Жизнь в Аду

День у Люцифера начался достаточно спокойно, если не считать что его медитированию сидя за зеркалом помешали два альтернатива. За это они лишились языка. На кухне же он как и всегда поел, но еда отличалась от той, которую раньше готовил Шестёрка. За последний век по какой-то причине Люци стал его меньше видеть во дворце, так же он перестал заходить к владыке в комнату (этот факт его сильно радовал), но самая главная проблема была в еде. Она стала более пресной. Да, вкус специи, сахара и соли были, но они будто не дарили того вкуса который был раньше. И этот факт злил и расстраивал князя, но он решил просто игнорировать эти изменения в создании. «Главное пусть продолжает заниматься делом, а поговорит с ним Эй.» — рассуждал каждый раз Люцифер. Эй — всеми нами известный альт Сезарь. Имя своё он получил, потому что к нему просто всегда обращался создатель на «эй ты», а после это переросло просто на «эй». Таким образом он получил своё имя. Теперь же вернёмся ко дню князя. Каждый день он ходил осматривать сад, то как он меняется, а так же следил за Гавриилом. Следил он за ним от силы минут 20, а после уходил в свои кабинет. В кабинете он читал отчёт от каждого альтернатива. Отчёты были сколько они убили за ночь или за день людей, либо были вопросы от альтернативов владеющими государством. Их всех читал Люцифер и ставил свою подпись, а после к закату солнца отдавал их одному из созданий, который относил бумажки в Ад к Вельзевулу, а тот передавал отчёты Лилит. Сидя в кабинете князь считал каждую секунду, потому что к нему должен придти Повелитель мух. Когда супруги разошлись после прогулки по Саудовской Аравии, Люцифер попросил жену сообщить Вельзи, чтобы тот пришёл для важного разговора. Разговор должен был состояться о проблеме указанной Мамоном. Почему он это не обсудил с женой? Потому что Люци взял сам на себя эту ответственность, а Повелитель был всегда хорошим советчиком, и его Орден можно было бы использовать для устранения атеизма. Заполняя бумаги и слушая звук ручки, шаркая по поверхности в эту атмосферу смог войти и стук в дверь. Постучали элегантно, но серьёзно. Этот стук он ни с каким не перепутает. — Входи. — сказал князь смотря на дверь. Во внутрь вошла огромная муха в длинном чёрном сюртуке , с таким же чёрным жилетом и белой рубашкой. На одежде на левой части была одета брошка виде мухи, а пуговицы каждая была украшена блестящим камнем. На самых нижних лапках, которые исполняли роль ног, были одеты штаны тёмного цвета и мужские туфли на шнурках. Завершал этот образ цилиндр на голове. Вельзевул одевался так всегда, да и не только он, и вся его семья. Одежда эта в Аду смотрелась нелепо, потому что в ней становилось сразу же жарко из-за температуры, которая могла достигать выше 100°, поэтому все демоны старались одевать, как можно меньше одежды. Всё доходило и до обычной лёгкой ткани на голое тело. Нижнее бельё было в запрете, потому что оно могло быстрее всего намокать от пота и прилипать к телу, что не было удобным и приятным для ношения. Одевались же нечистые в знак уважения к владыке. Это зародилось ещё после того, как он был извергнут в Ад и многие демоны верили, что он вернётся и старались подрожать ему, чтобы придавать больше уверенья в его в скором возвращении. В общем из-за сильной жары в Аду семья Вельзевула прославилась частым использованием вееров и это на какое-то время вошло в моду среди каждого демона, даже у нищих были что-то на подобии вееров. После же изобретения вентилятора, который изобрёл Бельфегор ушла и мода вееров. — Я пришёл по просьбе Лилит. — сказал Вельзи сложив верхние лапки в замок. Лапки ниже были скрыты под сюртуком, но их очертание всё равно было заметным, и скорее всего муха сложила их за спину — И ещё подумай над тем, чтобы сделать проходы по шире. Из-за их узкости приходится заходить боком. — А не чего много есть, тогда и в проходы во все сможешь полезть. — сказал владыка отложив ручку вставая из-за стола — Уверен, закон Архимеда не будет действовать на тебя. — Зато я не буду ходить, как труп. Кроме блинов ничего больше не ешь. Тебя эти black buck вообще чем-то другим кормят? Разговор о еде утомил Люцифера. Всё же он позвал его не это обсуждать, а более серьёзное дело. — Я тебя позвал обсудить другое, поэтому давай откинем эти разговоры о еде, а лучше прогуляемся по Раю. — сказал князь подойдя к двери в кабинет. — Удивлён твоим великодушием сегодня. — его голос не звучал саркастично, как обычно при любом упоминании хорошего качества князю. Эти слова сильно оскорбили Люци, что заставили его разозлиться. — Не называй меня таким поганым словом! Тебе лучше научиться держать хоботок закрытым, иначе оторву его. — говорил он это серьёзным, но злым тоном. — Кхм… конечно, я не буду больше использовать такие слова по отношению тебе. — сказал Повелитель. Слова владыки его заставили занервничать. Всё из-за одного случая, который произошёл с Асмодеем. Один раз они при Люцифере не стесняясь сказали о том, что он тиран и самовлюблённый мудак знающий только, как издеваться над народом. После чего демон блуда был наказан и должен был провисеть на столбе над рекой третьего круга. Чудом они остались живым, потому что закреплён они были так, чтобы Асмодей мог упасть в реку, но удача была на их стороне. После наказания демон не распускал язык о Люци и больше ни где не говорил своего мнения о нём. Эта история показала всем демонам, что каждый кто смеет оскорбить владыку будет наказан и даже его статус не спасёт от возможной смерти. Тогда Асмодею просто повезло, а ведь было много случаев, когда на таком наказании погибало не мало демонов. — Вот и отлично. — после чего Люцифер вышел, а вслед за ним Вельзи.

