Фокусник и зеленоглазое чудо

      Начало июня. Летний вечер. В парке много людей. Дети играют на площадках, пока их родители о чём-то болтают, сидя на скамейках. Школьники, у которых начались каникулы, катаются на велосипедах, роликах и скейтах. Те, кто постарше, просто гуляют, обсуждая всё подряд и смеясь с очередной удачной шутки. Встречаются и люди, вышедшие на вечернюю пробежку, есть те, кто выгуливает собак. Старушки сплетничают, обсуждая высокие цены в магазинах, своих родственников или даже просто случайных прохожих. Вечерний парк был наполнен жизнью: обычной жизнью обычных людей.       Мужчина неторопливо шагал по дорожке, слушая музыку. Ему было разве что немногим больше тридцати. Тёмные волосы его были слегка растрепаны из-за лёгкого теплого ветра, но это совершенно не портило внешний вид, а даже дополняло его. Чёрные спортивные штаны и синяя футболка давали знать, что выходил мужчина, скорее всего, на пробежку, а сейчас не спеша возвращался домой.       Он бы и дальше продолжал не замечать ничего вокруг, тихонько напевая себе под нос какую-то мелодию, если бы в один момент на него не налетел куда-то очень спешащий мальчишка. Он влетел в мужчину на полной скорости, заставляя того опешить. Рука мальчика быстро скользнула по запястью взрослого, но в ту же секунду ребёнок отпрянул в сторону, резко сунув руки в карманы джинсов, которые, казалось, были на несколько размеров больше и только чудом не спадали с худого тела. Старший снял наушники. — Извините, — быстро сказал мальчик и уже начал было убегать дальше, но… — Стоять! — довольно резко произнёс мужчина, схватив за локоть уже почти удравшего ребёнка. — Сейчас же верни то, что взял!       В голубых глазах старшего была злость. Конечно же, он почувствовал, как, «случайно» коснувшись его запястья, мальчишка ловко да ещё и быстро стащил с руки часы. Недешёвые и ЧУЖИЕ часы. Наверное, в любой другой ситуации мужчина удивился и даже восхитился бы ловкости рук ещё совсем маленького мальчика, но не в этой. В этой ситуации он только разозлился и уже думал над тем, что выскажет всё родителям этого маленького воришки. — Дядя, вы о чём? — совершенно невинно спросил этот мальчуган. Он удивлённо округлил свои зелёные глазки, совершенно не боясь смотреть прямо в глаза старшего.       «Хорошо играет, паршивец. Прям актёрский талант. В любых других обстоятельствах я бы даже поверил», — подумалось мужчине. — Не держи меня за дурака, — раздражённо произнёс обладатель голубых глаз. — Верни часы немедленно. — Ну какие часы, дядь? — И снова этот невинный взгляд. — У вас, кажется, галлюцинации. Обратитесь к специалисту.       Мужчина даже растерялся от такой наглости. Он точно не ожидал ничего подобного от какого-то там мальца. Да и сама фраза звучала как-то слишком неестественно из уст мальчугана. Словно его научили так отвечать. А может, так оно и было, кто знает?              Ребёнок, увидев замешательство взрослого, снова попытался уйти, нагло ухмыльнувшись напоследок. Да вот только не тут-то было: быстро среагировав, мужчина снова схватил мальчишку, теперь не за руку, а за ухо. — Отпустите! — тоненько вскрикнул тот, вынужденно вставая на носочки, когда мужчина немного потянул руку вверх. — Часы! Сейчас же! — чётко проговаривая каждое слово, сказал уже даже не раздражённый, а разъярённый мужчина, сжимая ухо чуть сильнее. Мальчик снова тихонько вскрикнул, но всё-таки выудил из кармана и протянул старшему то, что просили. Тот забрал свою вещь, но отпускать ребёнка не спешил. — Ну отпустите, — жалобно прохныкал он, уже чуть ли не плача. — Я же вернул их вам. — Тебя не учили, что воровать нехорошо? — строго поинтересовался голубоглазый. Ухо он действительно больше не держал, но и давать уйти ребёнку не собирался, крепко держа того теперь уже за локоть. — Учили не учили, какая разница? — недовольно пробормотал мальчик, поджав губы. — Дядь, давайте я уже пойду? — И снова грубость, и снова такая наигранная и неестественная. — Нет, малыш, никуда ты не пойдёшь, пока не сообщишь мне, где твои родители, — не меняя тона, сказал старший. — Очень уж мне хочется узнать у них, в курсе ли они, что творит их сынишка. — Ага, удачи вам тогда, — он фыркнул подобно ёжику. — Прекрати паясничать и скажи мне, где твои родители или как с ними связаться. В противном случае мы останемся стоять здесь, пока ты не скажешь, поверь, времени у меня достаточно.       