Modern EreJeArmin

Жан и предположить не мог, что встретит самую красивую женщину в мире, пока будет находится по самые яйца внутри своего парня. Но как вы знаете — жизнь забавная штука. Последнее, что, он также предполагал, произойдет с ним при встрече с самой красивой женщиной в мире, — это быстрый удар ногой в лицо, который вырубит его на несколько минут. И снова — жизнь богата на сюрпризы. Чуть позже, вручая ему пакет с замороженным горошком, Эрен объяснил, что у Микасы имеется свой комплект ключей от их квартиры с тех пор, как они с Армином переехали сюда. И да, он ещё не рассказывал ей о присутствии Жана в их жизни. Но, эй, лучшее время для этого здесь и сейчас, правда? Конечно… Ты бы мог предупредить её до того, как она врезала мне. Хотя на самом деле, он не мог винить Эрена за то, что тот не упомянул его. Эрен вообще практически ничего не рассказывал о своей сестре, и Жан почти ничего не знал о его семье в целом. Может быть его родители не были бы в восторге от всей этой истории под названием «я-встречаюсь-с-двумя-парнями». И не ему судить. Он также не рассказывал своей матери ни об одном из них. Но сидя после на кухне, Микаса казалась вполне нормальной, если забыть про её убийственные намерения ранее и не обращать внимания на апатичные взгляды, которые она продолжала бросать в его сторону. Она была очень красивой и очень пугающей одновременно. Жан не мог винить её за желание защитить собственного брата. Он мог только представить, как всё выглядело с её стороны. Микаса знала, что Эрен встречается с Армином и ни с кем другим, так что увидеть его вжатым лицом в подушки и с членом незнакомца в заднице, должно быть, стало настоящим шоком. Жан скорее жалел, что им не представилось возможности прояснить ситуацию и познакомиться чуть ранее, например за обедом. Это было бы отличным временем для Микасы, чтобы войти в их квартиру без приглашения. Но и так сойдёт. Армин присоединился к ним позже после занятий и получил свой собственный пересказ об их с Микасой первой встрече. Жан отдал ему должное за то, что тот ни разу не рассмеялся, хотя в некоторых моментах повествования это казалось практически невозможным. Видимо Армин слишком заботился и беспокоился о нём, чтобы насмехаться над его провалом. Оставшуюся часть их посиделок Армин старался окружить его дополнительным вниманием и комфортом. Позже тем же вечером Эрен предложил им выбраться в город поужинать, чтобы Жан и Микаса могли как следует узнать друг друга в более непринужденной обстановке. Честно говоря, в этот момент Жан предпочёл бы впасть в кому, чем тянуть чертовски неловкое общение ещё дольше, но она являлась сестрой Эрена и была проездом в городе всего один день. Что, по правде говоря, являлось одновременно и благословением, и ужасно досаждающим фактом, так как Жан не мог дождаться, когда всё это кончится, и расстраивался, потому что сегодняшний день был единственным, когда все три графика, его, Эрена и Армина, совпадали и у них всех выдался свободный вечер без учебы или работы. Он сильно сомневался, что у них останется хоть сколько-то энергии на совместное времяпрепровождение после того, как они распрощаются с Микасой. Для ужина они выбрали суши-ресторан, и даже обменялись несколькими любезностями, пока жевали роллы. По мере того, как разговор начал переходить на другие темы, отвлекаясь от дневного происшествия, Жан обнаружил, что и слушать Микасу становилось легче. В конце концов, она была великолепна, хотя и слегка холодновата, и она определенно обладала некой загадочной аурой. В повседневной жизни Микаса оказалось невероятно крутой. Она работала в приюте для детей-сирот и преподавала боевые искусства по вечерам. Ничего удивительного, если судить по шишке на лбу Жана. Он не осмелился задать волнующий вопрос, так как это было бы невежливо и неуместно поднимать тему «ты азиатка, он наполовину немец, наполовину турок» (хотя на задворках сознания дьявольский голос шептал, что он имеет право проявить некоторую грубость, так как она нокаутировала его за считанные секунды). Но в конце концов Жан всё равно узнал, как Микаса попала в семью Йегеров. Микасу похитили в детстве, а Эрен был тем, кто нашёл её. Он заметил похожий фургон, описанный в новостях, и проследил за ним через весь город на своём велосипеде. После этого его родители удочерили Микасу. Узнав всю историю и осознав, почему Микаса так пеклась о брате, Жан почувствовал себя полным идиотом из-за первоначальной неприязни и окончательно изменил своё мнение о ней. Ну практически окончательно, потому что его голова всё ещё раскалывалась из-за мощного удара. После ужина они взяли джелато и устроились в парке. Микаса, Эрен и Армин рассказывали забавные случаи из их общего детства. Его бойфренды также позаботились о том, чтобы включить в