[Добро пожаловать в класс превосходства] Шах и мат

Примерно через час мы вернулись в наш лагерь. Коенджи-кун, который уже успел вернуться вместе с Киётакой, подошел ко мне после нашего возвращения. Мы нашли тихое место в пещере и вместе просмотрели контракт. Он без колебаний подписал оба экземпляра, несмотря на пункт, запрещающий ему предавать класс, и оставил один себе, а я взяла в руки второй. «Кажется, ты не доверяешь мне, девочка-принцесса.» «Всегда нужно быть осторожным, верно?» Громкий, харизматичный смех сотряс стены пещеры. «Верно.» Ни один из нас не мог отступить от оговоренных условий без серьезных последствий. Имея на руках этот безотзывный контракт, я могу быт уверена, что он не предаст нас во время экзамена. Я снова сыграла в азартную игру, надеясь, что Фумэй окажет мне поддержку, в отличие от Коенджи-куна, который, скорее всего, не сдаст экзамен после всего, что я видела за последние несколько дней. То, что он принес эту гигантскую рыбу несколько дней назад, было не просто совпадением, а доказательством того, что он не просто говорит глупости, чтобы заставить меня рассмотреть эту сделку. Его действия были наглядной демонстрацией того, что он отличается от остальных учеников класса D, которые не смогли бы вести себя так нагло, и намеком на то, что он мог специально спровоцировать несчастный случай с моим парнем. Разобравшись с этой проблемой, я направилась к Киётаке. Теперь, когда он пострадал, я не позволяла ему ничего делать во время экзамена. Я была в ярости от того, что он продолжал бегать, обновлял места и работал до изнеможения, несмотря на мои неоднократные просьбы сбавить темп и отдохнуть, когда это становилось для него слишком тяжело. Но этот гнев не мог сравниться с облегчением, которое я почувствовала, когда снова увидела его. Если не считать нескольких царапин, легкой шишки на голове и вывиха ноги, он был в полном порядке, по крайней мере, по его словам. Я открыла палатку и прижалась к мускулистой груди своего парня. Хирата-кун и Кушида-сан были заняты тем, что препятствовали распространению пожара, а я, пользуясь свободным временем, была с ним. Это было не только из глубокого, томительного желания, но и из необходимости, поскольку я не могла больше функционировать, не заряжаясь его вечным, теплым присутствием. Этот экзамен на незнакомой местности был слишком суров для меня. Предыдущее время, проведенное с ним наедине в палатке, привело к довольно неловкой ситуации, но меня ничуть не волновали возбуждающие мысли, наводнившие мой разум. Я просто хотела прижаться к нему, ощутить жар его манящего тела, вдохнуть его соблазнительный аромат, услышать гулкое биение его сердца, почувствовать вкус его сочных губ и изучить его сладкую улыбку. Очи Киётаки удивленно расширились, когда я прижалась к нему и закрыла глаза, чтобы отдохнуть. Мы вдвоем болтали о пустяках, не имевших никакого отношения к текущей задаче. Я просто хотела сбежать от этой ситуации и наслаждаться нашей близостью, пока мы обнимали друг друга так долго, как только могли. Моя голова, покоившаяся на его широкой груди, поднималась и опускалась, следуя за его спокойным дыханием. Расслабленный пульс под его грудной клеткой медленно и ритмично повторял мой. Его грубые, но нежные руки ласкали мои волосы и шею, а затем массировали плечи и спину, заставляя меня чувствовать, что меня любят, лелеют и заботятся. Я приподнялась и впилась поцелуем в его восхитительные губы. На этом всё должно было закончиться, но мы не остановились, когда наши языки переплелись. Они двигались и скользили друг по другу, а его ладони обхватили мои стройные бедра. По моему телу пробежала электрическая разрядка, когда его пальцы коснулись обнаженной кожи, которую обнажило моё предыдущее движение вверх. Мышцы моего тела судорожно сжались, и я вцепилась в его челюсть, углубляя наш всё ещё продолжающийся поцелуй. Его ладони остановились на поясе моих спортивных брюк, не зная, стоит ли продолжать дальше. Я прервала нашу патовую ситуацию, чтобы перевести дыхание. «Всё в порядке…» Наши языки столкнулись, обхватив друг друга, когда его руки скользнули в мои брюки. Приглушенные нежные стоны отразились от ткани палатки и вернулись в наши уши, когда он схватил меня за ягодицы, притягивая ближе к себе. Его манящий запах смешался с моим, когда мои ладони прошлись по его атлетической груди. Моё сердце уже давно перестало биться в привычном спокойном ритме, пока мы оба принимали друг друга. Температура в палатке всё время повышалась, и не только из-за меня, но и из-за тепла, которое излучал Киётака, прижимаясь к моему телу. Однако всё это не могло сравниться с теми сильными изменениями, через которые прошло моё тело. Даже если это было невозможно, я чувствовала запах возбуждения, ощущала влагу между нижними губами, когда его руки снова поднимались вверх, и слышала страсть в биении его собственного сердца. Киётака приподнял верхнюю часть тела и наклонился влево, меняя наши позиции. Его горячее, парное дыхание покалывало мою шею, когда он начал спускаться ниже. Я вцепилась в его гладкие волосы, притягивая его ближе к себе, когда мои задыхающиеся губы исчезли между его губами. Его ладонь прошлась вверх по животу и талии, пока не приблизилась к моей груди. Они коснулись ткани, после чего он просунул пальцы мне за спину, пытаясь расстегнуть нижнее белье. На мгновение он замешкался, пока до моих ушей не донесся сдавленный вздох. «Чиаки…» Я хихикнула и снова прильнула к нему. «Попробуй спереди.» Я была единственной, кому разрешалось видеть этого милого, неуклюжего Киётаку. Сердце заколотилось в груди, когда я потеряла себя в его ослепительных золотых глазах. В палатке раздался неслышный щелчок, и бюстгальтер распахнулся. Несмотря на это, я ничего не могла различить, кроме наших стонов, прикосновений губ друг к другу и влажных звуков, издаваемых нашими языками при столкновении. Возбужденное мурлыканье вырвалось из моего рта, когда его пальцы погладили мои соски. Дыхание моего парня участилось, а его руки выскользнули из-под спортивного костюма. Его две блестящие сферы сияли загадочным блеском, когда его пальцы схватились за ползунок. Я скрестила руки на своем пылающем лице, понимая, что он собирается сделать. «Киётака подо…» Мой голос пропал, заглушенный звуками ползунов, несущихся на юг. Холодный порыв воздуха прошелся по моей груди и животу, прежде чем он с лязгом освободился. Хотя я не могла видеть его из-за рук, закрывавших мне обзор, я чувствовала его страстный, напряженный взгляд, нависший над моей обнаженной грудью. «Что ты делаешь?» Его тон был намного мягче, намного деликатнее, чем обычно. «Мне неловко…» «Почему?» Его язык, пропитанный нашей общей слюной, провел по моему соску, посылая ещё один блаженный толчок электричества по моему и без того дрожащему телу. «Ты прекрасна. Не нужно прятаться.» Его губы прошлись по моей груди и шее, а голова начала отрываться от моих скрещенных рук. Я задыхалась от возбуждения, хныкала от стыдливости и погружалась в его теплый, успокаивающий запах. Мои глаза снова встретились с его глазами. Не было никого, кроме меня. Сумки, багаж и прочие вещи вокруг палатки давно исчезли из его поля зрения, и только мои океанские глаза отражались в двух его сияющих сферах. «Это несправедливо…» «Что именно?» Наши губы снова встретились, а его руки ласкали мою грудь, пощипывая соски. «Это…» Я отвела взгляд, не в силах произнести ни одного связного предложения, так как сердцебиение гулко отдавалось в ушном канале. Мысли, тревоги и сомнения, которые я вынашивала до этого, улетучились, сменившись чистой эйфорией, когда наши вздохи слились в один. Киётака немного отступил и снял спортивный костюм, обнажив свой точеный живот, который я уже видела однажды, ещё в бассейне. Мои ладони потянулись к его груди, как будто мы были двумя противоположными полюсами, которые притягивались друг к другу. Дрожащие пальцы моей руки скользили по каждому изгибу его мышц, а мой язык танцевал на его шее. Он сжал мою грудь, заставив вырваться из моих губ громкий возбужденный стон. Его ладонь провела по моей коже, скользнув в брюки. Мышцы нижней части моего тела напряглись, когда его палец скользнул между моих ног. Всё моё существо пылало от страсти, когда я чувствовала, как его пальцы касаются моего скользкого входа. Я прильнула к нему, прижавшись грудью к его груди. Мы упали, он откинулся назад, и я бросилась за ним. Его глаза расширились, когда мы снова поменялись местами. По моим губам пробежали теплые влажные вздохи, когда я взглянула на парня подо мной. Моё ядро пульсировало сильнее, чем когда-либо прежде. Соки продолжали сочиться из меня, заливая нижнее белье. Пульс учащался, а способность мыслить уже давно покинула меня, остались только инстинкт и похоть. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, прежде чем спустить штаны. Липкая субстанция образовала полупрозрачные нити, и трусики скользнули по ноге. Киётака приподнял верхнюю часть тела, когда что-то твердое шлепнулось о моё бедро. Не обращая внимания на это ощущение, он принялся ласкать мою грудь, а наши языки снова переплелись. Его теплая, липкая ладонь, измазанная моей эссенцией, прошлась по влажной внутренней стороне бедра, прежде чем приблизиться к моему влажному проходу. Нежные пальцы моего парня переместились выше, массируя шелковистую жемчужину над моим мокрым входом, пока я прижималась к нему. Страстное дыхание и сладострастные стоны оглашали палатку, исходя от единственных обитателей внутри. Я провела руками по его малышу, которая излучала огромное тепло даже сквозь спортивный костюм, и в предвкушении спустила его штаны. Он продолжал двигаться, страстно целуя и лаская меня пальцами, а моё тело застыло в изумлении. Он никак не сможет поместиться. У меня закружилась голова при мысли о том, как я буду его принимать, ведь это был не тот размер, который мог бы просто проскользнуть внутрь без сопротивления, даже с достаточным количеством смазки. Но, несмотря на это, моё тело разгоралось, завораживая и вызывая желание попробовать. Чем дольше я смотрела на него, тем сильнее мне хотелось почувствовать его внутри себя. Мои пальцы потянулись, ухватившись за его твердую часть. Его теплый, почти обжигающе горячий ствол пульсировал снова и снова. Он становится ещё больше?! Сердце замерло, когда Киётака притяну меня к себе. «Чиаки…» «П-подожди, он не поместится.» «Я буду продвигаться медленно…» «Киётака, я серьезно. Он не—» Все моё тело запылало, когда его горячий член вошел в меня. Кончик без труда проскользнул внутрь, и я закрыла глаза, ожидая боли, которая так и не наступила. Теплое дыхание Киётаки ласкало мою щеку, а губы были покрыты поцелуями. «Мне остановится?» «Я в порядке… п-просто не спеши, хорошо?» «Скажи мне, как только станет больно.» Слабое хныканье вырвалось из моих губ, когда он продвинулся вперед. Мои руки обхватили его голову, притягивая к себе. Киётака замедлял темп, а иногда и вовсе останавливался, когда мои болезненные вздохи становились всё громче, пока я не давала ему сигнал продолжать. Он был так нежен и боялся причинить мне боль, что скорее остановился бы во время нашего первого раза, чем продолжал причинять мне дискомфорт. «Ты в порядке?» «Ммм…» Нежное, почти слабое хмыканье — это всё, на что я была способна в тот момент. Мой парень провел пальцем по моим губам, проникая внутрь. Легкая томительная боль вскоре утихла и сменилась наслаждением. Хныканье превратилось в нежные стоны, когда наши тела стали неразделимы. Он начал наращивать темп, но не переставал следить за моей реакцией, если мне становилось не по себе. В нос ударил слабый запах крови, а голова кружилась всё сильнее. Я чувствовала, как внутри меня что-то сдвигается, а удовольствие всё нарастало, как пузырящийся прохладительный напиток, который ещё не открыли. Мои стоны переплетались с его резкими вздохами, когда наши губы обхватывали друг друга. Оглушительные, влажные шлепающие звуки разносились по палатке каждый раз, когда он входил в меня ещё глубже. Мышцы моей нижней части тела начали спазмироваться, следуя за его возбуждающими, вязкими движениями. Два разных имени повторялись по мере того, как усиливались наши вожделение и жажда. Внутри меня расцвело новое чувство. Экстаз, эйфорию, которые я испытывала, невозможно было описать словами. Наши стоны во время поцелуев, мышцы, которые пульсировали и напрягались в моем теле, моя грудь, которая покалывала от каждого его прикосновения, и его тепло, которое продолжало двигаться во мне и выходить из меня в течение последних нескольких минут, усиливали чувственное давление, которое вскоре должно было вырваться наружу. Моё тело казалось невесомым, когда я склонилась в его крепких объятиях. Наши рамы прижимались друг к другу, а удовольствие, которое мы испытывали, достигло нового предела. Его крепкие, но нежные руки прижимались к моим щекам и спине, а наши языки переплетались и танцевали, как два фигуриста. «Киётака, я…» Я задыхалась, чувствуя чистое блаженство. Сердцебиение в моей груди участилось, когда он проник в меня ещё глубже. Мои ноги дрожали и бились в конвульсиях, когда я обхватила его спину. Наклонившись вперед, я вцепилась в волосы на его затылке и втянула его глубже в свои губы. «Чиаки, подожди—» Его голос таял, заглушаемый наслаждением, которое я испытывала. Ствол моего парня дрожал, а все мышцы его тела, казалось, сжимались и разжимались снова и снова. Теплая, успокаивающая жидкость растеклась внутри меня, когда я потеряла все силы и прильнула к нему в поисках поддержки. «Я люблю тебя, Киётака.»

