Вчерашнее завтра

Голоса, становящиеся все громче и громче, и сферы света заставили, наконец, Музу прийти в себя. – Здесь кто-то есть! – Окружите запасной выход! – Мы обязаны схватить нарушителей! – слышалось уже со всех сторон. – Вот черт, – выплюнул Ривен, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Видимо, их все-таки услышали. Неудивительно, крики, лязг металла, проклятия – хоть что-то из этого должно было смутить патрульных в сложившейся ситуации. – Нам не спастись, – прошептал Уолтер, смотря на Грея, распростершего руки на земле (его уже было не спасти), и, не сдержавшись, захохотал: – Не самый плохой вариант оказаться снова в цепях Луны. Чтобы мне не предъявили, я это приму. Но если мой арест хоть на минуту заставит их задуматься о том, что война идёт не только где-то там, около стен Алфеи, в лесах, городах кровавых ведьм, не только на границе с Эраклионом, но и здесь, буквально под их носом, у стен дворца, я уйду победителем. –  Отец, – выдохнул Ривен, чувствуя, как его сердце разрывается на части. Он буквально не знал, куда бежать, кого спасать, кому что говорить. Отец будто бы смирился, свет уже окружал и сопротивление лишь усугубило бы их положение, даже слова Эраты, положившей ладони на его щеки и пытающейся привести любимого в чувства, не имели никакого толка. А Муза… Она так и стояла, не шелохнувшись, не мигая, смотря на тело Грея, видимо, только сейчас понимая, что натворила, кем стала и что за этим могло последовать… для нее, Ривена, Мии, Уо и Эраты. Это был конец. – Мы не можем так просто сдаться, – сказал Ривен, хватаясь за голову и пытаясь заставить ее думать, вытянуть из недр сознания тот самый единственный вариант, который может даровать свободу, но его никто не слышал, каждый был поглощен своими проблемами: арестом, карой, будущим. «Дверь», – буквально ворвался в голову Ривена самый очевидный вариант. Дверь, через которую пришла Муза. Голоса были слышны лишь снаружи, фигуры уже были видны, но кто знает, может быть, кому-то удастся спастись, если… Но было уже поздно. Его учили действовать по ситуации, быстро реагировать на происходящее, максимально естественно, но, кажется, он провалил и этот экзамен: в самый нужный момент опоздал. И теперь судьба его семьи зависела исключительно от воли королевы Луны. Некстати вспомнилась Стелла… Их отношения никогда не были теплыми, но Музу она бы выслушала без сарказма. Сложись судьба иначе, она бы помогла сейчас, стоя рядом, но принцесса выбрала на этой войне с кровавыми ведьмами иной путь.

***

Ночь давно уже вступила в свои права, как Терра услышала сквозь сон голос брата: – Сестра, вставай, нужна помощь. – Сэм, отвали! – прошипела она и попыталась было перевернуться на другой бок, но что-то щелкнуло в голове, голос брата все-таки что-то задел в ней. Терра подскочила и, вцепившись брату в плечи, буквально глаза в глаза прошептала в ужасе: – Что с Мией? – Все хорошо, – как на допросе отрапортовал Сэм, испугавшись внезапно подскочившей Терры. Впрочем, этой фразы хватило, чтобы фея земли расслабилась, но ненадолго, так как следующие его слова заставили ее потерять голос: – Только что доставили Аишу. Она ранена, отцу нужна помощь. – Аишу? – в неверии переспросила девушка. Казалось, имя прозвучало из пошлой жизни, хотя прошло не так уж и много времени. – Показывай, куда идти! – коротко и без лишних слов, эмоции сейчас здесь явно были лишними. Медицинский блок был обустроен прямо в королевском дворце, в восточном крыле. За это недолгое время коридоры стали для Терры практически родными, казалось, она знала здесь каждый уголок, каждую кушетку, каждую микстуру, и даже когда, как сейчас, ее кто-то вел, она будто бы знала куда. Аиша... Сердце забилось с двойной силой. Что могло случиться? Почему она здесь? С тех пор, как они уехали из Алфеи, от Аиши не было ни слуху ни духу, а тут... ранена. – Быстрее! – поторопила она брата, и тот, кажется, послушался. По крайней мере, Терре казалось, что идти он стал быстрее, оставляя за собой все новые и новые пролеты.

***

– Аиша, ты меня слышишь? – будто сквозь пелену доносился знакомый голос. Но чей? Веки были тяжелыми, к горлу подкатывала тошнота, было очень душно. "Где я?" – хотелось спросить, но сил не было. – Аиша! – снова этот голос. Кажется, кто-то еще звал ее, но все это было будто во сне. Когда она собрала вещи и уехала из Алфеи, то первым делом навестила своих родных, но кошмары, пережитые дни не давали спать по ночам. Мысли, что она ничего не знает о Музе и Ривене, о Стелле, о Терре и Сэме, а главное о Блум, скребли на душе. Что бы ей ни говорили родители, мыслями она была там же, в Алфее, когда умирал Андреас, когда нападали кровавые ведьмы, когда они боролись за свою жизнь. Война уже шла, и спастись от нее было негде. Это все фантазии родных, будто до них не дойдет зло. Кровавые ведьмы уже восстали. Аиша их видела! Аиша с ними сражалась! И Аиша... Аиша не могла просто сидеть и ждать похоронки с именами друзей, преподавателей. Когда они воюют на передовой, она не может отсиживаться где-то в арьергарде. Именно поэтому она, не раздумывая, сорвалась, как только получила вызов Артура приехать во дворец. Он нанял ее, и она готова была делать все, что угодно, лишь бы не сидеть на месте, но это стоило ей слишком много. И где были ее хваленые мозги, когда она добиралась сквозь линию фронту? – Аиша! – снова этот голос. Пересилив, она всё-таки открыла глаза. Медленно, с болью, огромным нежеланием возвращаться в этот гнилой, отвратительный мир. Она приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но вырвался лишь хрип. – Аиша! – уже радостный голос. Это была Терра, губы Аиши дрогнули в еле заметной улыбке. Она жива, они обе были живы. Она смогла... словно вспышка, в ее голове мелькнул камень, забранный со стола Флоры, который она так хотела передать Терре. Но где он? Сил не было не то что найти его и отдать, но и сказать, как она рада всех их видеть. Только сейчас она заметила, что поодаль стоит Сэм, улыбается искренне, как умеет только он. Наконец, взгляд вернулся к Терре, стоявшей со слезами на глазах, пытающейся скрыть это и в то же время дрожащей от подступающих эмоций. На кушетке сидит Бен, радостный, что его пациентка, она, пришла в себя. И болезненно жёлтый свет, будто говоривший: "Ты все ещё в аду, это порочный круг, все ещё впереди". Но она была рядом с людьми, которых любила, она добралась, куда хотела, пусть это и стоило ей... – Аиша, – пытаясь сдержать всхлипы, прошептала Терра, — твоя... нога!