Я может и изгой, но и ты не Джеймс Хэтфилд

Осень двигалась к концу, погода становилась с каждым днем все более противной, дети паниковали на тему контрольных, а для работников «Family video», жизнь все так же шла своим чередом. Люди приходили за свежими новинками, малолетки пытались с помощью щенячьих глазок выпросить запрещенные кассеты, девушки все еще заглядывали внутрь, чтобы построить Стиву глазки, все еще не теряя надежды на то, что местная звезда обратит на них внимание. Робин пару раз ехидно проходилась на эту тему, в основном поддевая Эдди, но у того в организме похоже не было ни единого грамма ревности. Мансон только отмахивался, и честно, Стив завидовал черной завистью. Даром что Эдди был городским изгоем, Харрингтон часто видел как на него пялятся. Может ему конечно казалось, но отрицать факт того, что несколько зашуганных толкиенисток из школы весьма таки оценили шарм Эдди было сложно. Пусть тот лишь фыркал, и говорил что кроме Стива ему никто не нужен. Совсем уж афишировать отношения было не слишком безопасно, и червяк неуверенности плотно засел в мозгу Харрингтона, периодически активизируясь. Паранойя штука страшная, и ничего поделать с ней Стив к сожалению не мог. Даже сейчас, он ждал пересменки с Робин в салоне, и Эдди, который должен был явиться с минуты на минуту все не приходил. Это было более чем подозрительно. Заседания клуба сегодня нет, концерта тоже, занятия в школе давно закончились. Чем таким важным Мансон мог быть занят? -Стив, ты так дыру в столе протрешь, и Кит заставит нас его перекрашивать, — Робин закинула свой рюкзак за стойку, проходя внутрь. Стив настолько был увлечен своими мыслями, что даже не заметил как подруга зашла, — Аллооо. Я пришла, можешь собираться, Ромео. Джульетта скоро тут будет, зуб даю. Харрингтон наконец отвлекся от бездумного протирания стола «ультравпитывающей, ультрастойкой» тряпкой, подняв голову. -Как думаешь, почему его так долго нет? У вас ведь уже уроки закончились. Даже ты пришла пешком, а Эдди-то на машине. Чем он там занят вообще таким важным? Девушка закатила глаза, накидывая форменную жилетку и поправив свой бейджик. -Стив, не душни. Мало ли куда ему надо было по дороге заехать. И вообще ревность, это.., — свою поучительную тираду Робин так и не смогла закончить, потому что она наконец зашла за стойку, и наконец рассмотрела друга полностью, — Боже, это что, майка Эдди? Харрингтон похлопал глазами, скосив их на собственную грудь. На нем действительно красовалась растянутая черная майка, с немного застиранным лого «Металлики» и черепом в бандане. Похоже, пока он с утра бежал на работу, то в спешке взял не ту, пока вылезал из трейлера. -А. Ну, перепутал. Бывает. Мне что, не идет? Робин не ответила, еще пару минут втыкая то в череп на майке, то в лицо друга. Стив уже начал волноваться что девушку от увиденного хватил инсульт. Вроде ничего странного в майке не было, хоть некоторые покупатели на него сегодня и косились в немом удивлении. -Стив… Я не понимаю, как ты вообще можешь тут загоняться и ревновать, если вы даже вещи друг друга носите. И ночуете вместе. Скоро трон Нэнси и Джонатана пошатнется, и вы заберете их почетное звание «самой эталонной парочки города». Стив только закатил глаза, отмахнувшись. Такой титул им точно не грозил, да и не был нужен. Робин только открыла рот, чтобы привести еще парочку аргументов в пользу того, какой Харрингтон мнительный, и как у них с Эдди все хорошо, как дверь салона хлопнула, и внутрь ввалился довольно запыхавшийся Мансон. -Всем привет. Робин, классно выглядишь, Стиви иди сюда, я уже по тебе соскучился, — Эдди перелез через стойку, чмокнув Стива в ухо, так как салон в это время был