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

«Я люблю тебя.» Это были три самых влиятельных слова, которые только может произнести человек. Я понимал значение слова «любовь» в литературном смысле, но всё ещё не знал, что такое «любовь» на самом деле. Отвечать этими тремя словами было бы не чем иным, как ложью, намеренной стратегией обмануть её, поэтому я и не стал их произносить. Возможно, я был на пути к тому, чтобы влюбиться, а возможно, это было невозможно. С тех пор как я покинул Белую комнату, я многое узнал о человеческих качествах. Их темные стороны, светлые, более мягкие характеры и всё, что между ними. Эмоции были сложными и в то же время простыми. Они были хрупкими, но несокрушимыми. Предсказуемыми, но неожиданными. Несмотря на свои сомнения, я с нетерпением ждал возможности когда-нибудь произнести эти слова.

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Две пары тяжелых вдохов пронеслись по палатке, когда мы лежали друг на друге, измученные и полные сил. Волшебство закончилось, и реальность обрушилась на нас, как грузовик, разогнавшийся до 150 на автостраде. Мы крупно облажались… Пот, сперма, кровь и вагинальная жидкость продолжали сочиться из меня, пачкая палатку и, возможно, некоторые сумки рядом. Ощущение заложенности внутри меня ослабло, когда Киётака отстранился. «Кажется, мы облажались…» Его голос был как всегда спокоен, что почти вызвало смех, если бы не боль, пронзившая мою спину из-за неудобного положения, в котором я лежала. Я отодвинула багаж с дороги и в ужасе уставилась на одну сумку. «Чья это?» «Ике…» «А разве она не твоя?» Киётака поцеловал меня и положил голову мне на грудь. Несмотря на нашу нестабильную ситуацию, я погладила его по гладким волосам, и на моем лице появилась слабая улыбка. Наше дыхание успокоилось, когда мы начали осознавать, какой беспорядок мы устроили. «Всё будет хорошо, если мы поменяем одежду местами.» «Хорошо… а как же запах?» «Откроем палатку и будем надеяться на лучшее?» «Звучит как план.» (П.П: Великолепный план, Аянокоджи. Просто охеренный, если я правильно понял. Надёжный, как швейцарские часы.) Легкое хихиканье слетело с моих губ, когда я подняла верхнюю часть тела. Впервые я увидела все последствия нашей эскапады. Киётака и его тело были более-менее в порядке, но этого нельзя было сказать ни о палатке, ни обо мне. Смесь крови и спермы украшала верхнюю часть сумки Ике, что было лишь наполовину хуже, чем лужа, образовавшаяся на поверхности палатки. «Мне нужно добраться до своей сумки». «Вот так?» Он посмотрел на смесь множества веществ, которая всё ещё стекала по моему бедру. Черт… Что, если я забеременею? Нет, месячные только что закончились, так что всё должно быть в порядке… Сказать ли мне Чабашире-сенсей, что мне нужны противозачаточные? А смогу ли я их получит? Нас могут исключить за это? Мой отец убьет нас… «Ты в порядке?» «Да, просто немного волнуюсь.» Я наклонилась вперед и провела рукой по его подбородку, прежде чем поцеловать его сладкие губы. Сейчас не было необходимости думать обо всем этом. Было уже слишком поздно, поэтому нам нужно было разобраться с тем, что произойдет позже. Будь то неприятности из-за того, что о нас узнали, убийство родителей за безответственность или неожиданный ребенок. Самым важным шагом было как можно тщательнее привести себя в порядок. Ни один из нас не был виноват в этой ситуации, поскольку мы оба не понимали, какие последствия нас ожидают после сексуального контакта. Я ещё больше усугубила ситуацию, прижавшись к нему, когда он был близок к кульминации. О чем я думала? «Нам нужна проточная вода…» «В 200 метрах от нашего лагеря есть ручей.» «Хорошо. Тогда пойдем туда. Остальные заняты тем, что обвиняют друг друга, так что мы сможем ненадолго отлучиться. Мне ещё нужно разобраться с ситуацией с нижним бельем, так что нам стоит поторопиться.» «Ситуацию с нижним бельем?» «Нет, с Каруизавой-сан.» Он наклонил голову в замешательстве, что выглядело очаровательно. Я покачала головой и встала, но тут же поморщилась от боли и опустилась обратно. Жжение между ног ослабло после нескольких глубоких вдохов. «Всё ещё больно?» «Немного. Можешь помочь мне встать?» Киётака взял меня за руку и поддерживал, пока мне не стало удобнее стоять. Он взял сумку Ике-куна и поменял содержимое со своей, после чего засунул её в самый дальний угол палатки. Я надела лифчик и выглянула наружу, а затем, прихрамывая, направилась к своей сумке, в то время как мой парень взял немного мха и травы, которые мы спрятали под палатками, и вытер наш беспорядок. Мои испачканные штаны сползли с ног, и я вытерла соки, стекающие по внутренней стороне бедра, уже испачканным нижним бельем. У нас не было салфеток, так что это было лучшее, что я могла придумать в сложившейся ситуации. Я спрятала оба предмета в пустую виниловую сумку и засунула их поглубже в багаж, а затем влезла в новые брюки. «Мы должны быть в порядке, если говорить о палатке.» «Хорошо. Вот.» Я протянула ему свои новые трусики, на которые он просто уставился с ошеломленным выражением лица. «Я должна быть уверена, что мои штаны больше не испачкаются, а трусы в кармане будут только мешать. Не делай вид, будто ты их раньше не видел.» Я высунула язык в нежном подтрунивании, которое тут же пошло наперекосяк, так как я покраснела от смущения. Мы с Киётакой действительно занимались этим. Мы занялись сексом. В первый раз как пара. Вся эта ситуация всё ещё казалась сюрреалистичной, но я была безмерно счастлива. Возможно, незащищенный секс во время экзамена в палатке парней — не лучшее место для потери девственности, но мне повезло, что я занималась этим с любимым человеком. «Я люблю тебя, Киётака.» Эти четыре слова до сих пор звучат в моей голове, ведь я никогда не смогу забыть его нежный поцелуй, которым он осыпал мои губы после этого. Должно быть, он был удивлен не меньше меня, когда эта неожиданная фраза проскользнула у меня сквозь зубы. В то время как он кончал в меня, не меньше… Каким бы очаровательным был маленький Киётака! «Чиаки, ты хорошо себя чувствуешь?» Его теплая ладонь легла мне на лоб, измеряя температуру. «Лучше не бывает.» Я чмокнула его в губы, взяв его руку в свою. «Давай поторопимся.» Мы вдвоем вышли из пещеры, как будто ничего не произошло. Мы проскользнули мимо Хорикиты-сан, которая на мгновение взглянула на нас, а затем продолжила смотреть на Ибуки-сан, который, как я полагала, украла нижнее белье Каруизавы-сан. Я хромала через лес, а мой парень, вывихнувший ногу, поддерживал меня. Боль не была беспричинной, но ходьба вызывала больше неприятных колющих ощущений, чем я ожидала. Вскоре мы добрались до вышеупомянутого ручья и остановились возле его истока. «Вот.» Киётака достал бутылку с кипяченой водой, которую он, видимо, прихватил, когда мы проходили мимо наших запасов. Я взяла чистую жидкость и очистила внутреннюю поверхность бедра от остатков, которые прилипли или всё ещё сочились из меня. Преимущество наших запасов заключалось в том, что, ополоснув ими свои интимные места, я не заразилась бы никакими нежелательными болезнями, поскольку они были чисты от естественных микробов, которые плавали в ручье. «Давай в следующий раз не будем делать это в палатке…» Его руки перестали вытирать нижнюю часть тела, и он посмотрел на меня с удивленным выражением лица. Я не хотела сказать ничего странного и просто случайно проболталась, но мне очень хотелось, чтобы это случилось в следующий раз. Сейчас уборка, возможно, и раздражала, но я бы пережила её снова, если бы пришлось. Он наклонился вперед, что застало меня врасплох. «Она склизкая.» «Киётака, ты извращенец…» Я с легким разочарованием шлепнула его по затылку, а затем прикрыла руками свои интимные места. «Пожалуйста, не называй это слизью. Мне стыдно.» «Что? Нет, я не имел в виду тебя.» Он поднял руки, в которые вцепилась беспомощная рыбка, привлеченная новыми, неизвестными веществами, которые текли в ручье после нашего приезда. Она хлопала в его ладони, пытаясь вырваться на свободу, пока мы стояли полуголые в воде по щиколотку. Киётака посмотрел на меня с любопытным выражением лица, как маленький ребенок, который нашел что-то интересное. «Она действительно на ощупь склизкая. Хочешь тоже подержать?»

