Осознавая ошибки

Быть девушкой звезды мирового масштаба иногда бывает невероятно тяжело. Ты встречалась с Чон Хосоком достаточно давно, второй год уж пошёл, но это вовсе не значило, что проблем у вашей пары не было. Кажется, что очередная жизненная ситуация решила испытать на прочность тебя и парня, подкинув новую проблему, которой ты изначально вовсе не придала значения. Сольная карьера Хосока только начинала набирать свои обороты, и вот, готовится серьёзное выступление на фестивале Lollapalooza. Парень был так сильно взволнован, когда узнал, но ты буквально светилась от счастья, видя его ошарашенные глаза и немой крик радости. Безусловно, это прекрасная возможность показать себя как отдельного артиста, а не часть группы BTS. Простое волнение переросло в то, чего ты никак не ожидала... Чон стал пропадать в зале намного чаще обычного, он готовился и репетировал без перерыва, и в принципе, ты конечно же всё понимала, ведь на протяжении всех ваших отношений была всегда рядом, говоря слова поддержки. Тебе было очень важно, чтобы парень никогда не чувствовал себя одиноким и всегда знал, что у него есть ты. — Хоби, я принесла тебе покушать, — эти слова, пожалуй, стали уже настолько дежурными, что начинают надоедать лично тебе. Кажется, прошло недели две? А Хосок всё ещё продолжает жить в зале и убивать себя тренировками. Тебе не нравится это. Честно. Да, ты всё понимала: его волнение по поводу предстоящего выступления, его желание быть идеальным во всём и выложиться на все сто, его характер, не позволяющий парню сделать что-то не так, но это, кажется, уже слишком. Чон стал мрачнее тучи, только иногда подает признаки жизни, когда поедает ту еду, что ты с огромной любовью и заботой готовишь для него всегда, несмотря на свою занятость. Он живёт в этом зале, спит здесь, принимает душ в здании компании, чистит зубы, а после, снова начинает работать, танцевать, петь, прогонять изученную программу ещё сто раз. Ты не можешь видеть его таким: уставшим и погасшим, он перестал разговаривать с тобой так часто, как раньше, потому что теперь все его мысли и время заняты лишь одним. — Спасибо, — Хосок весь мокрый, вспотевший, подходит к тебе и забирает контейнер с ужином. Его измученный вид очень сильно терзает твоё любящее сердце, ты закусываешь нижнюю губу, наблюдая за тем, как парень слабо улыбается тебе в знак благодарности, а после, плюхается на пол в позу лотоса, открывая ароматную пищу. — Не хочешь прогуляться? После дождя воздух такой свежий, к тому же, очень тепло, — осторожно ступаешь по залу, направляясь к парню. Он поднимает на тебя свой взор в отражении зеркала. — Нет, мне нужно ещё один номер отрепетировать... — Хосок, сколько можно? — всего несколько слов выводят тебя из себя так быстро. Это всё потому, что ты заранее знала его ответ. Прекрасно знала, но всё равно спросила. Он не ожидал, что твоя реакция будет вот такой, ведь ты всегда говорила ему ласковые слова, утешала и твердила, что у него обязательно всё получится, ведь он самый талантливый и самый лучший парень в мире. Сейчас Хосок кладёт палочки обратно в посудину и встаёт с места, относя еду на стол в самом конце зала. — Ты же знаешь, что мне нужно много заниматься... — после глотка воды произносит он, не смотря в твою сторону. — Я знаю, Господи, знаю, Хосок, — как-то слишком вымученно говоришь ты, словно вот-вот заплакать готова, — но ты совсем перестал выходить из этого помещения, так нельзя, понимаешь? — Я должен... — Ты ничего не должен, чёрт побери, Хоби! — не даёшь ему договорить, повышая тон. Закрываешь лицо ладонями, отрицательно мотая головой. Почему всё это вообще происходит с вами сейчас? Хосок замирает в нескольких метрах от тебя, не решаясь подойти и просто обнять. В его голове сейчас стоит одна задача и она касается работы. — Я скучаю, понимаешь? Я не могу без тебя, как бы не пыталась, но мне тяжело... — Мне тоже тяжело, но это временные трудности, нужно просто пережить это, — без особого энтузиазма говорит парень, делая ещё один глоток воды. — Чёрт, — начинаешь плакать, чувствуя, что тебя будто бы не хотят слышать и понимать, не хотят решать вашу общую проблему, а ты слишком устала всё это тянуть в одиночку, однако, не теряешь шанса всё исправить. — Я знаю, что ты очень сильно устаёшь, — глотая солёные слёзы, говоришь ты, смотря на парня, — знаю, что тебе тяжело, но ты ведь можешь выделить хотя бы час на