Мальчишка искривил губы в неком подобии улыбки и снова посмотрел прямо в голубые глаза напротив. — Нет их. Хотя где-то они, конечно, есть, но, поверьте, дяденька, им до меня нет никакого дела.       Мужчина несколько удивился, хотя и не подал виду, и теперь уже совсем по-другому посмотрел на мальчика. — Я даже не уверен, что они знают о моём существовании, — как-то совсем тихо добавил ребёнок, опустив взгляд.       Неожиданно стало так жалко этого маленького ребятёнка, который пытался казаться взрослым. Мужчина неожиданно даже для самого себя предложил: — Пойдем со мной? — уже тихо и совершенно спокойно спросил его он, отпустив мальчишку. Он не заставлял, просто предлагал, и, если мальчик захочет просто уйти, он не станет его держать. — З-зачем? — прозвучало немного испуганно. — Не бойся, не стану я ничего с тобой делать, — старший улыбнулся. Без раздражения или злости, а просто тепло и искренне улыбнулся. — Ты же не просто так попытался украсть у меня часы?       Ребёнок снова отвёл взгляд в сторону. Ему стало неожиданно стыдно перед взрослым, который почему-то сейчас перестал кричать и ругаться. Мальчик совершенно не привык к такому отношению, потому был растерян. Он просто легонько кивнул, надеясь, что мужчину удовлетворит и такой ответ. — Ты ведь, наверное, голодный? — снова лёгкий неловкий кивок. — Вот и говорю, пойдём ко мне, накормлю тебя, а потом верну туда, откуда ты пришёл. — Нет! — несколько резко ответил мальчик. — Я не вернусь в детдом. Мне нельзя туда! Только не сейчас! — Ладно, ладно, — решил не спорить старший. — Давай я просто тебя накормлю. Согласен? — Угу.

***

      Мужчина до сих пор не понимал, почему вообще решил помочь мальчику, который буквально десять минут назад был готов обокрасть его. И ведь сейчас он добровольно ведёт его в свою квартиру. Кто знает, что тот натворит? Но это не останавливало. Этот зеленоглазый мальчишка не казался плохим, просто обстоятельства вынуждали его совершать не очень хорошие поступки. Наверное, роль играло и то, что ребёнок ему почему-то доверился. Согласился пойти в квартиру к совершенно незнакомому мужчине. Конечно, он не собирался с ним ничего плохого делать, просто хотел помочь, но ребёнок-то не мог быть в этом уверен на сто процентов. И всё равно почему-то пошёл.              Мальчик шёл немного впереди. Иногда он замечал стайки голубей и с тихим смехом подбегал к ним и разгонял, махая руками.       «Ребёнок, какой же ребёнок. Сколько ему? Восемь? Девять? Совсем маленький». — Тебя как зовут-то? — До этого шли в тишине, которую, наконец, решил нарушить старший. — Антон, — мальчик перепрыгнул через какую-то веточку, валявшуюся на дороге. — А вас? — Арсений, — ответил мужчина. — И можно на «ты». — Хорошо, — легко согласился ребёнок. Он немного замедлился, подстраиваясь под шаг старшего. — Ты почему воруешь, а, Антоша? — мальчишка немного удивился от такого обращения. «Антоша» звучало как-то тепло и даже ласково. Вот только на вопрос малец не ответил. — Ну и с кем я разговариваю? — тихо хмыкнул старший. — Ты знаешь, что за воровство можно получить? — Знаю, — буркнул Антон, ему явно не нравился разговор. — И всё равно воруешь? — По-другому не получится, — тихо сказал ребёнок, видимо надеясь остаться неуслышанным. Арсений услышал, но решил не подавать вида и сменить тему. — Сколько тебе лет? — поинтересовался он. — Девять.       