***

Тем времен пока двое демонов болтали, Гавриил успел закончить заниматься с садом. Пока он сидел в кустах, чтобы разрыхлить немного землю, то успел заметить огромную муху. Сначала архангел удивился и был в недоумении. Всё же он никогда не видел ещё эту муху. Тогда ангел предположил, что это демон, который пришёл к Люциферу. Конечно Гаврик понимал, что ему ничего не будет, ведь Люци не даст над ним жестоко издеваться, во-первых потому что он его слуга, а во-вторых его удачный «экземпляр». Но что-то не давало ему так просто подняться с места укрытия и он дождался когда демон уйдёт. Когда же он закончил с садом и вышел из сарая (который находился за углом дворца) и забрав оттуда мешочек с перчаткой виде руки Люцифера то увидел, как из здания вышли владыка и муха. Те что-то бурно обсуждали и иногда посмеивались. Гавриил приложил усилия, чтобы хоть что-то услышать, но до него долетели только шутки которые для архангела показались слишком жестокими и не смешными, а так же князь назвал своего попутчика Вельзевулом. В памяти ангела всплыло несколько имён его давнего друга… Баал-зебуб и Вельзебуб. Вельзебуб был хорошим другом Гавриила, а так же являлся серафимом, но по какой-то причине он являлся самым не любимым Богом ангелом из всех и тот всегда оставался в тени других своих товарищей. Гаврику было жаль такого целеустремлённого и упёртого ангела, который даже лучше Михаила разбирался в военном промысле и владел несколькими вида оружия, так же ему были известны некоторые знания Создателя, но не все. Эти знания он никогда не рассказывал своему другу. Называли его Баал-зебуб потому что часто путали с Ваал-Вериф . Они были похожими по характеру, а так же занимались практически одним и тем же, но отличия были в том, что Ваал был херувином. Но даже это не мешало путать двух ангелов. Гавриил вспомнив о своём друге и ненадолго решил погрузиться в прошлое. Помниться ему, что вместе с Вельзебубом он распивал вино под деревом и под не торопливую выпивку рассказывали друг другу о работе и о людях. Иногда серафим шутил и часто шутки могли бесить архангела. После же вина они занимались тренировками. Ангел сам попросил друга его научить пользоваться зеркалом, как оружием. Аргументировал он это словами: «Мне просто стыдно перед братьями. Денница может использовать магию, а Михаил копьё и меч. А я… я на столько слаб, что не могу поднять и обычное копьё…». Тогда Вельзебуб согласился научить друга использованию зеркало, как оружие. Он всегда повторял во время тренировки: «Даже обычная палка может стать орудием для убийства.» эту фразу Гаврик запомнил на долго. После тренировок ангел открывал в себе ещё больше способностей, на пример он достаточно быстрый и юркий, а значит может это использовать как преимущество, так же он научился с помощью солнечных лучей прожигать мясо. В общем с каждым разом он становился всё более сильным, но их дружба не могла длиться вечно. Вельзебуб в один из дней признался Гавриилу, что за идею Люцифера и как давно входит в его группу «Противников рабства ангелов». Архангел пытался переубедить своего друга, но тот отказывался и сам пытался переманить на их сторону Гаврика. Их разговор закончился ссорой, в которой ангел сказал много неприятных слов другу. После этого с восхода луны до первых лучей солнца он сидел в церкви перед огромной иконой Отца и молил прощение. На утро же развязалась гражданская война ангелов, в которой Люцифер смог и вязать демонов на свою сторону. Во время этой кровавой бойни архангел и его друг вцепились в неравную битву. Гавриил всё равно был слабее своего уже бывшего товарища и старался действовать умом и расчётом. Итогом стало то, что Гаврик лишил крыльев Вельзебуба и тот был извергнут к смертным. С тех пор он никогда его не видел, но некоторые ангелы поговаривали о каком-то демоне Баал-Зебуб, который стал божеством народа Ханаан . Больше он ничего не слышал о нём. Теперь же вспомнив об этом его стала распирать чувство вины и тоски. Да, он хотел бы вернуться в прошлое и возможно заранее остановить друга, но… «Нет. Прошлое уже не вернуть остаётся жить настоящим.» — повторял себе каждый раз Гавриил. Когда этих двоих не было уже видно, он вышел и направился ко дворцу. Теперь его задачей было найти комнату с темницами ангелов. План Стэнли заключался в том, чтобы пока нет создателя, нужно пробраться к оставшимся ангелам и придать им силу и веру. К счастью архангел был оратором для ангелов, а значит сумел бы придать им новые силы и веру в лучшее. Осталось только найти это место.И вот вспоминая маршрут по дворцу, он вдруг встретил ту самую чёрную тень. Как объяснил ему Стэнли это его копия, которая поможет архангелу в координации по зданию. Гаврик не знает единственная ли это копия альтернатива, но она безобидная и полезная. — О, ты тут. — обратился к нему Гавриил — Можешь проводить до темницы? После слов, копия исчезла и появилась уже дальше от знакомого. Архангел сразу понял, что тень его согласилась довести до нужного места, и поспешил за ним.

***

Демоны шли долго, пробираясь через ветки засохших деревьев. Рай для них был слишком сухим для роста здесь, поэтому практически все деревья засохли и теперь если слега дотронуться до палочки, то она сразу же обломиться. Так же многие деревья уже лежали на земле, поэтому князья их обходили. Таким образом они шли и болтали о своём. Болтали о всём, но не о том для чего позвал Люцифер свою Правую руку. Неожиданно они почувствовали, как земля стала более толстой и твёрдой, а так же рядом появились деревья и кустики с листвой и цветы. Когда демоны проходили мимо цветов, то они сразу же вяли и становились чёрными, как уголь. Так они шли, пока не появилась каменная и заросшая дорожка. Вся она была побитой, и некоторые камни отвалились за долгое время пребывания без наблюдения. По ним ступали князи и продолжали свой путь. Проходя через этот лес, они чувствовали как поднимаются всё выше и выше, лучи солнца стали озарять местность и тогда они поняли, что уже скоро придут к Раю. Как же всё же выглядел Рай? Из далека он похож на огромный холм на вершине которого находится город называемым Раем. Над стенами его виден огромный золотой купол храма. За стенами города находятся деревья и спускаясь всё ниже по холму деревьев становится всё больше, а солнце всё меньше попадает на земли. Таким образом в Раю есть три части. Первая — сам Рай, вторая — окрестности Рая с разными фруктами, полями пшеницы и прочих зерновых культур, третий — тёмный лес в котором должен пройти испытания каждая из душ человека, чтобы показать свою чистоту и верность Богу. В своей комедии Данте назвал это местом лес «Грехов и заблуждений». Пройдя через лес лучи обжигающего солнца всё больше освещали путь. И вот наконец-то перед их взором предстали белые деревянные стены. В некоторых местах дерево прогнило, из-за чего конструкция обвалилась. Вокруг стен все вспаханные земли заросли травой, а так же сорняками. А купол, который возвышался над всем перестал быть виден. Пройдя через кое-как живые ворота они увидели перед своими глазами обвалившиеся дома на первом ярусе, больниц с лазаретами на третьем, всякие святилища на четвёртом. Когда они прошли во внутрь города, то резко замолчали. Нет, им не было грустно или совестно, просто они хотели молча насладиться тем, что устроили когда-то. Поднимаясь по ступенькам нижнего яруса на второй, они увидели ярмарку, точнее, когда-то эта была ярмарка. Сейчас же остались только запустевшие места со всякими испорченными товарами и вещами. Перед их взором, на одной из улиц по которой они блуждали, представился театр. По середине была сцена, на которой стояла стена с разными декорациями, нарисованные руками самих ангелов. Рисунки были выполнены профессионально для них. Для людей бы они показались не понятными и подумали бы, что это рисунки древнего народа жившие несколько тысячелетии до нашей эры. На столько были не понятны для нас их творчество. Ангелы любили изображать всё более в угловатых формах и с математической точностью. Люцифер молча ходил между развалин тогдашнего театра. Одна из колон уже обломилась и лежала на земле, а вторая всё ещё держалась, но пройдёт ещё несколько веков и она упадёт. Везде лежали обломки от стены, разный реквизит и выше описанные декорации. Смотрел он на это, как на свою победу. Победа давшая ему безграничную власть над всем. Ну практический над всем, если не считать кочевых демонов, но это опустим, ведь Люци сам князь Тьмы и владыка всего сущего, а так же бог. «Интересно, какого Тебе было смотреть на это?» — задался вопросом князь. — Люцифер, взгляни. — позвал его Вельзевул тем самым вырывая из раздумий. Голос его был нежным и ласковым. Владыка понял бы сразу, что его хотят разыграть, но сейчас он был слегка зол на Повелителя за то, что посмел его отвлечь от мыслей. — Чего тебе? — раздражённо спросил князь и повернулся назад к Вельзи. Люци не ожидавший увидеть перед собой череп ангела вскрикнул — БЛЯТЬ, ВЛЬЗЕВУЛ! — крикнул на него князь. В ответ же раздался смех. Неприятный такой и скрежащий. Владыка же смотрел на попутчика злым взглядом, но терпеливо ждал когда тот закончит ржать. Всё же к Вельзи он испытывал хоть какое-то уважение. Когда смех подошёл к концу, то демон сказал: — Видел бы ты своё лицо! — после чего выкинул череп. — Я прекрасно знаю своё лицо! — ответил ему с раздражённым тоном Люци — Если бы ты продолжил ржать, то клянусь, этот череп оказался бы уже у тебя в хоботке! — Я не собака, чтобы кости грызть, а насекомое. — съязвила муха. — Тогда почему питаешься, как собака? На вопрос князя ниже начала хоботка появилась челюсть с острыми, как иголка зубами. — Думаю это даст тебе ответ. В этот момент владыка прибывал в полнейшем недопонимании. Он общался с ним несколько тысячелетии и сам видел, как он пожирает еду, так откуда у него появился рот? — Откуда он у тебя?! — Остался, как о напоминании о прошлом. — с лёгкой грустью сказал он — Не люблю его показывать. — Не удивлён, ведь воняет хуже, чем у Астарота. — высказал правдивый факт Люцифер. Они немного постояли в неловкой тишине и Вельзи спросил: — Так… на чём я остановился в лесу? — Ты рассказывал о своём младшем сыне Еле-Досон . — Да, точно. Пойдём дальше и я тебя до расскажу. — князь сам хотел уж продолжить путь, поэтому спокойно пошёл дальше, а за ним Правая рука — Этот демон не выносим! Ему двадцать тысяч лет скоро должен стать капитаном, а всё ещё в детстве! — его голос звучал осуждающе и злым — Он вместо того, чтобы заниматься обучением и фехтованием играет в шахматы и часто ходит в казино Асмодея. Он такими темпами испортит мои род и не выиграет на турнире! — какое-то время он помолчал и уже с более грустным голосом — Пороть его надо было в детстве… пороть… — Так почему не порол? — поинтересовался Люци. Он был далёк от воспитания детей, поэтому многое не понимал, но несколько десятилетий назад у него была мысль для жены создать зелье от проклятья Бога. Прошло много времени и оно практически готово, но сейчас, к сожалению у князя нет времени его доделать. И если он и решился стать отцом, то должен хоть что-то, но знать о воспитании детей и эту информацию ему может дать Повелитель мух. — Так он моё родное дитя. Как я могу поднять руку на того кого растил сам? — он опять замолчал и продолжил задумчиво — Если он изменит тебе — князю и всему Аду, то… я саморучно выкину его в реку. Последнее предложение далось ему с огромным усилием. Да, Вельзевул был строгим отцом, но любящим. Каждый из детей его уважал, но у Вельзи всегда будет на первом месте государство и честь перед ним, а уже потом семья.

