(Не)правильные решения

      По одному только выражению лица Димы Игорь понял, что произошло.       — Кто на этот раз?       — Зильченко, — Дима сдвинул папки на столе Игоря и опёрся бедром. Игорь даже ругаться не стал — Дима весь день бегал, общался с важными людьми, к которым Игоря не подпускали, а сам он так ничего полезного в архивах и не откопал. — Другой Зильченко, владелец свалки.       — Место происшествия? — Игорь щёлкнул выключателем компьютера и вскочил на ноги, Дима поплёлся следом.       — Его же свалка. Как-то затащили его туда и сожгли. Тело ещё не опознали, а по видео непонятно, один ли убитый. Игорь, там только прах остался, никаких следов.       — Посмотрим, — Игорь подхватил Димину куртку и уже на выходе пихнул её ему в руки. — Сколько прошло?       — Понятия не имею, но пожар уже потушили.       — Тем более идём. Голодный?       Уже в машине Дима, успевая и откусывать от шавермы, и болтать, завёл разговор о Серёже.       — Недавно извинялся, что неправильно моё звание запомнил. Что у вас случилось?       — Да глупости, не обращай внимания, — Игорь отвернулся к окну. — Ты же знаешь, он нервный.       Дима понятливо тему оставил.

***

      На месте преступления никаких улик не было, как и бывало обычно после Чумного Доктора. Тот был до невозможности осторожным преступником и за прошедший год ни разу не ошибся. Полиции оставалось только выжидать. Игорь облазил, казалось, километры свалки, надеясь найти хоть какую-то зацепку. Но в таком месте, да ещё и на пепелище, даже собаки не особо помогали в поисках — у Игоря просто не было шанса.       Далеко за полночь на место прибыл Стрелков. Как обычно со всем возможным пафосом — на дорогой машине, в строгом костюме и с мельтешащим за спиной помощником. После недолгого допроса он отправил полицейских по домам, запретив появляться на месте совершенного преступления.       Возвращаясь к метро, Игорь подумал, что лучше бы до самого утра копался в мусоре, чем вновь пересёкся с фсбшником. Стрелков опять загубит дело, и Игорь уже никак исправить это не сможет. Ему и не позволят.       Он вышел не у себя — направился к Башне. Серёжа приглашал его сегодня, хотя и не так поздно. Игорь лишь надеялся, что тот не выгонит его за очередное опоздание.

***

      — Здравствуй, Игорь, — прохладно поприветствовал Разумовский.       Серёжа выглядел отстранённым, ещё не отошедшим от рабочего режима. Он снял очки с носа и несколько раз моргнул, фокусируя взгляд на Игоре. Выглядел он не менее уставшим.       — Боюсь, что сегодня у нас ничего не получится, — неловко улыбнулся Серёжа и дёрнул себя за волосы. Растрёпанный, он сразу же стал выглядеть по-домашнему, не таким далёким и незнакомым. — Но ты можешь остаться, если хочешь.       — Хочу, — они кивнули друг другу, и Игорь неловко прошёл в комнаты Серёжи. Тот с запозданием отступил в сторону.       Игорь быстро помылся и оставил вещи в углу ванной. У Серёжи где-то должна была лежать его сменная одежда, выйти на работу он завтра сможет.       Он вернулся в спальню, где на кровати, вытянув ноги, сидел Серёжа. Ничего не читал вопреки ожиданиям Игоря, а просто ждал.       — Как прошёл твой день? — Игорь тяжко вздохнул в ответ и завалился на кровать, упёрся головой в Серёжино бедро.       — Выматывающе.       — Что-то случилось? — Серёжа начал перебирать его волосы, и Игорь повернул голову удобнее. — Это из-за поджога?       — Да. Не совсем, — Игорь вновь вздохнул. — Моё дело опять забирает Стрелков. И опять ничего не сможет сам сделать. Всё должен делать я, а мне не то что не помогают — мешают только.       Серёжа ничего не отвечал, просто позволял прижиматься к себе и возмущаться. Игорь почувствовал себя жалким, но ничего поделать не мог. День был ужасным, он чувствовал себя незаменимым и ненужным одновременно, и это в профессии давалось ему тяжелее всего.       — Даже Дима нужнее меня, — пожаловался в итоге Игорь и замолчал. Это было лишним, но он не мог вернуть слова обратно.       — Это не так, — после продолжительной тишины ответил Серёжа. — Не для меня уж точно.       Игорь пожал плечами. Он верил Серёже, но легче от его слов не было. Игорю на деле раз за разом доказывали, что он не особо-то и нужен. Уверения Серёжи были слабым утешением.       — Ты так напряжен, — с нажимом проведя ладонями по его плечам, заметил Серёжа. — Сможешь уснуть?       — Я не буду тебе мешать.       Игорь сразу понял, что это был неправильный ответ — по Серёжиному раздраженному звучанию, по его суетливым движениям.       — Мы здесь не для этого, — твёрдо сказал Серёжа. — Я хочу помочь тебе расслабиться, забрать часть твоего груза.       — Наденешь на меня ошейник? — это должно было быть насмешкой, но вышло почти просьбой.       — Обязательно надену, — обещанием ответил Серёжа. — Вставай.       Игорь на мгновение задумался: ничего такого он на сегодня не планировал — не после выезда на пепелище — но, в целом, был не против. Сомневался, что поможет, но в то же время верил Серёже. Он редко подводил, и уж точно не в таких вопросах.       Игорь сел, внимательно посмотрел в светлые глаза — и увидел в них спокойствие и непоколебимость решения. Он встал.       — На колени, — медленно Игорь опустился на пол, напротив всё ещё сидящего на кровати Серёжи.       Тот спустил ноги и навис над Игорем, провёл ласково по волосам, как делал совсем недавно, но теперь ощущалось это по-другому. Покровительственно. Игорь откинул его руку — рано начали. Он ещё ни на что не согласился.       — Жди, — с ноткой недовольства приказал Серёжа и назло растрепал ему волосы.       Когда он отошёл, Игорь смахнул чёлку и вновь застыл, делая вид, что сидел послушно всё время. Разумеется, обмануть Серёжу бы не получилось, но Игорь не особо и пытался. Не напрямую вызов бросает, пусть и за это будет благодарен.       В Игоре бурлила обида — на Чумного Доктора, что никак не может успокоиться, на людей, которые его поддерживали, на бездействующую полицию, на Стрелкова, который вновь перехватил дело. Весь негатив грозился вылиться на Серёжу, и хотя Игорь обычно этого не хотел, сейчас ничего с собой поделать не мог.       Серёжа встал над ним, держа в руках ошейник, но Игорь не поднял головы. Если он сейчас посмотрит на Разумовского, добром это не кончится. Он постарался сосредоточиться на своих мыслях, отстраниться.       — Игорь, — Серёжа опустился перед ним на колени, обхватил за щёку.       — Не думаю, что у нас что-то получится, — выдавил из себя Игорь. Ему было и стыдно, и обидно, и злоба уже начинала выходить наружу. Серёжа тяжело вздохнул и, пошатнувшись, встал.       — Вот и не думай, — внезапно стальным голосом ответил Разумовский. Игорь невольно вскинул на него взгляд.       В Серёжином лице не осталось ничего мягкого — сжатые в тонкую полоску губы, недобрый прищур глаз. Он вновь навис над Игорем и обхватил его руками, закрывая обзор. Игорь дёрнулся в сторону, но его не пустили, вцепились пальцами почти до боли.       — Не думай, Игорюш, ты здесь не для того, — тихо сказал Разумовский. — Делай, что я скажу, и будь паинькой. Ты ведь способен на это. Будешь хорошим для меня?       Игорь закрыл глаза, избегая ответа. Не мог он быть хорошим. Ни по жизни, ни даже для одного только важного человека.       — Ну что ты, дорогой, — правильно уловил его мысли Серёжа. — Ты умница, когда сотрудничаешь. Слушай меня.       Игорь фыркнул и опустил голову, задевая Серёжу. Тот огладил его плечи и отстранился.       — Глаза на меня.       