Поезда

Стоя на перроне, ожидая долгожданный поезд по расписанию Москва — Ленинград, Анна мысленно прощалась со всем, что было дорого ей в той, уже прошлой жизни. Ей хотелось забыть о родителях, о друзьях, о семье. И она забыла. Холодный зимний ветер игрался как-то ласково с ее локонами, выпавшими из аккуратного пучка, (заплетенного в ходе долгих приготовлений к поездке). Они точно также, как и их слишком романтичная носительница, чувствовали неожиданно нахлынувшую свободу. Она решилась на отважный поступок — закрыть эту старую, расшатанную дверь навсегда и открыть новую, наиболее яркую и опрятную. В душе, конечно же, теснились большие опасения на этот счёт, она точно знала, что ей было бы непривычно жить в новом ритме и на новом месте. Здесь, в Москве, она оставила сына, накануне спев ему последнюю колыбельную. Расцеловав его маленькие руки и ноги на прощанье, вышла из его комнаты и ринулась прочь, слыша за спиной тихое и сонное мама. С нежным и любящим супругом она не простилась, видеться с ним было ей неприятно. Она нанесла ему глубокую рану и показываться перед ним такой счастливой было бы самым настоящим издевательством. Она без стыда и зазрения совести признает, что уважала и уважает его, как высокопоставленного человека, любила их общий дом, сына и даже служанку Лилечку. Когда он умолял ее не поступать опрометчиво, забыть о внезапно вспыхнувшей страсти по отношению к другому мужчине, целовал ее руки и стоял на коленях, напрочь забыв о гордости, которая в светском обществе хлестала за края его и без того высокого самолюбия, она не хотела его слушать, упорно уверяла, что это не обычная страсть, которая, вероятнее всего, пройдет за пару мгновений. Впервые за их совместную супружескую жизнь она отвечала ему сухо, пыталась вырвать руки из его крепкой хватки. Ей было непривычно видеть супруга в таком состоянии. Совсем недавно он говорил, что не против отношений на стороне до тех пор, пока люди не станут показывать пальцем, упрекать его в том, что он ужасный человек и чиновник, упрекать в том, что он старше на двадцать лет и не может уследить за молодой деной. Отчего же он поменял свои взгляды? Признание на скачках, (на глазах у многих знакомых семьи), в измене далось ей намного проще, чем могло показаться. Она долго скрывала, корила себя за такие короткие встречи с новым возлюбленным. Страшные вести выбили ее из колеи. Он ранен! Она рвалась к нему! Отчаянно плакала на плече своего надёжного супруга, пока тот нежно держал ее за тонкие запястья. Слушая ее тихие молитвы другому, признания в красочных подробностях, через горечь и сильную обиду старался говорить тихо и спокойно: <<Анна, ты больна, прошу тебя, давай уйдем домой?>> Анна даже думать не хотела и не хочет о том, что же творилось на его душе, когда из ее уст исходили слова о любви к другому мужчине, о любви к другому ребенку и окружению. Она выбрала не его, не их семью, ради которой он старался долгие годы. Ее выбор пал на любовь, вспыхнувшую перед ней, словно огонь, оставив супругу неблагодарность, которую он будет влачить за собой до конца своих дней. Ее возлюбленный — Алексис, (так его любила называть матушка), обещал ей в вечер сильного холода и метели, в момент частых скандалов дома, что увезет ее в любое место: за город, за границу. Он готов увезти ее в тихое место где никого нет и любоваться ее красотой. Его сладкие речи начинались с путешествия в Париж, и не заканчивались отпуском в Женеве. Несмотря на то, что она увела его у дальней родственницы, тем самым расстроив их помолвку, ей нисколько не стыдно. Возможно, той красавице ещё удастся встреть настоящую любовь, настоящее счастье. Быть может, недавнее горе поможет ей с открытием новой двери, запрет старую на три ключа. Она думала о том, что Алексис был предназначен ей с самого рождения, а такое, похожее с его чарующим именем, имя супруга — не более чем стечение обстоятельств и намек. Ей хотелось верить, что сына она могла родить именно от того, кого любила и будет любить после смерти. На перроне было безлюдно. Шум со станции и падающий снег словно окутали ее, обняли насильственно и тяжелым грузом повисли на ее хрупкой шее. В Ленинграде она встретится с любимым, а после они уедут куда-нибудь очень далеко, а быть может, останутся где-то поблизости. Маленькому мальчику сказали, что его мать умерла. Верное ли это решение? Чтобы он подумал, узнав правду? Никому не хотелось думать об этом. Он будет осуждать и ненавидеть. Анна знала и чувствовала, об этом знали все. Сказать о том, что осуждать и ненавидеть некого — одно из решений, подающих надежду. С последним поездом в этих краях она оставит все обиды и прошлое, но заберёт с собой настоящее, в котором ее будет ждать счастье. В самом деле счастье?