Кэл, одиннадцать лет

На данный момент войн не было уже тысячу лет. Несколько сражений, несколько стычек, но ничего настолько серьезного, чтобы называться войной. Я даже не знаю, рассказывают ли о них детям в школах. Это история. Древняя история. Мы стали выше этого, не так ли? Верно? Я знаю, нет. Я знаю, что эта эра мира не нерушима. Но я думаю, что большинство людей пришли бы в ужас, если бы я сказала им это. Если бы я сказала им, что примерно через десять лет начнется война, которая никогда не прекратится. Люди и покемоны будут убивать друг друга с помощью оружия и бомб. Воевать по причинам, которые никто из них не смог бы адекватно объяснить. Как и покемонам, людям нравится сражаться, нравится побеждать. И по большей части мы укротили это желание, также как и покемоны. Мы соревнуемся в несмертельных сражениях. Мы кусаемся, царапаемся и стараемся не пускать кровь. В основном. Но в глубине души мы может это делать. Всегда можем. Итак, мир — это не то, что достигается один раз и поддерживается вечно. Его нужно поддерживать. Много рук работают вместе, чтобы мир был достаточно безопасным, чтобы десятилетние дети могли свободно бродить по миру. Но мир легко поддерживать, когда он у тебя есть. Посмотрите на нас! Мы прожили тысячу лет. Но восстанавливать его после того, как он был разрушен? Если мы потерпим неудачу в эту эпоху и война снова придет в Канто и другие регионы? Сможем ли мы когда-нибудь восстановить мир при нашей жизни? Возможно, именно поэтому я в прошлом пытаюсь предотвратить это, вместо того, чтобы пытаться остановить в будущем.

***

Крик Эша был достаточным предупреждением о том, что у нас скоро будет пополнение в компании. Я почти засунула свой покедекс в сумку, с глаз долой, но поборола рефлекс. Секреты не имели большого значения, когда, возможно, наступал конец света. Мы все равно были удивлены, когда Эш вылетел из трубы, изо всех сил цепляясь за черный покебол, который летел к заборной ленте. В итоге я уронила свой покедекс на консоль, чтобы схватить его за ноги, прежде чем он полностью погрузится в машину. Пока мы боролись с машиной, раздалось несколько громких предупреждающих звуковых сигналов. Я не могла видеть, что происходит за занавеской, но вопли Эша меня не успокоили. Как и то, что он внезапно отлетел назад, выпустив из рук шар. У меня перехватило дыхание, сколько, в третий раз за сегодняшний день? Когда он приземлился на меня сверху. — Извини, Кэл, — прокряхтел он, скатываясь с меня. Он вздрогнул, когда по-настоящему осмотрел комнату, у него отвисла челюсть. — Ого, что это за место? — Установка для клонирования Мьюту, суперсовременная. Я думаю, это также лаборатория, в которой он был создан, — я снова посмотрела на экран, который показывал прогресс Поригона. Теперь на нем была панель загрузки, и на ней я могла видеть, как всё больше файлов открываются и закрываются, пока он просматривал их. — И Команда Ракета? Вы тоже здесь? — он поднялся на ноги и помог мне подняться. — Подождите! Наши покемоны! — Вон там, — я указала на ленту для сбора покеболов. Я не могла сказать, какие из них наши. Нам нужно было просто выпустить их все. Эшу было все равно. Он подбежал и сразу же открыл два покебола. Из них выскочили обычные, и они тоже открылись, выпустив Вартортла и Бульбазавра. Следующий, который он схватил, выпустил Пиджеотто. Затем был Чаризард. Он схватил покебол Пикачу, как только тот вышел из машины, и сидел, пока все его покемоны не собрались вокруг. Без колебаний. Без угадываний. Пикачу я могла бы объяснить тем, что он был последним покеболом, покинувшим автомат, но как он узнал, какие мячи были у остальных членов его команды? — Я так рад, что с вами, ребята, все в порядке! — он прерывисто вздохнул, позволив им всем столпиться вокруг него. Даже Чаризард склонился над ним. Через мгновение он осторожно оттолкнул их, чтобы встать, держа Пикачу на плече. — Кэл, помоги мне, — он начал открывать остальные черные шары. Я снова взглянула на экран. Панель загрузки была загружена более чем на семьдесят процентов. Я начала помогать. Все покемоны были расстроены тем, что их украли, но, к счастью, никто из них не набросился на нас. Эш продолжал утешать их, обещая вернуть их тренерам. Я не могла найти свою команду так же легко, как Эш нашел свою. Казалось, прошла вечность, прежде чем Клеффа снова оказалась в моих объятиях. И мы чуть не разгромили лабораторию, когда вышли оба Гаярадоса. — МЕЛ! — Чар плевалась огнем, когда ее выпустили. Она посмотрела на меня, посмотрела на Клеффу, затем зарычала и разъяренно посмотрела на лестницу, ведущую наверх. Направление, в котором пошли все клоны. — Тише, девочка, — я почесала ее нижнюю челюсть, убедившись, что не стяну шарф. — Мы должны сохранять хладнокровие. Клеффа за все это время не издала ни звука. Я держала ее одной рукой, а она была повернута ко мне лицом, уткнувшись своим маленьким личиком мне в грудь. Где-то поблизости была еще одна маленькая клеффа. Что эта маленькая фея думала о мире, в котором она только что родилась? — Кэл, ты готова? — посмотрела на Эша. Я редко видела его таким серьезным. Позади нас раздался длинный звуковой сигнал, и я оглянулась через плечо как раз вовремя, чтобы увидеть, как появляется Поригон, а затем немедленно ныряет в мой покедекс. На этот раз панель загрузки быстро заполнилась, и он появился снова, с любопытством обнюхивая корпус моего покедекса. — Да, — я взяла его и выключила, защищая от любых дальнейших вторжений или редактирования. Я знала, что Эш смотрит, но это больше не имело значения. Что значили несколько секретов по сравнению с Армагеддоном? — Готова. Команда Ракета не последовала за нами. Справедливо, судя по реакции Мьюту ранее, я не думаю, что он отреагировал бы хорошо, если бы они появились на нашей стороне. Если у них есть хоть капля разума, они найдут способ выбраться с этого острова, не привлекая к себе больше внимания. ... я надеюсь на разум Трио? Ужас!

