Чертов шпагат или история о том, почему не стоит спорить с Арсением. Или стоит?

Тихий вечер в их совместной квартире, настольная игра и любимый человек рядом. Казалось бы, что могло пойти не так? Вот именно, что все. Абсолютно все уже не так. Антон стоит на ковре для «Твистера», извернувшись каким-то совсем не человеческим образом и буквально чует, что вот еще чуть-чуть и он упадет. А ему падать вот вообще никак нельзя. И вот почему… 3 часа назад — Антош, привет. Арсений заходит домой с полным счастья и предвкушения выражением лица. Антон сразу насторожился, потому как мы все знаем, у Арсения своя планета в голове, и что он на этот раз придумал, остается лишь гадать. — Привет, лисенок. Антон подходит, мягко обнимает Арсения и легонько целует его куда-то в висок. — Эй! Раздается возмущенный голос откуда-то снизу. Антон лишь хмыкает, а после уже нормально целует Арса, прижимая его к себе покрепче. — Можно узнать, почему ты так светишься? — Я такую классную игру купил! Очень давно не играл. Хотел бы сделать это сегодня вместе. — А что за игра? Арсений достает коробку с «Твистером» из-за спины и протягивает Шасту. — Кхм, ты уверен? Я же гибкий, как палка. — Да все будет отлично, не загоняйся раньше времени. Давай так, для мотивации будем играть на что-то. Кто упал — тот выполняет желание. И так, что ты хочешь? Антон задумывается. Было действительно много вещей, которые пришли в голову, но лишь один вариант он озвучил. — Давай так, если выигрываю я, то ты бросаешь нахер все свои дела, мы пакуем шмотки и едем в путешествие. Куда – так и быть, решим вместе. — Хорошо. Что ж. Теперь мое желание. Если ты проигрываешь… Арс сделал драматичную паузу и наигранно задумчивое выражение лица. — То садишься на шпагат за 2 месяца! — ЭЙ! Вот даже не думай, я не стану этого делать! — Таково мое желание. Я же не придираюсь к твоему, так? Шаст хмыкнул и кивнул. — Вот и все, кот, давай начнем играть. Настоящее время — Шаст, твой ход. — Прокрути ты, я хер дотянусь. Арсений снова крутит стрелку на кружке, и он попадает на какое-то поле. Арс озвучивает. — Правая рука на синий. Антон пытается переставить руку, оставляя при этом на месте вторую руку и обе ноги, вставая в импровизированный мостик, но тут в последний момент не выдерживает и все-таки рушится на пол. — Есть! — почти кричит Арс, победно улыбаясь. — Арсений, нет! — Арсений, да! — с ухмылочкой говорит Попов, подходя к Шасту. — Арс, нет, так не честно, давай переиграем! — Не-е-ет, Антош, все было честно. И ты сам это знаешь. Так что готовься выполнять наказание. — Черт с тобой. Я сделаю это. — И что, даже моя помощь не нужна? — Обойдусь. Я сам все сделаю и уложусь в эти два месяца. — Договорились. Но если что, Антош, правда, я всегда рядом и тебе стоит просто сказать. Я всегда тебе помогу, ты же знаешь? — Знаю, лисеныш. Я люблю тебя. Антон подходит к Арсу, обнимает его за талию, прижимая крепко к себе и целует в носик-кнопочку. Арсений смешно фыркает и прижимается к Антону. — И я тебя люблю, сильно-сильно. Неделю спустя В тот день съемки у Арсения закончились на пару часов пораньше, чему он обрадовался, ведь в последнее время им с Антоном очень «недодали» времени наедине. Уже подходя к их квартире, у него было какое-то внутреннее предчувствие, будто там что-то происходит, но он не понимал, что конкретно. А в квартире в это время происходило следующее: обматеривший всех и вся Антон, лежащий на арсеньевском коврике для упражнений и тщетно пытающийся растягиваться. Получалось, честно, в час по чайной ложке и так уже неделю. Изменений Антон не видел никаких, из-за чего очень