Там, где и ты

Летние деньки незаметно подкрались к романтичной парочке, которые не могли оторваться друг от друга хоть на минуту. За те дни, что парни провели вместе, Су напрочь забыл слово «страх», касающийся их отношений, полностью отдаваясь течению страсти, который захлестнул их. Каждое прикосновение мелкого, каждое теплое слово, поцелуй – все настолько будоражило сердце, которое каждый раз грезилось выпрыгнуть из грудной клетки. Романтика романтикой, но работа по саду и дому никуда не делась, с чем помогал мужчине Чонин, не жалуясь на усталость, сколько бы они не копались в грязи. Для младшего самое главное находиться рядом с До и делать все, что радует мужчину. Даже если это тяжелые работы в саду и по дому. Самое главное – это яркая улыбка старшего, которая складывается в форму сердечка каждый раз. А по вечерам работал Чонин, когда под его боком грелся Су, который читал книжку при тусклом свете и яркости ноутбука младшего. Самое главное, что они были просто рядом. Теть Рая звала парней практически через день к себе в гости, радуясь счастливой улыбкой Кенсу, который правда светился и испускал искры из глаз, когда младший смотрел на него или ненароком обнимал сзади, оставляя нежный поцелуй за ухом. Жили они у Кенсу, потому что его дом был более подстроен под обитание, а чониновский посещали редко, только чтобы смахнуть пыль со старых полок, да подтереть полы, чтобы дом не казался заброшенным. Иногда делали вид, что расходятся по домам, чтобы не было лишних разговоров, которые были совсем ни к чему за их спинами. Еще одно яркое июньское утро пришло совершенно незаметно, запуская свои лучи в темную комнату, которую темень не хотела отпускать, цепляясь своими когтистыми лапами за маленькие уголки комнаты. Шторы были закрыты, но все равно пропускали утренний свет, который был сильнее плотной ткани. Птички уже щебетали свои песенки, а петух устал кукарекать, будя весь народ в деревне. Кенсу, который привык вставать рано, но из-за младшего сбил свой график, все же первый открыл глаза, потянувшись, чтобы размять мышцы после сна. Затем повернулся на бок, посмотрев на мощную, покрытую ровной бронзовой кожей, спину. Потянувшись рукой, Су провел по выпирающим лопаткам младшего, обвел тонким пальцем родинки, которых было очень мало на спине Чонина, затем принялся выводить узоры на плече, которое еле заметно дрогнуло. Младший повернулся на спину, вздохнув во сне, и провел кончиком языка по пухлым губам, сладко причмокнув после. Кенсу только посмотрел на это с улыбкой, оставив на этих губах невесомый поцелуй, со слегка заметной синевой над верхней, и встал как можно тише, чтобы не создавать много шума и не будить Кима. Открыв дверь на улицу, Су потянулся, посмотрев на уже голубое небо, обвел взглядом свой сад, который рос просто прекрасно, уже давая свои плоды, над которыми каждый год кропотливо шуршал До. Умывшись на улице, мужчина выкурил одну сигарету на голодный желудок, пока не видел младший, а то бы точно за это отчитали. Чонину не нравилось, что Су курит, хоть и не часто. Считал, что это убивает его здоровье, поэтому старшему приходилось это делать тайком и всего по несколько затяжек, потому что как всегда вовремя появлялся мелкий, и приходилось недокуренную сигарету кидать в первый попавшийся куст, предварительно затушив ее, чтобы не устраивать пожаров. Зайдя после утреннего перекура в дом, Кенсу начал готовить завтрак, а младший все спал без задних ног, что означало только одно – он работал до поздней ночи. Иногда Су просыпался уже будучи в кровати и не находил рядом с собой младшего. Тогда он проходился по дому, заставая того за компьютером. Чонин, если слишком долго сидел за работой, относил Су в кровать, чтобы