Мужчина примерно так и предполагал. Удивляло лишь то, что мальчик уже в таком юном возрасте совершает противозаконные действия, причём делает это явно не в первый раз. Дальше снова шли молча. Антон не спешил ничего рассказывать, а Арсению не хотелось на него давить.       Спустя ещё минут десять они добрались до высокого, особенно по мнению Антоши, новостроя. — Ты здесь живёшь? — любопытно поинтересовался мальчик, задрав голову вверх и, кажется, пытаясь подсчитать количество этажей. — Да, живу. Двадцать пять, — сказал мужчина.       Мальчик повернулся к нему лицом. В его зелёненьких глазах читалось непонимание. — Этажей двадцать пять, — заметив растерянность Антона, пояснил старший. — Ты же их посчитать пытался, так? — Ну да, — немного смущённо пробормотал ребёнок, улыбнувшись. — Пойдём? — Арсений протянул мальчишке руку, и тот доверчиво ухватился за неё, кивнув для уверенности.       Они вместе зашли в подъезд, а после и в лифт. Арсений показал мальчишке на нужную кнопку, и тот с радостью нажал на неё. — Ух ты, здорово! — Антон подпрыгнул на месте. — Как будто летим!       Мальчик был в восторге, ведь он никогда раньше не поднимался на лифте. Да и где бы он его нашёл? В детском доме лифта не было, а попасть в жилые дома было сложно из-за домофонов, установленных на двери подъездов. — Так, Тоша, в лифте не прыгаем, хорошо? Он может остановиться, и мы тут застрянем, — мальчик понятливо кивнул и дальше стоял на месте, лишь с интересом посматривая в сторону старшего.       Когда они прибыли на нужный этаж, мужчина сначала пропустил вперёд себя ребёнка, а потом вышел сам. Они подошли к квартире, и старший открыл её ключом. — Разувайся. Обувь можешь около двери оставить, — Арсений и сам разулся.       Как только обувь мальчишки была снята, голубоглазый отвёл его в ванную комнату и попросил помыть руки. Ребёнок беспрекословно выполнил просьбу. — Так, малыш, давай мы с тобой договоримся, — он присел на корточки, чтобы быть с ребёнком на одном уровне, а не смотреть на него с высоты своего роста. — Ты не будешь пытаться что-то украсть, хорошо? Потому что я могу быть очень-очень злым, а ты явно не хочешь, чтобы я прошёлся ремешком по твоей попе, правда? — Не хочу, — мальчик помотал головой из стороны в сторону, а в глазах появились искорки страха. — Я правда-правда не буду ничего брать. — Вот и хорошо, — он улыбнулся и встал. Рукой легонько потрепал ребёнка по голове, отчего тот в который уже раз растерялся. — Не стой на месте, пошли на кухню, — мужчина осторожно подтолкнул мальчишку в спину, рукой указывая в сторону нужного помещения. — Хочешь, картошку пожарю? С мясом. Или могу омлет сделать. Макароны тоже сварить могу. Ты что хочешь? — Я могу выбрать? — удивлённо округлил глаза Антон. — Да, конечно, — Арсений в очередной раз тепло улыбнулся.       А ребёнок в очередной раз растерялся. Он не привык к проявлению заботы, и даже мелочь вроде выбора блюда казалась такой непривычной. — Тогда омлет, — неловко пробормотал мальчик.       Мужчина улыбнулся и принялся готовить, пока младший терпеливо сидел и рассматривал обстановку. Кухня была светлой, в ней приятно пахло какими-то специями, на подоконнике стоял какой-то цветок, название которого Антоше было неизвестно. За окном уже начинало потихоньку темнеть. Любопытный мальчишка всё-таки не усидел на месте и подошёл к окошку. Заметивший это Арсений не стал тому запрещать смотреть из него. Окно всё равно было закрыто, потому опасности не представляло. — Ого, так высоко! — восторженно воскликнул Тоша, смотря, как во дворе начинают зажигаться фонари. — Конечно высоко, мы на шестнадцатом этаже, — не отвлекаясь от готовки, пояснил мужчина. На кухне вкусно запахло омлетом. — А как это растение называется? — Антон указал пальчиком на горшок с цветком, стоявший на подоконнике. — Это бегония, — пояснил старший. — Антош, садись. — Он поставил на стол две тарелки с омлетом и приглашающе махнул рукой в сторону одного из стульев.       Мальчишка тут же подбежал и залез на стул. — Приятного аппетита, — с улыбкой сказал старший. — Спасибо. И тебе.