загонялся. Особенно на фоне своего мужа, у которого, как Антону казалось, с этим вообще не было никаких проблем и всегда все получалось довольно легко. Он же был его полной противоположностью, Шаст хоть и тянулся каждый день по полчаса-час, даже близко не доставал до пола, там все равно оставалось долбаных 20 сантиметров, из-за чего Шастун очень бесился, расстраивался и загонялся каждый раз. Так что Антон, думающий, что до прихода Арсения еще дохрена времени сидел и проклинал тот проигрыш, пытаясь сделать из себя вторую Ляйсан. И тут ключ в замке начал поворачиваться. Антон хотел сначала подскочить, а потом просто смирился и продолжил сидеть как сидел. Арсений заходит в их квартиру, снимает с себя верхнюю одежду и обувь и кричит: — Антош, ты дома? Надо ли говорить, что последнее что хотелось делать Антону – это откликаться? Больше всего он хотел спрятаться под диван и не позориться, но лучшее, что он придумал — сесть на коврик жопой и сидеть со сложным лицом, начисто игнорируя присутствие мужа в их доме. Арс понимает, что что-то не так, поэтому идет в их гостиную и застает Антона на ковре. Приглядываясь, он понимает, что с его настроением явно что-то не то, потому что он сидит надувшимся хомячком и даже не идет обниматься и нежиться, как обычно. — Дорогой, что случилось? Чем ты так расстроен? — Я такое бревно, Арс, у меня ни-ху-я-шеч-ки не получается, и я вообще не знаю, на кой черт тогда согласился на этот глупый спор. — Так, загоны отставить! Иди сюда, булочка моя. Попов поднимает Антона с коврика за руку и тот встает, сразу же ныряя в нежные арсеньевские объятия, потому что это было ему до безумного необходимо. Шаст всегда находит в Арсении поддержку, помощь и огромную мотивацию на то, чтобы двигаться только вперед. Арс прижимает его крепко-крепко к себе, укутывая в свои теплые и столь нежные объятия. Он легонько гладит Антона по спине и покрывает трепетными поцелуями его шею, пытаясь поддержать и успокоить. Арсений видел и понимал, что сейчас он очень нужен Антону. — У меня никогда не получится, Арс. Никогда! Я никогда не стану таким же гибким, как ты. — Антош, перестань загоняться, ну. Ни у кого ничего не получается с первого раза идеально. В некоторых случаях и с первых 20 раз может не получится. Думаешь, я с рождения все умел? Нет, в свои первые разы я хуже тебя был. — И что тебе помогло? Как добиться такой же прекрасной формы и гибкости? — Лучшее всего сразу попрактикуемся, на словах нет никакого толка разъяснять все полчаса. Давай обратно на мат, я сейчас переоденусь и приду. Арс уходит в их спальню и возвращается через 3 минуты в тренировочных супер обтягивающих во всех местах штанах, на которые Антон пускает слюни сразу же, как видит Арсения, на что тот лишь ухмыляется, но при этом как бы невзначай слегка крутит бедрами, отойдя к двери и прикрывая ее. — Арс, мы сейчас не то, что растягиваться не сможем, мне сейчас в целом сидеть затруднительно станет. — Позанимаешься еще хотя бы полчаса — так и быть, сниму твое напряжение. Садись и показывай, что умеешь. Антон неуверенно начинает опускаться, через какой-то промежуток времени достигая-таки своего максимума на данный момент. — И это всего лишь за неделю? Антош, ты такими темпами от меня не снятие напряжения, а только по заднице получишь. Это шикарно для недели. Более того, это шикарно для того, что ты демонстрировал в том ролике с Ляйсан. — Думаешь? Мне просто совсем не нравится. Ну посмотри, я же прям бревно бревном. Тут Антону прилетает сильный шлепок по заднице. Но тем не менее, он удерживает равновесие и не падает. — Согласись, так эффективнее