Игорь выполнил приказ и уже открыл рот для язвительного комментария, но Серёжа не оставил ему времени на ответ. Он набросился на Игоря, сильно толкнул в грудь и повалил на пол, сам уселся сверху. Игорь упал скорее от неожиданности и с трудом подавил желание скинуть с себя Разумовского. Только вцепился в худые бёдра и застыл.       Серёжа несколько секунд смотрел на него, давая время прийти в себя, а после опёрся на руки по обе стороны от головы, склонился совсем низко. Игорь чувствовал его дыхание — горячее, незначительно учащенное. В новом положение они провели так много времени, что Игорь начал сомневаться в Серёжиных идеях — он не понимал, что задумал Разумовский, но просто сидеть на нём вряд ли было полезной практикой.       — Терпение, — заметив его недоумение, закатил глаза Серёжа. — Выдержка, дорогой. Просто полежи, расслабься.       — На полу? — приподнял брови Игорь.       — Где я захочу, — мрачно ответил Серёжа и поднялся. — Лежи и думай о том, что и кому говоришь. Это ведь твоя проблема?       Игорь отвернул голову. Серёжи это не касалось, и уж точно он не собирался об этом говорить сейчас.       Серёжа ходил где-то по комнате, не так уж и далеко. Игорь слышал его неторопливые перемещения. Пара шагов направо. Пауза. Три шага вперёд и сразу же два влево. Пауза. Неторопливый ритм, в котором Игорю слышался вальс, успокаивал, приводил мысли в порядок. Он не собирался набрасываться на Серёжу. Ему действительно не стоило говорить лишнего. Ему вообще, по-хорошему, следовало молчать.       Но заставить себя попросить прощения Игорь не мог. Он не чувствовал себя виноватым. Серёжа сам предложил всё это, прекрасно понимая риски. И сам же довёл Игоря — он не виноват.       Стой сейчас Игорь, его плечи бы поникли, он бы весь расстроенно опустился, обмяк. Но он лежал, и никак выдать своё состояние не мог. Однако Серёжа всё же заметил.       Он подошел ближе, повозился. Прохладные пальцы провели по Игореву лбу.       — Подумал? — ласково уточнил Разумовский. Игорь нехотя кивнул. — Вот и хорошо. А теперь заканчивай с этим. Вставай.       Игорь послушно встал, всё также отводя взгляд. Почему-то именно сейчас, после Серёжиной доброты, он почувствовал себя неправым. К нему относились несправедливо, Серёжа должен был злиться на неповиновение, и от отсутствия наказания Игорю было лишь хуже. Он привык, что его ругают, и не знал, что делать теперь и чего ожидать.       — Готов продолжать? — спросил Серёжа. — Ну же, посмотри на меня.       Игорь повернул к нему лицо, но так и не осмелился поднять взгляд. Не заслужил. Серёжа шагнул ближе, обнял ладонями лицо, сам заглянул в глаза.       — Всё хорошо, — тихо сказал он, осторожно поглаживая Игоревы виски и скулы. — Если не хочешь, мы можем просто лечь спать. Но если готов, мы продолжим.       — Сам-то готов? — глухо спросил Игорь. Серёжа заметно удивился, но после мягко улыбнулся.       — Конечно, поэтому и предлагаю, — он приподнялся и поцеловал Игоря в уголок губ. — Сейчас всё зависит от твоего решения.       — Не хочу больше решать, — неожиданно признался Игорь. Сегодня столь многое навалилось, что он не сдержался. Он всегда выбирал неправильно, от его действий многие страдали, а в последнее время и вовсе никакой пользы от него не было. Он не мог позаботиться даже о себе, ему не следовало принимать решения. Но заботливый Серёжа справится. Игорь мог ему довериться. — Сегодня за главного ты.       Серёжа кивнул и поцеловал уже всерьёз, обхватил Игоря за шею и прижал к себе. У него такое тонкое тело, хрупкие руки, но он всегда так правильно прикасается, только с ним Игорь чувствует себя на своём месте.       — Готов? — вновь спросил Серёжа, пристально глядя в глаза. Игорь молча кивнул. — Так не пойдёт, отвечай мне.       