Танец сердца в тишине

      Суббота. Восемь утра. Все в отеле спят, но в номере 124 уже не спит Пак Чимин. Как только они приехали домой, он сразу после душа заснул крепким сном и даже не просыпался ночью из-за того, как часто Юнги вертелся в постели.       Из кухни тянется тонкой струйкой аромат американо. В хорошем настроении, блондин листает ленту ТикТок. Вдруг на телефон приходит сообщение:

Зародыш Слышь, принеси пж попить, а то горло щас пересохнет

Вы

А где «доброе утро, мой господин Пак»?

И почему это я обязан тебе что-то приносить?

Зародыш Блять, Чимин пж по-братски принеси кофе, пить хочу очень

Вы

Я подумаю, может быть когда-нибудь что-то и принесу

Зародыш Ну Чимин по-братски Я потом посуду намою: (

Вы

Окей, твоя взяла

Только я потом посуду намою

С тебя уборка в номере ;)

Зародыш Но мы же в кино собирались сегодня сходить ㅠㅠ

Вы

А мне пофик -_-

Зародыш А мне нет ㅠㅠ

      Отложив телефон на стол, Пак встал и подошёл к кофеварке. Из спальни раздался стон боли. Естественно, ведь Юнги не желал прибираться, эх, он просто хотел чашку кофе…       Пожалев бедолагу, Чимин подумал, что может ему немножко помочь в уборке, и понёс готовый кофе. Войдя в комнату, он увидел довольно забавную картину: Мин Юнги, суровый рэпер всея Кореи, спал, запутавшийся в одеяле с немного опухшим лицом; на его ногах были надеты светло-розовые носочки с рисунком в виде котиков. «Сам как кот, так ещё и с котами спит, » — прозвучало в голове Чимина. Он счёл это довольно забавным фактом, сфотографировал старшего «на память» и пришёл к выводу, что сам сделает уборку.       Пак поставил чашку кофе на стол и посмотрел на соседа. Он не мог понять, кто они на данный момент друг для друга: до сих пор враги или уже на стадии простых неприятелей? А может уже и приятели? Чимин не знал явного ответа на этот вопрос, но зато точно знал, что негатива он сам по отношению к Мин Юнги не испытывает. Связано ли это с тем, что старший перестал над ним издеваться и вроде как даже не острит в его адрес? Возможно. Он видимо сам и не понял, что завис и теперь смотрит, хотя лучше будет сказать, пялится прямо на брюнета.       — Что ты делаешь? — раздался сонный голос старшего: тот сонно потирал глаза. Увидев остолбеневшего Чимина, чьи глаза застыли, уставив взор на него, Юнги не понял, что надо соседу. После вопроса глаза Пака расширились. Он осознал происходящее и растерялся, — Чимин, ты чего? Тебе плохо?       — Что? Н-нет, просто я принёс этот… как его… кофе! Да, кофе… И хотел тебя разбудить, но не знал как… — рассеянно произнёс он.       — Поэтому решил просто пялиться на меня? Или что?       — Ни в коем разе! Я просто задумался…       — О чём же? Как меня будить? — Юнги сел на край кровати и сложил руки на груди, непонимающе смотря на блондина.       — Ну, получается, что да, — пожимая плечами, сказал Пак.       — О, Господи, — пробормотал тот, — В следующий раз просто буди меня, сразу говоря, зачем будишь, окей? — он подошёл к шкафу и открыл его, доставая оттуда одежду.       — Окей.