доходит? — Все-все, больше не загоняюсь. Помогай давай. Арсений встает позади Антона и чуть давит ему на ноги на пробу. — Нормально? Или уже больно? — Пока нормально. — Скажи, если что-то пойдет не так. Он начинает давить на обе антоновых ноги, опуская его ниже и ниже к мату, иногда останавливаясь, чтобы дать Антону понять, что он может растягиваться в расслабленном темпе и никто морально на него давить не станет, как это делают частенько тренеры. — Ну смотри, ты же просто умничка. Если будем так заниматься каждый день, ты у меня быстренько на шпагат сядешь. — Думаешь? — Уверен. Отдохни 2 минутки и еще раз попробуем. Они занимаются еще полчаса, за которые Антон понимает, пожалуй, 2 вещи. Первая — это не так уж страшно и противно, как казалось пару часов назад, а вторая — у него лучший в мир муж. Нет, он, в целом, и так это знал, но сейчас, когда тот неизменно пришел на помощь именно тогда, когда так сильно нужен (или нужён. Антон пока сам не знает), Шастун еще раз в этом четко убедился. На следующий день после завтрака Арсений подходит к Антону и говорит: — Ну что, ангел мой, готов сегодня продолжить? Или отдохнешь? — Готов при одном условии. — При каком? — Ты будешь мне помогать. — Естественно, а как иначе? Переоденься и приходи, я пока коврик расстелю. На удивление сегодня Антону в разы легче к этому ко всему приступать, и он даже не думает о том, чтобы послать это все к чертовой бабушке. Именно из-за Арса он вдруг прям захотел снова пойти порастягиваться, так как точно знает, что с ним будет его мужчина. Его самый близкий и родной человек, который всегда подстрахует, поддержит и поможет ему справиться со всеми его проблемами и загонами. Он выходит и полный решительности начинает разминаться перед тем, как снова начать тянуться. — Ты точно готов? Мы можем повременить денек-два. С тем, как у тебя быстро и хорошо получается уж точно. — Точно, Арс, я прям готов-готов. — Ну раз готов-готов, то давай, садись. Антон встает на мат, тут же начиная постепенно опускаться до максимального своего состояния. Он видит, что уже все стало чуть лучше, и уж точно до пола осталось меньше на пару сантиметров, чем было вчера. — Вот видишь, мой мальчик, ты же просто молодец! Давай еще чуть-чуть сам, потом я помогу. Антон старается опуститься еще ниже, хоть и получается очень и очень тяжко. — Ну ты же просто умничка, я знал, что ты сможешь! Так, а сейчас как вчера — понимаешь, что совсем не можешь терпеть – сразу же говоришь мне. — Есть, капитан. Арсений подходит со спины к Антону, надавливая ему куда-то на ляжки и опуская того еще ниже и ниже. Он давит с одинаковой силой, но при этом опуская Шаста все ниже и ниже. — Антош, порядок? — Не особо, но пока терп… Ай! Нет, все, дальше не могу. — Хорошо, постой так минуты 2 и вечером закрепим. Будешь у меня самым гибким. На этих словах он по быстро целует Антона в губы, пытаясь сделать все, чтобы его расслабить. Спустя 2 минуты Шастун падает на жопу на коврик и выдыхает. — Это капец как тяжело, я уже думал, что не вывезу под конец. — Но ты справился! Ты у меня самый сильный, мой хороший! Арсений опускается на ковер рядом с Антоном и усаживает его на свои колени, начиная развязано и страстно целовать его, чуть ли не потрахивая своим языком его рот. Антон начинает елозить на бедрах Арсения и постанывать. Арс запускает руку ему в волосы, слегка потягивая их. Они трахаются прямо на этом коврике еще полчаса, после чего идут вместе в душ и спокойно продолжают этот прекрасный день. Месяц спустя — Арс, может сегодня перерыв? Я уже не могу тренироваться больше. — Антош, давай сегодня попробуем чуть-чуть