***

Здесь так много файлов. Их просто слишком много! Что мне со всем этим делать? Я действительно могу просто стереть их? Но они будут где-то там. Что, если они нам понадобятся? Но это не мое. Это не моя история, не моя история, не моя боль. Должна ли я просто... заблокировать их за брандмауэром?

***

Мы поднимались тем же путем, что и клоны Мьюту. Следуя по пятам за его армией. И это было так знакомо само по себе, что мое дыхание участилось. Попытки сдержать панику отняли у меня столько внимания, что я была удивлена, когда мы достигли вершины. Я уверена, что это, должно быть, было драматичное вступление. Мьюту выстроил вокруг себя свою армию, вероятно, произносил монолог перед нашими друзьями, загнанными им в угол, а затем из дыма появились мы. Эш вел нас, его команда была рядом с ним. Я была на шаг позади, с Клеффой в руке. Позади нас стояли другие покемоны. Наша армия вышла на поле боя навстречу его армии. — Мьюту, это нужно прекратить! — Эш говорил за нас. — Убийство людей и покемонов не сделает мир лучше. От этого то, что случилось с тобой, не станет менее болезненным. — В мире так много такого, чего ты еще не видел! — сказал он, звуча искренне расстроенным за почти всемогущего Легендарного человека. — Хороших вещей намного больше, чем плохих, хороших людей намного больше, чем плохих! И у тебя нет права уничтожать все, потому что кто-то из плохих причиняет тебе боль! Нет? — Мьюту принял боевую стойку. — Разве вы, люди, не решаете, кто из вас лучший, в битвах и турнирах? И кто, по-твоему, собирается остановить меня? Его сила рассекла воздух. — Я! — после всего, что мы видели, той огромной силы, которую мы увидели, я, честно говоря, не ожидал, что Эш просто бросится вперед и попытается ударить легендарного. Эш. Попытался ударить. Бога. Мой лучший друг абсолютно безумен. С другой стороны, я была прямо за ним, так что у меня явно нет права говорить об этом. — Эш! — Гиратина, помилуй! Он полетел по воздуху быстрее, чем могли уследить мои глаза. Быстрее, чем Фироу мог полететь, чтобы спасти его-! ПЛЮХ! ... Плюх? Ярко-розовый пузырь поймал его. Приземление было мягким, словно на гигантскую подушку. Он подпрыгнул и приземлился на часть крыши. Затем появился Мью, склонив голову, как будто спрашивали, все ли с ним в порядке. Мью. Настоящий легендарный экстрасенс. Бог детей и радости. Потому что, знаете, одного бога в этом бою нам, по-видимому, недостаточно. Возможно ли это? — я даже не обернулась, чтобы посмотреть на него. Я все еще была захвачена видом того, как Мью смеялся над моим лучшим другом, когда тот упал, потому что шар под ним лопнул. Затем Мью сделал еще один пузырь, просто чтобы попрыгать на нем самому. Милый и очаровательный, и я буквально почувствовала, как напряжение спадает с моих плеч, пока шар черной энергии не прорвался сквозь пузырь и не сбил Мью, задев хвост. Ладно, Мьюту знает Теневой шар. Приятно знать. Мью, казалось, не слишком расстроились из-за того, что его игру прервали. Он снова подлетел ближе и метнулся в сторону, едва увернувшись от второй, третьей и четвертой атаки. Атаки не прекращались, пока Мью не достиг арены, зависнув на полпути между мной и Мьюту. Мью, — невозможно было передать, что почувствовал Мьюту при этой неожиданной встрече. — Наконец-то мы встретились. —...Мью? — Мью с любопытством наклонил голову. Возможно, я был клонирован из твоей ДНК, но я докажу, что намного превосхожу тебя, своего оригинала, — он начал светиться фиолетовым, поднимаясь с пола. — Этот мир слишком мал для нас двоих. Остальные, я имею в виду других людей, были загнаны в угол вдоль одной стены. Эш застрял на крыше. Ни один из покемонов не двигался, пока что, и я не хотела чтобы это менялось. Как только один из них начнет двигаться, они все начнут, и тогда... тогда… Что ж, тогда начнётся война. Битва. Не такая, как у людей в этот период времени, а такие как были в моём. Где нет рефери, запрещенных приемов, и ты хватаешь за горло. Мью и Мьюту