Поцелуй меня

Эта свадьба была тем ещё актом лицемерия… Рейнира никогда бы не подумала, что будет в этом участвовать, но ослушаться отца просто напросто не смела и не имела права. По крайней мере пока. Но то, что происходило не нравилось ей от слова совсем. Эти напыщенные гости, которые пытались выказать свое уважение новому союзу выводили из себя. Но Рейнира, со всей присущей ей изящностью игнорировала неудобства и держала лицо. А танцы… Ладно, танцы она любила. Но не с Лейнором. Хотя это была формальность. Регламент. Этикет, черт бы его побрал. И ей нужно было делать вид, что всё было так, как и должно. Она танцует с Лейнором, и делает это виртуозно. Все с восхищением и замиранием сердца наблюдают за этим действом. Рейнира же старается не смотреть на дядю Деймона и ловить на себе его заинтересованный взгляд. Он прожигал ей спину, заставляя все внутренности гореть… Деймону же, наблюдавшему за первым танцем молодоженов, действительно доставляло удовольствие вот так наблюдать, и бесить этим Визериса, который чувствовал себя не в своей тарелке после его прихода на свадьбу. (На которую, его, по сути, и не приглашали вовсе.) Хотя сам он клокотал от ревности. Он должен был быть на месте Лейнора. Он должен был с ней танцевать. Он должен был назвать ее своей. Своей женой, своей возлюбленной. Кем угодно, но своей… Он думал об этом очень долго. О факте того, что упустил свой шанс на счастье, когда не поборолся за него. Он ведь дракон… Он всегда получал то, что хотел. Только в этот раз упустил своё сокровище из-за собственной глупости… Когда же танец закончился, все гости пошли танцевать. И теперь Рейнира была втянута в бесконечную череду танцевальных па с различными партнёрами — Харвин, Лейнор… Ещё кто-то из знати… А самого главного ее партнёра по танцу она не видела — хотя очень старалась — дядя Деймон всё ещё сидел за столом, следя за происходящим. Пока сам не выдержал и плавно влился в толпу танцующих, тут же начав танцевать, и его партнёршей стала Лейна. Приятное знакомство, приятная встреча — стандартный обмен любезностями, но он видел невооружённым глазом — девушка была заинтересована в нём. Искра проскочила между ними так быстро, что Деймон и не заметил, но она не погасла — мелькнув вспышкой, она обещала вернуться. Проходит несколько минут, прежде чем Деймон просит разрешения у Харвина Стронга потанцевать с Рейнирой. Сердце будущей королевы заходится в неистовом ритме. Именно этого она ожидала весь этот вечер, который успел порядком ей наскучить. Деймон становится перед ней и Рейнира замирает, завороженно глядя на него. Он всё ещё был безумно красивым в ее глазах, безумным, неистовым, страстным. Таким, каким он был всегда. Именно он был истинным драконом в их семье. И никто из ныне живущих Таргариенов не был ему ровней. Они стоят на месте и разговаривают на валлирийском, (это был только их язык, недоступный для других, и слишком интимный, чтобы о нём знал кто-то ещё), пока Рейнира не бросает ту самую фразу, которая вновь срывает с Деймона все оковы: — Увези меня на Драконий Камень и сделай своей женой! — говорит она с вызовом. Люди скрывали их от любопытных глаз сидящих за столами. И ей абсолютно всё равно, что отец, должно быть, вновь хватается за сердце, наблюдая за ними. Его по определению пугала их «неправильная» связь. Деймон молчит, тяжело дышит, она видит как темнеют его глаза, и в этот миг он несколько грубо хватает ее лицо своими ладонями, и смотрит, смотрит, смотрит. Рейнира не дышит — боится спугнуть. Она хватается за его руки и наблюдает за тем как чужой взгляд цепляется за ее губы, и она, не удержавшись, подаётся вперёд, — но ее целуют первой. Губы смыкаются на её губах… И Рейнира горит. Она уверена, что сейчас языки пламени поглотят сначала ее одежду, а потом и ее саму — но огонь не может убить дракона… Но она останется перед ним обнаженной и никто этого не заметит. Потому что сейчас ничего кроме них не существовало… Деймон целует ее — страстно, остервенело, долго, и одновременно коротко, но этого достаточно, чтобы начать хватать ртом воздух, а мужчина отстраняется от неё — и пропадает в толпе, оставляя ее одну, полную разочарования и горечи. Всё, что происходит дальше — становится кошмаром. И единственное, что держит ее на плаву во всём этом ужасе — поцелуй в толпе, назло отцу, назло всем и самим богам…