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Всё изменилось. Не прошло и получаса, а наши отношения уже развились, стали более зрелыми после того, как мы вдвоем разделили столь интимный момент. В палатке я не заметила этого из-за испуга, но теперь мне стало комфортнее рядом с ним. Не то чтобы я чувствовала себя неловко раньше, но я ни капельки не смущалась того, что мы делали или говорили о продолжении, когда мы вернулись назад. Когда мы вернулись в лагерь, моё внимание вновь переключилось на экзамен. Тот, кто пытался подставить Киётаку, всё ещё был рядом, и с ним нужно было разобраться, чтобы успокоить класс. У Кацураги-куна тоже могло быть что-то в рукаве, но я не знала, с какой стороны он нападет на врага. После июньского инцидента и испуганной реакции его одноклассников образ действий Рьюена стал ясен. Трое наших гостей передохнули и поели ягод под одним из многочисленных деревьев. Ни один из них не удивился, увидев меня, поскольку наверняка предвидел, что я нанесу им визит из-за этого инцидента. «Мы можем поговорить?» «Конечно, Мацушита-сан. Мы уже ожидали, что ты придешь.» Шиина-сан отвесила слабый поклон, как всегда, добрая и понимающая. Ямада-кун повернулся и уставился на нас с Киётакой, а Ибуки-сан кивнула, видимо, расстроенная тем, что мы заподозрили их в нечестной игре. Она не смотрела нам в глаза, как будто чувствовала себя виноватой, но, возможно, это было просто её обычное «дружелюбное» отношение. Ичиносе-сан и Канзаки-кун упоминали, что она вела себя так же в лагере класса В, так что это могло быть её обычным поведением. Однако это была одна из причин, по которой вся эта затея сбила меня с толку. Настоящий шпион должен был действовать, как Шиина-сан, — покладисто, любезно и незаметно. Это была их уловка? Использовать Ибуки-сан в качестве козла отпущения, пока Шиина-сан собирает информацию? Серебристоволосая ученица класса С была элегантной, но замкнутой девушкой, которая не обращала особого внимания на конфликты в классе. Она предпочитала читать книги, а не общаться с одноклассниками, так как не нашла человека, с которым могла бы разделить свою страсть к романам. Её лазурно-волосая подруга была такой же одинокой волчицей, но она была дерзкой, граничащей с враждебностью, и с ней было трудно общаться. Не было смысла в том, чтобы Рьюен использовала столь явного и неприятного персонажа для шпионажа за классом, тем более что за последние несколько месяцев они не раз конфликтовали друг с другом. По словам Кушиды-сан, это было их обычное поведение. «Ну что ж, тогда не стоит говорить лишнего. Кто-нибудь из вас украл белье из сумки Каруизавы-сан? Я предпочту честность, а не ложь, и тогда мы сможем расстаться без неприятных чувств. Я небезосновательна, поэтому пойму ваши действия, если Рьюен заставил вас саботировать наш класс.» С их точки зрения, я предлагала им легкий выход из положения. Воспользовавшись удобным предлогом, они могли спрятаться за Рьюена без особых последствий. Человек, о котором шла речь, уже ушел в отставку, или так все думают. Их реакция может дать мне некоторые подсказки, по которым я смогу выяснить, находится ли он ещё на острове. Шиина-сан криво улыбнулась. «Как и ожидалось, ты считаешь, что кто-то из нас приложил руку к созданию такого переполоха. Вполне естественно видеть нас в таком плохом свете из-за влияния Рьюен-сана. Я хотела бы поблагодарить тебя за то, что ты оставила это между нами, поскольку внезапное обвинение могло бы помешать нам провести здесь оставшееся время, если мы, конечно, сможем остаться.» Она отвесила ещё один изящный поклон, после чего повернулась к Ямаде-куну. «Альберт-сан, ты имеешь какое-то отношение к пропаже нижнего белья?» «НЕТ.» На её вопрос последовал простой односложный ответ. Сложно было составить о нем какое-то представление, поскольку он мало говорил, но по его поведению в лагере можно было составить довольно полное представление о том, что он за человек. Ямада-кун был довольно сострадательным и очень заботился о двух своих одноклассниках, выполняя все наши указания, несмотря на свои внушительные размеры. Когда Мии-чан и Мори-сан боролись с большой веткой, он помог им без просьбы. Несмотря на то что из-за его крупной фигуры и мускулистого тела о нем можно было составить неверное представление, он был послушным, как хорошо выдрессированная собака. Он был грозным, но очень добрым и отзывчивым человеком, и мне стало интересно, как он вписался в группу преступников Рьюена. «Я тоже ничего не видела и не делала, но я пойму, если тебе придется выгнать нас из лагеря ради блага твоего класса. Мы уже благодарны за то, что смогли пробыть здесь так долго.» Девушка была довольно прямолинейна в своем подходе. Она знала, что должно быть творится у меня на душе, и не пыталась скрыть своих искренних чувств по этому поводу. Была ли она особенно проницательна, выяснить по этой скудной информации было невозможно, ведь даже Судо-кун и Ике-кун могли догадаться, что странные люди из другого класса будут наиболее подозрительными. «Я тоже ничего не делала, но вы всё равно нам не поверите, так что перестаньте изображать из себя святых и просто вышвырните нас вон. Мы бы прекрасно обошлись без вашей благотворительности, так что не думай, что вы поступили благородно, подобрав кучку изгоев.» На протяжении всей своей речи Ибуки-сан время от времени поглядывала на меня. Она никогда не держала зрительный контакт слишком долго и была более агрессивной, чем обычно, что отличалось от её естественного поведения. Это указывало на лживое поведение, поскольку преступник подсознательно скрывает себя, когда ему есть что скрывать. Эти признаки в сочетании с ростом и прической, которые соответствовали описанию Хорикиты-сан, убедили меня в том, что она, должно быть, и есть похитительница белья. Логично, что жертвой её розыгрыша стал Киётака, ведь до его багажа было проще всего добраться. Остальные парни использовали их как подушки, а его сумка почти всю ночь простояла без дела из-за его путешествия по острову. Ей не составило бы труда проверить, все ли спят, прежде чем проскользнуть в палатку и спрятать белье. Этот план был похож на те, что изгнал Ямаучи-куна и поставил под угрозу Судо-куна. Рьюен вел себя как обычный правонарушитель, но он был осторожен и обладал достаточным терпением и предусмотрительностью, чтобы придумывать безжалостные планы, которые трудно было отследить. Он не был просто тупым правонарушителем, как большинство учеников его класса, и это объясняло, почему он так спокойно занял место лидера. Хотя я чувствовала себя немного неловко из-за того, что отправила её в лес одну, я никак не могу позволить ей остаться после того, что она сделала. Возможно, в лагере за ней было бы легче наблюдать, но остальные ученики никогда бы не поняли таких рассуждений. Кушида-сан и Хирата-сан, возможно, помогут мне убедить одноклассников, но Каруизава-сан и её последователи никогда не поддержат это решение, ведь именно она стала жертвой этой кражи. «Во-первых, спасибо за то, что ты так радушно приняли нашу помощь. Мы изо всех сил старались включить вас в наш лагерь, чтобы вы чувствовали себя непринужденно, но класс D, особенно класс D, испытывал некоторые сомнения из-за предыдущих выходок Рьюена. Шиина-сан и Ямада-кун, вы двое можете остаться. Ибуки-сан, я вынуждена попросить тебя уйти за кражу нижнего белья Каруизавы-сан.» Шиина-сан растерялась и повернулась к своей однокласснице. «Что за чушь ты несешь? Я не сделала ничего плохого!» «Чиаки, она выглядит очень злой… ты уверена, что это была она? Несмотря на то, что она немного… ну, сложная, я не думаю, что она плохой человек. Я не верю, что это сделал кто-то из них.» В разговор вмешался голос Киётаки, удивив меня и трех учеников класса С. «Ха?! Что за чертовы проблемы? Не лезь не в своё дело.» «Прости?» Я была очень удивлена, что она так разозлилась на него, несмотря на его желание помочь ей. Киётака был сострадательным и иногда слишком наивным. Знакомство с учениками класса В могло быть случайной удачей, но его отношение не помогло бы ему рядом с ребятами класса С. «Одна из девушек видела силуэт, подходящий под твоё описание, у сумки Каруизавы-сан.» «Что за чушь ты несешь? Я ни черта не делала прошлой ночью. Скажи ей, чтобы купила очки, ладно?» Её сузившиеся глаза обследовали наш лагерь, пока не остановились на одном человеке. «Подожди… Это же та больная, да? Вот почему она всё время следила за мной. Ты что, блядь, издеваешься? У этой девчонки был какой-то пустой лихорадочный сон, а ты меня выгоняешь? Да пошла ты!» Возмущенная реакция Ибуки-сан прозвучала довольно громко. Некоторые из моих одноклассников обернулись, перешептываясь между собой. Наши гости из класса В тоже наблюдали за ситуацией, пытаясь понять, что же я такого сказала, что она так громко взорвалась на меня. «Она—» Мои слова прервались, когда я почувствовала теплую хватку на своем плече. «Мне очень жаль, что я снова прерываю тебя, но ты думаешь, что человек, о котором идет речь, будет вести себя так?» Арт Удивленная Ибуки: https://img.wattpad.com/97db8d1104c2dd254b0bf3a5f5a6ea72304957c3/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f676e6755375f595744505f6461673d3d2d313236373532393238372e3137313336643164343133666264346331363932313339393133332e6a7067?s=fit&w=460&h=460 «Чувак, да что с тобой такое? Может, хватит меня защищать?! Это раздражает!» «Эм, мне правда жаль?» Киётака опустил голову и отступил назад. Зачем Рьюен послал к нам такую, как она? Нет, это неправильно. Он отправил её не к нам, а в класс В. Их бы её поведение не обеспокоило, ведь они дружат и ладят со всеми, поэтому Рьюен и отправил Ибуки-сан к ним, а не в наш класс. Его позиции лидера должны были ослабнуть из-за трех исключений, поэтому у него не было другого выбора, кроме как использовать её. А что насчет Шиины-сан? Если она не вникала в дела класса, как говорила Кушида-сан, то могла и не понять, что Ибуки-сан была изгнана по определенной причине. Что всё это было лишь игрой, чтобы получить информацию о лидере класса в. С точки зрения Шиины-сан, всё, что она нам рассказала, могло быть правдой. Она видела, как Рьюен ударил её одноклассницу, не зная, что они вдвоем всё спланировали. Когда она стала донимать его по этому поводу, он выгнал и её. Шиина-сан была одной из немногих, кого Рьюен не мог контролировать, потому что ей было всё равно, попадёт ли она в класс А. По словам Кушиды-сан, она просто хотела наслаждаться временем, проведенным в библиотеке. Рьюен был осторожен рядом с нами, поэтому он никогда не планировал посылать кого-то в нашу сторону. Вполне возможно, что Шиина-сан случайно оказалась здесь, поскольку была втянута в их планы. По их нескоординированным движениям мы догадались, что они могут быть шпионами, и объединились, сорвав план Рьюена. Ибуки-сан было бы очень трудно найти лидера Класса В в этой ситуации, поэтому она попыталась подставить одного из нас, чтобы посеять хаос в нашем лагере. Это даст ей шанс вычислить лидера класса В, особенно если они будут спорить против моего класса, чтобы защитить Киётаку. Мне было бы трудно им помешать, ведь он был моим парнем. К счастью, она не предполагала, что Хирата-кун готов пожертвовать собой. Подобные рассуждения объясняли и появление Ямады-куна. Такой добросердечный человек, как он, должен был беспокоиться о Шиине-сан, которую втянули в эту историю против её воли. Если план Ибуки-сана провалится и приведет к изгнанию всех троих, он хотел быть рядом, чтобы защитить её от последствий. Даже если не все выводы были верны, суть должна была остаться прежней. Неужели Коенджи-кун использовал этот маневр для реализации своего собственного плана? «Ты единственный человек, который подходит под описание Хорикиты-сан. Она больна, да, но у неё нет нарушений зрения или ослабленного психического состояния. Решение принято. Уходить ли молча — решать тебе. Шиина-сан и Ямада-кун, конечно, могут остаться, но если вы считаете, что нужно уйти вместе со своей спутницей, я не стану вас останавливать. Через десять минут я сообщу одноклассникам о том, что видела Хорикита-сан. Ты должна уйти до того, как это произойдет.» «Тц. Да пошла ты. Всё равно не хотела здесь находиться.» Она пристально посмотрела мне в глаза, прежде чем уйти в лес.

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Через десять минут после нашего разговора Мацушита-сан созвала своих одноклассников. Мне удалось убедить Альберта-сан позаботиться о Ибуки-сан, так как мне не нужна была никакая поддержка, пока я могу оставаться в лагере класса D. Они были достаточно великодушны и видели во мне скорее жертву, чем врага, что, должно быть, было неожиданным благом для меня. Я бы никогда не простила себе, если бы с Ибуки-саном что-то случилось, раз уж экзамен был на моей совести. Но всё же… «Это всё неправильно…» — разочарованно прошептала я, поглаживая большой палец. За ходом мыслей Мацушиты-сан было довольно легко уследить. Она, должно быть, пришла к выводу, что Ибуки-сан была послана Рьюен-саном, которой поручили найти лидера класса В. Из-за моей обычной незаинтересованности в соревнованиях классов, о которой она должна была знать через Кушиду-сан, она также должна была предположить, что я случайно везла в их план, поэтому и позволила мне остаться. Однако у следа, по которому она пошла дальше, был один вопиющий недостаток. У Ибуки-сан не было причин саботировать их класс. Она украла и подарила классу А карточку лидера Ширанами Чихиро во время нашей первой ночи на острове. Ей ничего не оставалось, как расслабиться на ближайшие несколько дней, так как она выполнила задание. Это была наша последняя игра, которая могла стоить ей очков. Даже мы не знали, кто является лидером. Но кто и как подставил Ибуки-сан? В зависимости от степени достоверности её заявлений, было не так много людей, которые могли это провернуть. Одним из них была сама Мацушита-сан. Возможно, она затеяла всё это, чтобы отделить нас друг от друга. Так у неё было бы больше возможностей вычислить нашего лидера, пока мы не можем общаться. По крайней мере, в её воображении. Изгнание Ибуки-сан было одновременно и наступательным, и защитным механизмом, поскольку она не могла знать наверняка, что Рьюен-сан покинула остров. Тем более невозможно было предположить, что она узнает, кто из нас может быть лидером, после того как Альберт-сан выбросил карту в океан. Может и это быть причиной «несчастного случая» её парня? По словам Рьюен-сана, она планировала отравить его. Если она готова пойти на такое, то не будет лишним предположить, что она могла спровоцировать несчастный случай, разрядив батарейки в фонарике или что-то подобное. Но почему? Мои глаза широко раскрылись от осознания. Она воспользовалась этим прискорбным обстоятельством, чтобы прочесать лес. Найти Рьюен-сана, если бы он всё ещё прятался на острове, было бы очень сложно, поэтому не было ничего более эффективного, чем поисковая группа из почти восьмидесяти человек, которые прочесывали окрестности в поисках ещё одного школьного товарища. Был ли это её план или часть работы Х? Благодаря искусной технике переговоров Рьюен-сана мы смогли узнать имена лидеров классов А и В, сохранив при этом преимущества контракта с первым благодаря лазейке в условиях. Мне было поручено определить второго лидера класса D после отставки Аянокоджи-куна. Эта простая задача была расширена после довольно интересного поворота на второй день экзамена. … «Ах, Шиина-сан. Как ты себя чувствуешь сегодня?» — приветливый голос Кушиды-сан доносился до моих ушей, пока я ела красные ягоды. Мне было как-то не по себе, что я вторглась к ним со скрытыми мотивами, но на данный момент я решила помочь Рьюен-сану. Поддержка класса во время соревнования была лишь второстепенной задачей, ведь меня гораздо больше волновала защита оставшихся одноклассников и разгадка тайны трех исключений. Это было похоже на действие одной из моих любимых книг. При этой мысли на моем лице появилась легкая улыбка. Кушида-сан, похоже, не поняла этого непроизвольного движения, так как на её губах появился луч, прежде чем я успела открыть рот. «Мне уже гораздо лучше. Спасибо, что убедила всех, что я могу остаться. Хоть я и сказала, что сама справлюсь… ну, я действительно не думаю, что это было бы так.» Рьюен-сан и Альберт-сан всё ещё находились на острове, занимаясь последними приготовлениями к нашей сделке с группой Сакаянаги-сан. Он отложил уход на корабль на случай, если у меня возникнут проблемы с классом D. Если всё пройдет по плану, то Альберт-сан прибудет сегодня позже. «Тебе не нужно благодарить меня за что-то естественное, Шиина-сан. Мы бы никогда не оставили тебя одну. Я просто не могу поверить, что Рьюен-кун ударил тебя. Тебе всё ещё больно?» Она погладила мою покрасневшую щеку, стараясь не поранить меня случайно. Немного жгло, но Рьюен-сан, похоже, испытывал не меньшую боль, чем я. Поначалу он отказывался давать мне пощечины, пока я не налетела на дерево, чтобы пораниться. Он жаловался, что никто бы не поверил в такую глупую рану, и проклинал мою неспособность, прежде чем шлепнуть меня. Ну и цундере. «Немного. Я просто рада, что Мацушита-сан позволила мне остаться. После того, что случилось с Кондо-куном, Комией-куном и Кимурой-куном, я сомневалась, что она позволит ученику класса С приблизиться к вашему лагерю.» Кушида-сан понимающе кивнула, а потом рассмеялась. «Она не из тех, кто держит обиду. Даже тогда она планировала спасти Судо-куна и настаивала на отстранении твоих одноклассников, пока не получила то видео.» Что? Мои глаза на долю секунды расширились. Рьюен-сан и Сакагами-сенсей не упоминали о видео. Их троих не было с одного дня до другого, и никто из их друзей не знал, почему. Только Ибуки-сан, Ишизаки-кун, Альберт-сан и я узнали, что причиной их изгнания стала Мацушита-сан. «Ах, да… То, которое она получила во время суда.» Кушида-сан была хорошим собеседником, но она никогда не думала ни о ком плохо, что давало мне преимущество в этом обмене мнениями. Предполагать, что видео впервые появилось в тот день, было относительно безопасно, иначе Рьюен-сан знал бы об этом и подготовил контру. Ученики классов B и D тоже всё время переспрашивали, что не имело бы смысла, если бы они были уверены в своей победе. «Ммм… Это был шок, верно?» Мацушита-сан настаивала на ужесточении наказания после того, как увидела содержимое, а это означало, что нтам было показано, что наши одноклассники начали драку или что-то ещё столь же пагубное. Мои последующие слова должны были оставить возможность для интерпретации и в то же время убедить её в том, что я знаю о предмете. Если это было что-то, о чем не знал даже Рьюен-сан, я должна собрать как можно больше информации. «Да, я слышала об этом от Рьюен-сана после того, как наших одноклассников исключили. Видео было доказательством того, что Судо-куна подставили. Никто в нашем классе не знал об этом раньше, но мы не могли обвинить вас за то, что вы так отомстили.» «Ох? Значит, он не сказал тебе, что сначала они пытались подставить Судо-куна? Мацушита-сан и ещё несколько человек считали, что в этом замешано большинство, если не все, из класса С. Я пыталась убедить их в обратном, но не все поверили мне, когда я сказала, что вы не плохие люди.» Она опустила голову с язвительной улыбкой. Откуда взялись эти доказательства? Рьюен-сан предполагал, что их заманила в ловушку Мацушита-сан, но если она получила поддержку во время суда, значит, кто-то другой переиграл его. Мы были так сосредоточены на ней, что не поняли, что за ниточки тогда могла потянуть другая сторона. Этот неизвестный человек может быть ещё опаснее, чем лидер класса D. … В конце концов, Рьюен-сан знал о видео, но не знал, что Мацушита-сан получила его от кого-то другого во время суда. Мы свели круг преступников, которых он назвал «Х», к кому-то из класса А или D, так как класс В, по его словам, был слишком занят тем, что натягивал друг другу штаны или что-то в этом роде. Я не поняла этого выражения, но Рьюен-сан отказался просветить меня. Он даже извинился… Наш лидер мог быть довольно раздражительным и непристойным, когда был чем-то взволнован, но я сомневаюсь, что смогу что-то изменить. Но я всё равно стараюсь изо всех сил, ведь в душе он был добрым. За время моего пребывания в лагере класса D у меня было более чем достаточно времени, чтобы понаблюдать за ними. Единственными учениками, которые привлекли моё внимание, были Коенджи-кун и Хорикита-сан. Также существовала вероятность, что Мацушита-сан все продумала заранее и подстроила всё это, чтобы сбить нас с пути истинного, что позволило бы ей выиграть немного времени. Остальных, а также таких людей, как Кушида-сан и Хирата-кун, можно было исключить, потому что они были слишком сочувствующими, как и ученики класса В. Аянокоджи-кун, Судо-кун, Мияке-кун и Онодэра-сан были достаточно способными физически, но это всё, что с ними было связано, насколько я могла судить. Хорикита-сан была скрытой картой. Поскольку она болела, я не смогла наблюдать за ней так часто, как хотела бы, но было весьма подозрительно, что она видела Ибуки-сан ночью, хотя это должно было быть невозможно. Даже если она не была организатором, она должна была помогать Мацушите-сан в её затее. Коенджи-кун был странным человеком. Я не имею ни малейшего представления о том, что этот человек делал всё это время, но он был более чем способен провернуть нечто столь замысловатое. Несмотря на то что он не разговаривал с Ибуки-сан, он понял, что она шпионка, и назвал её и Кушиду-сан Апатэ. Я не знаю, почему её включили в список лживых людей, но я должна сообщить эту информацию Рьюен-сану, как только мы вернемся на корабль. Класс D нашел консенсус, пока я была занята своими мыслями. Девочки, особенно громкая, которую, похоже, действительно ненавидели, извинились перед мальчиками, попавшими под перекрестный огонь драки, которую они не могли предвидеть. Жертва всей этой затеи вела себя нагло и предпочла не отказываться от своих обидных заявлений, потому что они «в любом случае извращенцы». Она вела себя причудливо и громко, но остальные девушки окружили её. Аянокоджи-кун подошел к их классному учителю, чтобы взять горсть виниловых пакетов, в то время как другие ученики его класса разошлись, чтобы собрать побольше материалов и еды для сегодняшнего ужина. Он зашел в пещеру и вернулся без мешков, которые, видимо, использовал, чтобы снова набить палатки, поскольку мох со временем терял свою эффективность. Мацушита-сан и её парень сделали небольшой перерыв и накормили друг друга ягодами. Иногда по одной, иногда по горсти. Они даже начали проглатывать несколько ягод, не жуя, потому что поспорили, кто быстрее доест миску. Аянокоджи-кун схватил несколько ягод и сделал глоток из своей бутылки с водой. «Эй, Киётака! Прекрати! Пить воду — это жульничество!» «Не помню, чтобы мы устанавливали какие-то правила.» В итоге он победил с небольшим отрывом в три ягоды, несмотря на все старания Мацушиты-сан, которая заглатывала воду и ягоды быстрее своего кареглазого парня. Её поведение сбило меня с толку: она казалась очень близкой и любящей по отношению к этому мальчику, но при этом не возражала против его отравления, по крайней мере, если верить нашим предположениям. Мы могли ошибаться, но Рьюен-сан не нашел другого удобного способа покинуть остров. Единственным способом вернуться на корабль для лидера была болезнь или травма, которая требовала отставки.