прогулку со мной? Нельзя себя так загонять, Хосок. — Послушай, я просто хочу сделать всё хорошо, ладно? Вместо истерик и ссор, ты могла бы просто поддержать меня и всё, для чего всё это начинать сейчас, когда мне и так трудно?? Он тоже повышает тон. Терпение лопнуло у обоих. Ты обнимаешь себя за плечи, чувствуя такое ужасное одиночество внутри. Тоска разрывает на мелкие кусочки, а Хосок всё ещё не обнял тебя и не сказал, что очень сильно любит. Вздрагиваешь всем телом, когда он кидает пустую бутылку куда-то в сторону, давая понять, что не настроен на дальнейший диалог. — Так мы... — всхлипываешь, — мы не погуляем? — Мне нужно репетировать, — нервное, холодное, строгое. — Я больше не буду тебе мешать, прости. Дорога домой казалась тебе очень длиной. В Чикаго вы сняли особняк для двоих, но в ту ночь он снова не пришёл, оставшись в зале, а на следующий день ты переехала в номер гостиницы. До выступления остался один день. Чимин так же прилетел в Чикаго, чтобы поддержать своего лучшего друга, а ты старалась усердно игнорировать все воющие крики своей души, и сердце, что так сильно кровоточило, не давая спокойно спать. Он звонил тебе, весь день звонил и написал целую сотню сообщений. Наверное, всё таки вернулся в особняк и обнаружил, что тебя нету. Испугался. До чёртиков испугался. У Хосока вся земля из-под ног ушла, когда в вашей комнате он застал совершенную пустоту. Чимин тогда едва ли удержал друга на ногах, потому что состояние мгновенно превратилось в предобморочное. Ты ведь пообещала ему, что больше никогда не помешаешь. Вот и приходится выполнять... Сквозь боль и обиду, сквозь невероятную тоску и желание обнять, сквозь все приятные воспоминания и трогательные моменты... Ты собираешься на его концерт. Телефон продолжает звонить без умолку. Ты уже перестала считать сколько пропущенных. Хосок переживает перед выступлением, ведь до него остаётся какой-то час. Вся площадка уже на месте, все с нетерпением ждут, а Чон в толпе ищет лишь один знакомый силуэт, и... находит. Ты стоишь с коктейлем в руках, разговаривая с подругой. Чувствуешь спиной этот прожигающий взгляд, но даже виду не подаёшь. Хосок выходит на сцену, а ты поднимаешься на второй этаж, к Чимину, который уже приготовился подпевать все сольные песни друга. — Он чуть с ума не сошёл, когда ты ушла, — не поворачиваясь в твою сторону, произносит Пак. Лишние сплетни и фото вам ни к чему. — Я схожу до сих-пор... — сухо и грустно. — Он проебался? — Чуть не угробил себя этими чёртовыми тренировками. — Так ты из-за этого... — Думаешь, мне плевать на его здоровье и нужны лишь его деньги? — Я никогда не думал о тебе в таком ключе! — возмущённо говорит тот, вскидывая брови. Не выдержав, даже повернулся к тебе, но быстро исправился. Тебя эта реакция позабавила, и ты невольно улыбнулась. В целом, вечер начинал набирать свои обороты. Хосок был невероятно крут и действовал так профессионально, что сносило крышу. Ты наслаждалась его выступлением и безумно гордилась своим [своим ли?] мальчиком. Он заслуживает весь этот чёртов мир. Вся публика зажглась и не хотела прощаться с ним, но выступление подошло к концу. Ты постаралась быстро уйти, но рука в перчатке охватывает твоё запястье, одним движением притягивая к себе. — Не уходи вот так, — он шепчет тебе в губы, соприкасаясь лбами. Он весь мокрый от пота, ведь зажёг так, что сейчас очевидно совсем без сил. Ты знаешь это наверняка, ведь Хосок очень быстро утомляется, тем не менее, продолжая отдаваться делу на тысячу процентов. Ты знаешь, что сейчас ему нужно пойти и принять душ, а потом лечь в постель, пока ты заказываешь ужин в номер, кормишь его, а после, он укладывается на твою грудь и ты делаешь ему массаж головы, через пять минут Хосок бы мирно посапывал, потому что невероятно сильно устал. — Джей, там хотят фото, — парень из стаффа прерывает вас и твои мысли, а ты пользуешься моментом и вылетаешь из его объятий словно птичка. Отправляешься в свой номер, принимаешь душ и сидишь под тёплыми струями воды так долго, что начинает неметь тело. Смотришь в одну точку и не понимаешь, что тебе нужно делать теперь. Засунуть свои чувства глубоко подальше или же попробовать всё исправить? Почему отношения — это так тяжело? Звонок телефона заставляет тебя вздрогнуть и мокрой рукой ответить. Это Чимин. Он хочет с тобой поговорить о чём-то, оказывается, парень разместился в соседнем номере от тебя. Честно