Жизнь после смерти

      «Умирая, что люди чувствуют?» — наверное, этим вопросом задавался любой, кто видел смерть в глаза. Но что чувствуют люди, покончившие с собой? Только они это знают.       «Есть ли жизнь после смерти?» — после смерти близкого - не у всех.       — Покко, как ты думаешь каким она была человеком? — разговор больше походил на монолог. Порко перелистнул страницу меню кафе, и подумал, что может соврать ещё раз. Столько же раз он думал, что ему стоит сказать правду.

***

      — Помнишь… — монолог у мраморной плиты с инициалами. Пик заправила упавшую прядь за ухо, но она упала вновь. Ветер стал дуть сильнее, а серые глаза затуманились. Она продолжила. — ты, помнишь нашу первую встречу?

***

      — Всегда хотела спросить… — незнакомка замешкалась, когда серые глаза тучно глянули на неё. Это был последний шанс. — могу я взять ваши контакты?       — Да, записывай… — незнакомка вдохновенно раскрыла глаза, и подняла голову выше. Пик продиктовала номер. Она не могла понять что происходит. И наверное, совсем запуталась когда Ханджи написала ей.

***

      — Сегодня рылась в старых вещах, нашла эту картину. — снова обращается она к плите. Пик держала в руках холст, измазанный красками. — тот момент, когда я поняла, что нравилась тебе в ответ. Она прикусила губу разглядывая картину, на которой она была изображена у берега реки.

***

      — Пик! Подойди сюда! — позвала Ханджи. Пик неторопливо подошла. Деревья только должны были одеться в свою жёлто-красную шубу.       — Ммм? — промычала она, вскинув бровь, и оперев руки на бёдра. «Что ты хочешь Зое?».       — Пойдём к озеру, я хочу тебя нарисовать. — смело утвердила она. Это не была та застенчивая Ханджи в начале их общения, она знала чего хотела.       «Я всего-лишь хотела любить тебя, Фингер»

***

      — Извини, сегодня-уж я ни с чем. — Ветер потрепал волосы Пик, а одежда на ней была помята, хотя её это не волновало. То, что она хотела сказать было очень важным. Нет, Ханджи бы не одобрила. Ни за что. — Мне трудно об этом говорить, но мы с Покко…

***

      — Покко, Покко, Покко! — Ханджи была разъярена. — Порко он… — она не была в силах держать то, что копилось в сердце так долго. Нет, она не хотела кричать. — Ты любишь его?       — Но я всегда любила только тебя. — утвердительно сказала она. Ханджи знала, всегда знала. Она боялась упустить из рук золотую рыбку.

***

      Слезы текут по щекам. Она едва выкроила время для этого. Какое неуважение.       — Извини. Прости что не была тут все это время. — в мыслях мелькают отрывки воспоминаний. Когда она первый раз взглянула в её неживые глаза. После этого все и стало таким. — У меня ведь есть двое детей… — Пик усталым взглядом оглядывает кладбище. Нет, не отпустила. Всё вокруг - чужое. Даже ее муж - чужой.       Она не знает, сколько тут уже сидит. Тучи сгущаются. Пик знает, что ей нужно идти. Порко ждет в машине. Она с трепетом кладет цветы рядом с надписью «Она жила для других». Пик хочет сказать напоследок пару слов. Дождь уже идет во всю.       — Я помню как нашла тебя тогда.      

***

      Пик прошла в их общий дом, тихо, что бы Ханджи не узнала. Она готовила ей сюрприз на годовщину отношений. Но, в тот день ей не удалось удивить возлюбленную.       Пройдя в зал она обнаружила ее тело, подвешенное кнутом, а рядом - записка. Она бросила вещи на пол, подбежала, пыталась что-то сделать, но тщетно. Тело по-мерзкому холодное, и висит, подобно тряпичной кукле, неживое. Пульса нет. У Пик начинается истерика. Она развертывает записку, еле дыша, читает строки.       «Извини если причиняю тебе боль своим поступком, я ведь знала что это ты первая найдешь моё тело. Я знаю что я эгоистка. Дыши ровно. Успокойся и звони в полицию. Потом позвони Порко, он тебе поможет справиться со всем. Хочу сказать, что любила тебя больше всего на свете. Извини ещё раз. Мне очень жаль.»

***

      Закончив свой монолог, она в последний раз окидывает кладбище взглядом, прикасается к мраморной плите.       — А я тебя все еще люблю больше всего на свете… — с заметной скорбью в голосе говорит она. Ноги будто закопаны в землю - едва возможно ими шевелить.       Она оглядывается и ищет глазами машину мужа.       — Мам, ты к кому ходила? — спрашивает непонятливый ребенок. Молчание, а затем ответ.       — Давняя подруга. — сдержанно отвечает Пик. Она больше сюда не вернется.