совершенно пуст, — Знаю что опоздал, но математичка опять решила почитать мне лекцию по поводу того, какая я безнадежная раковая опухоль на теле приличного общества, и еще надо было кое-куда забежать по дороге. Дела, дела, дела. Стив снова закатил глаза, но губы сами собой растягивались в улыбке. Эдди был здесь, и настроение сразу повысилось на пару градусов, а все предыдущие подозрения замыливались и отходили на второй план. -Ладно Мансон. Прощаю тебя на этот раз, так и быть. Пошли. Не будем мешать Робин строить тут коммунизм, — легко увернувшись от брошенного подругой скомканного флаера, Стив вылез из-за стойки, потянув Эдди за собой из салона, — Я уже на это место смотреть не могу. Упаковавшись на пассажирское сиденье чужого фургона, которое Стив уже навечно для себя застолбил, парень смотрел как Эдди возится с ремнями и очередным мусором выпадающим из всех щелей, пытаясь завести свою колымагу. -А что за дела у тебя были такие важные, м? — фургон наконец завелся, тронувшись с надрывным скрипом, пока Стив выковыривал из-под сиденья очередной застрявший там двадцатигранник, — Кто аж так долго со школы добирался. Опять новая сделка? Эдди только отмахнулся, выруливая на шоссе. -Не. За чернилами ходил. Мне тут новые иглы для аппарата подогнали, вот думал может набить что-нибудь новое. Ты кстати не хочешь? Будешь потом вспоминать обо мне, как о ошибках молодости, когда тебе стукнет лет сорок. Мансон конечно шутил, и уже далеко не в первый раз, причем сам над своими шутками смеялся. Но в этот раз идея не казалась Стиву такой уж смешной. -А давай, — машина резко дернулась, так как Эдди опешив так крутанул руль, что Харрингтону пришлось крепко вцепиться в кресло, — Эдди, твою мать! Водить разучился? -Так так так, подожди. Я правильно понял. Что ты. Только что. Согласился набить татуировку? -Да, согласился. Маленькую. Маленького демогоргона, или летучую мышь. Что-нибудь в таком духе. Что-нибудь крутое и не слишком броское. У тебя они красивые, так что я тебе доверяю, и вообще… — Эдди начал сверкать улыбкой как самая яркая звезда в созвездии малого пса, и Стив даже как-то смутился, — Что? — Стиви, ты даже не представляешь… Как я тебя обожаю, — металлист вдавил ногу в педаль газа, ускорившись, — Конечно, я набью все в самом лучшем виде. И иголки новые возьму. Все будет стерильно как в аптеке, и обещаю что буду обращаться с тобой так же нежно как с новорожденным. Харрингтону не хотелось представлять себе Эдди, набивающего татуировки новорожденным детям, поэтому весь оставшийся путь до дома он провел прислонившись к окну, и внутренне стараясь абстрагироваться от мыслей касательно того, на что он только что согласился, и что с ним сделает отец, если узнает про татуировку. Но Мансон не прекращал сиять, и возможно это даже того стоило. Лихо запарковав фургон, Эдди выпрыгнул из машины, прихватив с собой черный шуршаший пакет, судя по всему с чернилами, и поволок Стива за собой внутрь трейлера. -Идем идем, смотри не споткнись только, — валяющиеся на полу коробки полетели в сторону, вместе с журналами, чартами и прочим барахлом со стола Эдди, которое он ничтоже сумняшеся спихнул на пол, — Садись. Сейчас я все сделаю. Пока Стив нервно мял в пальцах край футболки, сидя на скрипящем стуле возле чужого стола, металлист кометой носился по трейлеру, доставая то ватные диски, то спирт, то какие-то черные прозрачные листочки. Что это было такое Харрингтон не знал, но Эдди в этом вопросе был почти что профессионалом, и возможно стоило просто перестать стрессовать, и вверить себя в чужие умелые руки. — Так. Вот, у меня есть трафареты, — Мансон высыпал на стол перед парнем горку бумажек, на которых красовались различные