Если, если, если (If, if, if)

«Я же не мог бросить тебя там одного». Как оказалось, смог. И у этого были последствия. Ты иди. Береги себя За все три года знакомства с Джимом Кирком слова «береги себя» были последним, что Леонард ожидал от него услышать. Ни единого шанса. Он смотрит на Джима всё время, пока садится в шаттл, отправляющийся на Энтерпрайз. Джим стоит там, где он его оставил, и выглядит искренне потерянным. Это их первый серьёзный шанс показать себя, а Джим, блять, наказан. Леонард уже ненавидит Адмиралтейство. Ангар вскоре исчезает из поля его зрения, сменяясь постепенно увеличивающейся вездесущей пустотой. И в пространстве, и в его душе. Всё как-то не так. Он чувствует себя опустошённым, шагая по коридорам флагмана Звёздного Флота, словно предавая Джима, и это чувство гораздо ужаснее любого полёта в его жизни. Он должен был сделать хоть что-то, чтобы переубедить Адмиралтейсво. Чёрт, он должен был протащить Джима на борт, поставив на кон свою карьеру. Леонарду было бы наплевать на риск, лишь бы это значило, что Джим был здесь, с ним. Жаль, что он так и не смог сказать об этом Джиму. Леонард находится в медицинском отсеке, когда раздаётся звук красной тревоги. Корабль кренится. Он получает отчёт о том, что шестая палуба повреждена, многие ранены, и ещё больше - мертвы. Доктор Пури, старший медицинский офицер, в их числе. В течение первого получаса работы на Энтепрайз Леонард принимает на себя обязанности главы медицинской службы корабля. Ему кажется, что Джиму бы это понравилось. Леонард суетится в медотсеке, раздаёт приказы и при любой возможности отправляет отчёты о повреждениях Пайку. Корабль снова получает удар. Повреждения щитов, должно быть, достигают критического уровня. Сила ударов сотрясает корабль так сильно, что Леонард удивляется тому, что у него до сих пор не случилось панической атаки. Нет, у него есть работа. Эти люди рассчитывают на него. Чёрт, Джиму бы это очень понравилось. Леонард слышит его голос словно наяву. Хей! Боунс! Боже, ты тот парень из шаттла, да? Что, чёрт возьми, за Боунс? Ты, Боунс! Старый сельский доктор, бегущий от развода. Подожди, откуда ты узнал?.. … что ты врач? Я навёл справки, Боунс. У тебя очень занятная история. Разве это, ну не знаю, не нарушение моей частной жизни? Так что, ты хочешь есть? Я умираю с голоду. Пойдём где-нибудь перекусим. Подожди, что?.. Никуда я не пойду. Я врач, парень, мне нужно заняться работой. А я надеялся, что ты запомнил моё имя. Я ранен до глубины души, Боунс. О, я помню, не волнуйся. Джеймс «Имею Всё, Что Движется» Кирк. Это просто жестоко. Я так не делаю, ты что! К тебе же я не подкатывал, Боунс. Нет, забудь. Я не стану ещё одной зарубкой на твоей кровати. И хватит, чёрт возьми, меня так называть! Я тебе не собака. Даже перед лицом неминуемой смерти этот проклятый парень не желает оставить сердце Леонарда в покое. Ещё один удар. Электроэнергия быстро выходит из строя, и Леонард знает, что следующими выключатся системы жизнеобеспечения. Энтерпрайз теперь всего лишь призрак. Меньше половины экипажа эвакуируется на шаттлах. Леонарда среди них нет. Он отказывается покинуть свой пост, когда в его помощи нуждается так много людей. Остатки экипажа и корабля уничтожены. Последняя смутная мысль, которую он запоминает - это потерянный взгляд Джима, совсем как тот, что был в ангаре. Другая мысль заставляет его рассмеяться. Двенадцать минут. Двенадцать минут в качестве СМО. Джим бы не оценил иронию.