Благословлённый Ихором

Шестеренки приходят в движение, а заслонки приоткрываются, выпуская излишки пара. Механическая птичка оживает под действием парового чуда. Она поднимает голову, приоткрывая клюв, однако что-то идёт не так и на половине своего движения она застывает, металлическим истуканом. - Эххх, - я устало вздохнул, понимая что предстоит многое переделать. Взяв все необходимые инструменты, я продолжил работу над своим изобретением, попутно размышляя над тем, как же всё-таки удивительны все эти механизмы. Нет, как же удивителен этот новый мир! Да, всё верно. Каким-то неведомым мне образом, я родился снова, не потеряв ни крупицы своих прошлых воспоминаний. И хотя к нынешнему времени, многое из того, что я помнил ранее, уже затерялось в чертогах моей памяти, однако четкий образ абсолютной серости моей прошлой жизни, всё никак не может выветрится из моей головы. Впрочем, это даже и к лучшему. Воспоминания о жизни в сиротском приюте, об одиночестве сопровождавшем меня всю жизнь, об однообразной работе, которую я искренне ненавидел, однако не мог бросить. Всё былое, в сравнении с моей жизнью здесь, заставляет меня, по настоящему, ценить то, что я сейчас имею. Любящие родители, младшая сестрёнка, беззаботное детство и удивительные паровые машины. Кстати о них. Ритмичный стук небольшого молоточка прекращается и шестерёнка идеально входит на положенное ей место. Внутренности механизма прикрываются металлическим крылом и спустя мгновение, механизм приходит в движение. Железная птица снова приподнимает свою голову, и открывает клюв. Каждое её движение сопровождается выбросом пара из небольших клапанов сбоку. Крылья поднимаются вверх, чтобы затем сразу же опуститься вниз. Со стороны кажется, что она собирается взлететь, однако тяжёлая конструкция абсолютно точно не была для этого приспособлена. - Наконец-то работает, - наблюдая результат своего кропотливого труда, я невольно, снова восхитился удивительными механизмами, используемыми в этом мире. Они используют пар для создания тех вещей, что на Земле работали при помощи электричества! И даже если в своей прошлой жизни, я был не особо заинтересован в механике, то пройти мимо здешних достижений в технике и не заинтересоваться, было бы просто, кощунством. Да это ведь самый настоящий стимпанк! В общем, с посильной помощью моего отца Джека и собственного любопытства, заставлявшего меня, по возможности, разбирать каждое встреченное устройство, к своим 10 годам, я мог похвастаться незаурядными навыками в технике. К примеру эта механическая птичка, подарок для моей младшей сестрёнки Паудер, была изобретена мной совсем недавно. Хотя «изобретение» звучит слишком громко для небольшой детской игрушки, однако для меня самого, создавшего её без какой-либо посторонней помощи, начиная с этапа проектирования чертежа, до собственно, сборки, она является значительным достижением. Впрочем, пора уже заканчивать, ведь … - Эй, Сан! Ты гулять-то идёшь? – дверь резко открылась и в комнату ворвался громкий девичий голосок. -Я уже почти закончил, Вай. Осталось только немного откалибровать и … - Я уже устала тебя ждать, а ведь ты мне обещал! Как ты, вообще, можешь так долго, возиться со своими железками?! Вай встала в строгую позу, уперев руки в бока и нахмурила личико. Девочка всеми силами пыталась показать, насколько на меня сердиться, однако для меня было, совершенно невозможно воспринимать такие выходки всерьёз. Пусть даже детское тело, в некотором роде, влияет на моё сознание, но даже так единственное, что я чувствовал в этот момент, так это умиление. Иду-иду, - с улыбкой ответил я. Не увидев на моём лице, ожидаемой реакции, красноволосая девочка сердито фыркнула и вышла за дверь, предварительно громко ею хлопнув. Чтобы затем, сразу же, снова её открыть. - Жду тебя перед домом. ... Узкие тёмные улочки, никогда не знавшие солнечных лучей, освещались лишь потрёпанными фонарями, которые однако не уменьшали мрачность этого места. Старые облезлые дома, видавшие и лучшие дни, жались близко друг к другу, будто пытаясь защититься от окружающей среды, а на мимо проходящих людях редко когда можно было заметить улыбку. Всё это, в сочетании с ржавыми трубами, испускающими едкие пары прямиком на улицы города, создавало особую отталкивающую атмосферу этого места. Но вопреки всему, здесь всё ещё живут люди, а изредка можно услышать и детский смех. - Ха-ха-ха! Попробуй меня догнать! – весело смеялась красноволосая девочка, пробегая по тёмным улочкам Зауна. - Вай. Может, не будем убегать так далеко от дома? – запыхавшись произнёс синеволосый