"Я так тебя люблю"

Руки Дрима дрожат. Впервые за восемь лет своей карьеры он так нервничал. Сегодня — его последняя песня, прежде чем он навсегда покинет индустрию музыки. Он не появлялся на сцене долгое время, ведь мало по малу его желание петь и жить уходили. В конце-концов, он точно знал, кому посвящена сегодняшняя песня. Он писал её сам: от музыки до каждого слова в тексте. Это его маленькое сокровище и финальное прощание. Микрофон настроен, а музыканты уже заняли свои места. Он знал, что сейчас откроются шторы и он увидит полный зал своих фанатов. В горле пересохло, но, облизывая свои губы, блондин прикрыл глаза. Сегодня он точно справится. Шторы раздвигаются, а он делает глубокий вдох, раскрывая рот.

***

— Клэй, ты меня слушаешь? — Мужчина поднимает зелёные глаза вверх и сталкивается с недовольными, карими глазами. Блондин любил засматриваться в них, теряясь во времени. Он просто любил его. — Прости, я прослушал. Что ты говорил? — Виновато признаётся младший и откидывается на спинку кресла. Брюнет недовольно фыркает, но тут же лезет в свою сумку, улыбаясь. — У меня для тебя подарок… Не подглядывай! — Парень состраивает хитрую гримасу и, чуть порывшись, вытаскивает подарок, завёрнутый в ленту. Кареглазый протягивает его парню, ярко улыбаясь. — С днём рождения, Клэй. Открой его! Дрим зависает, неверяще смотря на подарок. Обычно, их ему присылает лишь его мать или друг детства, поэтому, он действительно не ожидал. Взяв коробочку в руки, тот аккуратно стянул ленту и охнул. На дне коробочки, аккуратно уложенная, лежала самодельная открытка: — Раскрой её! — С нетерпением вдохнул старший парень и надул губы. Блондин лишь посмеялся с такой реакции и, взяв подарок в руки, раскрыл его. В глаза сразу бросается то, сколько небольших фото было прикреплено с одной стороны. Работа была аккуратной, точно той, в которую вложили всю душу. Дрим всегда бы узнал этот неаккуратный, быстрый почерк. Джордж всегда был таким. — У меня нет денег, ты знаешь, поэтому я хотел сделать тебе приятно. Я распечатал почти все фото, которые мы делали за этот год, и сделал небольшую «фото-страничку», — неловко признался брюнет, опуская взгляд. — Тебе… тебе нравится? — Нравится? Да ты шутишь, Джордж! Я просто в восторге. Спасибо, — он притянул к себе парня, целуя его в лоб. Второй тут же покраснел и отвернулся, стараясь скрыть своё смущение. — Я буду хранить это как зеницу ока. Я тебе обещаю. — Скажешь тоже, — смущённо пролепетал парень, но улыбнулся, понизив голос: — Спасибо, Клэй…

***

≪Мне просто нужен кто-то в моей жизни, чтобы придать ей структуру, ≫ Гитара медленно играла, успокаивая. Гитара показывала то, насколько грустной могла быть песня, и Дрим это чувствовал. Чувствовал всей глубиной своей души. Было сложно петь, когда голос дрожал. ≪Чтобы справиться с моими эгоистичными способами, которыми я бы проводил свое время без него.≫ Слова сами вырываются с губ. Он не учил текст, он помнил его. Помнил так, как никто другой не мог запомнить. Так, словно кто-то отпечатал его на закоулках памяти раскалённой печатью. ≪Ты все, чего я хочу, но я не хочу иметь дело со всеми твоими любовниками.≫ Клэй закрывает глаза, словно больше не желая видеть толпу. Он хотел слышать лишь себя. Он хотел понять, что чувствует сейчас. Что чувствует спустя такое долгое время.

***

— Он бросил меня, — Джордж рыдал, прижимаясь к Дриму. Ему было плохо. Ему было больно так, что сердце рвалось на маленькие кусочки. Почему он снова поверил? Почему снова подпустил к себе так близко? Дрим не знал, что сказать. Он прижимал к себе дрожащий «комок», аккуратно гладя по спине. В нём бурлила злость и ненависть. Хотелось прийти к тому идиоту и разбить нос. Но он не мог бросить брюнета в таком состояние. — Неужели я настолько плох? Я такой отвратительный? — Голос кареглазого дрожал, а это убивало Клэя. Ему казалось, что его разорвало на маленькие кусочки уже тысячи раз. — Какие глупости, Джордж-и, — собственный голос болезненно хрипит, и он знает, что это не помогает ситуации. — Ты самый замечательный человек, которого я когда-либо видел, знаешь? Ты смешной, милый, добрый. У тебя чудесный голос и прекрасный смех. Никогда не смей говорить о том, что ты отвратителен. Это делает мне больно, — Джордж поднимает голову, а Дрим утирает большим пальцем слёзы с его щёк. — Ты… правда так считаешь? — С опаской спрашивает Дэвидсон, пока его бледные щёки наливаются лёгким румянцем. — Конечно. Ты ведь знаешь, что я никогда не вру. Я просто ненавижу лжецов, — и Клэй улыбается. Улыбается, так, как всегда: лучезарно и тепло. Так по домашнему. И Джордж знает, что может чувствовать себя в безопасности.

