Что-то на банальном

О том, что вторая попытка выполнения задания была лучше думала только Стелла, а Беатрикс ни за что с этим бы не согласилась. Первая попытка тоже была неплохой. Но сделанного не воротить, поэтому Беатрикс села на кровать, прихватив стакан. — Не дуйся, это всего лишь задание. — Я не дуюсь. С чего ты вообще взяла? — Беатрикс посмотрела на Стеллу, а когда заметила её взгляд стушевалась. — Из-за этого «всего лишь задания» моя репутация пойдёт коту под хвост, а ты прекрасно знаешь как я ей дорожу. Да. Это точно. Для Беатрикс её репутация была чрезвычайно важна, Стелла об этом раньше даже и не думала: Беатрикс была похожа на того человека, которого что-то подобное волновать не должно. Как оказалось, мнение Стеллы было ошибочно. От выпитого алкоголя голова шла кругом, Стеллу он никогда так быстро не брал, но, скорее всего, сказался залпом выпитый стакан виски. Отставив оный на стол Стелла уставилась на Беатрикс, ожидая от нее заветного вопроса. — Правда или действие? Мысли лениво кружились в голове, не связываясь во что-то единое. Казалось, что Стелла явно переборщила, переоценив себя. Вздыхает и медленно моргает, как в замедленной съёмке, не перестает смотреть прямо на Беатрикс и отвечает слегка заплетающимся языком: — Действие. Беатрикс склоняет голову в бок на птичий манер, слегка поджимает губы и щурится. — Знаешь, подруга, мне кажется, что тебе на сегодня хватит. Она поднимается с кровати и быстро подходит к Стелле, останавливая ее руку, потянувшуюся за бутылкой алкоголя. Стелла заторможено, с промедление в пару секунд, отдергивает руку из-за дотронувшихся к ней холодных пальцев. Беатрикс не понимающе смотрит, но убирает руку, не задавая вопросов. — Думаю, отправлять тебя в таком состояние в твою комнату опасно не только для тебя, но и для окружающих. — Беатрикс относит бутылку виски обратно в шкаф, а стакан Стеллы с плещущимся на дне напитком отставляет дальше на стол. — Поэтому можешь остаться здесь, но придется спать на диване — на кровать не пущу. Простите за такую грубость, Ваше Высочество. Рекой льющееся ехидство из уст Беатрикс Стеллу совершенно не задевало. Привыкшую к этому за такое количество времени принцессу это даже веселило, пробивало под действием алкоголя на тихий смех, а гору опасений, тревог и непрошеных мыслей заставляло свалится с плеч, как кем-то выброшенный мусор — так легко и не обременительно ей было без необходимости поддерживать образ прилежной «принцессы». — Мы можем продолжить без алкоголя. — Конечно можем, но есть один нюанс, — Беатрикс показательно поднимает указательный палец перед глазами Стеллы. — Мне нравится расслабленная соображающая принцесса, а не расслабленная и не думающая своей светлой головой. Поняла? Стелла медленно утвердительно кивнула. — Славно. Беатрикс в очередной раз подошла к шкафу, достала из него постельное белье и передала его Стелле. — Сможешь сама постелить? Стелла снова кивает и даже в таком состоянии не перестает наблюдать за мимикой лица Беатрикс. За приподнятой вопросительно правой бровью, за чуть поджатыми губами, уголки которых чуть дергаются из-за старательно сдерживаемой улыбки, ведь Беатрикс пыталась выглядеть строгой и серьезной. Мельком пролетевшая мысль заставила Стеллу рассмеяться в голос. — Меня всерьёз начинает беспокоить твоё состояние. Ты точно в порядке? — львиная доля сарказма могла отпугнуть кого угодно, но точно не Стеллу. — Да, прости, просто подумала кое о чем. — всё ещё посмеиваясь, но уже гораздо тише, начала Стелла. — Ты мне сейчас ужасно напомнила Даулинг. Серьезно, выражение лица точь в точь как у нее. То, каким взглядом Беатрикс посмотрела на Стеллу заставило ее поежиться. Улыбка с лица сошла тут же, а глаза вместо того, чтобы смотреть прямо в оные Беатрикс, бегали по всей комнате, пытаясь зацепиться хоть за что-то. — Сравнение ужасное, уж поверь. Пожалуй больше не буду придумывать для тебя подобные наказания. Не найдя в комнате ничего, что могло бы ее заинтересовать Стелла опустила глаза в пол, выглядя при этом до ужаса виноватой. От Беатрикс послышался тихий смешок. — Выглядишь как провинившийся котенок. Мило. Кровь тут же приливает к лицу Стеллы, она вскидывает голову