говоря, идти никуда не хочется, но раз уж пообещала, то быстро приводишь себя в порядок, оставляя все тревожные мысли в своём номере, ведь они никогда к хорошему не приводят, да ещё и не позволяют сосредоточиться на чём-то другом. Едва успеваешь постучать, как двери сразу же распахиваются, словно тебя уже ждали. В дверном проёме появляется явно не Пак.... — Чимин сказал... Что... Что ждёт меня здесь, — в горле пересыхает и ты двух слов связать не можешь, когда видишь перед собой своего любимого мужчину. Его мокрые пряди волос после душа спадают на лоб, в них так и хочется запустить свои пальцы. Сердце начинает стучать в разы чаще. Когда на лице Хосока вырисовывается ухмылка, то ты начинаешь понимать, что чёртов Пак Чимин всё это специально спланировал. — Стой, ты знал?? Пазл в голове складывается, и ты собираешься уходить прочь отсюда, но тонкие пальцы невесомо касаются талии, притягивая за порог номера, прямиком в мужские объятия. Дверь закрывается, а Чон Хосок смотрит на тебя с такой любовью и нежностью в глазах, что ты готова превратится в лужу прямо сейчас. Держишься пальчиками за ворот его белой рубашки и чувствуешь, что сердце готово проломить грудную клетку. — Я не отпущу тебя никуда, маленькая, — он бережно убирает твой локон волос за ушко, закусывая свою нижнюю губу. — Я не собиралась спрашивать, — пытаясь скрыть своё волнение, включаешь режим строгой девушки и предпринимаешь попытки выпутаться из его рук. Отталкиваешь от себя, упираясь ладонями в грудь Хосока. — Отлично, потому что я всё равно не собирался разрешать, — он пожимает плечами, не на секунду не переставая так обворожительно улыбаться. Чёрт бы его побрал. Зачем такой красивый... Его хриплый голос проникает под кожу, заставляя буквально каждую клеточку дрожать от возбуждения, но ты мастерски делаешь вид неприкосновенности, по крайней мере, тебе так кажется... Чон на минуту принимает правила твоей игры, отпуская из объятий, но едва ты приближаешься к двери, то он разворачивает тебя к себе и прижимает спиной к стене, впиваясь в твои губы с такой жадностью, что внизу живота сразу же скручивается тугой узел. Ты пытаешься оттолкнуть его лишь мгновенье, до того момента, пока твои ноги не начинают подкашиваться от неимоверного желания и возбуждения. Он сминает любимые уста с огромной жаждой, с желанием обладать тобой целиком и полностью. Сплетает ваши языки так, словно это ваш последний поцелуй перед смертью. Дыхания становится настолько учащённым, что кружится голова. — Прости меня, малыш, ладно? — он отрывается от желанных губ, соприкасаясь лбами. Дышит часто, смотрит тебе в глаза и ты видишь в них непомерное чувство вины за всё случившееся. Он ни в коем случае не зайдёт дальше, пока не получит твоё прощение. Ведь знает, что очень виноват... — Я был так сильно взволнован, что не видел никого и ничего вокруг себя, кроме явного желания сделать всё идеально, ты же знаешь, какой я в этом плане... — Дурак... — Да, маленькая, дурак... — Ты чуть не угробил себя! — поджимаешь губы, возмущённо тыкая в его грудь пальцем. — Да... — прикрыв глаза, он слабо кивает, не разрывая с тобой тактильного контакта. — Совсем перестал отдыхать и следить за здоровьем! — Да... — И ты дурак! — Да... — В квадрате! — Да, солнце, да... Что мне сделать, чтобы ты простила меня? — Пообещать, что больше никогда так не поступишь с собой, — шепчешь ты в его губы, пока парень нежно гладит твою талию одной рукой. — С собой? — удивлённо переспрашивает Хосок. — Да, с собой. Я всегда переживаю за тебя, в первую очередь, Хосок. Пообещай мне... Нет! Клянись, что ты больше никогда не будешь так изводить себя, иначе я уйду прямо сейчас. — Клянусь. Больше никогда. У него в душе цветы расцветают и весна приходит вместе с осознанием того, что у него есть человек, который любит его больше, чем кто-либо в этом мире. Непередаваемое чувство счастья и эйфории, когда ты знаешь, что есть тот, кто переживает за тебя так искренне и любя. Чон Хосок настоящий счастливчик, ведь у него есть ты. Такая любящая, заботливая, внимательная и нежная... — Ладно, я согласна подумать о прощении... — уже игриво говоришь ты, едва сдерживаясь, чтобы не засмеяться. — Что ты только что сказала? — Чон ошарашенно смотрит тебе в глаза, начиная смеяться и заражая этой волной позитива и тебя. Он обнимает тебя так крепко и сильно, а ты утопаешь в его любви и ласке. Разве не это ли счастье?