***

— Хочешь мороженое? — неожиданно предложил старший. Омлет уже был съеден, и сейчас мужчина стоял и мыл посуду, пока мальчик снова увлечённо смотрел в окно. — А можно? — заинтересованно спросил тот. — Конечно можно, — мужчина поставил последнюю тарелку сушиться и подошёл к морозилке. — Шоколадное, клубничное, банановое? — перечислил он. — Откуда у вас столько мороженого? — опешил ребёнок. — Я немного сладкоежка, веришь? — тихо рассмеялся Арсений. — И я же попросил на «ты». — Ой. Ну извини, забыл. Можно мне шоколадное? — Антон с самым заинтересованным видом подошёл вплотную к мужчине, и тот протянул ему угощение. — Спасибо. — На здоровье. Только ешь осторожно, не хватало ещё, чтобы у тебя горло начало болеть. — Не начнёт, — уверенно заявил ребёнок, шурша обёрткой. — Можно спросить? — Спрашивай, — голубоглазый сел напротив мальчишки. — Как вы… ты, — быстро исправился он, вызвав улыбку у старшего, — заметил, что я часы снял? — мужчина тихо хмыкнул. Он ожидал услышать любой вопрос, но не этот. — Обычно не замечают? — понимающе протянул он, мальчик в ответ угукнул. — Признаюсь честно, поражён твоими навыками, — Антоша округлил глаза, продолжая есть мороженое. — Только не вздумай принимать это за комплимент, я не поощряю воровство. Напомню, если вдруг ты забыл, попробуешь что-то стащить — всыплю ремня, — чуть строже добавил он. — Я не буду, правда. И извини… за часы, — казалось, мальчик искренне раскаивался, у него даже кончики ушей покраснели. — Хорошо, Антош, я верю и за часы уже не злюсь, — возвращая дружелюбный тон, сказал Арсений. — А насчёт твоего вопроса… Наверное, кто-нибудь другой и не заметил бы. Да вот только провести фокусника такими трюками очень сложно. — Ты фокусник? — удивлённо и одновременно восторженно воскликнул Антон, даже приоткрыв рот от удивления. Мужчина просто улыбнулся от такой реакции. — Фокусник, — подтвердил он. — Прям настоящий? — Рот этого забавного мальчишки всё больше открывался от удивления. В зелёных глазах читался неподдельный восторг. — Настоящий, настоящий, — Арсений тихонько рассмеялся. — Покажи что-нибудь. Пожалуйста, — невозможно, просто невозможно отказать этому ребёнку, особенно когда он смотрит точно так же, как тот самый кот из «Шрека». — Хорошо, Тоша, покажу. Подожди минутку, — мужчина встал и ушёл куда-то в другую комнату. Антоша терпеливо ждал, сидя за столом и всё так же поедая угощение.       Арсений вернулся довольно быстро. В руках у него была самая обычная колода карт. — Я бы показал что-нибудь более сложное и зрелищное, но для этого потребовался бы реквизит, — начал говорить мужчина, снова садясь напротив мальчишки. — А у меня с собой его нет, остался на работе. Но даже с картами можно проделать здоровские трюки, — глаза мальчика буквально сияли, совсем как звёзды. Он рассматривал карты в руках старшего, ожидая какого-нибудь чуда. — Смотри, — мужчина положил себе на ладонь одну карту. — Она сейчас исчезнет, — лукаво улыбнувшись, он быстро согнул и тут же разогнул пальцы. Ладошка действительно была пуста, словно там и не было никакой карты вовсе. — Куда она делась? — Антоша удивленно округлил глазки. — А обратно вернуть сможешь? — Смогу, — Арсений улыбнулся. Фокус был совершенно не сложный, даже слишком простой. Но ребёнок был в настоящем восторге даже от такого фокуса. Мужчина