Сонный Паралич

Тяжёлый рюкзак школьника с грохотом падает на пол коридора. Старая привычка, но мать будет опять орать.. Похуй. Высокая фигура шустро проносится мимо закрытой стеклянной двери в гостиную, пронося за собой  мрачную тень. Дойдя до комнаты, юноша дёргает ручку двери, которая видимо не хотела поддаваться с первого раза. –Сука. –повысил голос Антон, теребя ручку в руке и надавливая коленом на нижнюю её часть. Он продолжал ебаться с дверью ещё около пол минуты. Антон неимоверно устал. Устал в школе, устал дома. Устал от этой суеты. Он не любил возвращаться домой, так как его там не ждали с теплом: Мать, которая всё время орёт; отец, которому плевать на собственного сына, и старший брат, давно проживающий далеко в другом городе. Антону нечего любить дома. Было нечего. А точнее некого. После нескольких рваных глубоких вдохов, Шастун продолжил пробираться в собственную комнату, не замечая, как его поглощает тень сзади. Она всё увеличивается и перестаёт расти, как только юноша оборачивается назад. Перед ним стоит его мать, смотря на сына круглыми глазами и сжимая кухонное полотенце в руках. –Ч-то.. ты сказал? Мат? Тебе не стыдно при родителях такое говорить? –да, ребёнку семнадцать, но родители не воспринимают от него такие выражения. Они считают, что отличники таким не занимаются.. Кхм.. Я думаю, вы уже давно убедились, что эти люди выбрали очень странный метод воспитания. Самое грустное, что такой метод выбирают не только родители Антона, но и родители множества школьников в России. М-да. В последний раз, когда они услышали от Тоши мат, было в восьмом классе. Тогда его хорошенько выпороли ремнем, и он запомнил это. Эх, как не хотел бы он проживать это снова. –Мам?.. Ты чего?..,–тихо проскулил парень, бегая глазами по женщине перед ним, которая казалось сейчас вспыхнет от ярости. Ага, уже не похуй? На самом деле, он видел её такой почти всегда, но когда Антон совершает что-то реально "плохое", то этот огонь в глазах невозможно перепутать с чем-то другим. Тот самый взгляд, заставляющий ком в горле душить тебя изнутри. –сука - это же литературное слово..–в попытках разрядить обстановку добавил Шастун, сразу же пожалев, о неудачной шутке. –Литературное слово?! Интересно. Если так, то слушай, сука. Ты хочешь получить от отца, как в прошлый раз?! Хочешь реветь навзрыд?! Хочешь.. ещё?! –казалось огонь в глазах матери посинел, словно у газовой плиты. Было страшно. Было.. Больно. И морально и физически. Крепко сжав пальцы в кулаки, следы-полумесяцы вновь оказались на потных ладошках. –Нет, мам, прости. Просто две.. –Ещё слово, и я за дверь тебя вышвырну! Пока что за эту, а потом посмотрим.. –женщина открыла дверь, чуть не сломя ручку, и больно шлепая парня по спине полотенцем загоняла его в комнату. Дверь с грохотом закрылась прямо за Антоном, и тихие шаги вскоре растаяли в кромешной тишине. Оказавшись наедине с самим собой, Шастун прижался к двери спиной, медленно съезжая по ней вниз, собираясь в одну большую кучку непонятно-чего. Грустно, больно, обидно, ужасно. Как обычно куча вопросов в голове, и они никак не дадут покоя мальчишке. Руки на автомате закрывают лицо, впитывая накопившуюся влагу с ресниц в ткань рукавов. В комнате темно, только лунный свет даёт возможность ориентироваться в пространстве. Но на самом деле, даже если комната была достаточно освещена, этот свет Антону не за чем. Сейчас он скрывается в своём маленьком мирке, который начал развивать ещё с детства, с того момента, как родители стали его ненавидеть. Этот мирок хоть и маленький, но туда без проблем помещается букет из переживаний, слёз и боли Шаста. Этот астрал помогает ему равнодушно относиться к сложностям в жизни, так что уже через пару минут слёзы высохли, а комната уже не расплывалась в глазах. Парень хотел просто сидеть, сжавшись в комочек, и никогда не размышлять над вопросом, который волнует его больше остальных в голове: [за что они так со мной?] Находясь в мути своих мыслей, Антон мало следил за тем, что происходит вокруг него, поэтому сначала даже не заметил, как начал разделять