по-другому. Мы не будем просто садиться на шпагат, я шикарное видео нашел на ютубе и там много упражнений, которые ты еще никогда не делал. Так что вроде и растяжка, а вроде и что-то новое. Попробуем? — Знаешь, а давай. Не хочется все же терять результат. Арсений включил то самое видео, которое нашел. Он сам отсмотрел его перед тем, как предлагать Антону, ибо должен был точно убедиться, что там нет ничего неподъемного для его любимого. — Шаст, давай, чтобы тебе было еще легче, я с тобой вместе позанимаюсь. Рядом постелю второй коврик и начнем. — Конечно! Спасибо тебе большое, так мне будет намного легче. Попов отходит в соседнюю комнату за ковриком, возвращается обратно и стелет его рядом с антоновым. В течение всего видео они выполняют упражнения вместе, однако ближе к концу Шастун начинает сдуваться: — Арс, я не могу больше, давай завтра продолжим. Арсений ставит видео на паузу. — Нет, Антош, так не пойдет. Передохни и продолжим. А пока иди сюда, нежиться будем. — Вот это — всегда пожалуйста, мой хороший. Арсений чуть подползает к Антону и обнимает его, прижимая крепче к себе. Он целует его в лоб, в обе щеки и утыкается своей кнопкой в его нос. Идиллия. Проведя так минуты три, Шастун говорит: — Вот теперь я готов продолжать. — Видимо не зря я еще одно видео подготовил. — АРСЕНИЙ, НЕТ! — Ладно, ладно, не кипишуй. Закончим с этим и посмотрим, как ты себя будешь чувствовать. Там и решим. Когда видео заканчивается, Арсений решает, что пришло время еще одной обнимашковой терапии, а после они быстренько расправляются со вторым видео, так как оно было чуть-чуть короче предыдущего. — Ну как тебе сегодняшняя тренировка? — Арс, ну шикарно, шикарно! Нет, правда, я бы с удовольствием чередовал обычные с такими, ибо так тренироваться в разы приятнее. По крайней мере, это было необычно! 2 месяца спустя Арсений возвращается с очередных съемок, которые были в Питере. Его опять не было дома несколько дней, и мало того, что Антон до жути соскучился, так у него еще и была новость. У него получилось! За эти несколько дней он все-таки сел на этот чертов шпагат и уже мечтал рассказать об этом своему мужу. Попов заходит в квартиру, не успевает он раздеться, как на него налетает радостный до усрачки Антон, который чуть ли не сбивает его с ног. — Арс, ты щас ахуеешь! — Я уже ахуел, Антош. Привет, родной. Они обнимаются еще пару минут, прижавшись крепко друг к другу. Арсений слегка привстает на носочки и чувственно целует Антона. Спустя минуты две они отстраняются друг от друга, и Антон говорит: — Так, пошли, ща ахуевать будешь. Он хватает Арса за запястье и тащит в комнату. Тот не особо понимает, что происходит, но не делает ничего, ибо Антону доверяет, поэтому идет за ним. — Во, смотри! Антон берет и разъезжается на идеальный шпагат, практически шлепаясь на пол причинным местом. — Ты был прав, я действительно ахуел! Антош, поздравляю! Арсений помогает своему мужу подняться и сжимает в объятиях. Антон обнимает его в ответ, абсолютно счастливо улыбаясь. — Арсюш, я смог! Я смог, понимаешь! — Да, ты у меня самый талантливый и способный. Я тебе всегда говорил, что ты у меня все можешь. И в связи с этим я подумал и решил, что не хочу оставлять эту гигантскую победу для тебя без внимания. Мы обязаны это отметить. Помнишь же, какое желание ты мне загадывал? — Конечно, а что? — Так вот, к черту все, поехали в путешествие. Съемок все равно в ближайшее время не будет ни у тебя, ни у меня, так что мы могли бы рвануть куда-нибудь на недельку. Что думаешь? — С тобой — хоть на край света, родной. Люблю тебя. — И я тебя, солнышко ты мое талантливейшее.