взлетели, гоняясь друг за другом по воздуху. Вокруг башен и столбов, подпрыгивая и петляя. Мью выглядел так, словно играл в какую-то игру, всегда уворачиваясь почти вне досягаемости Мьюту. Мьюту, с другой стороны, был готов убивать. Почему ты бежишь от меня? Ты слишком боишься увидеть, кто из нас на самом деле сильнее? — расстояние не имело значения, мы все слышали его расстроенный голос. Точно так же мы все видели Теневой шар, который ударил Мью под челюсть и отправил в облака. Мьюту даже не успел похвастаться своим ударом, как Аура-сфера прилетела с того же направления и отбросила его на каменные трибуны. Итак, — психические пузыри Мьюту были голубыми, а не розовыми, как у Мью. — Значит, в тебе действительно есть борьба. О. О, нет. Один легендарный злой экстрасенс - это плохо. Но двое? И они друг против друга сражаются!? — Мью мимью мими мью мью ми, мьюми, — Мью склонил головы набок, выглядя искренне сбитыми с толку. Неспособность понять его не помогала моим нервам. Мью пытался успокоить его? Или он волновался? — Мью мью- важное в их сердцах, а не в обстоятельствах их создания, — я чуть не задохнулась, пока не почувствовала, как что-то мягкое, как перышко, обвивает мой лоб. Алаказам! Мы были связаны, поэтому понимали друг друга, но он также мог переводить для меня других покемонов! — Сила сердца? Чушь, — какой бы ни была первая часть, Мьюту явно был с ней не согласен. — Я тебе покажу. Даже без своих особых способностей мои клоны намного превосходят вас, жалких, безвольных слуг! Волна его силы хлынула наружу, странным образом идя рябью везде, где касалась покемона. Клеффа вздрогнула в моих руках. — Я только что подавил их способности. Сейчас вы все увидите, — его глаза начали светиться. Его следующая атака была настолько сильной, что у меня чуть не подкосились колени, несмотря на то, что она не прошла даже рядом со мной. Хотя она была ужасающе близко к Эшу. — Даркр-ррр! — я остановила проклятие, не успев закончить. Я не знаю, слышат ли легенды нас, когда мы называем их имена, и сейчас были не те обстоятельства, при которых я хотела это выяснять. Атака Мьюту обрушила большой кусок крыши. Дым и пыль скрыли все остальное. Попала ли она в Эша? — РРРРРОООООООООО! Нет. Нет, пожалуйста! Один покемон рванулся вперед. Затем другой. Пожалуйста, пожалуйста, Хо-Ох, Лугия, Даркрай, Селеби-! Чар бросилась передо мной, сцепив когти с почти таким же чармелеоном. Не хватало только ее фирменного шарфа. Месприт, Юкси, Азельф, Манафи, Кайогр, Граудон, Райкваза-! Все гьярадосы переплелись, головы и хвосты бились об одну стену. Один сомкнул челюсти на шее другого, чуть ниже яремной вены. Энтей, Суикун, Райкоу, Палкия, Диалга, Гиратина-! Появилась еще одна клеффа. Я никогда раньше не видела у кого-либо такого сердитого взгляда. Моя Клеффа попыталась вырваться из моих рук, но вместо этого я усилила хватку. И когда другая маленькая Фея бросилась на меня, я тоже схватила ее, не обращая внимания на укус, когда она прокусила рукав моей куртки. Моя Клеффа немедленно перестала сопротивляться, придя в ужас, когда я заплатила своей кровью, чтобы другой не напал на нее. Арскеус ПОЖАЛУЙСТА! Война. В Канто пришла война. — Это варварство! — маи- сестра Джой подошла и попыталась заставить клонированную клеффу перестать кусать меня. Обе феи плакали. — Я никогда раньше не видела, чтобы покемоны так дрались, — голос Мисти дрогнул. Чар и клонированный чармелеон рубились друг с другом, и мое сердце подскочило к горлу, когда она бросилась вперед, щелкнув зубами. Я вижу это. Каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу вспышки разных сражений. Разных покемонов. Иногда с людьми в форме. Но я не думаю, что я когда-либо была так близко. И моя команда была там. Все наши покемоны были там, сражаясь за свои жизни! Никто из них пока серьезно не пострадал, и они не могли использовать свои атаки, но это был только вопрос времени. Они устанут, кому-то повезет или не повезет. Клеффа, которая