и непременно хочет ответить что-то колкое, но Беатрикс на нее уже не смотрит, стоя спиной к ней и расстилая собственную постель. Мгновенно появившаяся радость, что незамеченные покрасневшие щеки не станут новым поводом для шуток затмила всё недовольство. Стелла счастливо улыбается и пялится в спину Беатрикс, все ещё держа в руках постельное белье, слегка сминая его пальцами. Беатрикс уже закончила, поэтому поворачивается к Стелле, которая так и не сдвинулась с места. — Стелла, — устало произносит она. — Пора спать. Стелла встрепенулась и встала, едва удержавшись на ногах, после чего быстро подошла к дивану, на котором принялась неуклюже расстилать выданное ей постельное белье. Она спиной чувствует как Беатрикс за ней наблюдает, от чего щеки вновь непроизвольно краснеют, а руки все сильнее не слушаются. Спустя долгие пять минут, показавшихся вечностью, она справилась с, казалось бы, лёгкой задачей. Села на диван, будь он проклят, и неуверенно улыбнулась, посмотрев на Беатрикс. — Молодец, принцесса, я уже думала, что придется помогать. Она щёлкнула пальцами и свет в комнате погас. Стелла моргнула, пытаясь привыкнуть к темноте, которую рассеивает лишь слабый свет из окна. Слышится шуршание ткани, по которым стало понятно, что Беатрикс снимает рубашку. Щеки, а вместе с ними и шея, начинают гореть. Стелла сразу отводит взгляд от различимых в темноте очертаний тела, отворачивается полностью и ложится на диван лицом к его спинке. Шумно вздыхает и закрывает глаза, почти сразу проваливаясь в сон. Пробуждение оказалось не лучшим, чего и следовало ожидать после такого количества выпитого алкоголя. Стелла протяжно вздыхает, переворачивается на спину и медленно открывая глаза, несколько раз моргает, чтобы прогнать мутную пелену перед ними. осматривает потолок, стены, шкаф, и тут понимает, что она не у себя в комнате. Стелла встрепенулась и тут же приняла сидячее положение, сразу же пожалев об этом — ужасно разболелась и так дающая о себе знать голова. Воспоминания минувшего вечера быстро проносятся в голове, прогоняя появившуюся панику. Уже осмысленно осматривает комнату, медленно ворочая головой. Беатрикс в кровати, да и в комнате, не оказалось, зато рядом со Стеллой на стуле стояла полная кружка воды, а рядом с ней блистер с таблетками от головы, которую она сразу же проглотила, запивая водой. Сложенный лист бумаги она замечает только тогда, когда полностью осушив кружку ставит ее на стул. Берет ее в руки и раскрывает, вчитываясь в заострённые буквы. «Я у Даулинг, ты же знаешь, наказание и все такое. Вернусь точно не скоро, поэтому напоминаю так: не забудь прятаться ото всех, ведь уверенна, выглядишь сейчас безобразно. С уважением, Беатрикс». Стелла сминает бумажку рукой и кидает ее на кровать Беатрикс, точно зная, что та ее найдёт и непременно поймет посыл. Телефон оказался на столе: почти разряженный, но исправно работающий. Посмотрев на время Стелла ужаснулись — соседки точно начнут задавать вопросы о ее ночных похождениях, ведь в одиннадцать утра как минимум Аиша и Флора уже бодрствуют. Решение Стелла приняла быстро — нужно добраться до собственной комнаты, а с соседками она потом разберётся. Подскочила с дивана, после чего чуть не упала на него же — из-за крайне неудобной позы во сне спина ужасно разболелась. Себе под нос ругаясь на то, что в комнате Беатрикс по какой-то странной причине вместо второй кровати был диван, Стелла тихо подошла к двери, и успокоившись, прислонила голову к ней, пытаясь расслышать звуки из общей комнаты. Слышно ничего не было, поэтому она осторожно открыла дверь и также тихо пробралась к той, что ведёт в коридор. За ней тоже не было и малейшего шума, что странно, ведь по выходным обычно студенты Алфеи свободно ходят по школе, не торопясь на уроки. Выбросив все мысли из головы Стелла открыла очередную дверь и скрылась в первом же повороте, заварачивая в свое крыло. Проскользнула мысль, что комната Беатрикс осталась открытой, ведь ключа не было, но здраво рассудив, Стелла решила, что никто в своем уме не вздумает пробраться в ее комнату. А если все-таки кто-то это сделает… ну, это уже не ее дело. Половина пути до комнаты пройдено, но Стелла так и