцати. Ви уже звонил ему, хотя понимал, что не должен контролировать Вика. Тот сказал, что просто загруженный день. Когда Ви уже решил послать к чёрту своё состояние и наставления Вика и пойти в клинику, входная дверь запищала и отъехала. Ви осторожно встал с кровати и прислушался. Нет, это точно был Виктор. Ви выполз в коридор и прислонился к стене, глядя на измученного Вектора. — Ты поздно. — Знаю, — Виктор не торопился проходить. Он прислонился боком к стене неподалёку от Ви и посмотрел в сторону. — И вчера поздно вернулся. — Ну, бывают дела. — Это из-за меня? — догадался Ви. Эта мысль уже посещала его, но была робкой и неуверенной. Сейчас она казалась самой здравой. Вместо ответа Виктор как-то слишком долго посмотрел на него. Словно Ви должен всё понять без слов. Но тут можно было понять и «Да, ты всё портишь, и я не хочу тебя видеть», и «Что за чушь ты несёшь». Ви едва не простонал от того, что Виктор играет с ним в эти игры, когда он в таком состоянии. — Вик, я уже чувствую себя лучше, давай я свалю завтра же утром, — вырвалось у него, хотя отчаянно хотелось остаться здесь ещё. — Не стоит. Нет, Ви, это не из-за тебя. Не совсем из-за тебя. Из-за меня. Так ведь обычно говорят, дело не в тебе, дело во мне. В коридоре было темно, Ви только в целом видел очертания Вика, отблеск ночного города на лице. — Ты можешь честно сказать мне, почему отшил меня? — А ты не будешь больше так резко реагировать? Ви покачал головой, хотя и не мог пообещать ничего подобного. Зачатки злости на себя уже опять начали прорастать в сердце. — Потому что херовый из меня партнёр, окей? Очень дерьмовый. Я постоянно торчу в клинике, со мной поговорить не о чем, я не умею быть парнем в том смысле, в каком нужно тебе. — Это всё? — Ви хмыкнул. — То есть ты так повёл себя лишь потому, что считаешь себя недостойным отношений? — Я за столько лет уже понял, что это не я себя таким считаю, а все остальные. Думаешь, у меня отношений никогда не было? Были. И все такие херовые, что вспоминать не хочется. — И ты решил, что со мной будет так же? Вик молча кивнул. У Ви быстро начала уходить злость, стало наоборот очень легко. Настолько легко, что он засмеялся из-за глупости, которая тут происходила. — Вики, ты просто полный дурак, — он продолжал смеяться. — Малыш, я же серьёзно. — Так я всё-таки тебе нравлюсь? Вик пару раз несильно ударился головой об стену, словно хотел сломать её, лишь бы не говорить то, что хочется. — Конечно, нравишься. Со всеми твоими проблемами, желанием бить кулаками в грудь, лишь бы доказать всем, какой ты крутой, со всеми твоими шрамами, переломанными имплантами, стёртыми кулаками и пулями, которые я потом из тебя вытаскиваю. — Пиздец ты романтик, — Ви оторвался от стены и подошёл к Вику, на пробу кладя руки ему на бёдра. Вик не стал их убирать. — Да нахуй всех твоих бывших. Я знаю, о чём с тобой говорить, потому что мы с тобой не раз засиживались до утра, обсуждая город. Я знаю, что ты херово показываешь эмоции, вообще не дружишь с ними. Мне главное, чтобы ты просто со мной был. Ви дотянулся до его губ. На этот раз поцелуй был другим, Вик сразу открылся ему. От ощущения его языка в своём рту Ви конкретно сошёл с ума. Он вжимался в Вика, обнимая его с такой силой, на какую только было способно его всё ещё не восстановившееся тело. И не верилось, что это происходит. По-правде. Что Виктор сам сказал, что он ему нравится. Всё в жизни стало неважным и недостойным внимания, только Виктор, только их чувства друг к другу. Спину больно свело, когда Вик развернул их, прижимая теперь Ви к стене. Он сделал это так резко, что весь воздух вырвался из лёгких. — Прости, — прямо в губы сказал Вик, снова целуя. Да и всё равно было на боль, главное, что Вик целовал его. Прямо как надо, прямо по-настоящему. Пускай Ви и был грозой всего Найт-Сити, на фоне Вика он словно мерк. И такого Ви ещё не чувствовал. Чтобы его вот так зажимали, чтобы так властно трогали, так настойчиво целовали. Что-то новенькое, и