укусила меня, наконец, отпустила, сотрясаясь от громких рыданий. — Все в порядке, все будет хорошо, — я пыталась успокоить их обоих, даже когда мои глаза бегали по полю боя. — Неужели Мьюту не видит, что все это неправильно? Заставлять их так драться? — Брок волновался. Земля дрожала, когда более крупные покемоны били друг друга. Вспышки голубого и розового света над нами показывали битву легендарных. Каждый раз, когда два света сталкивались, в мой череп вонзалась игла боли. Только тонкая оболочка перисто-мягкого прикосновения Алаказама удержала меня от падения на землю. — Мы... — я облизала губы, заставляя себя снова опустить глаза. — Мы не сможем протиснуться между покемонами покрупнее, не будучи раздавленными. Ониксы и Гьярадосы даже не заметили бы крошечного человечка, который подошел бы слишком близко. Все их тела были живой разрушающей массой. Если их не остановить, то они разрушат весь этот дворец, борясь друг с другом. К счастью, они отошли в сторонку. Я посмотрела на фей у себя в руках. Моя плакала, но тихо. Другая рыдала, как будто у нее разбито сердце. — Все в порядке, пожалуйста, пожалуйста перестань драться, — я повернулась и побежала к безопасной нише, где мы с Эшем появились со своей армией. Я опустилась на колени и усадила свою Клеффу, затем другую. К счастью, они не пытались броситься друг на друга. — Мы попытаемся остановить это, просто подождите здесь и не дерись, хорошо? — Остановиться? Не драться? — другая посмотрела на меня, сила Алаказама все еще переводила речь. — Кэл, у тебя есть идея? — обратилась ко мне Мисти. — Не совсем, но, может быть, мы сможем остановить покемонов поменьше? — я указал на двух псайдаков. — Чем больше из них мы убедим остановиться, тем лучше. — Будьте осторожны, — сказал Брок нам обоим, прежде чем повернулся и бросился к вульпиксам. — Хорошо! — имея хоть какой-то план действий, мы все выбежали на поле, даже трое других тренеров. сестра Джой пыталась остановить нас, я слышала, как она кричала, что это слишком опасно, мы можем пострадать! Но нашим покемонам было больно. Как мы могли причинить меньше боли? — Хватит! — я встала между двумя джигглипаффами. Я не могла сказать, который из них был моим, но, вероятно, это был не тот, который врезался мне в спину и чуть не сбил меня с ног. Я повернулась, чтобы обнять ее, и встретился взглядом с той, которая застыла. Если она была моей, то она где-то потеряла свой микрофон. — Больше никаких драк! Нет причин для драк! Никому не было легко. Джигглипафф в моих руках продолжала сопротивляться, и мне просто повезло, что меня не укусили. Мисти начала плакать из-за псайдаков, не в силах определить, кто из них ее. На руках Брока было множество маленьких царапин от одного из вульпиксов. Ниша, Фергус и Кори тоже были здесь, все пытались заставить покемонов поменьше отступить. Это... Это было по-другому. Я имею в виду, раньше. Люди пытались остановить драку. Я хмыкнула, чувствуя, как два легендарных покемона сталкиваются над нами, даже когда я не могла их видеть. У меня из носа снова пойдет кровь, если это будет продолжаться еще дольше. — Эй! — пока мы были заняты, Эшу удалось добраться до той части крыши, где он смог спуститься на сиденья стадиона, а затем спуститься на саму арену. Он приземлился прямо рядом с двумя клеффами, и Мисти подбежала прямо к ним, потянув обоих псайдаков за лапы, чтобы тоже спрятать их. — Джигглипафф, иди и посмотри за клеффами, — я повернулась к той, которая, возможно, была моей. Она плакала. Я только заметила это. Та, что была у меня на руках, все еще сопротивлялась, и я чуть не уронила ее. — Пожалуйста, все будет хорошо, но им нужен кто-то, кто защитит их. Это убедило ее. Она бросила последний свирепый взгляд на ту, кого держала на руках, прежде чем отскочить. — Перестань драться, все в порядке, — я склонилась над своей пленницей. Она тоже плакала. Может быть, мы все плакали. Она подняла глаза, когда мои слезы потекли по ее лицу. — Все будет хорошо. Давай