тот не мучился на жестком диване, а потом поздно ночью тоже приходил спать под теплый бок старшего. Работая даже удаленно, Чонин зарабатывал этим деньги, чтобы не быть нахлебником в доме Су, помогая ему материально, даже если мужчине это не нужно было, то Нин чувствовал себя так комфортнее. Отнеся посуду для завтрака в беседку, Су красиво все сервировал, разлил горячий кофе по кружкам, затем принес горячие тосты, поджаренные на сливочном масле, и нарезку, после довольно посмотрев на свою работу. Теперь он зашел в дом, тихо передвигаясь по деревянному полу, чтобы половицы не трещали. В комнате царила темень, разбавленная легким утренним светом. Чонин, укутавшись с головой, хоть и было не так холодно, все еще спал. На часах было девять утра. Сев на край кровати, около любимого, Кенсу принялся смотреть на парня, убрав сбившуюся челку с закрытых глаз Чонина. Аккуратно провел теплой мозолистой рукой по гладкому лбу, слегка отросшей щетине на скулах, перевел пальцы на губы, после нагнувшись над парнем, оставив поцелуй на кончике приплюснутого носа. Нин немного зашевелился, начиная просыпаться. Открыв шоколадные глаза, которые смотрели на улыбающегося старшего, Чонин блаженно потянулся, затем, притянув к себе Су, который лег рядышком. Залезая руками под одеяло и обхватывая теплый торс, который нагрелся под одеялом, он на немного прикрыв глаза. - Доброе утро. – дыша в самую макушку, пролепетал Нин, обнимая старшего. Су чмокнул младшего в грудь, поднявшись из теплых объятий: - Давай, - похлопал он мелкого по торсу, - вставай. Я завтрак приготовил. Жду тебя в беседке умытым и, желательно, одетым. – напоследок подмигнув городскому, До скрылся за дверью, оставив младшего с яркой улыбкой на губах. ______________ - Куда мы пойдем? – не унимался с расспросами мелкий, смотря на суетившегося, и собирающего сумку Кенсу, который молчал, как партизан. - Все сам увидишь. – пролепетал старший, скрывшись в ванной. Кенсу собирал для чего-то сумку, но не говорил ни слова. Время уже перевалило за восемь вечера, и солнце начало спускаться за горизонт, оставляя за собой багровые лучи на все еще ярком небе. Оставшееся время, что Су собирался, младший крутился около него, пытаясь понять по собранным вещам хотя бы что-то, которые До ему не показывал. Схватив контейнер с бутербродами, старший наконец-то был готов, запихнув коробку в сумку и схватив своего парня за руку. Оба вышли из дома, направляясь в неизвестном для городского направлении. Молча идя по пыльным дорогам, Су не отпускал руку Чонина, все тяня за собой и уже наплевав на мнение остальных. Кенсу нравится держаться за теплую руку Нина, прижиматься к сильным плечам и мощной спине. Но при этом всем мелкий был настолько милым и по-детски смешным, что у До иногда наворачивались слезы от милоты. Когда Ким услышал шум воды, то стал догадываться, куда его привели, и что они там будут делать. Только возник один вопрос, на который не было ответа: «плавки-то не брали». Речка, что была недалеко от деревни, была закрыта со всех сторон кустами и дикой зарослью, а тень отбрасывалась от огромных деревьев, нависших над сушей. Речка была не бурной, вода теплой, и под ногами зеленая трава, на которой хотелось пройтись босыми ногами, ощутить каждое прикосновение травинки и ее тепло, которым она наполнилась за весь солнечный день. Расстелив полотенце на траве, Су опустил рюкзак рядом, начав раздеваться. Сбросив с себя совершенно всю одежду, он быстро зашел в воду, в которой уже было не видно, нагой парень или нет. Чонин, ошалевший от такого поворота событий, тоже быстро разделся, залезая в прохладную воду, которая стала ласкать своим легким течением, обволакивая все подтянутое тело парня. - Ничего