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Четвертый день завершился без особых сюрпризов. По крайней мере, так я подумала, когда забралась в свою кровать. «Кто из вас, отвратительные свиньи, дрочил здесь?!» Я зарылась головой в палатку, а остальные девушки начали гримасничать от отвращения. Настойчивые жалобы Ике-куна гулко разносились по пещере, и это только усугубляло головную боль, которая нарастала всю вторую половину дня. Если он каким-то образом узнает, что произошло на самом деле, я растаю и погибну от стыда. «Боже, эти парни отвратительны.» «В конце концов, я не могу винить Каруизаву-сан за то, что она не извинилась.» «Спасибо, что решили этот вопрос, Мацушита-сан. Если бы нижнее белье Каруизавы-сан до сих пор не нашлось, я бы сожгла все свои вещи, как только бы мы вренулись на корабле. Почему парни такие тошнотворные?» Как бы они отреагировали, если бы узнали, что преступник находится среди них? «Я просто делаю свою работу, чтобы сохранить класс. Не беспокойся об этом.» Мой голос был тихим, приглушенным поверхностью палатки. Несмотря на все усилия, я не могла сдержать слабый румянец, появившийся на моей светлой коже. Это был один из тех случаев, когда мне хотелось бы обладать непостижимым покер-фейсом Киётаки. Может, мне стоит попросить его научить меня когда-нибудь. «Заткнись, Ике. Никто, кроме тебя, не может ничего учуять.» Жалобы Судо невозможно было не услышать. Остальные ребята вскоре поддержали его слова. Все устали после столь насыщенного событиями дня. Всё, чего они хотели, — это заслуженно выспаться, прежде чем проснуться завтра утром. Девушки тоже попросили его заткнуться, но Ике-кун не собирался сдаваться без боя. «Есть следы! Следы, говорю вам!» Что это была за страшная суперсила?

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Вечер пятого дня. Впервые за время нашего пребывания в школе время пролетело как один миг, так как ничего неожиданного не произошло. Девушки по-прежнему осторожничали с парнями из-за той «информации», которой снабдил нас Ике-кун, пока мы хотели спать, но атмосфера в классе вернулась к приемлемому уровню. Отношение Каруизавы-сан не изменилось со вчерашнего дня, она была вне себя от ярости, что вызвало несколько небольших споров, с которыми Хирата-кун и Кушида-сан легко справились. К счастью, один из них был её парнем, которому удалось её немного успокоить. Костры потрескивали, когда мы собрались вокруг них в своих группах. Ичиносе-сан и Канзаки-кун поняли, что я хочу разделить наши классы на время, так как нам нужно было устранить легкую внутреннюю борьбу между собой. Некоторые из моих одноклассников были раздражены поведением класса В до, во время и после вчерашней утренней переклички, но я не могла им об этом сообщить. У Киётаки были друзья в нашем классе, но они не могли сравниться с теми отношениями, которые он завязал с учениками класса В. Это стало ещё очевиднее, когда они начали рыскать по лесу в поисках его, а мы всё ещё ссорились из-за нижнего белья Каруизавы-сан. Те, кто хорошо его знал, ничего не думали об этом, но некоторые другие начали не доверять ему из-за его тесных связей с вражеским классом. Они отступили благодаря моим заверениям, но не забыли о своих сомнениях. Я прислонилась к его груди и наклонила лицо вверх, чтобы поцеловать его в щеку, а затем взяла несколько ягод из контейнера, который он держал в руках, и положила их в рот. Он ответил на мой жест и опустошил чашу с нежной улыбкой на лице. Это было странно, но я не чувствовала себя такой смущенной, как раньше. Он потрепал меня по попе, побуждая встать. Никто из моих одноклассников этого, конечно, не видел, и его действия вовсе не казались неуместными. До вчерашнего дня я бы вскочила и покраснела, но теперь наши отношения стали другими. Мы стали другими. Мы вдвоем отправились в кладовую, чтобы взять ещё фруктов. Мы с Киётакой были единственными, кто знал, что сегодня его ждет последний полноценный ужин, поэтому он поклялся съесть свою долю. Ведь завтрашний пир будет усыпан ядовитыми ягодами. Он бросил взгляд на класс В, который болтал и смеялся, с нотками тоски схватив одну из мисок, которые принесли Кушида-сан, Онодера-сан и Шиина-сан, и повернулся. «Я присоединюсь к ним. Ты пойдешь?» «Тебе не стоит идти. По крайней мере, не сегодня. Класс D и так нестабилен, а если ты и дальше будешь крутиться вокруг класса B, то они могут подумать, что ты когда-нибудь нас предашь. Я уже вразумляла этих идиотов, но их сомнения только усилятся.» «Я просто хочу провести приятный последний вечер с друзьями. Разве я слишком многого прошу?» В его голосе чувствовалась горечь и одиночество. «Хорикита рассказала мне, что произошло, пока меня не было. Я понимаю, что у тебя были свои причины не рассказывать мне, так что я не злюсь, но…» Он окинул наш класс страдальческим взглядом. «Не то чтобы у меня не было чувств, просто мне трудно их проявлять.» Арт Аяно: https://img.wattpad.com/3d19f4e26d7e83da4634b3b95ab65380fd0f8eb8/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f6f726e46487962796351504239513d3d2d313236373532393238372e313731333664323764303432323730363933303938333231323638352e6a7067?s=fit&w=460&h=460 Я обняла его, не в силах произнести ни одного утешительного слова. Он был моим парнем, поэтому я никак не могла не понять его мыслей и переживаний, но посещение и общение с классом В только ещё больше отдалит его от наших одноклассников. Я могла бы справиться с теми, кто сомневался в нем, но не за такой короткий промежуток времени. По крайней мере, для этого экзамена было бы лучше, если бы он держался от них подальше. Но как я могу отказать ему в желании встретиться с друзьями? Класс D всё ещё не доверял ему после всего, что он для них сделал. В то время как класс В бросился на его поиски, наши одноклассники обвиняли его в воровстве. Мне было уже всё равно. Киётака был важнее, чем класс или этот экзамен. Если эти идиоты не могут повзрослеть, значит, так тому и быть. После всего этого я поняла, почему они были дефектными. Не было другого способа измерить их тупость. Один лишь здравый смысл должен был стать достаточным доказательством того, что Киётака не предаст наш класс. Однако они даже не приняли во внимание его действия во время экзамена, когда осуждали его. Что ещё он должен был сделать? «Ты прав.» Я погладила его по гладкой щеке. «Давай поедим все вместе, хорошо? Если что-то возникнет, я просто разберусь с этим. У тебя должен быть хотя бы один хороший ужин после всего, что ты сделал для класса. Мне жаль, что я не смогла найти подходящую альтернативу, но я обещаю, что буду делать это так часто, как ты захочешь.» «Я сдержу это обещание.» Я встала на цыпочки, наградив своего красавчика Киётаку нежным поцелуем, чтобы закрепить нашу сделку. Мы начали собирать своих одноклассников и присоединились к собранию класса В, который был в гораздо более праздничном настроении, чем наш класс. Поговорка о том, что «веселье заразительно», оказалась правдой, и прошло совсем немного времени, как атмосфера на нашей стороне подскочила. Раз уж все были здесь, то и Киётака не мог упрекнуть их в том, что они тусуются вместе. Может, зря мы разделили классы? Киётака гулял сам по себе, потому что я не хотела вмешиваться в то, как он хочет провести свой последний полноценный вечер. Если у наших одноклассников были проблемы с этим, они могли жаловаться мне сколько угодно. Неважно, как часто мне придется уверять их, что он нас не обманет. Я всегда буду его прикрывать.