мальчик, пытаясь догнать свою подругу. - Эй! Ты чего это?! Боишься что ли? – провокационно улыбнулась девочка, перестав убегать и повернувшись ко мне. - Мама обещала приготовить сегодня свой фирменный пирог. Если мы будем так далеко, то не успеем к ужину. Глаза Вай округлились и в то же мгновение, она ринулась в обратном направлении. - Не отставай! А то пирог остынет! - Эххх, - устало вздохнул я и побежал вслед за ней. Проходящие мимо незнакомцы, мало обращали на нас внимания. У многих из них были дела поважнее, чем смотреть на играющую детвору. И лишь уличные попрошайки, которых в этом районе Пилтовера было удивительно много, наблюдали за нами внимательным и даже, каким-то неприятельским взглядом. Да, в Зауне много бездомных, но ещё больше тех, кто стоит на пороге того, чтобы им стать. Но даже имей ты постоянное место работы, будь готов к проблемам со здоровьем, ведь все отходы возникающие на производстве, здесь же и выбрасываются. Ну а смог и ядовитые испарения, из-за особенностей расположения района, в скальных пещерах под городом, постоянно витают в воздухе, не способные покинуть это место. Большой ржавый котёл со зловонной жижей внутри, так бы я охарактеризовал Заун. Парадоксальная ситуация, как для одного из самых важных промышленных районов города. Однако пусть даже у него и много недостатков, я всё ещё вижу в нём какое-то очарование. Это не рационально, однако за столько лет жизни в этом месте в своём детском теле, я просто не мог не проникнуться симпатией к этому месту. Ведь теперь это мой дом, каким бы грязным и опасным он не был. - А вот и дом! Сан! А ведь ты меня, так и не догнал, - резко вывела меня из задумчивости, моя гиперактивная подруга. - Хаа. Хаа, подожди, - сказал я, пытаясь побороть отдышку: «Ты ведь знаешь, мои таланты сосредоточенны в другой области.» - Да-да, - Вай закатила глаза и поспешила в дом: «Идём, я уже пирога поесть хочу.» - Идём, - устало ответил я и поплёлся вслед за ней. Вообще, мы с родителями живём, можно сказать, в элитном районе Зауна. Хотя, в действительности, этот титул совершенно не даёт каких-либо существенных преимуществ, более того, он крайне не долговечен, а часто, даже опасен. Ведь чтобы район считался «элитным», в нём должна быть расположена штаб-квартира доминирующей на данный момент криминальной группировки. Учитывая же, что местные лидеры меняются очень часто, а местоположение их главных сил, известны абсолютно всем, «элитные» районы точно не являются залогом безопасности и счастливой жизни для мирных граждан. Хмм. Хотя, вспоминая банду Вандера, которая уже пару лет удерживает в своих руках огромную власть, можно сказать, что в Зауне сейчас очень даже тихо. Дела они ведут честно и в некоторой мере, даже благородно. Ну, насколько благородно, вообще, может вести себя криминальная группировка. Вообще, как я слышал, у Вандера более глобальные планы, нежели простое удержание собственной власти. Он хочет добиться независимости Зауна от Пилтовера и очень многие, должен сказать, в этом его поддерживают. Но как по мне, идея, в самой сути которой заложено насилие, сама по себе бредовая. Ни к чему хорошему она точно не приведёт. Впрочем, кто меня будет слушать, тем более когда намечается что-то серьёзное. Откуда же я обо всём этом знаю? Хех. Дело в том, что мой отец очень талантливый изобретатель, который находиться в близких отношениях с тем самым Вандером. Я бы даже сказал, что они друзья. Впрочем, это мало о чём в действительности говорит, ведь насколько искренен в своей дружбе может быть глава преступной группировки, ответить не сможет никто, кроме него самого. Что же касается моего отца. Раньше учился в академии Пилтовера и добился там значительных успехов. Потом встретил мою маму и уже вместе с ней, по какой-то неизвестной мне причине, перебрался в Заун. Родители очень неохотно говорят о том времени, ну а я и не слишком усердствую в раскрытии этой тайны. Мне вполне достаточно того, что сейчас у нас всё хорошо и мы живём счастливо. Особенно, моя младшая сестра Паудер. Ей уже шесть лет и сравнивая её с моей подругой, можно сказать, что они полные противоположности. Характер сестрёнки очень стеснительный и добрый, она просто ангел во плоти, в то время как Вай гиперактивная пацанка, которой и секунды не сидится на месте. И казалось бы, они никогда не смогут поладить между собой, однако в реальности, Паудер постоянно ходит за моей подругой, хвостиком, а Вай и сама очень привязалась к застенчивой девчонке. Иногда, я даже ревную к их своеобразной гармонии. - Сангвин, Вай, мойте руки и к столу. И ты Паудер тоже, иди