себе. – прикрыв рот ладонью, удивился Нин, посмотрев на старшего, - никогда бы не поверил, что буду с тобой купаться в речке голяком. - Тут многие так делают, только по большей части «нормальные» парочки. – скривился До. - Нц, - цокнул Ким, подплыв ближе к мужчине с небольшим трудом, так как все же легкое течение давало о себе знать, - мы нормальные, - прошептал Нин уже в самые губы старшего, взяв лицо того в свои мокрые, но все же теплые ладони, - и ты это знаешь. – закончив предложение, Ким нагнулся, чтобы поцеловать До, который обнял его, прижавшись всем телом. Су уже не стеснялся прикасаться нагим телом к телу младшего, так как они довольно часто принимают совместный душ. И так Чонин пытается подготовить Су для дальнейшего их этапа отношений. И, честно признаться, у мелкого уже все чесалось от ожидания. Отлипнув друг от друга, парни начали резвиться в речке, плескаясь, брызгая в разные стороны, стараясь не кричать, чтобы не привлекать лишнего настойчивого внимания посторонних. Вдоволь наплававшись, До первый вышел из воды, повесив себе на бедра полотенце, подав второе младшему, который вышел на берег следом. Расположившись на мягком пледике, Су достал из рюкзака контейнер с едой, предусмотрительно приготовив его заранее, так как знал, что Чонин начнет ныть, что проголодался, так как они сегодня еще не ужинали. Каждый раз, когда Су начинал готовить обед или ужин, Нин тут как тут, начинал крутиться около младшего, хватать еду со стола, пока та еще не была готова, за что получал по рукам. Ходил с урчащим животом, ноя, что скоро съест самого Кенсу, который не отвечал на его провокации, оповещая, что еда готовится. И сейчас До тоже был готов. Затем, после еды, достал заваренный зеленый чай с ромашкой, разлив его по пластиковым стаканчикам. Сегодня выдался и пикник, и купание. - Мне понравился твой сюрприз. – чмокнув мужчину, Чонин повалился на плед, утаскивая за собой Су, который смотрел на наливной закат цвета спелого яблока. Все же поддавшись давлению, До улегся рядом, посмотрев в родные глаза, которые таковыми стали за каких-то пару месяцев. Старший давно привык к постоянному присутствию Кима, который дарил его душе только любовь, спокойствие и защищенность. Хотелось вечность провести с этим мелким, который когда-то просто потянулся поцеловать Кенсу пьяным, а тот залепил ему кулаком. - Я тебя люблю. – одними губами прошептал старший, так, чтобы это понял только Нин, нежно смотрящий на мужчину. Ким тепло улыбнулся, поддавшись вперед, и оставил теплый поцелуй, такой же, как и всегда. На губах Кенсу столько отпечатков прикосновения мелкого, что уже даже и не счесть их количество. Уже давно сбились со счету. Для парней каждый день был, как выходной, но все же суббота с воскресеньем прошли, притащив за собой будни, которые, в принципе, ничем не будут отличаться от остальных. С утра пораньше Су сходил в школу, взяв новый материал для проведения концерта, который планировался пройти уже на этой недели. Его роль была проста – такая же, как и в прошлый раз. Только ноты и песни другие. Тренируясь без устали, Су не отходил от пианино, а Чонин покорно сидел рядом, вслушиваясь в красивую и созвучную мелодию, которая подкреплялась нежным голосом старшего, тренирующегося для выступления. - Ты очень красиво поешь. – прошептал Нин, когда старший закончил играть и петь очередную мелодию. У младшего на глазах стояли слезы, которые после покатились по ровным щекам. Кенсу подтер эти капельки, прижав к себе мелкого и поцеловав его в теплую макушку. _______________ Медленно, но верно приближалось выступление, к которому подготовился Су, и которому Чонин с утра пораньше гладил костюм, пока старший занимался завтраком на