ощущал что-то странное, почему-то хотелось сделать так, чтобы этого восторга в глазах стало ещё больше. Хотелось, чтобы Антон улыбался, смеялся; хотелось, чтобы его глаза всегда сияли так же ярко, как сейчас. Наверное, потому старший ещё одним ловким движением вернул карту на свою ладонь. — Смотри, как ещё могу, — он не дал завороженному мальчишке вставить и слова. Показал ему дрибл и тут же перетасовал карты каким-то очень запутанным, но выглядящим довольно эффектно способом. — Здорово! — Антоша аж в ладоши захлопал, настолько велика была его радость. Конечно, мальчишка ведь никогда не видел ничего подобного, а тут такое чудо. Да ещё и совершенно бесплатно. За окном уже окончательно стемнело, а они всё ещё сидели на кухне. Мужчина показал мальчику ещё пару фокусов с угадыванием карт и каждый раз совершенно искренне улыбался ребёнку. — Как ты это делаешь? — поинтересовался Тоша, немного склонив голову вбок. — Если расскажу, фокус перестанет быть волшебным, — улыбнулся старший, убирая колоду на холодильник. — А я не хочу разрушать твою веру в волшебство и чудеса. — Нельзя разрушить то, чего нет, — недовольно пробормотал мальчик. Ему не нравилось, что мужчина не хочет раскрывать секреты, а ведь ему очень интересно, как тот всё это делает. Арсений не стал ничего говорить по поводу слов мальчика. Ему всё-таки хотелось верить, что ребёнок хоть немного, но верит в чудо. Потому что все дети верят. Даже если говорят, что не верят. — Антон, — вдруг серьёзно заговорил Арсений. Они все ещё не уходили с кухни. Мальчик пил сок, который ему предложил старший, и ел печенье. Он довольно жмурился, словно маленький котёнок, которого напоили молоком. Но, как только услышал обращение к себе, тут же поднял глаза на мужчину. — Ты же понимаешь, что тебя будут искать? Наверное, уже ищут, — осторожно начал тот, помня о реакции мальчика на улице. — Мне нужно тебя вернуть людям, которые за тебя отвечают. — Не нужно меня никуда везти! — немного более резко, чем следовало, воскликнул ребёнок. — Слушай, спасибо за то, что накормил, правда, — чуть тише сказал он. — Но не нужно меня возвращать, я об этом не просил. Сам вернусь. Но сейчас мне туда нельзя. — Почему? — Неважно, — мальчик резко покачал головой. — Ещё раз спасибо, но мне пора. — Подожди, — остановил уже собиравшегося покинуть кухню ребёнка Арсений. — На дворе уже ночь, ну куда ты пойдёшь? Мальчик пожал плечами. Такой маленький, один против всего мира. — Давай ты останешься на ночь? У меня есть гостевая комната, постелю тебе там. А утром уже решим, что с тобой делать.       Антон снова удивился. Всё это было так непривычно. О нем сейчас… заботились? Накормили, угостили сладким, даже фокусы показали, а теперь ещё и не хотели отпускать одного, потому что за окном ночь. Любой другой человек, словив на краже, сразу бы наорал или, может, даже ударил. Но Арсений, хоть и отругал, всё равно проявил заботу. Не побоялся взять к себе домой, хотя не был уверен, что ребёнок не украдёт что-нибудь ценное. Улыбался тепло и искренне. И сейчас предлагал переночевать в тепле, на кровати, а не на какой-нибудь лавочке в парке. Такая забота вызывала в мальчике непонятные чувства. Хотелось довериться этому человеку, хотя он совсем не привык доверять. — Л-ладно, — немного растерянно произнёс мальчик. Старший улыбнулся. И