сейчас прекратим драться. Нам не обязательно убивать друг друга, — постепенно ее сопротивление прекратилось. — Пожалуйста, давай не будем ссориться. Мы можем сделать гораздо больше! — я всхлипнула. — Ты когда-нибудь пела раньше? Моей Джигглипафф это нравится, музыка и внимание. Ей также нравится сражаться ради развлечения, а не насмерть, и она ведет себя как старшая сестра Клеффы. У тебя есть вещи, которые тебе нравятся? Разве ты не хочешь что-нибудь найти? Покемону, которого я держала на руках, было всего несколько минут от роду. Знала ли она вообще, что такое пение? У неё не было любимой еды. Она никогда раньше не видела рассвета. Она никогда даже не видела растений. Она никогда не была игглибафф, но она всё равно была ребёнком. Они все были детьми. Даже главной команде Мьюту было не больше нескольких недель от роду. Мои ноги на самом деле не хотели держать меня, но я заставляла себя стоять. Нести эту другую джигглипафф было не так легко, как нести мою, но только потому, что надо мной нависла тяжесть ее происхождения, а не потому, что она пыталась выбраться из моих рук. В конце концов, мне удалось дозвониться до своих друзей и посадить ее рядом со своей Джигглипаффом. Они посмотрели друг на друга с некоторым раскаянием, прежде чем Джигглипафф сочувственно похлопала ее по спине. Но битва продолжалась. — Мы должны остановить это, — Эш был единственным из нас, кто не плакал, но я видела влагу в его глазах. Он держался из последних сил. — Причиняя друг другу боль, мы ничему не поможем! Да, попробуй сказать об этом легендарным покемонам. — Они сражаются до смерти, — прошипел Брок. Один вульпикс зализывал царапины на его руке, другого он держал за шиворот и тот безвольно висел, поджав хвосты между лап. — В этой битве никто не выиграет, — Мисти была права. Она обеими руками обнимала псайдаков. Мы заставили некоторых из них остановиться. Клеффы, джигглипаффы, псайдаки, вульпиксы. И я видела, что другие тренеры все еще пытались остановить бои своих собственных покемонов, но им мешало то, что их покемоны в основном были намного крупнее наших. Если бы они встали между ними, то это приведёт только к одному результату. — Кто-то должен это остановить. Кто-то должен занять твердую позицию, — Эш попытался подняться на ноги. — Нравится то, что вы, ребята, сделали, и Пикачу, — Пикачу стоял лицом к лицу со своим клоном, но не делал никаких попыток сопротивляться. Он просто принимал удары. Если он и говорил что-то другому пикачу, то это было слишком тихо, чтобы я могла расслышать из-за шума битвы. А Эш все еще говорил. — Мы можем заставить их останавливаться одного за другим. Но чтобы остановить все сражения, мы должны остановить их! — "их" это легендарные покемоны. Мью и Мьюту. На арене два светящихся шара, один розовый и один голубой, упали в центре. Я задыхалась из-за давления, которое они излучали. Ударная волна была физической, отбрасывая людей и покемонов назад. Огни, освещавшие поле боя, замерцали и погасли, но от легендарных покемонов продолжали лететь заряды энергии. — Гцк! — из моего носа потекла жидкость, давление, наконец, вызвало у меня третье носовое кровотечение за день. Пускай Алаказам, окутавший меня своей силой, мог защитить меня от очень многого, но два легендарных экстрасенса, сражающиеся так близко ко мне, были немного за пределами его весовой категории. Но я чувствовала, как он старается. Я чувствовала, как он укрепляет мою защиту, насколько это возможно. Я чувствовала его заботу, любовь и страх, ужас. На мгновение я даже смогла увидеть проблеск плана. Что он хочет телепортировать, забрать меня отсюда. Но это означает оставить моих друзей и команду позади. И я не могу этого сделать. Если я выживу, а они нет, я буду истекать кровью вечно. Возможно, это чересчур драматично, мне всего одиннадцать, у меня есть остаток жизни, чтобы исцелиться. Но... Я люблю их. Я люблю своих друзей, своих покемонов и покемонов моих друзей. Они были всем моим миром.