***

Гавриил шёл за попутчиком или, точнее, бежал, потому что тень передвигалась очень быстро. Были бы два рыла у ангела, то смог бы догнать копию Стэнли. Приближаясь всё ближе к нужному месту, альтернатив всё замедлялся и замедлялся. Когда уже архангел шёл шагом, то понимал, что это место уже на повороте. Так это и оказалось. Перед ними красовалась та самая железная дверь. По размерам она была бы больше Гавриила в два, или даже в три раза! Тогда Гаврик не придал сильного значения этой двери, а сейчас он с трудом представлял как может он её открыть, если даже взять в руки меч для него ещё та сложная задача. «Было бы со мной зеркало…» — задумался архангел. И вдруг ему в голову пришёл вопрос, а где все святые предметы архангелов? Они же должны где-то храниться. В них заключена маленькая крупица сил архангелов. Если уничтожить его, то он станет слабее во много раз и может даже умереть, но Гавриил не чувствовал слабости своих сил, а значит предмет всё ещё в порядке. «Если там ангелы, то возможно и есть наши святые реликвии…» — раздумывал ангел. Достав из мешочка перчатку в виде руки Люци, он надел её на левую руку . Он приложил руку к двери. Гаврик хотел уже слегка нажать на дверь, как вдруг она открылась сама перед ним. — Я думал будет сложнее… — с смущённой улыбкой произнёс архангел — Ты меня здесь подождёшь? — обратился он к тени. Тень как и в прошлый раз показал своё да. Гавриил неторопливо вошёл во внутрь произнеся: — Вот я снова здесь. А ведь совсем недавно он выходил отсюда и извинялся перед братьями за то, что уходит от мучений, оставляя их. Сейчас же он вернулся, чтобы исправить то что успел сделать с ними Люцифер. Он шёл по коридорам и смотрел в каждую дверь. К счастью сегодня никто не шумел, поэтому архангел чувствовал себя более спокойно, ведь завывания своих союзников и друзей он не смог бы вытерпеть. Искал же он в каждой темнице Михаила. Ему нужно было с ним поговорить и выпустить. Оба они брата (не кровные, а духовные) и два архистратига, а значит несут ответственность и за ангелов оба. Блуждая по этому нескончаемому лабиринту Гаврик заглянул в темницу находящуюся в самом конце одного из коридоров. В окошке двери он увидел Мишу прикованного цепями по всему телу. Выглядел он, как Люцифер, когда его приказал заковать Создатель в цепи. Да, Гавриил сам принимал участие в этом. «Вот как Люцифер решил ему отомстить, но в этом нет смысла… Миша же не участвовал в наказании…» — рассуждал архангел. Но что это тогда было? Владыка пытался своему брату прочувствовать боль, которую он испытывал несколько тысячелетий и несколько столетий? Взяв ключи с крючка, он открыл при помощи них дверь. Раздались два щелчка и вот скрип двери. — Михаил? — позвал брата Гаврик. Архистратиг резко поднял голову. Он смотрел на ангела с удивлением. Миша не мог поверить тому, что его единственный верный брат стоит здесь и смотрит на него. — Гавриил! — с хриплым, но радостным голосом позвал его архангел — Как ты здесь оказался? Гаврик подошёл поближе к брату. — Если в крации, то меня высвободил Люцифер. Он дал мне свободу в обмен на моё полное подчинение ему. Пришёл я сюда, чтобы освободить тебя и других. Михаил не мог поверить словам товарища, что он ради свободы заключил, можно сказать, договор с самим Люцифером. Ох, если бы Создатель был тут, то сразу же приказал бы извергнуть в Ад Гавриила. — То есть ты изначально хотел нас всех бросить?! — возмущался старший архангел. Самое главное правило для архистратига защищать и помогать ангелам, а Гаврик решил не выполнять приказ что сильно злило Мишу. — Дай я объясню! — крикнул на него ангел — У меня не было выбора! Он солгал мне о том, что все ангелы погрязли во грехах и даже ты. Что мне оставалось ещё делать?! — тут он на пару секунд замолчал — Я пришёл спасти вас всех, да и не только вас. Михаил глубоко вздохнул. Всё же сейчас не было времени до ссор. Они ещё успеют на друг друга накричаться и выщипать все перья на крыльях. — Дай угадаю, люди тоже в опасности. — это не был вопрос, а было утверждение. Каждый ангел знал, что у Люцифера есть планы на людях и не самые приятные, поэтому догадаться было не трудно. — Так и есть. Он создал существ, которых называют альтернативами. Они просто сгусток чёрной жидкости и немного кожи, а главная их задача действовать на психику человека, а так же копировать облик. Пока Гаврик рассказывал брату о людях, тот мысленно составлял примерный план действия для будущего сражения. — Получается нужно просто собрать ангелов, напасть на Денницу, победить его и опять извергнуть в Ад, а после всех его создании переубивать. — рассуждал в слух архистратиг — Но… — НО ТЫ МЕНЯ ОПЯТЬ НЕ ХОЧЕШЬ СЛУШАТЬ! — возмущённо вскричал на него злой архангел. Михаил всегда первым делом строил план по отчётам других ангелов и тем самым создавая базу для будущих атак. Это полезно, но из-за этого он перебивал собеседника и не давал доложить весь отчёт, а полный ответ отчётов он уже находил в минусах стратегии. Эта черта сильно бесила Гавриила, из-за чего у них часто бывали конфликты на этой почве — И хватить уже звать Люцифера Денницой! Он уже не наш брат, а дьявол которого нужно запереть в Аду! — Да… точно… — слега опечалено и смущённо согласился старший архангел — Кхм… продолжай отчёт. Гаврик набрал воздуха и продолжил: — Есть огромное НО твоего «шикарного» плана. Многие ангелы погрязли в грехах за это время. Знаю я об этом из отчётов Люцифера. Так же возможно ангелов меньше, чем тогда, а так же я нашёл союзника среди альтернативов. Он пообещал мне помочь вас выпустить, но взамен мы поможем им адаптироваться среди людей. Старший долго молчал. Про ангелов он мог легко догадаться, а вот то что брат нашёл союзника среди альтернативов и готов помочь и им, его сильно смущало. — Почему мы должны этому твоему «союзнику» помогать? И что за отчёт Денницы? Архангел услышав опять настоящие имя Люци от уст брата сжал ладонь в кулак. — Ради Святого духа, прекрати так называть нашего врага, иначе я твои крылья не оставлю без единого пера! — всё ещё был возмущён словами брата ангел — А помочь мы ему должны, потому что эти альтернативы сами страдают от рук Люцифера. Я не однократно видел издевательства над ними и даже пытался помочь, но… — повернулся спиной архангел. — О Святой Создатель… — проговорил тихо слышным шёпотом архистратиг. На спине Гавриила красовалось одно целое крыло, а второе было оторвано. На отростке были всё ещё видны куски мяса и виднелась торчащая кость. Гаврик повернулся обратно лицом к брату. — Я знаю, зрелище не из приятных. Отчёт же Люцифер вёл по нам — по ангелам. Он выбирал из всех нас самого подходящего, чтобы создать лучшего альтернатива. Выбрал он меня. Старший сильно хмурился и его взгляд был серьёзным и тяжёлым. Единственное, что смущало каждый раз Гаврика это лицо Миши. Михаил был точной копией Люцифера, они же всё же кровные братья. Кровные были от слов самого Создателя — И… там был ты. — Что он написал? — поинтересовался глава воинства. — Он написал, что ты погряз во гневе. — частично соврал архангел. Частично, потому что сам Люцифер говорил ему, что Миша теперь во греху гнева. Сказал он так, чтобы Михаил перестал так сильно думать о Люцифере. К сожалению старший не смог оправиться до конца от той войны и каждый раз его мучают образы прошлого и вина за брата. Люци и Михаил были самыми близкими друг для друга ангелами, и старшего архангела сильно задело предательство брата, а после последовало и сражение с ним. Гавриил пытался помочь старшему перестать вспоминать о владыке, и перестать его называть Денницей, но безрезультатно. Даже лечение Рафаэля не помогало. Гаврик потом стал думать, что это такое наказание для брата от Бога. За то что не смог переубедить Люцифера. Михаил задумался и выдавил только: — Вот как… Архангел не ответил на это, а подошёл к одной из крючков на которой крепилась цепь. Левой рукой он дотянулся до цепи, но вдруг остановился и повернул голову к товарищу и спросил: — Если бы он тоже предложил бы тебе свободу взамен на твоё полное послушание ему и зная от его уст, что все ангелы пали во грехах и даже я. Ты бы согласился? — голос его звучал спокойно и тихо. Гаврик спрашивал это зная, какой будет ответ от Миши, но этот ответ никогда не был правдой. И сейчас ангел надеялся, что брат скажет на этот раз правильный ответ. Михаил опять задумался. Не смотря на всё для него Люцифер останется братом, и если бы не долг перед Богом, перед Раем и перед людьми, то пошёл бы за ним. Но понимало это его сердце. «Нет, я бы так не сделал, ведь долг превыше всего!» — рассуждал над вопросом архистратиг, или же он пытался отрицать свою привязанность к бывшему брату? — Нет, я бы ни за что не предал ангелов и тебя. — уверено ответил он. Архангел только опечалено вздохнул. «Опять ложь…» — огорчённо думал архангел. Он понимал, что Михаил на самом деле хотел бы пойти за Люцифер на смотря ни на что. Одна за другой цепь была снята и архангел помог встать брату с пола. Архистратиг встав на ноги упал на плечо Гавриила и ангел, взяв под плечо товарища, вышел вместе с ним из темницы. — В общем план таков: я даю тебе перчатку и ты одеваешь её на руку и ходишь к другим ангелам и снимаешь с них оковы. Потом мы встретимся на перекрёстке всех путей, ясно? — Ясно. — самостоятельно стоя сказал архистратиг. Архангел из мешочка выдал ему вторую такую же перчатку в виде руки Люцифера и оба пошли по ангелам.