помой ручки, - напомнила Элейн, начиная накрывать на стол. - Да, мам! - мой ответ с Паудер, прозвучал одновременно. - Хорошо, тётя Элейн, - Вай уже была в ванной комнате, поэтому её голос звучал приглушённо. Помыв руки и сев каждый на своё место, вся семья, за исключением главы семейства, собралась за столом. Вай сразу же схватилась за пирог и стала с упоением уплетать его, за обе щеки, да и мы с Паудер далеко от неё не отставали. Мама лишь с умилением наблюдала за этой картиной. Так, весь ужин прошёл в молчании, сопровождаемом лишь звоном столовых приборов и только тогда, когда моя подруга засовывала себе в рот последний кусок пирога, молчание было прервано. - Как там Меррит поживает? – с интересом спросила Элейн, обращаясь к красноволосой девочке, но та, откусив слишком много, лишь неразборчиво что-то промычала. Но уже спустя пару минут, поспешно пережевав пищу, девочка наконец ответила: - Гм. Бабушка очень много работает и сильно устаёт. Она всегда говорит, что «покрепче многих мужиков будет», но я всё равно за неё волнуюсь, - понурила она голову, но мама на это лишь ободряюще улыбнулась: - Да, в этом вся она. А ты, Вай, можешь не переживать. Сама знаешь, насколько твоя бабушка стойкая, - лицо девочки приободрилось, чтобы затем сразу же состроить просящую моську: «Бабушка Меррит сегодня задержится допоздна. Можно я у вас переночую?» Трогательное выражение лица девочки, могло бы растопить и ледники, но подобного, явно не требовалось. Никто из нас, в любом случае, не собирался отказывать девочке, уже ставшей для всех дорогим членом семьи. - О, конечно Вай, можешь оставаться здесь сколько захочешь. Мы всегда тебе рады. - Спасибо-спасибо! – лицо девочки растянулось в счастливой улыбке. На этом ужин подошёл к концу и дальнейший остаток вечера прошёл за более спокойными играми. И я наконец-то, подарил Паудер ту механическую птичку, над которой работал с утра. Думаю, счастливое лицо сестрёнки в этот момент, запомниться мне на всю жизнь. Да и Вай поглядывала на механическую игрушку с явным интересом. Захотелось даже, в то же самое мгновение запереться в мастерской и создать ещё парочку подобных подарков. Однако время близилось ко сну и для нас уже наступила пора, ложиться в постель. Устроившись по кроватям, Вай и Паудер вместе, а я на другой, в небольшом расстоянии от них. Далее, каждый из нас пожелал друг другу спокойных сновидений и наконец, спустя пару минут, отправился в царство Морфея. Ага. Хотел бы я сказать, однако всё никак не мог погрузиться в сон. Переворачиваясь с одного бока, на другой, я пытался найти наиболее удобное положение, в надежде заснуть. Пока через какое-то время, не услышал скрип входной двери. «Наверное, папа вернулся,» - подумал я и с любопытством вслушался в происходящее за стеной. Моя кровать, как раз кстати, была расположена близко к выходу из комнаты, предоставляя мне прекрасную возможность слышать всё, что происходит в соседнем помещении. - У меня замечательные новости, Элейн, - приглушённо прозвучал голос Джека из гостиной. - Действительно?! Мне бы очень хотелось узнать, что же это за «замечательные» новости, которые будут важнее ужина с собственной семьёй, - мамин голос прозвучал очень раздражённо. Сейчас, она явно была очень зла. - Послушай, я правда сожалею, что вернулся так поздно. Но дело в том, что завтра в Пилтовере «День прогресса» и у Вандера на этот день большие планы. - Ты хочешь сказать… - Да. Мы выступаем завтра на рассвете. - Стой. Нет! Я не отпущу тебя. Лезть на рожон, это не твоя обязанность. Ты ведь можешь там погибнуть. Понимаешь?! - Я знаю на что иду, Элейн, а ты прекрасно знаешь, как это важно для меня и для тебя, между прочим, тоже. - Я всё понимаю, но ты намного более ценен именно как механик, а не рядовой солдат. В конце концов, у тебя есть дети, которым нужен отец. О них ты подумал? - на этот раз голос Элейн звучал обречённо, с некоторой хрипотцой. - Я должен там быть. Это мой долг и я не отступлю. Это было последним, что сказал мой отец, прежде чем хлопнула дверь. И теперь единственное, что я мог услышать за стеной, так это тихий плач моей матери. Думаю, отцу тоже было тяжело, поэтому он и поспешил закрыться в другой комнате. Однако я всё равно чувствовал на него, некоторую злость. Из-за него мама теперь плачет. Но почему же тогда я чувствую это тревожное волнение? Куда же собирается пойти мой отец завтра на рассвете? Что задумал устроить этот Вандер? Тысячи вопросов и ещё больше тревожных мыслей начало заполнять мою голову, но как на зло, именно в этот момент я и уснул. Иногда я ненавижу детское тело.