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

«Хонами-чан.» Усталый стон вырвался из моих губ, когда я заставила себя открыть глаза. «Мм, Мако-чан?» Я взглянула на наручные часы, которые показывали семь двадцать пять. Была только одна причина, по которой она разбудила меня так рано в начале нового дня. «Что случилось?» «Чихиро-чан заболела. Она сказала, что вчера вечером, когда мы легли спать, у неё поднялась температура, а теперь она потеет и её всё время тошнит. Жар усилился, и она выглядит очень бледной. Что нам делать?» Сонливость, которую я чувствовала, исчезла в одно мгновение. «Где она?» «Всё ещё в нашей палатке.» Я не раздумывая поднялась, и мы вдвоем направились к ней. Свежий утренний ветерок был довольно холодным, и никого, кроме Хорикиты-сан, снаружи не было. Во всем лагере царила тишина, создавая почти жуткую атмосферу. Мы в несколько шагов добрались до палатки, стоявшей рядом с нами, и забрались внутрь. «Чихиро-чан?» Моя одноклассница лежала в центре палатки, а вокруг нее крутились восемь девушек. Две из них держали в руках один из виниловых пакетов, от которого исходил тошнотворный запах, а остальные предлагали ей свежую воду, чтобы прополоскать рот. Она смотрела на меня с извиняющимся выражением лица, не в силах скрыть слезы. «Хонами-чан… Мне… жаль…» Я не могла понять её извинений и посмотрела на неё в замешательстве. Прошло несколько мгновений, прежде чем я поняла, что Чихиро-чан ужасно переживает из-за того, что заболела, ведь её выбывание будет стоить нам тридцати баллов. «Не глупи, Чихиро-чан. Давай немедленно вернем тебя на корабль.» Я повернулась к обеспокоенным девушкам. «Мако-чан, помоги мне вытащить её из палатки. Химено-сан, не могла бы ты разбудить Канзаки-куна и Шибата-куна?» «Хорошо.» «Конечно, я сейчас вернусь.» Обе девушки бросились наутек. Одна, спотыкаясь, вышла из палатки, а другая поменяла положение, чтобы нам было легче вытащить её наружу. Однако тошнотворная пациентка была не в восторге от такого расклада. «Нет… подожди, Хонами-ча… Ещё один… день…» Я покачала головой, без колебаний отвергая её желание. «Нет, ты больна. Я не позволю тебе страдать из-за нескольких паршивых баллов.» Мако-чан и остальные девочки согласились, полностью поддержав моё решение. Мы всегда думали в первую очередь о своих одноклассниках. Переход в класс А был второстепенным. Если бы мне пришлось выбирать между выпуском со всеми из класса В или с тридцатью девятью из класса А, я бы выбрала первое в десяти случаях из десяти. «Но… Хорикита-сан тоже…» «Это решение принял класс D.» Я прижала ладонь к её кипящему лбу. «Ты горишь как сумасшедшая. Ты ни за что не останешься здесь, даже на полчаса. Мы отнесем тебя обратно на корабль как можно скорее.» Все схватились за руки, пока мы помогали Чихиро-чан выбраться из палатки. Она неустойчиво стояла на ногах, и тошнота усиливалась, как только она пыталась встать или даже встать на колени. Вскоре появилась Химено-сан с двумя парнями. Она уже объяснила ситуацию нашим одноклассникам, поэтому они были готовы к отъезду. Канзаки-кун поднял её на руки, и они поспешили к пляжу. Никто из нас не упоминал о баллах, которые мы потеряем, так как мы все согласились, что наши одноклассники — наши друзья — важнее. Я была счастлива, что школа определила меня в класс В. После всего, что мы пережили вместе, не было никого, кому бы я доверяла больше, чем им. Чихиро-чан как можно скорее нужен был врач. Я не знаю, сколько времени займет процедура её отставки, ведь она была нашим лидером, но надеюсь, что школа не будет медлить из-за высокой температуры. Обычный грипп не вспыхивает так внезапно, а усиливается в течение нескольких дней. Единственным объяснением её взрывной болезни могло быть употребление в пищу ядовитых фруктов или грибов, которые росли по всему острову. Но мы ужинали вместе со всеми, и никто, кроме неё, не выглядел больным. Может, это просто несчастный случай? Если она выпила что-то ядовитое, то кто-то из людей рядом с ней мог подсыпать ей что-нибудь. Обычно я так не подумала бы, но, когда над нами нависала Мацушита-сан, я не могу сбрасывать со счетов такую возможность. Кто сидел рядом с ней? Я закрыла глаза и задумалась о вчерашнем вечере. Воссоздать сцену у костра было несложно, но вот распределить места между учениками оказалось довольно сложной задачей после того, как все присоединились. Во время ужина большинство из нас перемещались, что ещё больше запутывало ситуацию. Слева от меня сидела Мако-чан, за ней — Ёнэдзу-кун, рядом с ним… Образы в моем сознании обретали форму и превращались в людей, голоса и действия, которые совершали мои одноклассники. Временами эти воспоминания исчезали в облаке дыма, так как место, куда я их помещала, не совпадало с моей памятью. «Чихиро-чан, Чихиро-чан, Чихиро-чан…» Тихий, почти неслышный шепот вырвался из моего рта, когда я попыталась сформировать её силуэт вокруг тех мест, где она могла быть. Воображаемая иллюстрация пополнялась все новыми и новыми людьми, пока я не сузила место Чихиро-чан. Химено-сан всё время сидела слева от неё, а значит, преступник должен был находиться справа от неё. Шибата-кун некоторое время сидел рядом с ней, но во время ужина он поменялся местами с человеком, сидящим рядом с Канзаки-куном. Хитоми-чан тоже поменялась местами с Беппу-куном, который впоследствии поменялся местами с Хамагучи-куном. Девушка по имени Мии-чан немного посидела рядом с Чихиро-чан, потому что заинтересовалась её милой заколкой для волос. Как только их разговор закончился, она поменялась местами с… …Аянокоджи-куном? Нет, должно быть, это был кто-то другой. Он держал в руках одну из мисок Ике-куна, но сидел рядом с несколькими моими одноклассниками, включая Канзаки-куна, Химено-сан, Ватанабе-куна и меня, которые все ели ягоды. Даже больше, если бы я продолжила вечер. Он не мог быть преступником, ведь Аянокоджи-кун никогда бы не причинил вреда. Может, он был целью? Несчастный случай, произошедший с ним накануне… А что, если бы это был не несчастный случай? Все должны были уже понять, что Аянокоджи-кун был назначен лидером класса D. Отравление его ничего не дало бы, кроме того, что усложнило бы жизнь другим классам, ведь им пришлось бы искать нового обладателя карты после его ухода. И это решило все наши вопросы…

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

«Всё прошло хорошо?» Шибата-кун лежал на земле, раскинув конечности, и пыхтел, как будто умирал. Канзаки-кун, который не состоял в спортивном клубе, был в ещё худшем состоянии, он едва мог стоять, опустошая одним махом две бутылки с водой. Всё его тело дрожало, когда он рухнул в сидячую позу. «Да, Ширанами-сан сразу же отвезли к врачу, так что с ней всё будет в порядке. Может, мы и потеряли тридцать баллов, но, по крайней мере, она теперь в надежных руках. К тому же мы едва успели на перекличку.» Оба парня даже двигались с трудом, глубоко дыша от сильного переутомления. Химено-сан принесла ещё две бутылки, которые Шибата-кун выпил без колебаний. «Как, черт возьми, Аянокоджи мог бегать так в течение трех дней?» «Его выносливость зашкаливает…» Два жалких смешка сорвались с их блестящих губ, когда они с кривыми улыбками смотрели друг на друга. Несмотря на то, что Шибата-кун состоял в футбольном клубе, ему было нелегко справиться с путешествием, которое было лишь малой частью путешествия Аянокоджи-куна. А ведь одноклассники до сих пор сомневались в нем… Канзаки-кун подал мне знак приблизиться к нему, а затем достал из кармана новую карточку лидера. Это был всего лишь маленький, почти незаметный жест, если не считать остальных. На ней было выгравировано: «Хамагучи Тецуя». Личность лидера не имела значения, поскольку мы решили не занимать никаких мест. Чихиро-чан использовала карту дважды, и оба раза мы окружали её. Ибуки-сан присоединилась к нам перед первым и последним обновлением, но ей было бы трудно понять, кто использовал карту, даже если бы у неё было рентгеновское зрение. «Я буду держать её при себе до конца экзамена. Если кто-то заметит карточку, он может прийти к неверному выводу, и тогда мы будем спокойны. Этот маневр в лучшем случае сомнителен, но это самое большее, что мы можем сделать в данный момент.» «Мы не можем ошибиться, если попробуем.» Один за другим проснулись остальные наши школьные товарищи. Хошиномия-сенсей и Чабашира-сенсей начали утреннюю перекличку через несколько минут, в обычное время. Коенджи-кун взвалил Аянокоджи-куна на спину и побежал занимать оставшиеся места после того, как каждый ученик подтвердил своё присутствие. Мацушита-сан отправилась в лес вместе с Сакурой-сан и Хасебе-сан, что было новым и довольно неожиданным сочетанием. Судо-кун, который обычно ходил с ними, покинул лагерь вместе с Хорикитой-сан. Он смотрел в землю, словно умоляя о помощи, а потом оба исчезли за линией деревьев. «Хирата-кун, у тебя есть минутка?» Я подошла к одному из самых добрых и отзывчивых учеников в их классе. Он обернулся с удивленным выражением лица, так как я прервала его во время обычной проверки успеваемости. За последние несколько дней я убедилась, что он всегда старался сделать всё возможное для класса. Независимо от того, насколько сложной была ситуация, он старался поддерживать сплоченность коллектива и действовал мирными методами. Короче говоря, я могла ему доверять. По крайней мере, до определенной степени. «Конечно, Ичиносе-сан. Давненько мы не общались, не так ли?» Его улыбка была приятной и настраивала на спокойный, дружелюбный разговор. Мы обменялись любезностями во время нашего пребывания здесь и выяснили у него статус шпиона Ибуки-сан, но последний раз мы разговаривали один на один ещё в июне, когда столкнулись в магазине за продуктами. «Это касается инцидента, произошедшего два дня назад. Не мог бы ты уделить мне минутку?» На его лице появилось страдальческое выражение, когда он кивком подтвердил мою просьбу. Мы вдвоем пошли в лес, подальше от наших одноклассников. Я специально выделила его, так как считала, что он разделит мои мысли о желании помочь Аянокоджи-куну. «Честно говоря, я не— аргх. Хорикита! Моё ухо!» «Не выкручивайся и ответь на мой вопрос, Судо-кун. Что Шинохара…» Её мягкий, но в то же время пугающий голос исчез, когда мы прошли мимо зоны слышимости. Хирата-кун лишь почесал щеку и сказал, чтобы я не слишком беспокоилась об этом, после чего мы остановились у куста с красными ягодами. Он сорвал несколько ягод и повернулся, окинув меня внимательным взглядом. «Могу я спросить, где ты нашёл нижнее белье Каруизавы-сан?» «Это то, что я не могу с тобой обсуждать. Мне очень жаль.» Хирата-кун поклонился в знак извинения. Он не хотел отступать, но сейчас мне нужно было, чтобы он мне доверял. Если он решит отказать мне в поддержке после моей просьбы, то я вернусь к исходной точке. С его помощью и помощью Кушиды-сан мы, возможно, сможем что-то сделать. «Могу я тогда сделать дикое предположение?» Я осмотрела окрестности, чтобы убедиться, что никто не подслушивает наш разговор, и продолжила тихим голосом. «Ты случайно не нашёл нижнее белье в сумке Аянокоджи-куна?» Он выглядел довольно шокированным. Его молчание было достаточным доказательством моего предположения. «Откуда ты это знаешь?» Должна ли я рассказать ему о планах Мацушиты-сан? Или я переборщила? Я глубоко вздохнула и решила сначала сообщить Аянокоджи-куну, прежде чем привлекать кого-то ещё. Он имел право узнать первым, ведь именно ему грозила опасность. Хирата-кун не должен знать всего, но предупредить его о том, что кто-то напал на Аянокоджи-куна, было бы правильно. «На данный момент это не более чем догадка, но я думаю, что кто-то пытается исключить Аянокоджи-куна с экзамена любыми способами. Сначала было украденное белье в его сумке, потом несчастный случай во время ночного обновления мест. А теперь… теперь нам пришлось отправить Чихиро-чан обратно на корабль, потому что она съела ядовитые ягоды.» «Что? Но…» Хирата-кун остановился и перебрал в памяти всё, что знал. Должно быть, он также понимал, что эта внезапная необходимость заставить его уйти с экзамена не имела смысла для всех, кроме класса D. «Вчера рядом с ним сидела Чихиро-чан. Думаю, она съела несколько его ягод и заболела.» Яркие, дружелюбные глаза парня стали мрачными. Он по-прежнему смотрел в мою сторону, но не на меня. Его взгляд был устремлен на что-то за моей спиной, на что-то или кого-то, кого здесь не было. Окружающая атмосфера изменилась, заставив меня сделать шаг назад. Арт Грустный Хирата: https://img.wattpad.com/92b9780e9bf8ed955983d010834a020c3a3083a1/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f7772534e505370674b6e54304a413d3d2d313236373532393238372e313731333664333262373562313536323234393933313135393531392e6a7067?s=fit&w=460&h=460 «Аянокоджи-кун… он упоминал о болях в желудке сегодня утром.» Его ладони сжимали собранные ягоды, а их свежий сок стекал по пальцам и падал на землю. «Почему? Кто мог сделать что-то подобное? Почему мы все не можем ужиться вместе?» Хирата-кун предстал передо мной в таком виде, в каком его до сих пор не видел никто из одноклассников. Несмотря на то что его глаза были другими, я уловила определенное сходство между нами. Должно быть, в его прошлом было что-то, что сформировало его, схожее с теми муками, через которые прошла я. «Я всегда готова помочь, если тебе нужно поговорить. Столько всего взвалить на себя… Это больно.» Кроме меня, были люди, которые могли поддержать его. Не обязательно я, или Шибата-кун, которого он знал по футбольному клубу, или даже Кушида-сан, которая была его близким другом и одноклассником. Я была уверена, что когда-нибудь он найдет человека, которому сможет доверить эту ношу. «Спасибо, Ичиносе-сан. Но я больше не знаю, кому можно доверять.» «Ты можешь доверять Канзаки-куну и мне. Мы тоже друзья Аянокоджи-куна.» Он снова криво улыбнулся. После инцидента с нижним бельем он должен был понять, что класс В заботится о нем больше, чем его собственный класс. Действия каждого из нас говорили о многом. Они показали и подчеркнули, что он нам небезразличен, несмотря ни на что.