***

Тем временем Вельзевул и Люцифер поднялись к последнему ярусу Рая. Всего ярусов было четыре в Раю. Первый был сделан для домов ангелов, второй для процветания культуры, третий для госпиталей и армий, а так же на нём учили других более молодых ангелов обращаться с оружием и искусству. Четвёртый был самым верхним на котором жили серафимы, херувимы, Престолы, двоя архистратига, души верующих и сам Бог. Когда-то этот ярус пестрил красотами храмов, но самым главным был храм Его. Высотой он был в пятисот метров, если конечно считать ещё и высокую башню на вершине которой золотой купол. В середине росло Древо жизни . Оно тоже не отставало от своих размеров. Кстати, из плодов этого дерева вырастали ангелы. Сейчас же от величия от этого места ничего не осталось. Только разрушенные храмы, которые, хорошо сконструированные, ещё не рассыпались на брёвна. Удивительно и то, что их не жрали вредные насекомые. Древо жизни же в этом месте всё так же цвело и росло, но на нём не росли плоды, а так же под ним за долгое время скопилось множество сухих листов. Люцифер смотрел на дерево, а так же на листы под ним. Когда-то Создатель говорил, что последний упавший лист с дерева будет означать конец всему. Для Люци раньше это было только сказкой, а сейчас всё же ему стало некомфортно от этого воспоминания. Даже такое могущественное существо боялось смерти. Вельзи же ходил рядом с так называемым «общежитие» для серафимов. Выглядело оно как мечеть шейха Заида . Смотря на него он залился воспоминаниями о своих товарищах. Может серафимы были и ближе всех к Богу, но они не имели такой любви, как Он. Они просто обладали кусочками знаниями Его, а так же силой хоть и не полной. Серафимы из всех других ангелов были жестокими не только к другим, но и к себе. Обосновывали они это тем, что творят справедливость, но Вельзевул всегда задавался вопросом: «Разве можно считать справедливостью то, что игнорируешь и избегаешь своего не в чём не виновного товарища?». Из-за не любви Создателя к Вельзебубу его сторонились другие серафимы, ведь решение Его важнее всего и правильное. Сам Повелитель так и не понял почему его так не любил Он. Владыка же успел подняться к уже разбитым дверям храма его Создателя. Того, кого он считал Отцом. Он просто стоял и смотрел на одну уцелевшую дверь храма, так и не решившись войти во внутрь. «Была ошибка сюда подниматься…» — рассуждал князь «Если и придётся сюда эмигрировать демонов, то нужно будет убрать этот ярус.» Муха, поднимаясь к Люциферу, заметил над дверью в храм двух архистратигов красивый витраж. По середине стоял Михаил, а справа от его руки стоял как можно было додуматься Гавриил, но его лица не было видно. Не было видно, потому что витраж успел сломаться и образовал в лице Гаврика чёрный не ровный квадрат. Увидев своего бывшего друга, который предал его в ту же секунду Повелитель разломал его при помощи лианы, которую он вырастил из-под камней яруса. Осколки разлетелись по всюду, а сама Муха была довольна. А ведь он помнит ещё те времена, когда этот храм звался «храм Трёх братьев». По середине тогда стоял на витраже Люцифер, справа от его руки Михаил, а слева Гавриил. Подойдя сзади к Люци тот спросил: — Так мы не обсудили твои план. — напомнил ему наконец-то Правая рука. — Я совсем забыл… — растерянно ответил ему владыка повернувшись к нему. — Вот поэтому тебе нужно вернутся в Ад, там ты ничего забывать не будешь. — усмехнулся Муха. — Кстати о Аде… я знаю, что скоро будет перенаселение в нём, поэтому думаю потом направить сюда часть строителей для того, чтобы переработать Рай. Тут как раз больше почвы для зерновых и не только культур. — Это конечно хорошо, но у тебя тут «неразумные создания» ходят за которыми ты следишь каждый день. — упрекнул его Вельзи. Всё же сам Люци говорил, что не сможет следить за Адом из-за создания и присмотром за нерадивыми созданиями — Ты же не глупый это все знаю, а наоборот мудрый и умный, поэтому как ты хочешь решить эту проблему? Тут владыка не знал что сказать. Точнее он знал, но за этим последует ещё один вопрос. На самом деле создание Гавриила как удачного альтернатива может принести Люциферу множество плюсов. Во-первых такой альтернатив сможет полностью спокойно войти в социум людей и ему не придётся менять облик и испытывать какие-то не удобства в каких-то физических действиях с людьми, что даст полное доверие к альтернативу. Во-вторых он сможет заменять Люци и следить за другими созданиями, а значит князь больше времени сможет уделять семье и Аду. Но есть большая проблема, чтобы рассказать из кого он собирается сделать такого создания. На это были причины. Когда-то он обещал высшим демонам отдать всех ангелов, с которыми у них были конфликты в прошлом, но князь тогда понял, что из ангелов можно создать альтернативов. Тогда он наврал другим демонам, что ангелы выбрались и устроили восстание из-за чего пришлось всех переубивать. К счастью он не успел подписать контракты о соглашении с демонами, поэтому вышел сухим из воды. — Я сейчас занимаюсь разработкой более улучшенной версии альтернатива или правильней превосходного создания. Он то как раз меня и заменит и я смогу вернуться в Ад. — всё же решил рассказать Люцифер. — А из чего ты его делаешь? Не пойми меня не правильно, но ты говорил, что испробовал все методы для создания этих существ и по твоим словам ни одна не работает. — поинтересовался Вельзевул. Может быть он на вид насекомое, но точно не глупое. — Это уже не для твоего ума дело. Когда создам, тогда и увидишь. Вельзи просто хмыкнул ему в ответ. Он чувствовал, что владыка замалчивает что-то и это не сильно нравилось Мухе. Всё же князь всегда ему рассказывал методы разработки альтернативов, а тут он просто недовольным и злобным тоном его послал.