ему однозначно нравилось. И нравилось, что Вик крупнее, что бицепс у него двумя руками не обхватишь, и что он, в конце концов, может поднять Ви вместе со всем его хромом над землёй. — Спину надорвёшь, — всё равно вставил Ви, когда Вик поднял вторую его ногу, вжимая в стену. — Потом будем об этом думать. Горячая волна прошла по всему телу: руки горели, щёки горели, всё горело. Ви чувствовал, как быстро возбуждается от такой близости, особенно из-за того, как Вик вдавливался ему в промежность. — Кровать? — спросил Ви, тут же снова целуя Виктора. — Мгм, — даже не отрываясь промычал тот. Теперь Ви ощутил землю, но не на долго. Они быстро добрались до спальни, не разрывая рук. Там уже всё продолжилось, только теперь к этому прибавилась попытка быстро избавиться от одежды. И если на Ви были только спортивные штаны и футболка, то у Вика была рубашка, которую пришлось расстёгивать, ремень, который тоже пришлось расстёгивать, ширинка, КОТОРУЮ ТОЖЕ НАДО БЫЛО РАССТЕГНУТЬ. Ви уже конкретно начал психовать, но результат того стоил. Коснуться голой кожей тела Вика — это было божественно. Никаких слов не хватит, чтобы описать это удовольствие. — Ты правда меня хочешь? — почему-то спросил Ви, скорее потому, что просто хотел это услышать, чем потому, что сомневался. — Очень. — Как сильно? Ви целовал его шею, чувствуя, как быстро бьётся артерия под его губами. — Ты серьёзно хочешь об этом поговорить? — Не то чтобы. Просто хочу это слышать. — Я лучше покажу. Ви засмеялся и закусил губу, наблюдая, как Вик полез за презервативами и смазкой. Даже в самых смелых фантазиях Ви не мог представить, каким Вик будет любовником. Насколько он осторожен и нежен, что даже до противного. После всех своих пассий, которые, обычно, хотели быстро и жёстко, это было невероятным контрастом. Как встать под горячий душ после холодной комнаты. — Твою мать, — Ви поймал себя на том, что не дышал, пока Вик входил в него. — Что? — Твою ма-а-а-ать, — простонал Ви, падая всей спиной на кровать, утягивая за собой Виктора, которого держал за шею. — Немножко побыстрее, Вики… Хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось. Виктор слишком хорошо подходил его телу и касался его там, где надо. Он быстро понял, как Ви нравится, когда целуют между шеей и плечами, когда трогают соски, когда с силой сжимают бёдра. И плевать было на все гематомы и раны. Точнее, ему было абсолютно плевать, но он быстро заметил, как старательно Вик обходит эти места, только поглаживая их ладонями. Когда всё дошло до той стадии, где не остаётся сил даже двигаться, Вик стал двигаться медленнее и взял его член в руку. — Блять… Вики… — Ви закрыл глаза и опустил руки на кровать, сжимая одеяло под собой. Почти сразу Виктор довёл его до края, на котором Ви ещё ненадолго попытался задержаться. Но от того, что Вик наклонился и поцеловал его в губы, все силы сдерживаться растворились, осталось только застонать. Слишком громко для квартирки в таком доме. Но по мнению Ви — слишком тихо, чтобы показать всю степень удовольствия. Вик снова поцеловал его, продолжая двигаться, теперь уже совсем медленно. Вдруг захотелось ещё, больше и сильнее, чтобы к чёрту тело разорвало от удовольствия. Ви с новыми силами впился поцелуем, но Виктор всё равно остановился, войдя полностью. — Давай трахаться всю ночь, — выпалил Ви, позволяя ему отстраниться. — Давай нет, — Виктор тяжело выдохнул и медленно вышел. — Почему? — не унимался Ви, целуя его подбородок и угол челюсти. — Ви, — Виктор лёг рядом и повернул Ви к себе. — Мне, по-твоему, сколько лет? Я, кстати, нашёл тебе ещё одну причину не начинать со мной отношения, я не секс-машина. — Ничего, купим такую, — спокойно ответил Ви. — Ради бога, только это уже без меня. Ви тихо засмеялся, утыкаясь лбом ему в подбородок. Скоро Ви заметил, что выздоровление пошло вперёд большими шагами. Рядом с Виктором, который грел кровать, и спалось слаще, и просыпалось приятнее. И завтраками он кормит. И ещё ахуенно целуется.