Это очередная шутка, Вару?

×Данная часть ведётся от лица Феликса× Это был обычный понедельник. Точнее, начало вторника. На часах уже было 3.52, а шум от телевизора всё никак не умолкал. Может, это Куромаку смотрит свои скучные фильмы? Или уснул Фёдор, так и не выключив хотябы звук. Встав с постели, я лениво натянул на себя жёлтую кофту. Идти куда-то не очень хотелось, но и смотреть в скучноватый потолок не было смысла. Да и желания тоже. Пересохло в горле, и желудок отчаянно заурчал. Вздохнув, я вышел из комнаты, неуверенно и осторожно направившись на кухню. ×Данная часть ведётся от 3-его лица× Как только четвёртый настиг желаемой комнаты, его внимание привлекла гробовая тишина. Прислушавшись, червовый заметил, что голоса в телевизоре и вправду затихли. Через минуту, или две, шум вновь вернулся на что Феликс облегчённо выдохнул. Незаметно выглянув в зал, четвёртый заметил серую макушку, откинутую к спинке дивана. Всё же, это оказался Куромаку. Пока червовый пытался разглядеть, что за фильм смотрит треф, тот не заметил, как на его плечо упала рука. Через некоторое время, опомнившись, Феликс обернулся, вздрогнув от неожиданности. – Вару, что ты здесь делаешь?! – С испугу вполголоса выкрикнул четвёртый. – Не спиться. А ты здесь какими судьбами, золотой? – С усмешкой ответил пятый. „Золотым“ зеленоволосый стал называть его не так давно, всего лишь неделю назад. Пиковый сам не знал, почему дал ему такое прозвище, но Феликс думал, что из-за волос, ведь они и вправду золотого цвета. – Никакими. Я уже ухожу. – Червовый хотел было уйти, но желудок предательски заурчал. – Хочешь, я приготовлю тебе что-нибудь? – Чтобы ты, готовил кому-то? – Феликс не на шутку удивился, уставившись на пикового. – Вару, ты случайно не ударялся головой? Или ты подсыпешь крысиного яда, или снотворного? – Да брось, золотой. Обычный дружеский бутерброд, ничего такого. «Он точно подсыпет яда, или положит булавку» – Пронеслось в голове у червового. – «Но я такой голодный, что готов съесть собственный желудок, поэтому придётся ему довериться» Медленно кивнув, четвёртый сел за стол. Глаза Феликса всё время бегали то по полу, то по стенам, иногда даже взгляд червового останавливался на пиковом, но это было лишь мгновение. Наконец, четвёртый уставился в окно, теребя пальцами рукава кофты. Червовому не очень хотелось сидеть в тишине, поэтому Феликс набрался смелости заговорить с пиковым. – Так... А почему тебе не спиться? – Не знаю. Вроде телевизор мешает, а вроде и ещё что-то. Немного помолчав, червовый вновь набрался смелости, продолжив разговор: – Ты ведь давно не спишь. Меня ждал, да? Откуда знаешь, что я не сплю? – Твоя комната находится ближе всех к залу, поэтому телевизор тебе слышно лучше всех. Если не смог уснуть я, то навряд ли ты сможешь. – Это... Логично. Феликс перевёл взгляд с окна на пикового. Червовый знал, что простым „спасибо“ от зеленоволосого не избавиться, но всё же, четвёртый надеялся, что он может свободно вернуться в комнату без потери денег, или ещё чего-нибудь. Время шло медленно, поэтому Феликс внимательно осмотрел пикового. Раньше, червовый не замечал насколько худым может быть зеленовласый. Казалось, что если бы не кофта, от пикового валета остались бы лишь кожа да кости. Четвёртый решил убедиться, правда ли это. Встав со стула, Феликс подошёл к пиковому, обхватив руками его талию. Совершенно не думая, червовый слегка прижал к себе пятого. Зеленовласый оказался не таким уж худым, всего лишь чуть тощее самого Феликса. Отпускать пикового не хотелось. За окном уже была осень, но отопление ещё не включили, поэтому в доме было прохладно. Ещё немного прижав к себе пятого, червовый положил голову на макушку того. Голод медленно отступал, а жажда всё росла, из-за чего четвёртый не выдержал, и шёпотом пробубнил на ухо пиковому: – Можешь не готовить, просто налей мне воды. – Уверен, что хочешь именно этого? – Ну, да? А что ты ещё можешь предложить? В ту же секунду, пятый усмехнулся, повернув голову к Феликсу. Не сильно прикусив нижнюю губу четвёртого, пиковый нежно коснулся своими губами губ червового. – Это твоя очередная шутка, Вару? – Никаких шуток, золотой. – Пятый быстро, но углублённо чмокнул червового в губы. На щеках Феликса появился лёгкий румянец, а руки приподняли кофту пятого. Залезая под одежду, пальцы червового самовольно начали обследовать тело пикового, задевая каждый миллиметр ниже рёбер. Пятый же, вновь усмехнувшись, снова прильнул к губам четвёртого, целуя чуть грубее, проходясь языком по дёснам и нёбу. Резко, дверь на кухню открылась и на пороге показался треф. – Вам не кажется, что заниматься этим в столь позднее время не очень хорошо? Как только серовласый подал голос, пиковый тут же отстранился от губ четвёртого: – А тебе не кажется, что шуметь на весь дом в столь позднее время тоже плохо? Ты не один вообще-то, и остальные могут хотеть спать! – Прошу за это прощения, а теперь марш спать оба, пока я не разбудил Фёдора. « – Стукач...» – Тихо пробубнил пятый, отстраняясь от Феликса. Пиковый быстрым шагом вышел с кухни, а через несколько секунд за зеленовласым вышли и треф с червовым, разойдясь по своим комнатам.