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Я не слышала, о чем они говорили, так как Ичиносе понизила голос, но я поняла его реакцию. Уловил боль, борьбу, маленький огонек недоверия в его дрожащих, когда-то ярких карих глазах. Они потеряли свой цвет и потускнели, как тлеющее, умирающее пламя, которое вот-вот потухнет. Точно так же, как я помнила свои школьные годы. Хирату мучило глубокое сожаление, его терзала ненависть к самому себе за то, что он сделал или не сделал, как и всех тех, кто верил в меня. Кто поделился своими самыми глубокими, самыми темными секретами с персонажем, которого я им показал. Должно быть, именно из-за этой сцены Киётака велел мне наблюдать за Хиратой на протяжении всего финального этапа экзамена. С тех пор как мы ступили на этот остров, они плясали под его дудку, не подозревая об этом. Я прислонилась к толстому дереву между кустарниками, отделявшими их от меня. Я вздохнула и посмотрела на верхушки деревьев. Ветер шелестел листьями, издавая нежные, почти успокаивающие звуки, когда я вспоминала ночь на пляже. … Расстояние между нами всё сокращалось, но моё тело замерло, едва не коснувшись его губ. Если бы я решилась на этот бунтарский поступок, всё изменилось бы. Я больше не смогу быть той Кикё Кушидой, которой была раньше, той, которая не доверяла неизвестности и всем вокруг. Он, должно быть, чувствовал мою борьбу, знал, что я не стану его целовать. Его уверенность раздражала меня, точнее, я была в ярости от того, что он снова оказался прав. Какого черта я делаю? Золотые глаза дьявола сверкали в лунном свете, отражаясь в моем отражении. Мои волосы цвета лесного ореха танцевали в мягком океанском бризе и касались его лба, пока я наблюдала за своими собственными дрожащими пунцовыми глазами. Мы были так близко, что я чувствовала его теплое дыхание на своих губах, слушала его ровное сердцебиение, которое не участилось ни разу. Черт… Я действительно хочу поцеловать его. Я отстранилась и положила уставшую голову ему на грудь. Этот парень делал со мной самые ужасные вещи. Несмотря на всё, через что он заставил меня пройти, я хотела обнять его, почувствовать его приятную, успокаивающую раму рядом со своей. И разум, и сердце были необходимы для выживания Кикё Кушиды. Сейчас же они были рассинхронизированы, пытаясь понять друг друга. Я должна ненавидеть этого человека. Моё тело до сих пор вздрагивало, когда я думала о нем или слушал его слова. Шрамы, которые он оставил в моем сознании и душе, не зажили и ещё долго не заживут. И всё же моё сердцебиение учащалось всякий раз, когда я оказывалась рядом с ним. Раньше это было следствием моего страха, но теперь на смену ему пришло нечто иное. И это было его заслугой. Он хотел, чтобы эти чувства расцвели. Его действия посеяли семена, а его усилия, направленные на то, чтобы я чувствовала себя любимой, питали определенные эмоции, которые он готовил к развитию. Он не просто так обнимал меня с любовью, называл своей королевой, сравнивал меня с единственной в своем роде фигурой на шахматной доске. «Киётака?» Его нежная рука ласкала мой затылок. «Мм?» Я глубоко вздохнула и постаралась запомнить этот прекрасный вечер. «Ничего…» … Поскольку у меня были свои задачи, я знала о происходящем гораздо больше, чем все остальные. Несмотря на это огромное преимущество, я не могла понять, что он делает. Все его действия были направлены не только на то, чтобы выиграть этот экзамен. Он готовился к чему-то большему, что пока оставалось недосягаемым. Ичиносе и Хирата разделились: она вернулась в лагерь, а он бесцельно бродил по окрестностям. Общее направление привело бы его обратно в лагерь, но не похоже, чтобы он хотел проводить там время в данный момент. Наш безупречный рыцарь в сияющих доспехах остановился перед толстым деревом. Его кулаки раз за разом врезались в кору. «Почему… почему это происходит? Всё как тогда…» Его удары были неумолимы и становились все интенсивнее, пока кожа на костяшках пальцев не потрескалась. Из ран потекла кровь, которая смешалась с грязью с дерева и потекла по пальцам и ладони. Капли багровой жидкости разлетелись в воздухе, а остатки её стекали по коре и сочились в землю. «Зачем я это делал? Почему я делал все это до сих пор?» Он ударился головой о дерево раз, два… Интересно, продолжил бы он, если бы Мии-чан не окликнула его?

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

После разговора с Хиратой-куном я вернулась в лагерь. Канзаки-кун всё ещё работал, пока я рассказывала ему о своих выводах. Я умолчала о своих собственных выводах, так как хотела, чтобы у него был свежий, незапятнанный взгляд на всё, что я выяснил. Чувства к Аянокоджи-куну уже однажды ослепили меня, поэтому я доверяла его мнению больше, чем своему. Если такой осторожный человек, как он, пришел к такому же выводу, что и я, значит, я могу быть более уверена в своих убеждениях. На этот раз мне было бы ещё легче подтасовать факты, ведь речь шла о судьбе Аянокоджи-куна, Мацушиты-сан и класса D. Я не могла слепо разбрасываться обвинениями, не будучи уверенной. «Что ты думаешь обо всем этом, Ичиносе?» «Сначала я хотела бы услышать это от тебя.» По его лицу расплылась кривая улыбка, когда он понял мои опасения. Канзаки-кун знал о моей неуверенности, которая проистекала из моих смятенных эмоций. Он кивнул и провел рукой по подбородку. «Я тоже чувствовал себя немного неловко сегодня утром. Я подумал, что, возможно, подхватил грипп или что-то в этом роде, но то, что некоторые ягоды оказались ядовитыми, объяснимо. Похоже, они были не слишком ядовиты, поскольку и у меня, и у Аянокоджи симптомы очень слабые. Должно быть, Ширанами-сан набрала их побольше, поэтому её состояние и ухудшилось до такой степени. Вероятно, именно поэтому Мацушита-сан хотела, чтобы наши классы были раздельными.» «Да. Она опасна, а Чихиро-чан стала случайной жертвой её уловки.» Я сжала кулаки, одновременно злясь и огорчаясь, что Канзаки-кун пришел к такому же выводу. Мы оглядели лагерь, пытаясь понять, как действовать дальше. Мы мало что могли сделать, не разрушив сплоченность класса D. «У тебя есть что-то на примете?» «Думаю, лучше всего сначала рассказать Аянокоджи-куну. Он заслуживает того, чтобы знать, что Мацушита-сан делает за его спиной. Может быть, он сможет отговорить её от этого плана. Он ей небезразличен. Я в это верю, так что не будет ничего странного, если он сможет её переубедить. Класс D может потерять большую часть баллов на этом экзамене, но у них ещё достаточно времени, чтобы вернуться.» Канзаки-кун ничего не сказал и кивнул в знак согласия. Несмотря на то что девушка Аянокоджи-куна оказалась плохим человеком, я почувствовала облегчение. Мне не нравились эти вновь обретенные мелкие эмоции, и я старалась похоронить их под всеми своими плохими поступками. Если бы она не пыталась причинить ему боль, я бы ничего не сказала. Не моё дело вмешиваться в их отношения как посторонний человек. Но если его здоровье было в опасности, я не могла просто сидеть сложа руки. Он заслуживал счастья превыше всего. Мы вдвоем с одноклассниками помогали по хозяйству. Кроме этих повседневных дел, нам почти нечем было заняться на острове. Некоторые из нас вчера ходили на пляж и играли с мячами, которые нам купила Мацушита-сан, но это было почти всё, что мы делали, кроме разговоров и отдыха. Примерно через полчаса в лагерь пришли Аянокоджи-кун и Коенджи-кун. Последний не запыхался, несмотря на то что бегал по всему острову с человеком на спине. Мы почти ничего не знали о нем, но его выносливость и физическая сила казались ещё более смехотворными, чем у Аянокоджи-куна, который затмевал и Шибату-куна, и Канзаки-куна. По его собственным словам, оенджи-кун помогал им только ради личной выгоды. Как же Мацушите-сан удалось накопить столько баллов? Даже у меня было всего около 2,6 миллиона, а ведь я выступала в роли нашего банка. Самый необычный ученик класса D ушел в лес, а Аянокоджи-кун, прихрамывая, подошел к ближайшему дереву и сел. Его лицо было гораздо бледнее, чем утром, когда он натянул майку и осмотрел царапины, появившиеся на его теле за время падения. Я извинилась и подошла к нему. Моё сердце билось всё быстрее и сильнее с каждым шагом, который я делала по направлению к нему. С этим я уже успела познакомиться за время нашего пребывания на острове. К сожалению, причина учащенного пульса отличалась от моего обычного восторга. Что мне делать, если он мне не поверит? Что, если он начнет меня ненавидеть? Должнали я была позволить Канзаки-куну поговорить с ним? Позвать его? Просто для безопасности? Эти мысли пронеслись в моей голове, как бушующее цунами, прежде чем я предстала перед Аянокоджи-куном. На его губах заиграла очаровательная улыбка, он смотрел на меня, не обращая внимания на то, что моя фигура мешает теплым лучам проникать к нему. «Привет, Ичиносе.» «Мы можем поговорить?» Мой голос звучал жестко и неровно, что свидетельствовало о моей нервозности. Должно быть, он уловил моё странное поведение, так как выражение его лица сменилось растерянностью. Я настолько привыкла к нему, что могла это заметить, хотя его лицо почти не изменилось. «Да, конечно.» Аянокоджи-кун подперся о дерево, стараясь не нагружать левую ногу, которая, похоже, сильно болела. Он вздрогнул, наступив на толстый корень, который заставил его перестроить позу. «Вот, обопрись на меня.» Я прижалась к его боку и обхватила его рукой за плечо. «Нет, всё в порядке. Я—» «Аянокоджи-кун, не будь таким и обопрись на меня.» Раскаяние появилось на моем бледном лице после того, как мне удалось выдавить из себя эту фразу. Хотя я не возражала против того, чтобы он был рядом со мной, я не была готова к тому, что это означает для моего сердца. Он был так близко, что я ощущала жар, исходивший от его тела. От такого наплыва раздражителей моё тело не выдержало, и я почувствовала, как превращаюсь в лужицу клубничного цвета. Неописуемый сладкий аромат щекотал мне нос. Можно было бы подумать, что после шести дней, проведенных на необитаемом острове, и обильного потоотделения его запах должен исчезнуть, но это было совсем не так. Его запах был не просто приятным. Я не могла подобрать слов. Мой мозг перестал работать именно в этот момент, вернее, перешел в гиперрежим. Ох, Боже, как я пахну? Всё же не так плохо, да? Правда?! Что, если он подумает, что я плохо пахну? Что мне делать? «Ичиносе?» «ХА!» Визг вырвался из моих губ, когда он посмотрел на меня пустым взглядом. Золотые глаза сверкали в солнечном свете, и я потеряла себя в их завораживающем блеске. Ни один из нас не отводил взгляда. Я не могла понять, почему он этого не делает, но моя причина была очевидна для всех, кроме него. Одна секунда, две секунды… Я потеряла счет времени, так как мои глаза отказывались моргать. Как будто они были обеспокоены тем, что он исчезнет, как только они снова откроются. Моё лицо окрасилось в глубокий пунцовый цвет и начало нагреваться. Я бы не удивилась, если бы превратилась во второе солнце, если бы смотрела на него ещё хоть немного. Да кого я обманываю? Моё сердце выскочило бы из груди гораздо раньше. «Ичиносе? Аянокоджи?» Знакомый голос вывел меня из этого трансового состояния. «А? Э? Да, Канзаки-кун?» Большое спасибо! «Девушки сказали, что подогреют воду и положат в неё ягоды, чтобы приготовить что-то вроде чая.» Он указал на наших одноклассниц, которые помахали нам с яркими улыбками. «Ребята, вы будете?» «Конечно. Спасибо, что спросил, Канзаки-кун.» «Если вас не затруднит, то я тоже выпью немного. Спасибо, Канзаки.» Он кивнул и пошел обратно к группе, которая начала визжать, получив наши ответы. Я огляделась по сторонам, надеясь, что никто из учеников класса D не заметил их слишком очевидного поведения. В данный момент рядом была только Кушида-сан, и она не должна была понять, что что-то не так. Надеюсь… Я была благодарна одноклассникам за то, что они хотят мне помочь, но это было не совсем правильно. У Аянокоджи-куна есть девушка, с которой он, похоже, счастлив, так что не мне вмешиваться. Наши друзья тоже заметили, что к нему относятся с недоверием, несмотря на всё, что он сделал для класса D, поэтому я понимала, откуда взялись их горячие намерения. Мы с Аянокоджи-куном зашли в лес. Пройдя всего двадцать метров, мы остановились, так как я не хотел лишний раз нагружать его ногу. Я смахнула листья и грязь с дерева, после чего мы сели. Он был ранен, поэтому не было причин позволять ему стоять все это время. «Что мы здесь делаем?» «Я должна тебе кое-что сказать.» Я отвела взгляд, всё ещё беспокоясь о том, что он может негативно отреагировать, когда я расскажу ему о том, что мы знаем. Если он воспримет это неправильно, то наша дружба распадется на части без шансов на спасение. «Звучит серьезно. Что случилось?» «Пообещай мне, что ты не разозлишься… и не возненавидишь меня…» Он заглянул мне в глаза с озадаченным выражением. «Как я могу тебя ненавидеть?» Его ровный, теплый голос убедил меня в том, что я приняла правильное решение. «Ладно… Я не знаю, как сказать тебе что-то подобное, и не сказала бы, если бы у меня был другой выбор, но я думаю, что Мацушита-сан хочет накормить тебя ядовитыми ягодами, чтобы ты ушёл с экзамена. Я знаю, что это звучит ужасно и что ты можешь мне не поверить, но все знают, что ты — лидер класса D. Она хочет изменить это до последнего дня, чтобы сохранить все набранные тобой баллы. Если ты возненавидишь меня сейчас, ничего страшного. Я пойму, но, пожалуйста. Тебе нужно—» «Я знаю.» «А?» Его спокойный, безэмоциональный голос напугал меня больше, чем если бы это был крик или упрек за то, что я плохо отозвалась о его девушке. Осознание вновь поразило меня, ведь слова, которые он произнес, были ещё более поразительными. Несколько секунд я не могла уловить ни одной четкой, непрерывной мысли. А тем более сформировать связное предложение. «Ч-что?» «Чиаки рассказала мне о своем плане в первый день. Она также сказала, что мы должны держать это в секрете, потому что наши одноклассники этого не примут, в то время как она заверила меня, что будет искать другой способ, который не будет угрожать моему здоровью. Мы оба ломали голову, но ни один из нас не пришел к приемлемому решению.» Я схватила его за плечи и толкнула. «Что? Но… это же твоё здоровье, Аянокоджи-кун. Это… это неправильно. Ты не должен был делать ничего подобного! Ей даже в голову не должно было прийти отравить тебя! Это ненормально! Она же твоя девушка!» Как он мог не понимать, что её поведение неправильно и опасно для него? Нормальный человек не стал бы травить другого! «Думаешь, я этого не знаю?» Он опустил голову и заиграл травинками вокруг своих ног. «Было уже слишком поздно что-то предпринимать. Вместо того чтобы рассказывать всем и портить атмосферу в классе, я поклялся себе выполнить её план и сохранить мир. Я искренне благодарен тебе за то, что ты рассказала мне, правда. Но это проблема класса D, так что, пожалуйста, позволь нам разобраться с ней.» Моё сердце разбивалось на всё новые и новые осколки, чем дольше длился его приговор. Аянокоджи-кун защищал свой класс всеми возможными способами, несмотря на сомнения одноклассников, их пренебрежение к его состоянию и их отношение к его отсутствию. Не обращая внимания на взгляды, злословие и опасность, которую представлял этот план для его здоровья, он поставил себя между Мацушитой-сан и их одноклассниками. Лишь бы никто, кроме него, не пострадал. Говорить ему, что его просто используют, было бы неправильно, ведь Аянокоджи-кун уже принял решение. Он принял план своей девушки, жестокость одноклассников и стал запихивать в себя все эти извращенные чувства, чтобы защитить их. Хватило бы у меня сил на его месте? «Ты знаешь, когда ты должен был съесть ягоды?» «Сегодня вечером, а что?» «Потому что Чихиро-чан сегодня заболела.» «Ширанами? Но—» Он замолчал, а его бледные руки принялись вырывать траву вдоль ног. «Я сидел рядом с ней… Ширанами, она заболела из-за меня? Почему? Я не этого хотел…» Я не могла не обнять страдающего парня, стоящего передо мной.