общий разговор множество анекдотов с участием Жана. Он улыбался, слушая их, и чуть больше открылся Микасе, когда та попросила поведать его версию изложенных фактов. Жан рассказал немного о своём детстве в маленьком городке, о неудачном поступлении в бизнес-колледж, о своём обучении в тату-салоне, о встрече с Эреном и Армином. К концу вечера он совсем расслабился, ощущая себя максимально комфортно рядом с ней. Так комфортно, что даже осмелился обнять её, когда они прощались на вокзале. Её руки крепко обвились вокруг его тела, как напоминание о скрытой недюжинной силе, и что ему лучше никогда больше не злить её, только если он не хочет повторения дневного происшествия. Вернувшись домой, единственное, на что был способен Жан, так это дотащить себя до дивана и рухнуть камнем, прикрыв глаза рукой. Его голова раскалывалась, но Армин быстро осмотрел его и расспросил, и несмотря на довольно сильный удар, подозрений на сотрясение мозга не обнаружилось. В этот момент Жан желал, чтобы эта ночь поскорее закончилась, но почему-то сомневался, что сможет быстро уснуть. Прям выходной вечер с миллионом активностей, как в старые добрые времени. — Ну, вот. Такая моя сестра, — голос Эрена звучал нервно, с извиняющимися интонациями, но в то же время странно смиренно, словно он, черт возьми, знал, что что-то подобное должно произойти. — Что думаешь? — Что мне лучше сменить личность, если я тебя когда-нибудь обижу, иначе меня прикончат. — Преувеличенно, но справедливо. — Хм, — в ладонь упали таблетки. Он поблагодарил Армина и запил их водой, надеясь, что они подействуют в ту же секунду. Эрен присел рядом с ним на край дивана и взял его ладонь в свою, прежде чем Жан снова прикрыл бы ею глаза: — Слушай, мне жаль, что она так набросилась на тебя. Она просто пыталась защитить меня. Я бы ей давно рассказал, что происходит, но, ты знаешь… Жан не смог сдержать улыбки, вспомнив точные обстоятельства их встречи: — Уткнувшись так в подушки, тебе было довольно сложно увидеть, что она вошла в квартиру. Я понимаю это, чувак. Я просто рад, что мы всё прояснили. Я бы не хотел, чтобы она уехала, думая, что я какой-то разлучник или типа того. Настала очередь Эрена улыбаться: — Это даже не обсуждается, — он покачал головой. — Она бы и меня прикончила, если бы это оказалось правдой. Микаса об Армине тоже очень заботится, так что я бы однозначно получил свою порцию тумаков, если бы так обошёлся с ним. — Отлично, — голос Армина донесся с кухни. Эрен улыбнулся и вновь обратил своё внимание на Жана. Он кивком указал на припухлость на лбу: — Как голова? Опухшая, как и всегда? Жан шмыгнул носом и потёр шишку, прикрыв глаза, чтобы лучше сконцентрироваться. — Засранец. Всё ещё болит, но жить буду. — Хорошо. Теперь, когда мы одни дома, я наконец-то могу загладить свою вину. — Хм? — Жан глянул вниз. Эрен спешно расстегнул его джинсы, и к тому времени, как мозг Жана начал посылать сигналы конечностям отреагировать на это, Эрен уже вынул его член и начал поглаживать. Теперь было слишком поздно просить его остановиться. Жан простонал и снова закрыл глаза, позволяя Эрену позаботиться обо всём. — Это ты так решил извиниться за то, что твоя сестра вырубила меня? — Ты хочешь грёбаный отсос или нет? Он хотел, чёрт бы его побрал. Он хотел прикоснуться к Эрену с тех пор, как их прервали ранее этим днём. Он тихо ахнул, но позволил Эрену делать всё, что ему заблагорассудится. Тишина прозвучала лучшим ответом для Эрена и он возобновил свои действия. Жан мог представить его — лицо в нескольких сантиметрах от его паха, та самая ехидная ухмылка, которая появлялась, когда приходила его очередь быть главным. Мудак. Однако у него имелись и свои положительные качества, одним из которых был минет. Жан понятия не имел, как этот рот мог одновременно так чертовски сильно раздражать его и доводить до оргазма менее чем за две минуты. Это был или подарок свыше, или огромное количество практики на Армине. Эрен владел какой-то особой техникой, каждый раз возносящей Жана к небесам наслаждения. Эрен принялся за дело, двигаясь вниз языком по его члену. Он действовал резко, грубо, начиная с самого основания, используя только язык и губы, и горячее дыхание, и никакой утонченности. Жан зашипел и снова прикрыл глаза рукой, а другой потянулся вниз, хватая его за спутанные каштановые волосы. Максимально прямолинейное послание, и Эрен сразу же откликнулся. Он тут же опустился ртом на его твердеющий член, сосредотачиваясь на чувствительной головке, словно желая заставить Жана кончить лишь от этого и чёрт с ним, Жан вполне мог бы, если бы Эрен продолжил в том же темпе, не замедляясь. Эрен делал блядски хорошие минеты. Большой палец легонько проехался по его нижней губе, и Жан вздрогнул от чужого присутствия рядом. — Вы, ребята, настоящие