Спокойная ночь

       Звёздная ночь. Тихая дорога, плавно проносящие мимо пейзажи. Старая, практически разваливающаяся семёрка. На дороге нет никого, шумный город далеко за спиной. Ночная прохлада позднего лета. Шум колёс сливается в протяжный гул, а столь надоевший город всё дальше и дальше... И всё равно на то, как будет завтра. Как придётся ехать назад, к своим обязанностям, долгам, семье... Сейчас это не важно. Машина останавливается у живописного моста, над которым бледным диском зависла луна. В руках - термос с горячим чёрным чаем и магнитофон со старой кассетой. Магнитофон включён, и из него начинает литься столь любимая мелодия, рвущая душу и в то же время лечащая её лучше чего бы то ни было. Первые несмелые аккорды, постепенно крепнущую и набирающие силу и воспоминания накатывают лавиной... Как играли с пацанами, как прыгали по гаражам, как баловались с карбидом... Кажется, что с мелодией вернулось то славное далёкое время. В горле чувствуется зарождающийся ком. Из термоса льётся в крышку горячий чай. И вот, начинают звучать первые слова, а вместе с ними катятся первые слёзы: Крыши домов дрожат под тяжестью дней Небесный пастух пасёт облака Город стреляет в ночь дробью огней Но ночь сильней, её власть велика...        - Тем кто ложится спать - спокойного сна, - осипшим голосом шепчешь текст давным-давно выученной песни, - Спокойная ночь... - уронив голову продолжаешь шептать. Неужели это было так давно? Ведь только вчера учился играть на гитаре и узнал про Цоя... Вечность назад кажется вчерашним днём, а всё что было после - глухим кошмаром. Невыносимо хочется очнутся от него, но понимаешь - всё без толку. Ты не бог и не можешь повернуть время вспять, вернуть те дни, то беззаботное детство и юность, когда одно слово или жест могло быть искреннее и значимее, чем огромные простыни текста, читаемые или зачитываемые, когда сердце ещё не было разбито, когда для счастья нужно было совсем немного. До ушей словно сквозь вату доносятся слова мелодии, мелодии, отчищающей душу и вскрывающей все гнойники на ней. Я ждал это время, и вот это время пришло Те, кто молчал, перестали молчать Те, кому нечего ждать, садятся в седло Их не догнать, уже не догнать.       Столь болезненная, но столь любимая песня. Пробивающая до самого сердца несмотря на огромную броню цинизма, желчи и недоверия. Из глаз капают слёзы, попадая в тёплый чай. Становится тошно от того, кем ты стал. Куда делся тот мальчишка, хитро щурящий глаза и смеющийся с друзьями? Куда он делся? Куда делись они? В какой момент ты стал серьёзен, спокоен и... Пуст внутри. Когда ты последний раз искренне смеялся? Не потому что был обязан рассмеяться несмешной шутке, а искренне? Когда в последний раз губы растягивались в улыбке? Может, чуть щербатой, чуть кривой, но искренней! Когда руки в последний раз брали гитару? И когда вы в последний раз виделись с друзьями? Руки дрожать, хочется выключить музыку, перебирающую пыльные струны души, но не можешь. И ты слушаешь её, шёпотом подпевая известной так давно и такой драгоценной песне: Соседи приходят, им слышится стук копыт Мешает уснуть, тревожит их сон Те, кому нечего ждать, отправляются в путь Те, кто спасён, те, кто спасён        - А тем, кто ложится спать... спокойная ночь, - из горла доносится тихий сип, а глаза застилают слёзы. Душу поглощает безграничная тоска. Той, что было в ней всегда, но обычно пряталось под ворохом наносного. Ты улыбаешься. Руки больше не дрожат, хотя из глаз продолжают катится градом слёзы. Смотришь на звёздное небо. Безграничное, бескрайнее, такое холодное, но такое родное, такое тёплое. Магнитофон давно замолк, а ты всё продолжаешь смотреть на него. Не важен холод, не важно время, ты просто сидишь, без единой мысли в голове и штормом тоски в сердце. Щемящей, душераздирающей, но такой близкой... Как небо. Как далёкое, но такое близкое звёздное небо...        Ничто не длится вечно. Как ночное небо постепенно начинает светлеть, так и тоска начинает возвращаться вглубь души. Она никуда не ушла и навсегда с тобой, но сейчас уже становится легче. Улыбаешься и отпиваешься холодный и чуть солоноватый чай. Горький, но в то же время столь подходящий под момент. Потом будет дорога домой, суета, ругань на себя, но это будет потом. А пока, я посижу рядом с тобой, смотря на светлеющее небо.