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Вау, они намного мягче, чем у Кикё и Чиаки… (П.П: Актёр! Актёрище! Оскар не достоин столь великого таланта, несите сразу 3!)

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Я не могла даже представить себе, какие эмоции и мучительную боль он испытывал в этот момент. После всего, что он сделал, чтобы уберечь своих одноклассников, один из его друзей в нашем классе заболел. Должно быть, он чувствовал себя ужасно из-за того, что хотел быть с нами вчера, ведь только поэтому Чихиро-чан съела ягоды. Ни Канзаки-кун, ни я не винили его, но он должно быть винил себя. Откуда ему было знать, что Мацушита-сан осуществит свой план раньше? Единственное, что я мог ему подарить, — это утешение. «Это не твоя вина, Аянокоджи-кун. Никто из нас так не думает. Ты не мог этого знать, так что, пожалуйста… не вини себя больше. Не поднимай этот груз в одиночку. Мы всегда прикроем тебя.» Должно быть, он почувствовал искренность этих слов, когда крепче сжал меня в объятиях. Боль и страдания я помогу ему перенести, сколько бы времени это ни заняло и каким бы трудным ни был наш путь. Сейчас ещё не всё было потеряно. Если бы он доверил нам это раньше, мы, возможно, смогли бы придумать что-нибудь, чтобы помочь ему. Возможно, мы всё ещё могли. «Мы с Канзаки-куном что-нибудь придумаем, так что, пожалуйста. Не позволяй ей отравить тебя.» «Я не могу. Без риска для класса. Если я не проглочу яд, как планировалось, а вы не сможете ничего придумать, то мой класс развалится. Не то чтобы я тебе не доверял, но это не твоя ноша.» «Тогда я сделаю её своей. Мне всё равно, что ты скажешь.» Я ослабила объятия и встала, протягивая к нему руку. «Давай вернемся. Нам с Канзаки-куном нужно кое-что обдумать. Я не хочу, чтобы ты пострадал.»

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Шестой день, вечер. Я прислонилась к дереву, наблюдая за разрывом облаков, разделяющих моё нынешнее душевное состояние. Полупрозрачные капли разбивались о землю и рассыпались по зеленой траве, которая росла вокруг меня. Я протянула руку, поймав небесные слезы и уставившись на них. «Дальше будет только хуже. Ты идешь?» Канзаки-кун встал и вытер пыль со спины с таким же побежденным выражением лица. Его хмурый взгляд стал ещё глубже, поскольку он заметил, что я не намерена никуда уходить. «Нет, пока нет. Я останусь ненадолго.» «Ты должна поесть… и не намокнуть.» «Я не голодна, и это просто вода.» Несмотря на наши лучшие намерения, мы не могли найти решение, не разрушив доверия Аянокоджи-куна к нам. Он никогда не простит нас, если мы не будем чтить жертвы, которые он уже принес. Оставалось только пожелать, чтобы он поскорее доверился нам, когда в следующий раз задумает помучиться ради блага их класса. Глубокий, разочарованный вздох эхом разнесся по темному лесу. «Не могу винить тебя за это. Только постарайся вернуться до того, как погода ухудшится, хорошо? Мне придется вернуться, иначе Мацушита-сан может начать беспокоиться. Мы не можем допустить, чтобы она поняла, что мы знаем.» «Конечно, я пойду за тобой через несколько минут. Не волнуйся.» Хрустящий звук его шагов становился всё тише и тише. Я подняла голову и посмотрела на капли дождя, которые окутывали остров своим успокаивающим, немного меланхоличным запахом. В такую погоду все бы перебрались в палатки или в пещеру, но мне нравилось здесь. Небо понимало мои чувства и отражало то жалкое ощущение, которое распространялось по моей душе, как раковая опухоль. «Это ужасный день для дождя.» Одинокая слеза скатилась по моему правому глазу. «Ах, боже. Быть влюбленной девой, похоже, нелегко.» Удивленная внезапным голосом, я подпрыгнула и чуть не споткнулась о собственные ноги. Парень, от которого исходило это заявление, вышел из зарослей слева от меня. Он взметнул свою золотистую гриву и продемонстрировал сверкающие белые зубы. «Коенджи-кун, ты меня удивил. О чем ты говоришь?» «Прошу тебя, очень трудно не заметить твоего увлечения мальчиком-Аянокоджи.» Моё сердцебиение остановилось, а кровь в теле застыла. «У Аянокоджи-куна есть девушка. Мы просто друзья.» «Ты ведь понимаешь, что отмазываешься, девочка-банк? Пожалуйста, не считай меня за дурака, как делают эти обезьяны класса D. Это неподобающе для того, кто достиг определенного порога над приматами.» Девочка-банк? Как он мог узнать об этом? Никто, кроме моих одноклассников, не знал, и они бы ему не сказали. Он также не мог увидеть мой телефон, ведь до этого экзамена мы не имели друг с другом ничего общего. Исключение составлял Аянокоджи-кун, но он был таким же, как и мои товарищи, и не стал бы ни с кем делиться этой информацией. «Что тебе нужно? Ты ведь не просто так здесь появился, верно?» «Мне?» Взрывной смех разнесся по лесу, распугав птиц, а деревья задрожали в такт его голосу. «Мне ничего от тебя не нужно, но кое-что я могу предложить.» Его слова были столь же загадочны, как и обычно. «И что же?» «Аянокоджи Киётака. Сколько стоит его благополучие для тебя, девочка-банк?»

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

7 августа. После адской недели, проведенной на необитаемом острове, специальный экзамен подходил к концу. Я не ожидала, насколько ужасной окажется эта неделя после того, как мы впервые попали на этот остров, который с таким же успехом можно было назвать чистилищем. Моим глазам открылся тот самый потолок, с которым я познакомилась за последнюю неделю. Это путешествие было для меня первым в своем роде. Дома у нас не было столько денег, поэтому я никогда не спала в палатке, кроме школьных экскурсий, и не проводила дни на роскошном круизном лайнере. Несмотря на все воспоминания, я хотела забыть о том, что последние семь дней вообще существовали. Палатка распахнулась, когда один из моих друзей заглянул внутрь. «О, наш сонный представитель класса наконец-то проснулась, да?» Мако-чан высунула язык, и тут же на её лице появился луч. «Утренняя перекличка через пять минут, так что тебе пора вставать! К тому же она последняя, так что не стоит хандрить.» Я прокомментировала её беззаботное приветствие молчаливым кивком. Она выскользнула из палатки и сообщила моим одноклассникам, что ей удалось разбудить дремлющую красавицу, которая хотела поспать «ещё пять минут» в течение последнего часа. Я страдальчески нахмурилась. Я протерла глаза и пошлепала себя по щекам, чтобы хоть как-то скрыть бледный цвет лица, после чего, пошатываясь, выбралась из теплой постели и присоединилась к ним. Наше обычное собрание проходило по одной и той же схеме каждое утро: называлось имя ученика, и он отвечал, если присутствовал. Такая же сцена происходила и рядом с нами. «Аянокоджи Киётака.» Взгляд Чабаширы-сенсей окинул класс D. Даже Хошиномия-сенсей на мгновение замолчала, оглядывая собрание в поисках парня. То же самое можно сказать и о Канзаки-куне. «Присутствует.» Его монотонный голос зазвучал над поляной. Я взглянула на кареглазого парня с золотистыми волосами, чье пепельное выражение лица восстановилось после вчерашнего. Закусив губу, я почувствовала мучительную боль в груди. Выражение лица Канзаки-куна окрасилось удивлением, когда я опустила взгляд на землю. Было ли это правильным решением? Я предала свой класс, своих друзей, которые были мне сродни семье, самым худшим образом, который только можно себе представить. И всё это ради парня, с которым я даже не могла быть вместе, человека, который дорожил кем-то другим, несмотря на её недостатки и темные наклонности. Я поступила в эту школу, чтобы измениться, перевернуть новую страницу, подальше от воспоминаний о своем прошлом. Но даже сейчас они всё ещё преследуют меня. Я была всё тем же отвратительным человеком, что и раньше. Ничего не изменилось. Слезы начали собираться в моих глазах. Воспоминания об ушедших временах наложились на новые шрамы, образовавшиеся вчера. Я заслужила это жгучее ощущение, пронзившее моё сердце, и заслужила жгучую боль, пронесшуюся по моим конечностям. Это наказание за мои пренебрежительные действия было более чем оправданным. А как бы отреагировали мои одноклассники? Я сжала кулаки и до крови закусила губу, пытаясь сдержать слезы, которые уже выступили на щеке. Боль в сердце усиливалась с каждым миллиметром, который покрывали соленые капли. Они стекали по моей щеке, капали на руки и на землю внизу. «Хонами-чан? Тебе нехорошо?» Эта фраза расколола и разорвала на части изрешеченную дырами плотину. Без всякого предупреждения или предварительных признаков того, что что-то не так, я разразилась фонтаном слез. Я рухнула, поддавшись боли, и заплакала из-за того, что натворила.