***

Пока двое демонов разговаривали и вспоминали прошлое, Гавриил и Михаил выпустили всех ангелов. Каждый из них был истощён и не выглядел здоровым. Огромные синяки и впалые скулы, а одежды, которые можно назвать теперь мешками из-под картошки, висели на них криво. Так же у каждого из ангелов отсутствовала та или иная часть тела. У кого-то рука, палец, ухо. К сожалению, Рафаэля это не обошло стороной, и теперь он без глаз остался на всю вечную жизнь. Тогда Гавриил подметил, что это было сильно похоже на тот самый день наказания Астарота. Из интересного эти двое были раньше близки и называли друг другом братьями. «Может быть Люцифер это сделал по приказу Астарота?» — задумался Гаврик. Всё же не легко иногда понять замысел князя Тьмы. Во время того, как архангел выпускал ангелов из темниц, то заметил огромную, красочную дверь. Его она сразу же заинтересовала и когда все ангелы были собраны то он сказал брату: — Михаил, я нашёл странную дверь. Давай мы её осмотрим? — предложил ему Гавриил. — Хорошо. Надеюсь там нет ничего опасного. — Ангелы! — позвал Гаврик товарищей — Идёмте за нами! Двое архистратигов пошли по коридору к той двери, а за ними крылатые. Добравшись до двери, их открыл Михаил. Какого было удивление всех ангелов увидев огромный зал в котором смогли бы уместиться они все и осталось бы даже ещё место. Но самое удивительное было увидеть их святые вещи, которые были закрыты под стеклянными крышками. Выглядело это всё как огромный музей. Даже сама комната выглядела, как часть музея. Это сильно возмутило Гавриила. «Этот дьявол ещё и насмехается над нашими вещами!» — думал архангел, но не показывая это. Возмущение же быстро перешло в спокойствие. Всё же, а что ещё ожидать от самого Люцифера? Другие же ангелы всё же смели перешёптываться между собой и осуждать владыку. На это Михаил поднял голос на них объяснив, что они так только портят себя и ещё больше грешат. На это каждый быстро замолчал. Гаврик остановился у «экспоната» которым было его зеркало. Зеркало было с ручкой и в золотой раме. Зеркало у него всегда висело на шее на цепочке, а теперь оно просто красуется здесь, как трофей этого монстра. Гавриил опечалено вздохнул и пошёл дальше. Архистратиги дошли до центра этого своеобразного музея и образовали вокруг себя круг из товарищей. Миша спросил: — Сколько всего ангелов-хранителей, архангелов, Начальства , Власти , Силы , Господства , Престолы , Херувимов и Серафимов? — к счастью в комнате было эхо которое давало голосу больше слышимости. Крылатые стали перешёптываться. Каждый считал сколько всего ангелов в каждом из чинов. Когда шум закончился, то вышел Азраил вперёд и начал рассказывать сколько всего ангелов было в каждом чине. Сам Азраил был Херувимом и выглядел он как старик с длинной бородой и с четырьмя крыльями. Одет был высший ангел в чёрные одежды, но украшены были золотом и драгоценными камнями. Капюшон скрывал его лицо, но было всё равно видно под ним его несколько голов. Справа человека и льва, а слева орла и тельца. Заканчивал он долгие подсчёты такими словами: — … Престолов осталось всего-лишь двое, Херувим я один, а Серафимов ни одного. — после чего старик замолчал. Михаил погрузился в раздумья. Печалило его то, что Серафимов не осталось. Эти единственные ангелы, которые содержали в себе силу Бога и Его знания. Был бы хотя бы один, то увеличился бы шанс на победу. — Вот как… — всего-лишь мог сказать ему в ответ архистратиг. — Да, вот так, Михаил. — с злобой и неприязнью ответил ему Азраил — Вот так всё вышло! Ты и сам всё видел, генерал. Видел, но ничего не делал. Ты знал о том, что Серафимы были каждый отравленным, но вместо того, чтобы отправить каждого к Силам, ты отправил их к безмозглому Рафаэлю. Ты и сам знаешь, что он после того падения Твари сам не свой, так теперь он слеп на всю жизнь! — Азраил, твои слова ничего не смогут вернуть. Сейчас нам всем нужно думать о людях, а так же во что мы все превратились. — пытался заткнуть его Михаил. Сейчас не было времени на споры и выяснения кто был виноват, а кто прав. — Не пытайся меня заткнуть, Михаил. — подошёл к нему Херувим — Ты понимаешь что была твоя вина в этом. Я не удивлюсь, если ты имел какие-то связи с Люцифером. Думаешь никто не знает о твоём желании вернуться к нему? К этой нечистой скотине, которая испортило мнение о нас людям. Михаила стало внутри одолевать злость к Азраилу, а так же возмущение. Он только что обвиняет в измене, по факту, единственную надежду на победу и освобождение Михаила. Только он сможет противостоять Люциферу в битве и только он может его победить. Так же злило его то, что бывшего брата оскорбляют. Для Миши он всё ещё оставался братом, как ни крути. — Не смей обвинять в том, что сам не уверен. — ответил ему сдержанно старший архангел. — Все факты на лицо! — резко закричали головы звериными звуками на весь «музей» — Ты понимал что Власти будут куда более эффективный в лечении тысячи, или даже миллионов заразившихся Серафимов, но ты решил сделать по другому. Отправил их всех к Рафаэлю, а потом когда последний Серафим вздохнул, то напали на Рай демоны. Армия не была готова к этому и теперь у меня вопрос. Чем ты с ними занимался?! Почему армия из миллиарда ангелов не устояла перед нечистыми? Ты же должен был их готовить к такому сражению только ты! — кричал и вопил Азраил, а головы его ещё громче издавали звуки. Даже Херувим от злости стал намного выше чем был при разговоре. На самом деле, его рост велик и он настоящие воплощение гиганта. Но сейчас он пытался держать рост выше Михаила так на десять сантиметров. Злость же возвращала его прежний рост. Выглядела эта картина пугающей. Некоторые более слабые ангелы стали прятаться за крыльями более сильных, таким образом они искали защиту в них. Сильным же тоже было страшно. Даже Престолам было не по себе от такого зрелища. Гавриил смотря на это и слыша обвинения был крайне недоволен и, можно сказать, был готов влепить Азраилу пощёчину за это каждой его голове, за то что без доказательств обвинял Михаила в халатности к армии и в измене. Гаврик знал всю правду про Мишу и почему он поступил так. Неожиданный пронзительный и очень громкой голос, который перекрывал голос Азраила и звериные его звуки прошёлся по всей комнате. И долетал до ушей каждого ангела, а возможно и до мозга: — ПРЕКРАТИ ЭТИ БЕССМЫСЛЕННЫЕ ОБВИНЕНИЯ! — От такого Херувим замолчал, а все остальные повернулись ко второму архистратигу — Сейчас ты сеешь раздор среди нас, стараясь настроить всех против одного! — он приблизился к высшему ангелу — Если ты хочешь всё узнать так я скажу: Михаил был сам болен, но намного меньше, чем Серафимы, и не мог предоставить армии достаточных тренировок. Отправил он Серфимов Рафаэлю, чтобы помочь ему выйти из кризиса, и кстати после смерти десяти Михаил сразу же отправил остальных больных к Силам, но они не смогли ничего сделать. И после этого ты смеешь обвинять во всём его?! Как по мне, единственный, кто тут виноват, это ты, не понимающий всей серьёзности ситуаций! А я её сейчас расскажу не только тебе, но и всем ангелам! — после чего он повернулся к остальным пернатым, которые смотрели на архангела. Дальше Гаврик продолжил говорить более спокойно, но твёрдо — Товарищи, сейчас как вы понимаете не только нам тяжело, но и людям. Сейчас они находятся в очень опасной ситуации не только из-за демонов, но и из-за существ которых создал Люцифер. А создал он их очень опасными, и они могут копировать облик смертных, но и им живётся не легко. Многие из них мечтают жить среди людей, не принося им опасность и раздор на Земле. Не могут они этого получить, потому что находятся в рабстве у дьявола! К счастью я смог найти контакт одним из них и он мне согласился помочь освободить вас, но взамен мы должны помочь ему и его братьям и сёстрам получить свободу которую они мечтали тысячелетия. — Ну и как же нам им помочь? — спросил кто-то из толпы. — Нам нужно собраться все вместе и извергнуть обратно в Ад Люцифера, но для этого мы все должны отчиститься от грехов с вами! Каждый из нас погряз во грех, и я пришёл как раз вам помочь избавиться от них. Сейчас мы должны думать с вами о людях, ведь мы единственная их сейчас защита в такой ситуации. Да, с нами нет Его сейчас, но с нами осталась Его вера и Его частичка в нас. Так почему мы должны сейчас её очернять ссорами между нами? Создавать глупые споры и гневаться на всё? — он остановился смотря на всех. Каждый смотрел либо задумчиво, либо виновато. Даже Азраил молчал и просто глядел в сторону. Гавриил хотел ещё сказать им, но его перебил Михаил: — Я полностью согласен с Гавриилом. Слова Создателя были в том, чтобы мы продолжали верить в Него в любую минуту или в секунду, потому что Он взрастил нас всех и обучил каждого Своей мудростью, и эту мудрость и силу мы должны давать людям, а вместе с этим веру. Разве мы её не очерняем сейчас? Не очерняем то, что нам дал Он? Поэтому я прошу вас всех, чтобы каждый задумался над этим. — Миша тоже помолчал пару секунд, а после продолжил — Братья, кто со мной и с Гавриилом будет отчищаться от черни? — Я. — кратко ответил Азраил. Вслед за ним это сказали Престолы, а после Господства, Власти, Начальство, архангелы и ангелы-хранители.