профессионалы в умении быть застуканными, — Армин прошептал, находясь гораздо ближе, чем предполагал Жан. Горячее дыхание коснулось щеки. Жан отвел от себя изящную ладошку, исследующую его губы, и открыл глаза. Армин стоял на коленях рядом с ним, наблюдая, как Эрен всё интенсивнее заглатывает член, как румянец окрашивает его щёки, как его похотливая улыбка становится шире. Жан схватил Армина сзади за шею и притянул к себе, крепко целуя. — Ты бы не застукал нас, если бы присоединился с самого начала, — он отчитал, уже практически задыхаясь. Эрен не сбавлял скорости. Даже наоборот, Жану казалось, что он только ускорялся. Эрен покачивал головой, вбирая в себя всё больше и больше по мере того, как насаживался ртом всё ниже и ниже, иногда делая короткие перерывы, переводя дыхание и возвращая внимание покрасневшей и налившейся головке. Эрен широко провёл языком от самого основания и, добравшись до верха, мокро вылизал щель. Жан мелко задрожал, понимая, что в голове не осталось ни одного связного слова для Армина, Эрен высасывал из него весь здравый смысл. Смешок растворился на его губах: — Я хотел принести тебе ещё льда, но, похоже, ты нашел кое-что получше, — Армин шептал в приоткрытый рот. Сейчас он казался таким далёким. И хоть он прижимался к его боку, хоть Жан всё ещё держал его за шею, но все мысли были об Эрене, о губах Эрена, о языке Эрена. Может быть, у него всё-таки случилось небольшое сотрясение мозга. Он усилил хватку в каштановых волосах, и Эрен снова нырнул вниз, вбирая в себя так много, как только позволяло его горло, практически вжимаясь носом в пах. Жан зашипел и простонал, толкаясь навстречу, погружая член глубже в рот, в приветливый жар своего бойфренда. Одновременно с этим, он вновь притянул Армина ближе, беспорядочно целуя, пока между ними не осталось ничего, кроме стонов. Он уже был на грани. Оргазм приближался с каждой секундой, скручиваясь тугим комком внизу живота, готовый излиться в любой момент, лишь ожидая, когда Эрен даст добро своим умелым ртом. Жан толкался бедрами вверх, трахая его, и Эрен принимал каждый его толчок, едва не задыхаясь, но при этом не отстраняясь ни на сантиметр, словно говоря «да, пожалуйста, ещё». Жан кончил без предупреждения, и Эрен принял столько, сколько мог, пока этого не стало слишком много и сперма не потекла по подбородку с его распухших губ. Жан чувствовал себя хорошо, так хорошо, что даже не заметил, как отпустил своих парней. Рука выскользнула из спутанных волос, а вторая соскользнула с шеи Армина. Армин подарил ему ещё один лёгкий целомудренный поцелуй в губы и поднялся, давая время прийти в себя. Эрен тоже отстранился, позволяя его члену упасть на живот. Его бесящая ухмылка вновь вернулась и была подчеркнута белесой жидкостью, стекающей с уголков губ. Жан расфокусировано смотрел на него сверху вниз. Он наблюдал, как Армин подполз к Эрену, как притянул его лицо к своему, как поцеловал его, сначала нежно и невесомо, оставляя маленькие прикосновения вокруг рта, затем сильнее и глубже, вылизывая рот Эрена, полный спермы. Эрен отвечал, и Жан видел их сталкивающиеся языки. Тонкая нитка из слюны и спермы соединяла их губы, когда они наконец оторвались друг от друга, и Жан был готов снова кончить от одного лишь зрелища. Армин поцеловал Эрена ещё несколько раз, пока не убедился, что слизал всё, а затем и сам склонился к паху Жана. Если Эрен делал отличные минеты, то Армин не сильно отставал. Их способы не могли быть более разными. Армин определенно старался обыграть свою невинную внешность и общее застенчивое поведение всякий раз, когда у него появлялась такая возможность, поскольку знал, что Жан любит эту разницу между ним и Эреном. С ними двумя у Жана было лучшее из обоих миров. Армин был сплошь мягкими прикосновениями, тогда как Эрен был жёстким и огненным. Армин склонился к его члену, даря легкие поцелуи и лаская головку языком так, словно это было лакомство, которое нужно смаковать. Жан застонал, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не вжаться в лицо Армина. Он знал, что у него уже не хватит сил на большее, но, черт возьми, встречаясь с этими ангельскими яркими глазами, смотрящими на него снизу вверх, он не хотел ничего, кроме как видеть, как они наполняются слезами, пока он наполнял бы его рот своим членом. Но нет, Армин делал ему это в качестве одолжения, слизывал его сперму, вылизывал его член дочиста, как будто это являлось его обязанностью — никогда не позволять пользоваться чертовой салфеткой после секса. Закончив со своим вкусным занятием, он уселся по-турецки, вытирая рот тыльной стороной ладони. Голубые глаза сияли озорством и удовольствием. Жан выдавил слабую улыбку, глядя на них двоих. Если таков результат, то, возможно, ему стоит и в следующий раз немного разозлить Микасу.