Весенний поцелуй

Пришла весна. Солнышко нежно светит и согревает землю своими лучами, тёплый ветерок игриво развевает волосы. Действительно, прекрасное время года. Но не только за красоту любят весну. Ученики любят её за то, что наконец-то заканчивается учебный год, и совсем скоро начинаются каникулы. И, если у нас вдруг зашёл разговор про школьников, то тогда давайте заглянем во двор Академии святого Холланда. Сейчас как раз начался обед, и, так как на улице было очень хорошо и тепло, многие ученики академии вышли пообедать на свежем воздухе. Можно увидеть, как на скамейках, разбросанных по всему двору, сидят люди. По одиночке, в паре или в шумных компаниях, наслаждаясь столь прекрасным днем. А в самом центре, около фонтана, можно увидеть красивую девушку. Мэри Розенберг. Мечта почти всех парней школы (и не только парней). И на это есть причины: она умная, добрая, красивая, так ещё и из богатой семьи, чего ещё можно желать? Как жаль, что никому из них не светит. Но об этом позже. Мэри ничего не ела, хотя коробка с едой уже была около неё. Её взгляд метался с одного края на другой, выискивая одного человека. Кажется, она ждала его уже довольно долго. Но вот чего она не ждала, так это того, что чьи-то руки закроют ей глаза. От подобного она уже хотела накричать на шутника, но неизвестный заговорил быстрее. — Угадай кто! — послышался голос юноши. — Эдвард! Немедленно прекрати свои шуточки! — отчитала юношу девушка. — Хехех! Хорошо-хорошо! — сказав это, Эд убрал свои руки и сел рядом с Розенберг. Эдвард Оксферфилд. Низкого роста, но зато очень привлекательный и умный, даже не говоря о том, насколько он талантлив, и насколько богата его семья. Главный любимец всей академии и причина, почему «Всем ухажорам Мэри не светит» по совместительству. — К слову, где Теодор? Вы же лучшие друзья, часто вместе… — поинтересовалась Розенберг у парня. — А, мой дорогой друг сказал, что у него очень много важных дел, и что он не сможет присоединиться к нам на обед, но зато теперь мы наедине, да и..... — Что такое? — спросила Мэри, вопросительно поднимая бровь, уже догадываясь, что скажет её почти-бойфренд. — Мы же оба знаем, что он там с Рейчел с паралели обжимается, хехех! — Мистер Оксферфилд, прекратите распускать слухи про своего друга! — шёпотом отчитала его Мэри. — Хех! Ладно-ладно! Давай просто уже съедим наш обед. — Да, думаю это неплохая идея, наконец-то в твою голову пришла хоть одна разумная мысль, — ухмульнувшись, сказала девушка, в то время как Оксферфилд смотрел на неё, скептически приподняв бровь. Наконец Эдвард достал свою коробку с едой. Внутри были рис с овощами, кусочек курицы, немного клубники с яблоком и небольшая упаковка сока. Парню стало интересно, что же сегодня на обед у Мэри, и он заглянул в содержимое ее ланч-бокса. Там были паста с маленькими фрикадельками, морковь, пара варёных яиц и грецкие орехи. Рядом была упаковка шоколадного молока. Всё как всегда. Удовлетворив своё любопытство, парень начал есть. Наконец доев всё, оба ученика посмотрели друг на друга. Они смотрели долго, по крайней мере, им так казалось. На деле же не прошло всего и пяти секунд. Но тут вдруг Эдвард начал смеяться, громко, заливисто. При чём он даже не знал почему, просто сама ситуация казалась ему забавной. Мэри вопросительно посмотрела на него, но потом тоже начала смеяться. Их детский, невинный смех продолжался где-то с полминуты, но потом они всё же затих. — Хаха, Мэри, слушай, а почему ты начала смеяться? — сквозь смех задал вопрос юноша. — Честно? Не знаю! Просто ты начал смеяться, и я тоже начала, а ты-то чего смеяться начал? — с улыбкой на лице переспросила девушка — Не знаю, просто сама ситуация довольно забавна, вот я и начал смеяться! — Эдвард ответил так, будто это была самая очевидная в мире вещь. Они просидели в тишине ещё с полминуты, но тут, неожиданно для Розенберг, Эдвард положил свою голову на её колени. — А… Эд, что ты… — хотела было спросить девушка у Эдварда, но была остановлена. — Знаешь, Мэри, у тебя очень красивые глаза, но их не видно за очками… Может… Может мне стоит купить тебе линзы? — спросил Оксферфилд, смотря прямо в глаза Мэри — Э… Нет, не надо… Я… Мне и так хорошо, но спасибо за беспокойство, — сказала Розенберг, и её лицо расплылось в тёплой улыбке. Они просидели так ещё минуту или две, вглядываясь в глаза друг друга, пока Эдвард не вскочил на скамейку со словами: — Обед уже заканчивается, нам стоит скоро уходить, если мы хотим успеть на уроки. — Да, да… Ты прав. Печально, что уже нужно уходить… — с долькой грусти сказала девушка. — Знаешь… — Розенберг вопросительно посмотрела на Эда, — Я слышал, что ходят слухи о том, что мы встречаемся… Может… Пора им стать правдой? А? — юноша с ухмылкой посмотрел на девушку. — Что… Что ты… — но не успела девушка задать свой вопрос, как была прервана поцелуем. Он был довольно короткий, три секунды от силы, но казалось, что время остановилось… Раз… Два… Три… Мэри казалось, что её сердце сейчас либо остановится, либо выпрыгнет из грудной клетки… Тяжело дышать, в лёгких галька, глаза округлились так, что казалось сейчас выпадут из глазниц. Все лицо покрылось румянцем, ноги уже не держат, и лишь руки Эдварда, что вовремя начал держать её за талию, не дают упасть. И вдруг он отстранился, позволяя взглянуть в свои кроваво-красные глаза. Парень улыбнулся и, спрыгнув со скамейки, сказал: – Давай! Скоро астрономия! – … – Хм? Все хорошо? Ты не заболела? – … – Хахаха! Ты вся красная, как помидор! Мэридор! Если ты будешь так краснеть каждый раз, когда я буду тебя целовать, то я перепутаю тебя с помидором и съем! Большим-большим помидором, хехе! А людоедство вредит волосам и ногтям, костям и прочим внутренним органам людоедов, и даже может привести к летальному исходу! А я хочу быть красивым! Так что давай! Перестань краснеть, бери себя в руки и шагом марш на астрономию! – Да, ты прав. Пошли. — Мэри быстрым шагом удалилась от Эдварда, даже не обернувшись – Эх… А мне говорили, что это сработает… Стой! Подожди меня! — парень побежал за своей возлюбленной, пытаясь догнать её