***

— Так в чём твой план? — поинтересовался Вельзевул у Люцифера спускаясь по лестнице храма Создателя. Когда они спустились к площадки лестницы, то владыка остановился и встал прямо перед Вельзевулом. Из огромного рукава князь вытащил шкатулку размером не больше ладони самого Люци. Шкатулка была сделана из тёмного дерева и вырезаны на ней насекомое саранча. Глаза насекомых блестели камнями сапфирами. — Знаешь что это такое? — спросил с ехидной улыбкой. — Не знаю. — ответил ему Повелитель. — Это бесконечная саранча. Он будет бесконечно вылетать из этой шкатулки, пока не закроешь. Если открыть её, то миллион саранчи вылетит наружу и начнёт жрать посевы людей. — голос его был вдохновлённым, будто мысли о том как эти букашки начнут есть все урожай людей и тем самым оставляя их голодными приводило в некое удовлетворение. — Это конечно прекрасно, но это всё? — поинтересовался Вельзи. Он наделся что это не единственное наказание которое придумал смертным Люцифер. Так же в его голове всплыла память о том, как во время войны с ангелами князь Тьмы уже использовал похожий метод, но саранча вылетала прямо из рукава его. Этими словами Люци был оскорблён и злым голосом ответил: — Ты меня за кого считаешь? За какого-то слабенького беса?! Конечно у меня есть ещё много идей и планов на этих глиняных обезьянок! А пока что это самая первая из всех и тебе нужно отдать эту шкатулку Аваддону. — протянув её Вельзевулу тот её взял и стал осматривать — Скажи ему эту шкатулку открыть над каждым посевом на Земле. — Хорошо, я понял тебя. — Вот и отлично. Они спустились с лестницы и продолжили болтать не о чём, а так же Вельзи всю обратную дорогу шутил над владыкой. В общем спускаясь обратно к выходу из Рая было не скучно, как и проходить лес.

