После занятий

      Кабинет освещался закатными лучами, оставляя золото на светлых прядях. А угрюмое выражение лица перестало быть жёстким, немного смягчившись.       — Долго будешь так стоять? — тонкие пальцы выписывали строки конспекта, который был великодушно предоставлен стоящим над душой одноклассником.       — Пока не допишешь. — это не было заботой или беспокойством, голос отчеканил фразу достаточно грубо, — Давай быстрее.       — Почему ты такой зануда? Мог и не давать тетрадь, — девушка поджала губы, но всё же стала писать быстрее, когда заметила какие-то искры со стороны собеседника. Или ей так только показалось.       — Ага, как же! Меня же к тебе потом приставят, когда завалишь экзамены! — парень сложил руки на груди, и сердито свёл брови к переносице, «куда ещё сильнее», — подумалось девушке.       Сложно было назвать этих двоих друзьями, однако совсем уж чужими они точно не были, участвуя в паре на тренировочных спаррингах и сидя на занятиях за соседними партами, оба они испытывали какую-то долю уважения друг к другу. Или это было только фантазией.       На улице тем временем была настолько хорошая погода, что хотелось расплакаться от досады — все остальные ученики уже были отпущены на выходные, гуляли и отдыхали. А непутевой студентке приходилось работать, чтобы сдать все долги. Она сидела за партой, отчаянно пытаясь не отвлекаться на крикливого мальчишку, и как можно скорее старалась дописать несчастное предложение.       На секунду мысли о тёплой кровати и новых сериях любимого сериала оторвали ручку от листа, на что со стороны послышалось моментальное «Тц.» Страшнее цыканья Бакуго была только сама смерть.       — Ладно-ладно, я закончила! — девушка помахала тетрадью перед лицом одноклассника, — Можем уходить.       — Наконец-то, — устало выплюнул Кацуки.       Одноклассник закинул в свою сумку оставшиеся вещи, и уже готов был почти вылететь из кабинета, как дверь перестала поддаваться.       — Что за чёрт?       — Ты о чём? — подойдя к парню, взгляд зацепился за разгоревшуюся ладонь, рассыпающую повсюду искры, — Ты что делаешь? Совсем спятил? Ты будешь платить за порчу имущества?       — Нас закрыли! Предлагаешь просто сидеть здесь? — Бакуго взбешено глянул на девушку, — Мы на тренировках разносим зал, думаешь за дверь прилетит?       — Мне кажется, что это всё же другое… — одноклассница нахмурилась и, порывшись в карманах школьного пиджака, достала телефон, — Я позвоню Яомомо, она точно поможет.       Бакуго вздохнул.       — Ладно.       Девушка набрала номер подруги, дожидаясь её ответа. Староста не заставила себя долго ждать.       — Что говорит? — парень нетерпеливо вклинился в разговор, на что получил раздражённое шиканье.       — Да, да, Момо, спасибо огромное, будем ждать, — уставший голос старшеклассницы не хотел обращаться к парню сзади, но всё же пришлось, — Она напишет Айзаве. Правда, он сейчас на каком-то собрании, поэтому мы выйдем отсюда только через полчаса или больше.       — Тц, а она не может нас открыть?       — Ученикам не дают ключи.       — Вот блять.       Это были последние слова произнесённые между ними на следующие минут двадцать. Ученики сидели в разных концах класса, поддерживая тишину. Девушка от скуки достала тетрадь, открыла её с обратной стороны и начала вырисовывать витиеватые узоры, иногда придавая им какую-то более конкретную форму. Её одноклассник особым терпением не отличался, и найти себе занятие стало для него проблемой. Бакуго решил первый нарушить тишину.       — Почему с тобой постоянно что-то не так.       Девушка опешила. Это даже не было вопросом.       — Что, прости?       — Каждый раз с тобой что-то случается, то в дождь ты зонт забудешь, то простейший тест завалишь, то на тренировке обязательно сознание потеряешь. И как тебе такой живётся?       — Укол ниже пояса, Бакуго, — пара грустных глаз повернулась к собеседнику, горькая усмешка слетела с губ, — Не знала, что ты настолько жалкого обо мне мнения. Догадывалась, конечно, но не хотела быть в этом уверена.       Парень отвернулся, почувствовав во взгляде одноклассницы слезливые ноты. Совесть, смиренно сидевшая в сердце Кацуки, стала толкать его изнутри. Тишина, вновь спустившаяся в кабинет, перестала быть спокойной, затянувшись гнетущим воздухом. После слов своего одноклассника, карандаш больше не мог лежать в руке, тетрадь закрылась, а глаза больше не отнимали своего внимания от парты.       Тихий девичий голос, осторожно произнес:       — Почему ты… мне помогал? Дал свой зонт, чтобы я не промокла, помог мне подготовиться к контрольной и отнёс в лазарет?       Бакуго сидел так неподвижно, как только мог, словно в оцепенении.       — Я не знаю. — он сказал это беззлобно, немного растерянно, — Я скажу только то, что жалость — это не то, что я к тебе чувствую.       Секундный ступор.       — Что?! — девушка резко поднялась со стула, чуть не опрокинув его. Она не понимала, правильно ли услышала слова одноклассника, хотелось переспросить и выпытать конкретный ответ, но было понятно, что большего от него не добиться.       — Ничего! — Бакуго резко развернулся к ней, собираясь выкрикнуть что-то ещё, но услышал, как повернулся ключ в дверном замке.       Из проёма показался сенсей.       — Рассшумелись.       — Простите, — виновато ответила девушка.       — Давайте уже, на выход, — он кивнул головой в сторону, — И больше не оставайтесь так, все задания доделывайте дома. Даже если не успели в классе, — Айзава еле слышно усмехнулся, намекая на непутевую ученицу, — Дополнительных занятий с твоей успеваемостью всё равно не избежать, а раз вы с Бакуго и так вместе занимаетесь, то пусть так и продолжится.       Девушка зарделась, не решаясь посмотреть на одноклассника, но это было не нужно, она уже знала, какое выражение отпечаталось на его лице, и что на нём тоже был этот неловкий румянец.