не встретила ни одного студента. И вот, казалось бы, так будет продолжаться и дальше, но из поворота, нужного Стелле, послышались голоса. Глаза сразу забегали в разные стороны в поисках укрытия, а когда оно нашлось она быстро забежала в кабинет, оказавшийся заброшенным. Разговаривающие девушки прошли мимо двери и Стелла облегчённо вздохнула, в голове на чем свет стоит проклиная мать и ее дурацкое украшение. Стеллу вызвала к себе в кабинет мисс Даулинг не называя причины. Напряжение и нервозность появились мгновенно, ведь директриса никого просто так к себе не вызывала, особенно во время уроков. До кабинета Стелла шла не больше пяти минут и зашла в него после того, как получила на это разрешение. Даулинг сидела за своим столом, перебирая документы. Когда же увидела Стеллу — отложила их, полностью обращая свое внимание на принцессу. — Стелла, рада, что вы так быстро пришли. — она кивнула ей и встала из-за стола, огладила складки на рубашке и встала перед Стеллой. — Я бы хотела поговорить с вами до того, как ваша мать придет. — Мама здесь? Зачем? Королева Луна не часто посещала Алфею, ещё реже приезжала, чтобы повидаться с дочерью. Их встречи Стеллу нервировали с того момента, как их отношения испортились. — Да, именно поэтому я вас позвала. — она тихо вздохнула и потерла пальцами переносицу. — Дело в том, что вы часто пользуетесь скрывающей магией и выходите за приделы барьера, ваша мать узнала это и была крайне встревоженна. Встревоженна? Как-то сложно верится. Больше подходящим вариантом было то, что она беспокоилась о своей репутации. — Она месяц назад завела разговор об артефакте, который эти действия с вашей стороны будет пресекать, — Стелла тут же вскинулась, ведь прекрасно знала, о каком артефакте шла речь. — но я отговорила ее, сказала, что поговорю с вами и вы перестанете это делать. В этот момент Стелла словила не себе осуждающий взгляд, от котрого смутилась, но быстро взяла себя в руки. Такой разговор состоялся. Послушалась ли Стелла? Ответ очевидный — нет. — После этого мы с ней неоднократно разговаривали, один раз даже повздорили, ведь я утвержада, что использование данного артефакта малость негуманно. К сожалению, вчера она меня даже слушать не стала, сказав только то, что приедет сегодня. Глаза Стелла в панике забегали по лицу Даулинг в надежде найти хоть малейший намек на ошибку, полностью осознавая, что не найдет его. Тревога, зародившаяся с того момента, как она переступила порог кабинета разрасталась, постепенно поглощая все осмысленные мысли. Захотелось сбежать, спрятаться где-то далеко, где мать точно не найдет. Как в детстве, когда она убегала с нудных уроков этикета, который она и так отлично знала, и пряталась в самой дальней комнате дворца, куда даже персонал не заходил. Она почти вышла из кабинета, когда дверь распахнулась прямо перед ее носом, а в проёме стояла ее мать. Стелла сделала несколько неловких шажков назад, почти спотыкаясь о собственные ноги. Луна зашла в кабинет и холодно поздоровалась с Даулинг, только вскольз посмотрев на нее. — Стелла, — названая еле ощутимо вздрогнула. — рада видеть тебя. В голосе ни капли радости — он такой же холодный, как и всегда. — Взмаимно, мама. Голос Стеллы надломленный, она прекрасно осознавала, что произойдет. Она могла отсрочить неминуемое, но не успела. — Думаю, мисс Даулинг посвятила тебя в суть дела. — она подошла к директорскому столу, поставила на него сумочку, раскрыла ее и достала небольшую коробочку. — Меня очень расстроило твое непослушание. Ты знаешь что это. Не вопрос — утверждение, на которое Стелла все же кивнула, напряжённо смотря то на коробочку, то на лицо матери. Луна открыла ее, представив на обозрение красивый камень, украшающий артефакт, после чего попросила снять кофту. — Пожалуйста, не надо. — Стелла звучит тихо и жалобно, почти умоляюще. Во взгляде матери проскальзывает почти не видное презрение, от которого Стелла поежилась. — Ты сама виновата. Ее слова как приговор звучат в голове на повторе. Виновата, виновата, виновата… Сколько раз слышала это — и каждый раз как в первый. К глазам мгновенно подступили слезы, которым Стелла не позволяла пролиться: закусила нижнюю губу до боли и