***

Пока двое демонов возвращались обратно ко дворцу, Гавриил успел пересказать проповеди, а так же выслушать некоторых ангелов вместе с Рафаэлям и Силами. Миша же занимался с другими более сильными ангелами тренировками. Тренировки были не очень сложными, но и не лёгкими. Они помогли ангелам вспомнить, как держать оружие (за место оружия использовали всё что могли найти в комнате, кроме своих вещей) и некоторой теории. Когда Гавриил заметил копию Стэнли или точнее Тень, то понял что нужно пора завершать сеанс терапии. С Михаилом он вернул каждого ангела обратно в темницу, но теперь каждый из них выглядел немного лучше, чем изначально. Может Гаврику показалось, но он смог даже увидеть, что некоторые стали более яркими. «Может светлая аура стала более сильной?» — задумался архангел. Когда же пришло обратно Мишу заковать в цепи, то тогда ангел заметил что у него после цепей не было ожогов. — Ты не чувствуешь жжение на коже от них? — поинтересовался Гаврик. — Чувствую. — ответил ему архистратиг. В голове Гавриила опять пронеслись те строчки в голове: «Михаил (брат) — «. Архангел опасался, что и у Люцифера может остаться эта привязанность к своему бывшему брату. И тут он вспомнил Адама и Еву. Эти двое были близки до конца жизни, но почему? Потому что Ева была создана из ребра Адама, а первая его жена Лилит была отдельным человеком и не питала такой привязанности к мужу своему. Создатель же никогда ни кому не рассказывал, как создал первых ангелов. Известно только то, что первым был Люцифером, а вторым Михаил, а за ними Серафимы, а после них и все остальные. Левиафан же был ещё раньше до сотворения Люцифера и не являлся ангелом, а являлся когда-то зверем Его. «Мог ли Ты так же их привязать, как привязал Адама и Еву? Если так, то как мне распутать этот клубок?» — задавал вопросы в пустоту архангел. Зачем Гавриилу ссорить двух бывших братьев ещё сильнее? Вся проблема в том, что это может рано или поздно привести к настоящей измене Михаила перед уже может и не Богом, но перед Раем и перед людьми точно. Тем более такая привязанность Миши может сыграть против сражения с Люцифером. Когда Гаврик закончил с цепями, то вышел из темницы закрыв её обратно на ключ. Лицо его было печальным, ведь он всё ещё надеялся что Михаил избавиться от того слепого образа бывшего когда-то святого брата. Смотря в пол боковым зрением, он заметил Тень. Та просто стала показывать ему путь обратно. Архангел молча пошёл за ним. Всё же теперь такое резкое появление копии Стэнли его не сильно теперь пугало, а наоборот успокаивало. Он всегда поможет ему найти путь обратно или повести туда куда нужно, тем более он ничего не сможет сделать. Шли они так долго и компаньон вёл его всё куда-то. Гавриил же не сильно обращал внимание на это, потому что был погружён в свои мысли. Он думал как помочь Мише, но в голову лезли не очень хорошие мысли. Было только одно — лгать ему. «Это же враньё на благо, так ведь?» — пытался оправдать себя ангел. Ложь и враньё никогда не приветствовалась в Раю и за это могли строго наказать. «Если меня и изобьют за это плетью, так пусть эта ложь будет во благо.» — принял окончательное решение архангел. Не оставалось выбора, он же не может их столкнуть сейчас прямо лбами. Не может, а других выходов не было. Гавриил единственный для ангелов источник информации на данный момент, а значит, любые его слова будут считать за правду. Не смотря на ситуацию, Гаврику не хотелось лгать своему брату, но разве перед ним опять есть выбор? Конечно есть, но выбор не самый лучший, а наоборот губительный. Когда Тень привела ангела к его же комнате тот удивился: — Зачем ты привёл меня сюда? — поинтересовался ангел. Тень ничего не сделала. Устало вздохнув, Гаврик вошёл во внутрь. Он стал осматривать комнате и на столе увидел… радио. Обычное радио. Ангел в недоумении подошёл к нему. Здесь никогда не было никакой техники, да и сам Люцифер запретил её приносить в свою комнату. Единственным ответом было то, что это были проделки Стэнли. Архангел не знал как пользоваться радио, но Тень уже успела куда-то исчезнуть. Оставалось только самим догадаться как включить прибор. Нажав на какую-то кнопку радио стало шуметь. Испугавшись, архангел встрепенулся и отпрянул от техники. Всё же ему были чужды технологии людей. Он и так недавно понял, как телевизор работает, а теперь ему нужно ещё и самостоятельно самим разбираться в этом подарке Стэнли. Радио всё так и шумело. «Может надо что-то с ним сделать?» — подумал Гавриил и подошёл к нему. Заметив ещё одну кнопку, но вокруг которой были изображены цифры. Сначала Гаврик попытался нажать на неё, а после понял что её нужно крутить. Крутил он её пока не услышал вместо шума какой-то звук. Что-то было похоже на речь. Покрутив обратно и всё же с огромной силой, но настроив радио ангел наконец-то услышал речь альтернатива. — Ты меня слышишь? — спросил Стэнли слегка шумящим голосом. — Слышу. — ответил ему архангел и присел на стул — Зачем ты мне подарил эту… непонятную вещь? — Хех, это радио. Я подумал, что будет не очень удобно общаться только через тот телевизор, поэтому принёс это. — голос его звучал слегка сонным. — А… теперь ясно. — Гаврик был в какой-то степени счастлив, что у него появился теперь собеседник. За это время он так ни с кем не смог завести разговор. Перекидывался только парой слов с Интрудером и иногда Люцифером. С последним куда часто и приходилось каждый раз выслушивать оскорбления. — Как всё прошло? — поинтересовался альтернатив. — Ну всё прошло нормально, не считая того, что Серафимов нет ни одного. Шанс на нашу победу уменьшается из-за этого, а так же Михаил всё ещё витает в прошлом. — всё это он произнёс с такой грустью и болью, что даже Стэнли прочувствовал это. Как альтернатив слышал его? Ему пришлось обратиться к одному своему знакомому (альтернативу), который разбирается в технике и тот вставит своего рода рацию. Гаврик успел рассказать ещё тогда, когда владыка ушёл в Ад о всех чинах ангелах, а так же о Мише. По какой-то причине Стэнли звал Михаила Мишель , конечно альтернатив пытался выговаривать имя архистратига правильно, но каждый раз это выходило не очень и всё равно звучало не правильно. — Может, его можно как-то от таких мыслей отвлечь? — предложил Стэнли. — К сожалению, нет. Он всегда мог спросить о нём или неожиданно перевести тему. Сегодня же было опять это. — он помолчал минуту и после продолжил, но уже шёпотом — Я не нашёл вариантов, кроме как врать ему. Я уверен тебя это не удивляет, ведь ты привык к лжи, но у нас всё не так. Тем более, он мой брат, и я просто разрушу этим наши отношения, и с меня могут снять титул архистратига. Но я просто по другому не знаю как поступить… — его голос звучал разбитым. Ангел и правда чувствовал печаль и вину. Вину за то что будет так спокойно врать своему брату обо всём, просто чтобы одержать победу. — Я думаю, Мишель тебя простит. Это же ложь во благо, ты не пытаешься использовать её против них и ты используешь её как оружие против моего создателя. Используешь для того, чтобы спасти людей, даже понимая, что тебя будет ждать за это наказание. Как по мне ты поступаешь так, как должен поступать настоящий ангел. — ответил ему Стэнли. Чем-то он был прав в своих речах — Тем более твои же долг как… архистратиг защищать Рай и выполнять долг, так ведь? — Да… так и есть. — Думаю, этого будет достаточно для Мишеля, чтобы понять тебя. Ты это делаешь ради людей, ради него и ради Рая. — Да… — ответил только Гавриил — Ты прав. Если и обернётся для меня смертью за мою ложь, так пусть сделанное мной будет не напрасным и принесёт за собой только спелые плоды. — Я рад, что я помог тебе это осознать. — сказал только Стэнли — У меня у самого есть страх. — И какой же? Альтернатив слегка замялся, но сказал совсем шёпотом: — Я боюсь того, что произошло тринадцать веков назад… Гавриил не понял своего компаньона. Стэнли никогда не рассказывал архангелу, что произошло тринадцать веков назад. Было у ангела предположение, но он не знал прав ли он. — Можешь рассказать поподробней? — Помнишь, я рассказывал о первом восстании альтернативов? Так вот, когда это произошло то все демоны вылезли на поверхность ночью. Пока смертные сладко спали, нечистые в это время уничтожали всех, кто связан с восстанием. — тут он приостановился на рассказе. Может быть он вспоминал что-то — Конечно, не все альтернативы приняли в этом участие, а именно молодые. Которым был только век или даже меньше. По словам моего знакомого Y он тогда был свидетелем всего этого и сам лицезрел расправы над нашими. По его словам были убиты все старые альтернативы и кровь их была везде. Осталось тогда больше тысячи новых. — он опять помолчал и сказал шёпотом — Я не хочу опять такого же… Гаврик был, мягко сказать, в шоке от услышанного. Его поражало в Люцифере его жестокость. Переубивать практически всех своих создании ради чего? Чтобы запугать новых, ведь всё равно альтернативы не смогли бы противостоять против своего создателю, даже кучей они бы не справились. — Послушай меня, — позвал его архангел — жертвы конечно будут, как и в любой войне, но нам нужно постараться минимизировать их. Я уверен, мы справимся с тем, чтобы оставить как можно больше твоих братьев и сестёр. Если мы будем стараться вместе, то сможем победить Люцифера. — Я это всё понимаю, но вдруг что-то пойдёт не так? Это как химическая формула. Любая ошибка приведёт к краху. В нашем случай к проигрышу. — Я постараюсь сделать всё что в моих силах, чтобы этого исхода не было. — обещал ангел своему союзнику.

***

Пока же они болтали во дворец вернулся Люцифер. Первым делом он пошёл искать Шестёрку, благо он был здесь. Приказал он ему сообщить Эй о вечернем собрании альтернативов — правителей. Обсудить он должен был с ними о проблеме и рассказать каждому план. Так же он дал ещё один приказ Интрудеру, сказать другим альтернативам позвать лже правителей. Сам же владыка вернулся в свою тайную комнату и сел записывать в дневник терзающие мысли и воспоминания после экскурсии в Раю. Пока он выводил текст, то стиль не менялся, но вот когда его затрагивали неприятные ему моменты, можно сказать своего рода «тригер», то выводил более толстые буквы, а так же сильно надавливал из-за чего в нескольких местах образовались дырки в листах.