квадратный метр личного пространства с другим человеком. Почувствовав присутствие постороннего, юноша поднял взгляд, и кажется, в его зрачках можно было увидеть расфокус, будто в этот момент он пытался включиться в реальность. –Арсений, это ты!! –воскликнул парень, определив личность сидящего перед ним. Антон тут же бросился вперёд, заключая голубоглазого в крепкие объятия. Настолько крепкие, что Арсу на мгновение стало трудно дышать. Мальчик дал волю эмоциям, и разрыдался юноше прямо в плечо, ещё крепче обхватывая того длинными руками, видимо боясь, что его бросят в таком состоянии прямо здесь, одного. Всё же когда-нибудь маленький мир от количества боли лопнул бы, и видимо уже пошла трещина. Слезы текли по горячим щекам Антона, впитываясь в рубашку Попова. Он прижал Шаста к себе как можно крепче, нежно поглаживая по спине. –Чшш.. Антош.. –шептал Арсений на ухо юноше, смотря прямо в блестящие зелёные глаза. От одного вида Антона наворачивались слёзы, честно. Парень закрыл руками лицо, потирая глаза от горячей влаги, и глубоко дыша. Антон заглянул в голубые океаны, и будто находя в них надежду, бегал глазами с одного на другой. Юноша старательно натягивает кривую улыбку и устраивается на руках у Арса, как маленький ребёнок. Глаза Антона закрываются, а в лоб прилетает мокрый чмок, после чего младший забавно щурится. –Вот сдам егэ, и съебусь нахуй отсюда, да ведь, Арс? –отвернувшись от Попова пробурчал Антон. Темноволосый задумался, смотря на окольцованые, слегка дрожжащие пальцы. Пождав губы, он выдохнул: –Да.. Конечно. Конечно уедешь.. –парню было тяжело это говорить. Сложно представлять, что когда то он не будет так крепко обнимать Антона, как сейчас. Он не сможет заглянуть в его яркие зелёные глаза, полные любви и красок. Видимо, сам Антон пока что не понимает этого. Поймёт рано или поздно. Хоть бы не было слишком поздно.. Попов поднял мальчишку на руки и понёс его в сторону кровати. Опустив юношу на мягкую постель, Арсений лёг сверху, заводя руки под спину нижнему. –Всё будет хорошо, тебе нужно отдохнуть.– выдохнул Арс куда-то в пустоту. Потеребив пшеничные кудряшки, Попов последний раз чмокнул парня в кончик носа и скрылся в дверях шкафа, еле успев подмигнуть на прощание. –"Сука, почему же ты такой хороший? Ангел прямо.." –подумал Шаст, залезая под одеяло и отворачиваясь к стене. Тяжёлые веки сами опускаются, погружая юношу в сон. Мягкий лунный свет обволакивает комнату изнутри, и это не только про комнату Антона. Такой же эффект имеют другие квартиры, в которых уже выключен свет, и их жильцы явно так же спят в кроватках. Мутная темнота, оставляя город в покое после очередного рабочего дня, проявляется все больше и больше с каждой минутой. Всё закончилось?.. *** *бип-бип...бип-бип..* –с утра пораньше орёт будильник. Новый день, новое утро, старые дела. Шастун с трудом поднимается с кровати, плетётся в ванную, потом на кухню.. Проделывает все вот эти вот утренние процедуры. Натянув на себя фиолетовую толстовку с вышивкой "АШ" и чёрные джинсы Антон собирается в школу, скидывая все оставшиеся на столе учебники в рюкзак. Накидывая на плечи куртку, парень вылетает из квартиры и быстро спускается по ступенькам лестничной клетки. Когда Антон вышел из подъезда, он вынул одну сигарету из пачки, и поджигая её край пошлёпал в сторону школы, выдыхая дым по дороге. Шаст подумал, что давно он не чекал уведомления, и разблокировав телефон увидел несколько новых сообщений. Пару от Димы, от Иры и от незнакомого номера. От друзей Антон получил много вопросов по типу "как ты?", "че не пишешь?", "что случилось?". Неужели он настолько плохо выглядит в последнее время, что все стали замечать неладное?.. Незнакомый номер же написал: вчера 19:43 –Привет, Антон. Ну как ты там? Вижу, что не очень. Арс переживает. Думает, что после того как ты сдашь экзамены, ты оставишь его одного. Не дай ему волноваться по этому поводу. Я обещаю, я постараюсь сделать всё, чтобы вы были счастливы, но не пускай те все на самотёк. Ты должен сделать это. – Прочитав сообщения, парень был в шоке. Вы кто, блять?.. –