Красное

— Ты намекаешь на то, что хочешь попробовать со мной секс? — Леви смотрел в упор, он был бледен и решительно настроен. — Ну, мы можем попробовать, ведь сбежать и притвориться мёртвым я, могу в любой момент. Ханджи подавилась чаем: — Можем просто придумать стоп-слово. Чтобы тебе не пришлось притворяться мертвым. — «Красный» нормальное слово? — Предложил Аккерман. — Мне бы хотелось, чтоб у меня был первым Эрвин. Чтоб он мне дал. Потом чтоб уже взял, в какой-то момент мне кипело. Потом, чтоб хоть кто-то. Потом мне стало всёравно. Леви повернулся к Ханджи спиной и начал раздеваться, глядя в одну точку где-то на стене. Выдернул рубашку из-за пояса, из-за ремня в брюках, снял рывком рубашку, потом майку, потом обувь, не наклоняясь стянул пятками один кроссовок, затем второй, брюки и остался в носках и трусах, всё так же глядя куда-то в стену. — Зато не станет этих дурацких ушей. — Буркнул оправдание себе под нос Леви, как бы самому себе. — Надоели. Затем Аккерман быстро снял трусы и повернулся, сложив руки на груди, глядя на Ханджи с лицом невыражающим эмоций: — Я припру тебя к стенке, ты не против? — Обрисовывая перспективу, брюнет настраивался. — Стоя наверное будет лучше всего, за ляшку тебя поддержу для удобства, так и быть. Член у капитана Аккерман не стоял, зато красиво, свободно лежит на машонке. Немного спутанных волос на лобке и совсем мало на животе ниже пупка. Леви было неловко, что у него их так мало, это выглядит немужественно, но может ещё вырастут. Ханджи усмехнулась, наблюдая эту забавную картину. Вся ситуации казалась ей забавной потому что, коротышка сам предложил забавную авантюру, а потом стал вести себя весьма странно, даже спиной повернулся. — Я вообще-то не кусаюсь, как бы… — Она немного растерялась. Её шутливые слова про стоп-слово даже не остановили брюнета от такой авантюры, Аккерман продолжил раздеваться. Вообще она почувствовала себя странно потому, что все это выглядело неуместно и даже как-то механически. Ханджи продолжала наблюдать за этой картиной, выгнув бровь, словно это было какое-то очередное задание вроде установки палатки или патрулирования территории. Наконец, когда Леви закончил и повернулся к ней лицом она продолжила: — Может не следовало раздеваться, если не хотелось? — Она все еще сидела на кровати с кофрами на бедрах и происходящее казалось ей больше забавным. — Я не хочу тебя. Твоя правда, — признался тут же Аккерман, увидев насмешку очкастой, — не следовало начинать. Это было не чувство паники. И Леви начал искать глазами куда швырнул свою рубашку, на полу конечно валяется. Брюнет нагнулся, поднял брошенные кучей, свои одежды и начал одеваться обратно, не выпуская ворох одежд из рук: — Я дурак. Ты права. Я чертов гомик. Завтра поговорим. Сначала Леви надел рубашку, быстро застёгивая одной рукой, потом, ещё быстрее чем снял, надел штаны и обулся, а майку запихнула в карман и двинулся к двери. Его тошнило при одной мысли, что Эрвин возможно трется с очкатый и больше он не собирался попадать в такую нелепую ситуацию, решил думать головой прежде чем говорить: — Я больше не буду, я пойду — Хорошо, тогда заключим пари, если ничего не получится, то сделаем вид, что ничего не произошло: ты мне ничего не предлагал, а я не соглашалась, хорошо? — Ханджи, не отрывая задницы от покрывала не спеша расшнуровала кофры на поясе, опуская их рядом с кроватью. Однако прежде чем, она подняла взгляд на Леви, он начал одеваться. Она потерла пальцами переносицу потому, что с каждой минутой ситуация становилось еще более странной. — Садись, — рявкнула, Ханджи понимая, что если ситуацию не взять под свой контроль, ничего хорошего из этого не получится. Понимая, что её слова не доходят до его ушей. Особенно учитывая тираду про «гомика», майор тяжело вздохнула. — Слыш, Аккерман, сел рядом, это приказ, — еще более громко рявкнула она, наблюдая за тем как Леви пытается скрыться за дверью. — У тебя есть выпить? — На мгновение задержался у