***

≪Говоришь, что я тот самый, но твои действия говорят иное, ≫ В горле появляется неприятный ком, пока нос начинает щипать. Клэй искренне думал, что ему больше не больно. Что он больше не беспокоится об этой ситуации. Но это оказалось не так. Его сердце всё ещё болит. Он всё ещё хочет плакать. ≪Даришь мне любовь, когда тебе плохо и тебе нужен другой, Я должен уйти и отпустить тебя, я должен прийти в себя… Но я так люблю тебя.≫ Слеза скатывается по щеке, пока он с трудом проглатывает ком. Он так надеется, что никто не видит его слабость сейчас. Ему просто не хочется, что бы это кто-то видел. Что бы это кто-то заметил. ≪Я так тебя люблю.≫ Эти слова отдаются эхом в собственной голове. Он не говорил их уже так давно, и сейчас, на самом деле, это словно перейти на новый уровень в видео-игре.

***

— Я люблю тебя, Джордж! — Дрим выпаливает это на одном дыхание, а глаза Джорджа округляются. Он не ожидал, правда не ожидал. Клэй всегда был его лучшим другом, которому он мог доверить любые тайны. Он был человеком, который всегда был рядом и мог приехать в любое время суток, что бы утешить старшего. И, честно говоря, это сейчас ставило в тупик. Нет, это вовсе не оттолкнуло Дэвидсона, но он вовсе не знал, что сказать на подобное заявление. Рассмеяться и смахнуть на шутку? Нет, Клэй бы никогда не шутил о таких вещах. Принять он не мог, потому что просто не знал, что тогда случиться. Но и отказать блондину он тоже не мог. Это было бы слишком тяжёлой ношей. — Клэй, я… — Брюнет запнулся и, казалось, просто перестал дышать. Он смотрел в зелёные глаза, которые смотрели на него так искренне. С ожиданием, словно он вот-вот взорвётся от ожидания. И кареглазый искренне не знал, что делать. — Могу я немного подумать? — Конечно, — Дрим ответил моментально, но чуть тише, чем до этого. Он всё понимал и не мог ничего требовать от Джорджа. Он любил его и хотел, что бы старший был счастлив. И он был готов ждать.

***

«Я намерен собрать свои вещи и оставить тебя позади.» Пальцы цепко хватают микрофон и сжимают его так, что костяшки пальцев белеют. Глаза щипает, а слёзы уже сами скатываются вниз, к подбородку. Он знает, что кто-то из зала всё равно увидит его слёзы, но он так старается не разрыдаться во время песни. «Это старое чувство, и я знаю, что я принял решение, Я надеюсь, ты чувствуешь то же, что и я, когда ты разбил мою душу. Потому что ты был жесток, а я дураком, Так что, пожалуйста, отпусти меня…»

***

— Мы не сможем быть вместе, — Джордж старается говорить это как можно холоднее, а Дрим роняет букет цветов на землю. Больно. Больно настолько, что, кажется, его только что проткнули настоящим ножом. Клэй просил себя ни на что не надеяться, но это всё равно ударило по нему сильнее, чем он думал. — Почему? Джордж, что я сделал не так? — И блондин пытается найти причину в себе, хотя Дэвидсон никогда не сможет сказать настоящую причину, почему он сделал это. Не сможет сделать Клэю больно. Не сможет привязать к себе. — Дело не в тебе, Клэй. Правда. Пожалуйста, давай перестанем общаться. Ты хороший парень и заслушиваешь лучшего, но у нас правда ничего не получится. Прощай, — брюнет быстро разворачивается и убегает, пока Дрим даже не успевает и рта разинуть. Ему больно. Больно настолько, что слёзы уже обжигают кожу. Он ненавидит этот день. Он просто слишком любит его, но стоит отпустить.

***

«Но я так люблю тебя… Пожалуйста, отпусти меня.» Дрим, даже стоя на сцене, помнит, как ему позвонил врач спустя два месяца после этой сцены. Помнит, как врач монотонным голосом говорил, что Джордж и его семья уехали в другую страну на лечение, и как Дэвидсон умолял позвонить врача Дриму, после того, как они перестанут общаться. Помнит, как врач сообщил, что у Джорджа была опухоль, и с ней ничего уже нельзя было сделать, и что парню оставалось жить не так уж и много. И он помнит, как винил себя, что не смог попрощаться. Что не смог в последний раз сказать, как сильно его любит. Поэтому, сегодня, эта песня передаст его чувства в последний раз. Клэй навсегда запечатлел в своей голове образ Джорджа, как и свои чувства. И сейчас, думая о том, что Джордж стоит в этом зале и улыбается, Клэю действительно стало лучше. Наконец, спустя пять лет, он почувствовал себя свободно. Наконец, спустя пять лет, он сможет зажить спокойно. Наконец, спустя пять лет, он закончил свою карьеру и плохие воспоминания на хорошей ноте.