двоих. До упустил тот момент, когда они с мелким стали настолько быть похожими на женатиков, которые живут бок о бок уже более десяти лет. Каждый день просыпаются, едят, гуляют, работают, да практически дышат друг другом, а сейчас городской вообще гладил Кенсу одежду, хотя он не просил об этом. На часах было восемь утра, сегодня оба встали пораньше, чтобы все успеть и вовремя прийти в школу, провести репетицию, а затем порадовать родителей детей, которые придут посмотреть на свое чадо, стоящее на сцене. Чонин тоже обязательно пойдет посмотреть на сексуального Су, который будет одет в серый костюм с черной рубашкой, брюки которого очень красиво обтягивали зад старшего. Ким хочет посмотреть на те горящие глаза старшего, когда он сидит за инструментом, подпевая в такт детям, еле слышно, только для себя, но Нин обязательно услышит его голос, сев поближе к пианино. А пока парни собирались в спешке, на лету съедая свой завтрак, запивая его черным кофе, после вылетая из дома уже одетые. Путь до школы занимает всего пять минут, за которые До успел чмокнуть Чонина в щеку, а тот пожелал ему удачи, сказав, что сядет рядом, чтобы поддерживать мужчину. - Я тебя люблю. – прошептал мелкий на входе в школу, после отцепившись от До, просто следуя за ним в актовый зал одноэтажной маленькой школы. Выступление прошло на ура, после которого детей наконец-то выпустили на каникулы, а группа учителей решила отпраздновать освобождение на несколько месяцев в небольшой столовой, в которой уже предусмотрительно был накрыт стол, заныкав выпивку в самый незаметный угол. Кенсу просили остаться вместе с Чонином на небольшое застолье, но парни тактично отказались, выходя из школы после обеда, направившись сначала в магазин, потому что холодильник стал пустым, а уже после шли спокойно до дома. - Почему ты не хочешь устроиться в школу учителем музыки? – поинтересовался Чонин, таща половину тяжелых пакетов. - У них хватает и своих учителей, я прихожу только на замену. – пожал плечами Су. - Но так толком не заработаешь на жизнь. – начал Чонин. - Чонин, я до этого так и жил уже сколько лет. И ничего, справляюсь. Тем более, что мне не многое нужно покупать. Много своего растет на грядках в огороде. - Тебе повезло, что ты нашел такого меня. – расправив плечи и гордо подняв голову, Нин прошел вперед, на что только старший посмеялся, догнав парня. - Да-да, очень повезло. – шепнул Су, подходя к родной калитки. Поставив пакеты на пол, Су начал их разбирать, даже не переодевшись, а Чонин поставил вскипать чайник, удалившись в комнату. Кенсу быстро разобрал все продукты, приготовил еду, пока Чонин, будучи тоже на кухне, работал за ноутбуком, время от времени потягиваясь и потирая глаза. Ким носил линзы, чтобы лучше видеть, ненавидя очки, а старший все время ругал его, что он слишком долго сидит за этой хреновиной, которая однозначно еще сильнее портила зрение. - Хватит тереть глаза. Скоро дыру протрешь. – съязвил До, сев рядом с мелким, пока еда остывала. Положил голову тому на плечо, и, всматриваясь в ноутбук, на ярком экране которого была огромная таблица с кучей цифр, Кенсу всего передернуло, - и как ты это понимаешь? – сдавленно прошептал старший, прикрыв глаза. Прошлой ночью мужчина не выспался, сначала готовясь к выступлению, а потом до глубокой ночи читая книгу, пока разъяренный Чонин от постоянно режущего глаза света, не отобрал из рук книгу и не запихал Су под одеяло, сцапав его в объятья и прошептав грозное: «спи!». Сейчас же старший сам не понял, как уснул, чувствую непонятные прикосновения и мягкую постель под собой, простыни которой зашелестели, а потом накрыли теплым одеялом, бережно проведя рукой по волосам. Чонин пообедал в одиночестве, а