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

«Присутствует.» Чабашира-сенсей назвал моё имя, и я почувствовал на себе любящий, но в то же время тревожный взгляд. Ичиносе Хонами не была отсортирована в класс А, что было достаточной причиной, чтобы предположить, что и у неё есть какой-то дефект. Должно быть, что-то случилось в этом безупречном послужном списке, который она называла своим, и я был заинтригован этой возможностью. Она была милой девушкой, невероятно доброй, сострадательной и бескорыстной — даже альтруистичной. Можно ли это использовать в нужных обстоятельствах? «Хонами-чан? Тебе нехорошо?» Голос Амикуры был мягким, полным заботы о своей однокласснице. Выражение лица Ичиносе, её бледность и боль, отражающаяся в её дрожащих, но прекрасных голубых глазах, свидетельствовали о том, в каком неустойчивом душевном состоянии она оказалась из-за своих действий. Её расстройство началось с хныканья, за которым последовали глубокие рыдания. Она рухнула на колени и начала рыдать, выплескивая слезы на глазах у всех. Её друзья, наши одноклассники и два учителя. Ученики класса В, а также Хошиномия-сенсей окружили ангела с неподдельным страхом. «Хонами-чан?» «Что случилось, Хонами-чан?» «Хонами-чан…» Каждый раз, когда кто-то из её друзей выражал свое беспокойство, плач усиливался. Муки, которые она испытывала, становились всё глубже, а чувство вины росло, поглощая её, как заблудшего ягненка в погожий летний день. Её самые близкие друзья, которые заботились и беспокоились о ней, усугубляли ненависть к себе, которая поглощала её, как распространяющаяся болезнь. Взгляд Канзаки метнулся в мою сторону, удивленный моим присутствием. Ученики класса D тоже высказали свои опасения и тревоги по поводу самочувствия Ичиносе. Она не только была нашим партнером на экзамене, но и была одной из самых популярных девушек в школе. Поэтому неудивительно, что все расстроились, когда она разрыдалась. Ичиносе, казалось, не возражала против того, что она плакала в присутствии стольких людей. Она плакала и страдала в таком унизительном, почти жалком положении. Предательство, о котором она ещё даже не знала, ужалило её так глубоко, что она не могла не выпустить эти негативные эмоции из себя, предоставив им свободу действий. Расскажет ли Ичиносе Хонами об этом позорном поступке своему классу? Или она унесет этот секрет с собой в могилу? Мне не терпелось узнать. Арт Взгляд Аяно сверху вниз: https://img.wattpad.com/72e035799e747e466e84bdcff5d2e3d52bbf8b2b/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f706d617838536c394f67773642673d3d2d313236373532393238372e313731333664336564646261323066313737383933333230333335332e6a7067?s=fit&w=460&h=460

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Киётака и Коенджи-кун вернулись из последнего похода после утренней переклички, когда большинство наших вещей было собрано. Сначала я планировала пропустить последний шанс занять место, так как это было бы слишком опасно для нашего новоиспеченного лидера, но теперь это не имело значения. Я с облегчением посмотрела в их сторону. Один из них сел и прислонился к дереву, а другой, не сбавляя шага, направился в джунгли. Коенджи-кун действительно был так сложен, что мог отмахнуться от этих поездок, как от пустяка. Доверить ему увязывать все эти концы было довольно рискованно, но он заверил меня, что мне не придется платить ему и что он будет мне очень обязан, если что-то пойдет не так. Мне ещё многому предстоит научиться… Коенджи-кун показал себя невероятно способным, поэтому я и решила довериться ему в этот раз. Однако было очень обидно, что он не собирался участвовать в будущем. Он заявил, что не будет помогать на будущих экзаменах и что в этот раз он просто протянул нам руку помощи, потому что мы вели себя так жалко, извиваясь, как беспомощные черви. Остаток утра прошел так же быстро, как и первый. Наша группа вернулась на берег около одиннадцати. Нам не хватило бы и часа, чтобы добраться до корабля, но мы должны были представить свои догадки до полудня, когда экзамен официально завершится. Огромные палатки и вертолет всё ещё стояли на берегу, рядом с какими-то новыми сооружениями. Четыре стола были установлены в конце каждого ряда, прямо перед небольшой сценой, которую возвели ещё во время нашего пребывания здесь. Колонны были обозначены от A до D, определяя каждому классу определенное место. Один из преподавателей поднялся по деревянной лестнице слева от сцены с мегафоном в руках. Устройство издало громкий писк, привлекая внимание всех студентов на пляже. «С этого момента вы можете угадывать лидеров других классов до 11:59. После этого все заявки будут считаться недействительными.» У каждого стола стоял ещё один человек. Ни один из них не был нашим классным учителем, это был другой персонал, не имеющий отношения ни к одному из нас, что означало, что даже наши учителя не должны были знать, кто был выбран, по крайней мере до объявления результатов. Наши преподаватели покинули свои места позади нас и поднялись на корабль. Хошиномия-сенсей с расслабленным выражением лица бежала вверх по трапу, выкрикивая просьбы о выпивке, а Чабашира-сенсей и Масима-сенсей с обычным строгим видом качали головами, шокированные поведением своей коллеги. Сакагами-сенсей скользил по лестнице, как змея, наблюдая за собранием учеников. «Давайте закончим с этим, хорошо?» Канзаки-кун повернулся ко мне, и я кивнула в знак согласия. Мы подошли к своим столам, чтобы написать имена классов А и С. Чтобы сделать эту процедуру более безопасной для них, мы решили, что я покажу Канзаки-куну наши последние догадки, прежде чем подавать бумагу. Это должна была сделать Ичиносе-сан, но она плохо себя чувствовала. Я взяла ручку, которую приготовила для нас школа, и записала имена, которые назвал мне Коенджи-кун, хотя я и не знала, как он пришел к выводу о лидере класса С, ведь никаких зацепок не было. Канзаки-кун подошел и посмотрел на наши работы, как мы и договаривались, после чего мы оба передали бумаги сотруднику, стоявшему перед нами, который сложил их в плотный конверт и покинул пляж. После завершения сделки мы вернулись в свои классы. Минимальный состав класса С состоял из Шиины-сан, Ибуки-сан и Ямады-куна. Первая поблагодарила нас и покинула нашу группу, когда мы добрались до берега, а двое других присоединились к ней через несколько минут, когда пришли на пляж. Класс А был так удивлен их жалким зрелищем, что большинство из них разразились заразительным смехом из-за обычного надменного отношения класса С. Кацураги-кун не обращал внимания на своих одноклассников и заполнял бумагу прямо перед собой, в то время как Ибуки-сан позаботилась об этом для класса С. Шиина-сан и она ни о чем не говорили, прежде чем она ушла, чтобы завершить процедуру, что ещё раз подчеркнуло, что её действительно не интересует соревнование классов. В ожидании полудня все классы переговаривались между собой. Я не могла не подслушать, что большинство учеников обсуждали исчезновение класса С и то, что они несерьезно отнеслись к экзамену. Несколько парней и девушек из класса А тоже были удивлены присутствием Киётаки, так как справедливо полагали, что его здесь больше не должно быть. «Сейчас мы подсчитываем результаты. Пожалуйста, подождите немного. Если хотите, можете воспользоваться зоной отдыха или выпить что-нибудь.» Это объявление трижды прозвучало через корабельные громкоговорители. Я не могла не вздохнуть с облегчением, пережив эту неделю. Наконец-то всё закончилось — дело сделано. Больше никаких интриг, лжи и долгих раздумий над заявлениями. Просто немного времени, чтобы расслабиться. Мой взгляд скользнул по Киётаке и Хориките-сан, которой было гораздо лучше, чем раньше. Она не вернулась в идеальное состояние, но хорошая, сытная еда на корабле сотворит чудеса с её телом. «Давай принесу тебе что-нибудь выпить и перекусить.» «Аянокоджи-кун, я ценю твою помощь, но я могу дойти туда сама.» «Ты совсем не милая, ты же знаешь, да?» На моих губах заиграла улыбка: их отношения ничуть не изменились. Они оба веселились от души, подшучивая друг над другом. Хорикита-сан была одним из немногих его хороших друзей в нашем классе, которая была сравнима с Ичиносе-сан, Канзаки-куном, Шибата-куном и так далее. «Я прекрасно понимаю, что из-за моего поведения меня трудно назвать милой, но ты не должен говорить что-то настолько грубое бедной, больной девушке, понимаешь?» «Разве ты только что не сказала, что с тобой всё в порядке?» «Я такого не помню.» Я не могла удержаться от смеха, слушая их обмен мнениями. Некоторые другие девушки тоже отметили, что она не такой уж плохой человек, и это меня несколько успокоило. Хорикита-сан сумела расположить к себе Киётаку, и я надеюсь, что так же будет и с девушками, ведь они знали, что она не просто злая, высокомерная и снисходительная. Конечно, не все изменили своё мнение, но я верю, что со временем они хотя бы примут её. Наша релаксация продолжалась около тридцати минут, пока Машима-сенсей не сошел с корабля. Он подошел к подиуму с мегафоном в руках, как и предыдущий сотрудник. Все обернулись, когда над пляжем разнесся ещё один громкий звук. В считанные секунды над площадкой воцарилась тишина. «В течение этой недели мы внимательно следили за вашими усилиями в этом специальном испытании. Одни студенты приняли вызов с головой, другие придумывали схемы или создавали союзы, чтобы справиться с испытанием. Случилось многое, но в целом результаты теста были великолепны. Хорошая работа.» После его искренней похвалы все почувствовали облегчение. «Ну что ж, перейдем сразу к делу, я хотел бы объявить результаты этого особого испытания. Однако прежде чем я оглашу результаты, хочу предупредить. Мы не будем принимать вопросы относительно результатов, без исключений. Мы хотели бы, чтобы вы приняли полученную информацию, проанализировали её и использовали для следующего теста. Это то, что есть. Не зацикливайтесь на этих результатах. Вы должны принять реальность.» Ученики напряженно вслушивались в каждое слово Машимы-сенсея. Он опустил мегафон и открыл запечатанный белый конверт, который получил от стоящего рядом с ним сотрудника. «Теперь о рейтинге. На последнем месте — класс С, у него ноль баллов.» Никто не засмеялся и не удивился такому откровению. Группа состояла из трех человек, поэтому не было ничего необычного в том, что они заняли последнее место. Рьюен ушёл с большинством своих одноклассников и наслаждался отдыхом на корабле, пока мы спали в грязи. С определенной точки зрения, они могли бы даже выиграть экзамен. «На третьем месте — класс А, у него тоже ноль баллов.» Арт Кацураги и его удивлённый фейс: https://img.wattpad.com/02a7d10b7ebedc5679f0d2b5ab93c96e6b08e187/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f4f4e5a4c3537644978545a3671773d3d2d313236373532393238372e313731333664343466373163626265333637353535303939373730332e6a7067?s=fit&w=460&h=460 Весь пляж погрузился в гробовое молчание. Никто не верил в то, что только что объявил Машима-сенсей. Класс А, который возвышался над всеми остальными классами, набрав более 1000 баллов и опережая класс В примерно на 300 баллов, занял последнее место вместе с группой из трех человек, над которыми они смеялись раньше. Однако ажиотажа, который должен был последовать за этим нелепым заявлением, так и не последовало. «Второе место занимает класс B с 315 балами.» «Да!» «Уху, мы сделали это, ребята!» «Да! Давайте устроим вечеринку в одном из залов караоке!» «Отличная работа, ребята!» Арт Класс В: https://img.wattpad.com/809ff041cff04b74bf6b0c1721b2b70c1718eece/68747470733a2f2f73332e616d617a6f6e6177732e636f6d2f776174747061642d6d656469612d736572766963652f53746f7279496d6167652f4f2d5048737179354a774d2d46513d3d2d313236373532393238372e313731333664343838636562376663303438373839303335353834352e6a7067?s=fit&w=460&h=460 Класс В был в восторге, ведь благодаря нашей сделке они получили пятнадцать дополнительных баллов. Хотя Ичиносе-сан ликовала вместе со всеми, её улыбка сияла не так ярко, как обычно. Должно быть, она чувствовала себя неважно, иначе не была бы такой унылой после таких хороших новостей. Ученики класса А смотрели на нас с подозрением, ведь мы были единственными, кто остался. «Первое место — класс D…»

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

Движения Машимы-сенсея стали скованными. Ученики, ожидавшие на обжигающем пляже, были озадачены этим неожиданным зрелищем. Учитель класса А повернулся к сотруднику, который с удивленным выражением лица протянул ему список. «Вы уверены, что все правильно?» Представитель не был застигнут врасплох. Его также не заинтересовало изменение поведения Машимы-сенсея. Кивнув, он издал сухой, разочарованный смешок. «Нет никаких сомнений. Мы проверяли всё несколько раз.» Их обмен мнениями был почти комичным. Даже если они шептались, их голоса были легко различимы из-за мегафона в руках учителя. От неожиданности он не успел опустить его и забыл убрать большой палец с кнопки, так как его мышцы напряглись. На лбу выступил пот, а глаза дрожали от недоумения. Сумма, написанная на бумаге, была слишком велика. Но я не могла понять его недоумения. Такая разница была неизбежна. Чего они ожидали, запустив лису в курятник? Позволив богу играть со смертными? Я закрыла глаза, приготовившись слушать оркестр благоговения, который вот-вот должен был разразиться.

♙♘♗♖♕♔ 🄲🅷🄴🅲🄺🅼🄰🆃🄴 ♚♛♜♝♞♟

«Первое место — класс D… с 787 баллами.» «СВЯТОЕ ДЕРЬМО, ЧТО?!» «Вы серьезно?!» «Семь… что?» «Мы сделали это, ребята!» Класс D разразился праздником, который трудно описать словами. Крики радости, удивления и восторга разносились над песчаным пляжем, когда они обнимали друг друга и прыгали вверх-вниз от счастья. Их партнеры по экзамену задыхались от немого восхищения, поздравляя своих союзников радушными улыбками. Возможно, сами они и не достигли такого безумного результата, но были довольны полученными 315 баллами. «Что это значит, Кацураги?!» Кое-кто в лагере класса А был не в восторге от этой новости. Кацураги-сан стоял молча, не шевелясь. Он не поднимал головы, чтобы показать парню, что услышал его, и не смотрел на праздничную атмосферу в классе D. Он лишь молча размышлял, задаваясь вопросом, где он ошибся. Рьюен-сан вышел вперед и облокотился на перила корабля с широкой ухмылкой на лице. Может, мы и не набрали ни одного балла на этом экзамене, но зато стабилизировали общее настроение, царившее в классе. В то время как остальные ученики страдали семь дней, класс С провел время своей жизни в многочисленных заведениях корабле. Мы заключили сделку не только с Кацураги-сан, но и с учениками, которые следовали за Сакаянаги-сан. Рьюен-сан действительно был изворотливым и хитрым человеком, раз придумал такие коварные схемы. Я знала, что мы потеряем баллы после того, как Ширанами-сан чудесным образом заболела, но 787 баллов от класса D были просто смешны. Однако мы узнали кое-что ещё. Ичиносе Хонами, Канзаки Рюджи, Мацушита Чиаки, Хирата Йоске и Кушида Кикё были ключевыми фигурами в своих классах. Каждый из них смотрел в сторону определенного человека, когда было объявлено невероятное количество баллов. Ухмылка Рьюен-сана стала широкой, как пасть дракона, когда он заметил, куда ведут эти взгляды. Мы поймали тебя, Х. Или лучше сказать, Коенджи Рокуске?