выхода Аккерман. — Никакого допинга, — возразила Хан, — по крайней мере в первый раз. «Слыхал Леви, — как бы бормоча самому себе сказал Леви. — Командовать мной хочет». Леви отошёл от двери, подошёл к окну, посмотрел в него, задернул шторы, походил два раза туда сюда по комнате, предложение присесть на кровать он прекрасно слышал, но ему не хотелось этого делать: — Ханжи, — Леви спокойно сказал, остановившись посредине комнаты. — Просто упрись ладонями в стену и я всё сделаю сам. Уже хочется плакать, Аккерман не стал раздеваться, а просто расстегнул пояс на брюках который успел застегнуть: — Ханджи, у тебя был секс с Эрвином? Как это? Как вы это делали? Покажи, ладно? Леви Аккерман глубоко вздохнул и наконец-то смирился с тем, что его ничего ни с кем не ждёт, кроме портовых шмар и трактирных забулдыжек. Без роду, без племени, сирота и при скромном жаловании капитана в корпусе. Ханджи, это более чем вариант стать мужчиной. — Сделал уже «всё сам», — усмехнулась Ханджи, наблюдая за тем, как коротышка тушуется и ходит по комнате. Он напоминал ей маленького кролика, который пытался найти выход из загона, который сам же себе и построил. — Я же просила тебя сесть рядом, а не раздеваться, да? Или продолжишь от меня бегать? Нежели ты смущаешься? — Невинная манипуляция, возможно, имела бы успех, поскольку Леви всегда все пытался делать хорошо. Майор рассчитывала на то, что и в этот раз получится. — Садись, или боишься, — мысленно она уже представляла, как Мик будет смеяться над тем, что «сильнейший воин человечества» «засал» присесть рядом со страшим по званию. Впрчоем, она не рассчитывала рассказывать об этом. Кому либо. Не успела она раскрыть рот как, он сам решил спросить про Эрвина. От чего её челюсть в переносном смысле не оказалась у нее на коленях, но умело скрыв это от него, она ответила: — А ты что же ревнуешь что ли? — Нет, с чего бы? — Леви почувствовал как у него начала кружиться голова, начало мутить, ему явно надо было на воздух. Аккерман зажал себе рот, но безуспешно, содержимое обеда, овсянка и литр, два чая выплеснулись посреди комнаты под ноги. — Извини, — успел промолвить Аккерман и его вырвало во второй раз. — Я наверное ни с кем больше не смогу. «Неужели я столько съел?», мельком промелькнула мысль у капитана. После этого, Леви вышел из комнаты весь красный от стыда. Красный. Зое устало вздохнула, она совсем не была удивлена. Но блевать по среди комнаты не стоило, можно было и дотерпеть до толчка, она лениво поднялась и направилась в сторону туалета, чтобы достать тряпье. Коротышка продолжал её удивлять своими выкрутасами, как тем, что мистер-чистюля в коей-то веке сам стал причиной беспорядка. «Ну что ж, будет чем подколоть в будущем», — улыбнулась она, топая по коридору в сторону своей спальни. «Надо будет потом сказать ему, что ничего особенного не произошло, и волноваться, так не стоило», — подумала она, её скорее заботило что Леви выглядел нездоровым, чем вся эта ситуация. *** — Давай забудем, это было ошибкой, мне не следовало так опрометчиво на веселе бросаться такими словами как «хочешь секса». — Акерман был серьёзен. — Во первых я не умею, а во вторых не хочу. Леви ни за что бы не согласился вернуться в ту комнату, с дерьмовой кроватью и блевотой посередине ковра, видимо не пришло то время когда Леви хочет Ханжи: — Просто как представлю, что к кому-то надо притрагиваться или кто-то будет притрагиваться ко мне, так мутит. Слушай давай ещё раз попробуем? Ебацо хочется сил нет. — Странно, когда ты сам предлагаешь, а потом находишь пару причин, чтобы этого не делать, — Хаджи так же была серьёзно настроена. — Я боюсь игра с "ебацо" никак тебе не поможет. — Я понимаю, но не смог себя заставить садиться. — Аккерман решил разрулить ситуацию до победного конца. — К тому же, когда я, разделся и был готов на всё, ты не стала мне помогать и даже жопой своей не пошевелила. — Ханджи никогда не бегала за Леви. — Леви никогда не бегал за очкатой. Конец.