Игорь поморщился, но после понял — это тоже приказ. Серёжа решил, что Игорь должен говорить, и Игорь сделает всё, что тот от него потребует.       — Да, готов, — выдавил он и почувствовал невероятное облегчение. Это всего пара слов, но сколько же смысла они в себе несли.       Серёжа улыбнулся, отвёл одну руку назад, поднял с кровати ошейник. Из коричневой кожи, похожей на ту, из который была сделана Игорева куртка. Игорь всегда хотел прикоснуться к этому ошейнику, но Серёжа ни разу не предложил, а взять нечто подобное самостоятельно он не решался.       Серёжа погладил его по груди и поднял ладонь к шее, не отводя внимательного взгляда от лица. Игорю бы следовало чувствовать себя не в своей тарелке от пристального внимания, но сейчас он чувствовал лишь тепло от чужой заботы. Серёжа заботился о нём.       — Подними подбородок, — Игорь выполнил приказ и почувствовал прикосновение к шее. Не ошейник, губы. Было щекотно, но Игорь не шевелился, никак не выдавал своей реакции. Он ждал.       Наконец Серёжа перестал дразнить его и ловким движением застегнул ошейник. Сначала Игорь даже ничего не понял, не уловил столь быстрое движение. Но после на него свалилось тяжёлое ощущение тугой полоски на шее. Игорь знал, что Серёжа не станет затягивать на нем удавку, но ошейник чувствовался именно так — чужеродным, плотным, опасным.       — Игорюш, посмотри на меня, — он с трудом открыл глаза и посмотрел в сторону Серёжи. Сразу же на его теле оказались чужие руки, огладили грудь и плечи, зацепили неловким движением ошейник.       — Ты в порядке, дорогой, дыши, — посоветовал уверенный голос, и Игорь подчинился.       При дыхании ошейник почти незаметно смещался, ощущался уже не столь плотно. Игорь вновь закрыл глаза, склонил голову, ему не хватало Серёжи.       — Ты молодец, продолжай, — мягко хвалил Серёжа и также невесомо прикасался к нему.       Игорь ждал, но выдержки сегодня у него не было. Он всё же шагнул вперёд, прижался плотнее к не столь крупному Серёже, чуть не сбил того с ног.       — Тише, — фыркнул он. — Встань на колени.       Игорь послушно упал на колени и вздохнул с облегчением. Серёжа теперь казался больше, даже его руки могли плотнее обхватить Игоря за плечи, а после и за спину.       — Это ведь тебе нужно, — тише сказал Серёжа, и Игорь отрицательно покачал головой. — Нужно, не спорь. Не меньше, чем мне. Поэтому мы здесь, ты идеально мне подходишь.       Игорь вздрогнул и вжался лицом в Серёжин живот, задышал тяжелее. Он бы хотел, чтобы это было правдой. Он бы хотел быть правильным для Серёжи. Для такого доброго, заботливого, мягкого, нужного Серёжи. Игорь будет стараться.       — Ну хорошо, посмотри на меня, — Игорь нехотя поднял голову. Серёжа улыбнулся, потрепал его по волосам. — Сделаешь для меня кое-что?       Игорь кивнул. Для Серёжи он сделает что угодно.       — Скажи, — склонил голову набок Серёжа. В его глазах Игорь видел любопытство. Странная эмоция сейчас.       — Да, — Серёжа ждал. — Сделаю. Скажи что, и я всё сделаю.       Щёки налились краской, но Игорь не обратил на это внимания. Серёжа склонился, прикоснулся губами к его лбу, огладил подбородок.       — Хорошо, — он прищурился, будто раздумывая, что предпринять дальше.       А ведь Серёжа действительно ничего на сегодня не планировал. Игорь прикрыл глаза и ждал. Он положил руки на колени, чтобы не отвлекать, начал считать собственное дыхание. Только перед Серёжей такие упражнения его успокаивали, помогали впадать в подобие транса.       — Хорошо, — вновь повторил Разумовский и зашелестел одеждой. Игорь взглянул — тот приспустил пижамные штаны. — Возьми в рот.       Игорь придвинулся, огладил бледное бедро. Серёжа любил нежности, прикосновения, чего он спешил — непонятно. Но приказ выполнил, обвёл языком мягкую головку.       — Молодец, продолжай, — глуше сказал Серёжа и положил руку на загривок.       Но он не давил, оставил тёплую тяжесть ладони, как напоминание, и позволил действовать самому. Игорь обхватил его под коленями, прижался так близко, как смог, оказался в абсолютно неудобной позе, и продолжил ласкать невозбужденный член.       Он и сам не мог до конца определиться, хочет сейчас секса или нет. Тяжесть на языке была приятной, в животе теплело желание, но не скручивалось обжигающей спиралью, как это было обычно. Игорь наконец-то погрузил член в рот, сомкнул плотно губы.       — Ты такой хороший, Игорюша, — с придыханием отозвался Серёжа. — Самый лучший у меня.       Игорь зажмурился от удовольствия. Чёрт с ним, с возбуждением. Не будет в его жизни волнения приятнее, чем реакция на слова Серёжи, на его похвалу, на ошейник, обхвативший шею. Он чувствовал свою принадлежность, нужность, правильность. Ничего иного Игорь и не желал.       Серёжа всё тяжелее опирался на его плечо, опустил руку с затылка, дёрнул за ошейник. Игорь вздрогнул, но продолжил сосать. Серёжа боли ему никогда не причинит. Он и не хотел ни разу, не задумывался даже о таком. Игорь многие отношения прервал из-за склонности людей к насилию, но Серёжа подобным не страдал. Он был ласковым и добрым. Заботливым.       — Игорюша, хороший мой, дорогой, — Серёжа обхватил его под подбородок, отстранил от себя. — Ты молодец, хватит.       Из Игоря вырвался невнятный недовольный звук. Ему было слишком хорошо, он не хотел прерываться, несмотря на отсутствие эрекции у партнера. Его всё устраивало.       — Дорогой, мне жаль, но мы ведь понимали, что всё так будет, — вздохнул Серёжа и упал на кровать, потянул Игоря за собой. — Я бы рад, но…       Игорь вздохнул, но поспорить не смог. У него самого не встало, так чего он мог требовать от Серёжи? Тот, конечно, моложе, но работает не менее напряжённо.       — Мы с тобой те ещё неудачники, — всё-таки пробубнил Игорь, вновь оплетая Серёжу руками.       — Нельзя быть идеальными во всём, — философски заметил тот. — Хоть чуточку расслабился? Уснуть сможешь?       Игорь дважды кивнул и забрался на кровать по-человечески. После сдвинул медлящего Серёжу, вызвав неловкое хихиканье.       — Ой, да хорош, — смущенно отмахнулся Игорь и подтянул одеяло, укутывая вечно мерзнущего Разумовского. — Спи уже.       — Подожди, — неожиданно резко отозвался тот. — Дай сниму.       Игорь невольно отстранился от его рук. Снимать ошейник не хотелось. Физически он его почти не чувствовал: тот был удобным и не мешал. Но где-то в глубине души Игорь о нём никогда не забывал, на заднем плане постоянно крутилась истома, дарящая чувство принадлежности.       — Игорь, не дури, — Серёжа навалился сверху, но не поспешил срывать ошейник. — Я не хочу, чтобы ты задушился.       Игорь отвёл взгляд. Он всё понимал. Разумеется, Серёжа не станет подвергать его опасности, даже такой эфемерной. Удивительно, что тот с его работой мирился, с таким-то отношением.       — Ладно, — поняв, что от него ждут ответа, бросил Игорь.       — Хорошо, — Серёжа чмокнул его в нос, заставив поморщиться от необычного ощущения, и сполз в сторону.       Он невероятно нежно приподнял голову Игоря, чтобы просунуть руку под шею и достать до замка. Раздался щелчок, и шею обдало прохладным воздухом. Игорь обычно не мёрз в этой комнате, но сейчас по коже пробежались мурашки.       — Ну вот и всё, — не глядя, отложил назад ошейник Серёжа и вновь подсунул руку под шею. — Закончили, дорогой.       Игорь закрыл глаза, не готовый смотреть на Серёжу, когда тот говорит такие нежности просто так. Но всё равно придвинулся ближе и сам приобнял за спину. Они соприкоснулись лбами, и Серёжа почти сразу тихо засопел.       Игорь подстроился под его размеренное дыхание и попытался провалиться в сон.