***

      — Ну что? Все собрались?       — Да, Джун, почти все.       — Погоди, Хоби. А кого нет? — спросил лидер, считая собравшихся мемберов.       — Угадай.       — Минов?       — Ты прямо ванга! Тебе бы на шоу экстрасенсов, — смеясь в кулак, пошутил Хосок, — Ты же знаешь — они вечно опаздывают. Лишь бы на кино не опоздать!       — Кстати, ты заметил, что они стали меньше ссориться?       — Они вообще перестали ссориться, так ещё и Юнги его не стебёт и не орёт. Странно это, — произнёс подошедший Тэхён.       — Может они сблизились, прибывая в одном номере? — начал рассуждать Хосок, — Или что произошло, что помогло им найти общий язык?       — Не может быть такого. Вряд ли эти двое когда-нибудь поладят спустя несколько лет обоюдной вражды.       — Ну, — Тэхён игриво посмотрел на лидера, — как вы все знаете — от ненависти до любви всего лишь один шаг :)       — Хахаха, не смеши мои тату, Вишня! — прокричал Киму макнэ, борясь с Джином за пачку сырных чипсов, — Если они начнут встречаться, то с меня миллион вон!       — С меня 500К, если Чимин первый признается. Больше не дам, — произнёс Джей Хоуп.       — С меня тоже 500К.       Мемберы скинулись: каждый поставил условие и сумму. Мины в это время уже стали выходить из номера. Первым вышел Шуга и придержал дверь, чтобы Пак вышел следом. Далее они направились к их группе, намеренно не смотря друг на друга.       — О, наконец-то! Мы уже хотели без вас уйти. Чего вы так долго? — Измученно спросил Чонгук, явно заколебавшийся ждать, когда они уже придут.       — Чимин-щи, а что у тебя на шее? — Все посмотрели на Чимина, а затем переглянулись между собой: на шее был недольшой багрово-синий синяк, — Засос что ли?       — Не, просто ударился, — Чимин настороженно посмотрел на членов команды.       — Вы что.?       — НЕТ! — одновременно вскрикнули Мины.

Как это было…

      — Ты скоро?       — Да, щас только возьму портфель.       — Давай быстрее, а то опять все ждать будут, — Шуга вышел из комнаты и направился в прихожую. Глухой звук удара заставил его повернуться, — Что уже случилось?       — Ай… Блять, ну надо же так… — из прихожей было видно, как Чимин из-за своей неуклюжести упал на пол. Встав, он начал аккуратно потирать шею, — Ты иди, я позже подойду.       — Что случилось-то? — Юнги вошёл в комнату.       — Да ударился… Нормально, пройдёт.       — Дай посмотреть.       — Да не, не нужно, честно… — но брюнет уже подошёл к Мину, беря того за шею и притягивая ближе, чтобы осмотреть место ушиба.       Рука аккуратно коснулась шеи, и пальцы медленно скользнули в поисках больного места. Постоянно спрашивая, болит или нет, Шуга внимательно наблюдал за поведением младшего. Щёки Чимина почему-то покраснели; в следствие этого Пак отвернулся от Юнги, чтобы тот не заметил. Ощущение, что твоей шеи касаются так нежно и аккуратно, не давало ему покоя. Когда всё-таки стало больно, изо рта вырвался голос боли:       — Ай! Больно!       — Окей, приложи руку к больному месту и жди. Я сейчас приду, — оставив пострадавшего, Мин пошёл на кухню за льдом. Вернувшись, он приложил холод к шее, — Это поможет снять напряжение.       — Хорошо, — Чимин взял пакет со льдом, а Юнги пошёл в прихожую номера, — Ты куда?       — Будем сейчас тебя одевать, что уж тут поделаешь, если шею ушиб.       Взяв кроссовки соседа, брюнет вернулся и усадил младшего на кровать. Он снял белые пушистые тапочки с помпонами и принялся одевать кроссы. Делал он это, словно не хотел как-либо навредить или боялся причинить вред. Чимин сидел и наблюдал за таким Мином Юнги. «Так вот каким он бывает?» — подумал Чимин, — «Мин Юнги, сколько тайн ты ещё хранишь в себе? Я даже и подумать не мог раньше, что ты можешь быть таким.. таким.. таким нежным и заботливым. Когда мы были врагами, я думал, что в себе существуют только алчность и нарциссизм, но теперь я вижу тебя по-другому...»       Когда кроссовки были завязаны, рэпер поднял глаза на младшего и спросил: "Ну что? Пойдём?", на что получил короткий кивок. Он помог встать блондину, и они вместе пошли к выходу...