снова эта улыбка не таила в себе ни злобы, ни раздражения. — Давай тогда я тебе дам одну из своих футболок. Она длинная, сойдёт для того, чтобы в ней спать, — начал говорить мужчина, движением руки поманив мальчика за собой в комнату. — Давай ты сейчас примешь душ, а я пока разложу в той комнате диван и застелю его постельным бельём, хорошо? Мальчик кивнул. Ему вручили простую чёрную футболку без каких-либо надписей и проводили в душ. — Это горячая, это холодная, — указал на краны Арсений. — Мыло, шампунь и гель вон на той полочке, — рукой указал в нужную сторону. — Сумеешь сам себе воду отрегулировать или помочь? — Я сам, — уверенно заявил мальчишка. Мужчина кивнул и вышел из ванной, закрыв за собой дверь.

***

      Кажется, впервые за последние несколько лет точно Антоша выспался. Диван был мягкий и большой, на нём легко можно было раскинуть в сторону ноги и руки. От постельного белья приятно пахло порошком. Подушка была на удивление удобной. И утром он проснулся не от противных криков, а от того, что кто-то осторожно и даже как-то ласково провёл рукой по кудрявым волосам. — Антош, вставай. Время уже десять утра, — приятный мужской голос был полон заботы. Мальчику было приятно и одновременно неловко, ведь о нём никто раньше не заботился. Стало тоскливо. Хотелось, чтобы каждый день начинался так.       Арсений улыбнулся, когда мальчишка выпутался из тоненького одеяла и заспанными глазками посмотрел на старшего. Сказав тихонько «пойдём завтракать», мужчина вышел из комнаты, давая мальчику возможность окончательно проснуться и переодеться. Уже спустя десять минут ребёнок появился на кухне. Он был довольно бодр, успел не только переодеться, но и умыться и теперь задорно улыбнулся, заметив на столе тарелку с оладушками. На кухне было солнечно. Закипал чайник, пока Арсений доставал чай и кофе из шкафчика над плитой. — Доброе утро, — пробормотал младший, зевнув. Он опустился за стол. — Доброе, — голубоглазый улыбнулся и поставил перед ребёнком чашку чая. — Ты кушай. У меня варенье есть, хочешь? — Хочу, — немного смущённо сказал мальчик, чем вызвал ещё одну улыбку.       Арсений смотрел, как довольный ребёнок макает оладушки в варенье. Было удивительно, что ему так мало нужно, чтобы чувствовать себя счастливым. Всего-то стоило его накормить, угостить сладостями и показать пару фокусов, и из недовольного и несколько грубого он превратился в простого задорного мальчишку. В ребёнка, которому не хватало простого тепла и заботы.       Но мужчина понимал, что ребёнка нужно вернуть домой. Как бы ни хотелось сейчас ему помочь, но это было невозможно. Лучшее, что он сейчас мог сделать, — это не позволить Антоше слоняться по улицам в попытках нарушить закон. Ещё совсем ранним утром Арсений позвонил в несколько детдомов их города и узнал, откуда убежал мальчишка. Он пообещал привезти его к обеду. Вот только как сказать об этом самому Тоше, который так рьяно не хотел возвращаться? Выход один — умолчать, пока не доберутся до места, а там у мальчика просто не будет выбора. — Куда мы едем? — Ребёнок задавал этот вопрос уже не в первый раз. Мужчина уже не в первый раз игнорировал или ловко переводил тему, начиная обсуждать то погоду, то природу. Арсений просто сказал ему, что им нужно кое-куда съездить, а потом мальчик сможет идти куда захочет. И Антон поверил. Снова доверился, не ожидая от старшего ничего плохого. Сердце разрывалось от мысли, что прямо сейчас мужчина обманывал мальчишку. Причем обманывал, нагло глядя в зелёные наивные детские глаза. Но он не мог по-другому. Оставить Антона на улице он не мог: неизвестно, в какие неприятности тот бы попал.       