рисунки летучих мышей, кубиков для ДнД, черепов, и прочих картинок, — Выбирай. Если хочешь что-нибудь кастомное, то я нарисую, но это займет немного больше времени. Пока Эдди возился с иголками, и проводками от своей татуировочной машинки, которая выглядела довольно-таки устрашающе, Стив начал копаться в ворохе листочков, выискивая подходящий рисунок. Рисунки к слову, были красивые. У Эдди действительно было много талантов. Возможно даже слишком. Среди кучек различной панковской, металлистской и прочей символики, Харрингтон выкопал небольшую летучую мышь, которая была крайне похожа на тех мутных тварей с изнанки, которые чуть было не прогрызли ему две симметричные дыры в животе. Если подумать, это было бы неплохо. Весьма символично. -Вот эту давай. Где-нибудь на руке. Она маленькая, не должно быть сильно заметно, — Эдди посмотрел на картинку и улыбнулся, кивнув, и подвязав волосы в высокий хвост, чтобы не мешались. -Идет. Хороший вариант, мне нравится, — после недолгих размышлений, летучая мышь была пришлепнута Стиву на внутреннюю сторону левого запястья, и натянув резинку на машинку, Эдди сосредоточенно примеривался к чужой руке, — Я постараюсь аккуратно, но если будет очень больно, ты говори. Хотя ты у меня стойкий Стиви, и не такое выдерживал. Уколы жужжащего аппарата действительно были неприятными, и руку противно жгло, но по сравнению с липкими щупальцами Векны, обхватывающими горло, или разрывающими плоть зубами летучих тварей, это было буквально легкое пощипывание. Тем более что Эдди работал с таким сосредоточением, прикусив от усердия кончик языка, что Стив буквально все время пока длилась процедура просидел, залипая на его лицо, освещаемое теплым светом настольной лампы, и даже не обращая особого внимания на саднящее запястье. Полчаса спустя, его руку украшала весьма себе жутковатая летучая мышь, которая была выполнена со всеми деталями, и Эдди сверкая от гордости заматывал свежетатуированное запястье пищевой пленкой. — Пока не снимай ее. И смотри не три ничего, даже если будет чесаться. Потом надо будет помыть водой с мылом, и кремом помазать, я тебе дам. Мыть надо три раза в день. И мазать тоже. Никакой беготни пока, никакого спорта, и смотри чтобы не чесал., — Эдди вздохнул, помахав рукой перед лицом у Харрингтона, — Стиви, ты меня слушаешь вообще? Кому я тут распинаюсь? Или у тебя от боли совсем сознание помутилось? Стив моргнул, фокусируясь. Похоже он действительно залип, и не заметил даже, когда Эдди все закончил. -А? Нет, нет я понял. Не чесать, не бегать, мыть три раза. И все у меня нормально с сознанием. Но больно было. Немного, — Харрингтон чуть склонил голову, лукаво смотря на Эдди, — Может поцелуешь больное место, чтобы мне стало немного лучше, м? Мансон на такое заявление похлопал глазами, после чего рассмеялся откинув голову. -Стиви, и где спрашивается твоя совесть? Целовать свежую татуировку это негигиенично. Но я пожалуй могу что-нибудь придумать, чтобы ты не так страдал, — Эдди отложил машинку в сторону, и пару раз мягко поцеловал Стива в губы, погладив его по щеке, — Ну? Теперь уже не так больно? По правде сказать, больно вообще не было. Но зачем Эдди об этом знать, если под таким предлогом можно было выпросить еще пару поцелуев, верно? -Было немного больно, но зато теперь они у нас почти парные, правда? Ну, у тебя ведь тоже летучие мыши есть. Романтика, и все такое… — Стив нутром чувствовал что опять ляпнул какую-то глупость, но Эдди на такую фразу засиял еще ярче, и буквально напрыгнул на него сверху, сшибив со стола оставшиеся трафареты и иголки от татуировочной машинки. Возможно отец действительно убьет его за татуировку. Но Стив точно не станет об этом жалеть.