***

Мне действительно интересно, что я, должно быть, оставила после себя в том ужасном будущем. Бросить своих друзей сейчас было все равно что отрезать себе руку. Может быть, я была способна это сделать и выжить, может быть, когда-нибудь это прошло бы, но я все равно осталась бы без руки навсегда. Был ли у меня кто-нибудь? Я взяла с собой Алаказама, но означало ли это, что он был всем, что у меня было? Этого не могло быть, верно? Я вспомнила… Я подумала, что помню, что у меня была команда. Я не знала, кто они, но, несомненно, они у меня были. Итак, где они? Кого я оставила позади?

***

— Это должно прекратиться, — у меня перед глазами плыло, когда я посмотрела на арену. Я едва слышала Эша. Все, что я могла видеть, это столкновение огней, дым и пыль. Давление было таким сильным, что мой череп раскалывался. По всей арене падали покемоны, истощенные и еще больше потрепанные Психическим резонансом. — Вы оба, стойте! — голос Эша дрогнул. Он заставил себя подняться, и оказалось, что во мне все еще жило некоторое недоверие. Он уже бежал, прежде чем я поняла, что он задумал. — Эш, нет! — о всемогущий Аркеус! У меня чуть не подкосились колени, когда я встала. Я бежала. Если другие мои друзья и кричали, то я их не слышала. Краем глаза я увидел желтую вспышку, летящую в том же направлении, что и я. Эш продолжал бежать. Он вытянул обе руки, как будто пытался физически разнять борящихся противников. — Прекратите это немедленно! Свет ударил с силой светошумовой гранаты. Ослепленная, я споткнулась и ударилась подбородком о землю. Мои ладони загорелись огнем, когда я оцарапала их о землю. У меня звенело в ушах. Дурак! — голос Мьюту не доносился до моих ушей, поэтому, даже несмотря на звон, я отчетливо слышала его. — Пытаешься остановить нашу битву? Он не казался сердитым. Он казался... сбитым с толку. Удивленным. Как будто мысль о чьем-то вмешательстве никогда не приходила ему в голову. Какую жизнь он прожил, когда идея помочь кому-то, попытаться остановить причинение вреда была немыслима? У меня слезились глаза, и перед глазами были тени. Эш? Эш, ты в порядке? — это… этот пронзительный писк был голосом Пикачу. Эш не ответил. Я провела рукавом по глазам, пытаясь прояснить их. Казалось, прошла вечность, прежде чем я смогла разглядеть серый предмет, лежащий в трех футах передо мной. Он упал боком, затем приземлился на живот. Но его лицо было обращено ко мне. Он не выглядел печальным или сердитым. Лишь озадаченным. (Вечно молодой, со спокойным выражением лица, навеки подверженный воздействию стихий.) Нет, нет, сосредоточься! (Что-то было у него в руках, хвост насторожен, нос наморщен, один глаз зажмурен.) Этого не могло быть на самом деле. Этого невозможно. Но почему все было по-другому? (Он научил меня) (Он пытался остановить их. Он всегда пытался остановить их) (Никто не спас его, и поэтому он никого не мог спасти) Мьюту. Он был старше. Печальнее. Вечно скорбящий. Вечно истекающий кровью. Я даже мечтать не могла о том, чтобы встать. Потребовались все силы, чтобы просто ползти. Наконец, я положила руку на его холодное плечо и попыталась сжать его. — Эш? Эш! Эш, очнись! — краем глаза я заметила желтые искры возле головы Эша. Я едва успела отдернуть руку, когда в него попал Удар Молнии.