Они подъезжали к нужному месту. Антоша начал беспокоиться, он знал эти места, слишком хорошо знал. — Ты зачем меня сюда привёз?! — крикнул мальчик, когда мужчина уже остановил машину около ворот. Недалеко от них стояла одна из воспитательниц, которая вышла специально, чтобы забрать ребёнка. — Антош, я не могу оставить тебя одного без присмотра, — мужчина старался оставаться спокойным, он вышел из машины и открыл дверь для мальчика. Тот не спешил выходить. — Кто знает, что может произойти с тобой? А мне бы очень не хотелось, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — в глазах ребёнка скопились слёзы. Он изо всех сил старался не расплакаться, но предательская слеза всё-таки скатилась по щеке. — Антоша, давай ты сейчас не будешь плакать. Пойми, что так будет лучше, — старается говорить уверенно, но получается откровенно плохо. Глаза мальчика… Такие ясные зелёные глаза. В них читалось столько эмоций: страх, обида, наверное даже боль от предательства. Хотелось прижать это зеленоглазое чудо к себе и не отпускать, сделать что угодно, чтобы он не плакал. Но Арсений не мог ничего сделать. Поэтому он просто протянул руку и, взяв детскую ладошку в свою, вытянул мальчика из машины. В этот момент к ним подошла воспитательница. — Шастун! Явился, — недовольно проворчала она, взяв ребёнка за руку. — Тебя все обыскались уже. Спасибо вам, — она кивнула Арсению. — Я не хочу, — уже не пытаясь сдержать слёзы, сказал мальчик, глядя только в голубые глаза мужчины. Ребёнок плакал. Тихо всхлипывал, вытирал руками лицо и всё равно продолжал смотреть на взрослого. А в зелёных глазах была обида и… надежда? Да, кажется, сейчас этот малыш действительно надеялся на какое-нибудь чудо, вопреки своим словам о том, что в чудеса он не верит. — Не бросай меня, прошу, — хриплым от слёз шёпотом произнёс Антон. Воспитательница уже начала его уводить в сторону входа. Мальчик всё время разворачивался, продолжая смотреть на мужчину. — Пожалуйста, — уже крикнул он, чтобы Арсений услышал, ведь они уже почти зашли в здание. — Пожалуйста, не бросай меня, папа! — успел крикнуть, прежде чем окончательно скрыться за дверью. Отчаянный крик, разбивающий сердце мужчины на тысячи осколков.       «Папа», — прокручивалось в голове снова и снова.       Ребёнку было достаточно совсем немного заботы, и он уже готов воспринимать голубоглазого за отца. Арсений стоял и просто пялился на закрытые двери. Это сказанное надрывным криком «папа» выбило мужчину из колеи. Казалось, он даже не дышал, а сердце было готово выпрыгнуть из груди.       «Забрать отсюда, прижать к себе, вытереть слезы. Делать всё, чтобы ребёнок улыбался. Сделать так, чтобы МОЙ ребёнок, МОЙ Антоша был счастлив», — вихрем пронеслось в голове.       Желание оберегать и защитить, желание подарить радость и счастье маленькому зеленоглазому мальчику настолько сильно овладело мужчиной, что он, не раздумывая, бросился ко входу в здание. Его целью на данный момент был поиск кого-нибудь из администрации.