крепко сжала ладони в кулаки, впиваясь ногтями в нежную кожу. «Принцессе не дозволено проявлять эмоции» Стелла без каких-либо ещё пререканий сняла кофту, оставив ее висеть на локтях, и развернулась к матери спиной, краем глаза замечая сочувствующий взгляд Даулинг. Стало ужасно паршиво на душе: и от того, что директриса стала свидетелем этого, и от того, что она все ещё не могла пойти наперекор матери, стоило только услышать от нее слово «виновата». Послышался стук каблук, который значил, что Луна подошла ближе. Стелла затаила дыхание, и приготовилась к боли. Долго ждать не пришлось — мать не церемонились, не подготавлила речами, а почти сразу прислонила артефакт к спине, позволяя ему глубоко вцепиться, так, что ни за что не оторвешь. Из груди к горлу поднялся крик, дабы сдержать который Стелла закусила губу до крови и зажмурилась до белых пятен перед глазами. Во рту появился противный металлический вкус, повлекший за собой тошноту. От спины по всему телу расходились болевые импульсы, которые, казалось, не собирались заканчиваться. Вся суть артефакта в том, что он блокирует определенный тип магии, сопровождаемый запретом на выход из определенной территории, окружённой барьером. Его предварительно стоит напитать магией самого барьера, чтобы он работал полностью. У него есть аналоги, он не единственный в своем роде, и очень часто во дворце подобные ему — полностью блокирующие магию — используют на провинившейся прислуге, запрещая им пользоваться магией для выполнения обязанностей, заставляя их делать всё собственными силами, не надеясь на магию. Блокировка всей магии разом проходила болезненней, но гораздо быстрее, чем блокировка одной единственной способности. Боли от ножек похожего на паука артефакта, которые впиваются в кожу, почти не ощущяются, ведь накладывается обезболивающий эффект, который, в прочем, не помогает, ведь процесс все равно до ужаса болезненный. — Можешь идти. — прозвучал голос матери. Стелла будто очнулась. Боль притупилась, но не отступила полностью, поэтому едва шевеля руками она накинула кофту обратно на плечи, не поваричиваясь к матери и не прощаясь с ней выскочила из кабинета так быстро, ка столько могла. Никуда не ушедшие слезы душили, не давали нормально вздохнуть, а перед глазами все расплывалось. Слез удержать не удалось — одна слезинка скатилась по щеке, Стелла быстро смахнула ее. Именно тогда она заметила пристально наблюдаюдую за ней Беатрикс, но ни сказав ни слова ушла в свою комнату. На оставшиеся уроки в тот день она не ходила. Девушки прошли, а значит путь свободен. Стелла вышла из заброшенного класса, и направилась дальше, заварачивая в нужный ей коридор. Окончательно расслабилась она тогда, когда заметила дверь в общую комнату. Стелла к ней почти бежела, настолько было радостно, что никто в итоге не застал ее в негляже. Распахивая дверь она надеялась только на то, что в гостиной никого не будет, но надежды не оправдались — на одном из диванов сидела Флора, читающая книгу. Она сразу, услышав посторонние звуки, подняла глаза на Стеллу, смотря на нее с ехидным прищуром, от которого Стелла стало слегка не по себе. — И где же была наша принцесса? — Флора поднялась с дивана, отложив книгу на рядом стоящий столик. — Неужели она повстречала прекрасного принца? Лицо Стеллы едва ли скревилось, но Флора отличалась поразительной внимательностью к мелочам и сообразительностью, поэтому от нее выражение лица Стеллы не скрылось. — Принцессу? — ее глаза лукаво блеснули. Непроизвольно покрасневшие не пойми от чего щеки Стелла как могла проклинала, как и то, насколько Флора наблюдательна. — О-о-о, я знала! — она возбуждённо подпрыгнула на месте, сверкая широкой улыбкой. — Между вами же прям искрит, было бы странно, если бы ничего не было. — поймав непонимающий взгляд Стеллы на себе Флора дополнила: — Не беспокойся, заметила только я, и рассказывать никому не собираюсь — это не мое дело. Она утешающе положила руку на плечо Стеллы, пару секунд слегка сжимала его, после чего отпустила и вернулась обратно на диван, вновь увлекшись книгой. Стелла ничего не понимала, поэтому предпочла наконец добраться до собственной комнаты и принять душ, что она и сделала.