***

Сегодня я решил вернуться в место моего прошлого. Место, которое так ненавистное мне, но такое родное когда-то. Ещё тогда, когда Он менял эту планету и делал её пригодной для жизни будущих существ, то я был его помощником в этом. Я ему носил нужные ингредиенты для создания высшего творения Его — человека. Как сейчас помню, Рай был весь из дерева и только храмы строились из кирпичей. Весь Рай был белым, а солнце святило на нас своим жёлтыми лучами. Да и не жёлтые они во все. Среди же ангелов я занимал почётное звание своего рода, священником и оратором Его. Облик мои ещё не был таким уродливым, а наоборот, прекрасным. Светлая кожа, округлённые черты лица, длинные вьющиеся волосы, бело-желтоватые. Хотя на свету они казались жёлтыми или вовсе говорили мне, что мои волосы как чистое золото. Одевался я как и положено священнику в длинных одеждах, до самой земли, белоснежных цветов. Альба и с стола поверх которой была казула , а украшало их множество узоров золотых и камней драгоценных. Да, я был Его любимчиком. Жил же я в храме называемом «храм Трёх братьев». Жил там я не один, а с Михаилом и Гавриилом. Гавриил не был нам родным братом, но по духу являлся им. Был среди всех ангелов, я тем самым на ком все хотят равняться. Каждый из них верил мне, каждый уважал и любил. А я тогда был молод и глуп и любил их в ответ и уважал. Какого же было моё разочарование в них после. Стоя у порога когда-то родного я вспомнил тот вечер. Тогда я вернулся обратно в Рай, когда раздобыл прах земной. Это было последнее что я принёс для Него. Подлетев к воротам огромным я зашёл во внутрь. Было мне тогда это место домом родным. Сейчас же я ругаю себя, что тогда из-за своей глупости просто не уничтожил этот прах. Помню, что место было… нет, не золотым, а пустым. Пару фонарей и скамеек, а так же ковёр на полу. Не любил он роскошь, поэтому всё выглядело бедно. Окна переливались от лучей заходящего солнца различными цветами. Зелёным, красным, синим. Взор мои был прикован своего роду «трону», снизу которого вертелись Престолы. Они были обычными колёсами для быстрого передвижения Его. Смотрели они своими миллионами глаз на меня. Стены же были вокруг исписаны само появляющимися фресками. На них были детально изображены три мира: Небесный, Земной и Нижний. На каждой можно было рассмотреть, как каждая фигура двигается выполняя свою работу. На пример сейчас Гавриил готовил себе, мне и Михаилу ужин, а сам Миша тренировался с копьём. Повернулся я направо, и там стояли закрытые ворота. Туда мне не разрешал ходить Он. Причины я не знал, но когда я сверг Его то открыл дверь в ту комнату. Меня ждала просто пустая комната, но в ней была застеленная кровать, книги, стол с разорванными листками и разные безделушки. Всё это было в пыли. Комнатой Левиафана это не было, потому что извергнул его до создания Рая Он. Перейду к дальнейшему рассказу. Повернувшись налево я увидел двери, которая одна из них была приоткрыта и оттуда светил свет. Я пошёл туда, потому что знал что там Он. Зайдя меня ожидало огромная комната и в ширину и в длину. Множество полно с разными глиняными существами или просто предметами, а так же справа у окна стоял стол с различными записями и чертежами чего-то. В середине же сидел Он. Лепил что-то из глины на гончарном круге, а перед ним стояли две фигуры. Мужская и женская. Фигуры были давно разукрашенный в своих цветах. Каждая была из них по-своему хороша, виднелась Его любовь к ним и с каким трепетом делал их. — Отец. — позвал Его я. Услышав мои слова, Он остановился лепить и вытер руки о фартук, встал и повернулся ко мне. Описать Его я не знаю как. Сам по себе Он не имел облика, а значит был бессмертным. Обличий, который он принимал в Раю был одним и тем же. Лицо белого седоволосого старика с короткой бородой, глаза же были узкими, как у азиата, руки были тёмные (не от глины, а цветом кожи), ступни Его я редко видел, но были они, если не ошибаюсь красными, как у индейца, а тело… тело Его я не видел, но отчётливо под одеждой можно было разглядеть женскую грудь. — Рад тебя видеть, Денница. — ответил Он мне. — Я принёс Тебе то, что ты просил. — я поднёс Ему банку в руки с прахом земным. — Вот молодец. — похвалив, Он поставил её на стол со всеми другими готовыми ингредиентами для создания людей. На столе была обычная разрыхлённая земля, листья от деревьев, уголь из камина (ещё не остывший), вода и сама банка с прахом. — А когда Ты их создашь? — спросил я подойдя к одной из фигуре. Глаза её были закрыты, будто спит, но на самом деле это не было так. — Завтра утром уже они будут оба готовы. — заметив мои заинтересованный взгляд, Он спросил — Не хочешь мне помочь выбрать какое из имён мне им дать? Тогда я был сильно удивлён, что Он дал мне возможность помочь выбрать имена им. Не смотря на то, что я был самым Его любимым ангелом я не вмешивался в Его дела. Да и Он сам не давал такого права.Вдохновлённый я воскликнул: — Конечно, я не против Тебе помочь! Дав мне листок с именами я стал их читать. Каждое из них мне не нравилось, слишком уж были они длинными для первого человека. Нужно было короткое, но звучное. Хотел я это сказать Ему, как на конце списка увидел то самое имя: «Адам». — Думаю первому подойдёт имя Адам. Короткое и звучное. — дал свои ответ я Ему. — Хм… согласен с твоим выбором, Денница. Всё же они будут как дети и им не нужны длинные имена. Потом он дал второй листок, но уже с именами для второй фигуры. Имена опять были длинными, но всё же я смог найти два хороших имени Ева и Лилит. Я думал над тем, какое всё же выбрать и пришёл к заключению что будет лучше выбрать второе имя. Но по случайности я ошибся с произношением слова. — Для второй фигуры будет лучше выбрать имя Лили. — Лили? — переспросил Он меня и взял в руки список. Перечитав Он спокойно сказал — Здесь написано Лилит. — Я извиняюсь за свою ошибку. — раздосадовано сказал я Ему. — Впредь будь аккуратнее с именами. Любая ошибка может изменить судьбу существа. — сказав это, Он положил список на стол. — Ты всё же будешь нести им мудрость и должен это знать. — Я понял. Долго я ещё смотрел на вторую фигуру. В Раю не было женщин, поэтому видеть что-то новое было необычным. Из-за любви подаренным мне Им, я хотел дарить её каждому. Даже людям. Нести за собой Его мудрость другим и помогать. В тот вечер я ещё посидел с Ним. Я всегда много времени проводил в Его компании. Учил Он меня всему что сам знал и развивал мои способности и силы, которые Сам и дал при создании. Знаю я многое из-за этого, знаю и из чего Он создал ангелов. Создал Он их из люциды . Энергия её заменяет кровь ангелам, но поскольку частицы её не видны, то создаётся ощущение того, что у ангелов нет крови. Когда же ангел грешит то люцида темнеет и становится чёрной жидкостью. В этот же вечер Он дал мне тогда попробовать из глины что-нибудь создать, но был провал. Я не смог тогда сделать чёртову вазу. Чтобы меня как-то взбодрить Он сказал мне: «Ты не был создан, чтобы творить. Но если постараться, то сможешь сотворить вазу.» На следующий день были созданы люди. Как и все ангелы я присутствовал в знакомстве с ними. Происходило это так: ангелы собрались вокруг Эдема и смотрели на первых людей, а Он рассказывал Своим новым творениям о созданном мире и о ангелах. Тогда назвал Он их совершеннейшем творение Своим, а после услышав о том что мы — ангелы должны служить этим куклам первый кто выразил недовольство своё. — Моё было желание ПОМОГАТЬ, а не СЛУЖИТЬ какой-то глине на ножках! Не должен я как превосходное создание Твоё этим заниматься! — кричал тогда я. Был я зол и улетел тогда я в Рай. Пришёл мне ещё и Михаил в келью и стал расспрашивать, почему я так высказался. Тогда я ему всё сказал, но тот твердил, что: «Закон Его истинный вместе со всяким словом. Значит мы должны делать то что он говорит.» Тогда я разочаровался в нём, как и в других ангелах, которые приняли такую политику.Тогда я стал нести «мудрость» людям. Мудрость о смерти, предательстве, насилии и жестокости этого мира. Этому не был рад Он, но я в это же время наращивал свою власть среди ангелов. Собрав огромную группу одну треть ангелов, я рассказывал им почему быть слугой глиняных обезьян плохо и почему я лучше Его. Все они верили каждому моему слову. Перед тем самым роковым днём, когда весь мир и весь Рай должен был облиться кровью и страданиями, вечером у меня завязался последний навсегда разговор с Ним: — Ты сильно разочаровал меня, Денница. Очень сильно. — говорил Он это смотря на фреску. Голос Его звучал строго, но раздосадованным. — О ком ты говоришь? Тут только Ты и Люцифер. — ответил Ему я презренно и саркастично. — Довольно твоих игр! — повернувшись сказал Он. Взгляд Его был злым и суровым. Такого Его ещё я не видел — Твоя гордыня погубила тебя и твоё сладострастие из-за которого ты убил человека! Я прощал тебе многое, давал шансы на искупление, но с меня хватит твоих выходок. Завтра на рассвете солнца тебе отрежут крылья и извергнут в Ад и заморозят в ядре Земли во льдах, которых Левиафан ещё томиться. — Ты же говорил показать им мудрость, так я им и показываю. Показываю на сколько жесток этот мир. На столько, что променял своего сына, который с тобой не одно тысячелетие вместе летал в поисках лучшей планеты на каких-то только созданных обезьян! Я всегда был луче всех и Ты это понимал Сам. — тогда я улыбнулся в злобной улыбке — А… я понял… Ты боишься, что я тебя просто смогу уничтожить? Почему Ты не можешь меня сразу повелеть убить? Точно, у тебя рука не дрогнет причинить сильнейшему созданию боль. В ту минуту Он промолчал и сказал шёпотом: — Лучше бы ты не был превосходным созданием. Запись была не закончена, потому что Люцифер не захотел вспоминать тот разговор.