Горечь утраты

      — Прочитали отчет? — без предисловий спрашивает инспектор Миро, заходя в допросную и замирая в двух шагах от кресла. Такая же холодная, как и эти белые стены. Собранная. Идеальная.       — Все еще хуже, чем я думал. — Сирил всматривается в расплывающийся перед глазами текст, пытаясь скрыть разочарование. В своем начальстве и Империи, в частности. — Преступная халатность моего командира. Полное отсутствие имперской власти на Фериксе. Тот факт, что у Андора имелась организованная местная группа сообщников. — Он отрывается от отчета, встречаясь взглядом с парой холодных голубых глаз, в которых нет и намека на эмпатию.       — Здесь это не упомянуто! — Тон выходит слишком резким, но уже поздно сожалеть о сказанном. Полувопрос-полуобвинение достигает своей цели, и воздух вокруг вдруг холодеет, пока на дне чужих зрачков вспыхивает опасный огонек, впрочем, исчезающий с взмахом ресниц. Инспектор Миро выпрямляет и без того идеальную осанку и едва заметно приподнимает подбородок.       — Поговорим о сообщнике, которого вы видели. — Резкая смена темы выбивает из колеи, потому Сирил не замечает, как две бледные руки забирают у него датапад, оставляя натоместь только призрачное чувство потери. — Вы сказали Блевину, что видели Андора в компании старшего мужчины, высокого и в плаще. — Сухой официальный тон режет слух, никак не стыкуясь с тем, что он чувствует. А чувствует Сирил растерянность. Пополам со злобой, закипающей где-то глубоко внутри, но пока еще подконтрольной.       Повисает короткая пауза, во время которой мужчина собирается с мыслями, продолжая неосознанно вглядываться в лицо инспектора. В опущенные уголки рта, напряженную челюсть, слегка нахмуренные брови.       И снова его встречает этот взгляд, теперь уже откровенно скучающий и незаинтересованный.       «Ей все равно, — осознание накатывает холодной волной, смывающей все на своем пути. Разбивающей последние надежды. — Ей абсолютно все равно, что он сейчас скажет».       — Чего здесь не хватает? — доносится откуда-то издалека, и Сирил ловит себя на том, что не знает ответа.