вторую порцию, которая была на тарелке, спрятал предусмотрительно в холодильник, оставив ее на ужин старшему. Помыл посуду, после устроился на кровати и продолжил работу, так как многое накопилось за выходные. Еще у Кима болела голова от того, что он нервничал по поводу его университета и возвращения, из-за реакции Су на это и его будущего предложения. Младший надеялся, что До взвесит все «за» и «против», прежде чем категорично отвечать, зная его характер, который временами был невыносим. ______________ Открыв глаза и поняв, что голова гудит, Кенсу недоуменно уставился на все еще работающего мелкого, который даже ухом не повел, когда мужчина зашевелился в постели. В голове До крутились вопросы «сколько времени?», «как он тут оказался?» и еще куча глупых вопросов, которые потом исчезнут, когда голова станет яснее думать. А пока он поднял свой взгляд на Чонина, который теперь отложил ноутбук на ближайшую полку, смотря глазами цвета топленого шоколада на Су. - Проснулся? – усмехнулся Ким и лег на подушку, повернувшись на бок, - разогреть тебе ужин? - Я сейчас ничего не понимаю. – посмеялся хрипло До, потянувшись на кровати, - сколько времени? - Уже за девять перевалило. Что ты теперь будешь делать ночью? – прищурив глаза, спросил мелкий. - Посмотрим. – чмокнув парня в губы, старший поднялся, дойдя до кухни и начав греметь посудой, чтобы разогреть себе поесть. - Ты будешь кушать? – крикнул оттуда Кенсу, осматривая холодильник. - Я уже поел, - крикнул младший из комнаты, поднимаясь с постели, - так что просто с тобой посижу. – закончив фразу будучи на кухне. - Тогда я налью тебе чай. Чонин не стал противиться заботе со стороны старшего, молча принимая теплую кружку в руки. Киму сейчас было так привычно сидеть на кухне рядом с Кенсу, пока тот уплетал за обе щеки приготовленную им самим еду. Рассматривая мужчину, младший вспоминал многие проведенные совместно деньки, которые навсегда останутся в памяти, корнем схватившись за мозг. Принимая совместно душ, парни уже поочередно вылезали из ванны, как Кенсу повернулся к младшему и поддался вперед, навстречу губам Чонина, которые словили поцелуй моментально, обхватив руками пухлые щеки старшего. Даже не завернувшись в полотенца, парни пошли в комнату под руководством старшего, когда тот повалил мелкого на кровать, нависнув сверху. Почему-то в один момент в голову До забралась мысль того, что он правда хочет Чонина, причем серьезно. Целуя парня, старший по немного сходил с ума от головокружительных эмоций, разрывающихся внутри, пока Нин проводил своими горячими руками по нагому телу старшего, задевая позвоночник, округлые ягодицы Су и снова поднимал руки, теряясь пальцами среди темных жестких волос. Страстно целуясь, старший в один момент немного отпрянул, заглянув в уверенный взгляд напротив. - Не бойся, я покажу все. Двигаясь размеренно, Кенсу целовал лицо младшего, пока тот стонал, чуть ли не срываясь на крик от охватившей его эйфории, которую дарил ему Су. Сейчас старшего вообще не пугала эта близость с парнем, потому что он любит Нина и готов пойти на все уступки, чтобы только сделать приятно своему парню. Долго себя сдерживать Су тоже не мог, потому что Чонин, так страстно стонавший под ним, вызывал страшное удовольствие и осознание того, что он делает все правильно, ускоряя свой темп. Совсем немного и двоих накрыло удовольствием, после которого оба приходили в себя минут десять. - Это было потрясно. – прошептал Ким, повернувшись к любимому. Кенсу лежал неподвижно, смотря в потолок и понимая, что теперь он точно связан по рукам и ногам с этим парнем, которого искренне любит. Поэтому просто повернулся к нему, обнял и закрыл глаза. - Я тебя люблю. – снова повторил Су.