Ты для меня был целая эпоха.

Шло время, спектакль "Чествование" уже был поставлен и произвёл фурор на зрителя. Труппа отыграла его на сценах всех крупных городов России и сейчас ехала в поезде на гастроли в Ригу. За это время Людмила Гурченко успела развестись с Купервейсом. Они встретились в суде и на удивление, Константин отказался от всего совместно нажитого имущества в пользу Люси и даже попросил у неё прощение. Люся ехала в купе с Сергеем, который стал для неё творческим директором, менеджером, продюссером, вдохновителем и просто любимым человеком. В соседнем купе ехал Ширвиндт с Трушкиным, остальная труппа была разбросана по другим вагонам в поезде. Л: - После "Вокзала для двоих" я перестала любить поезда. Целый год мы кочевали по вагонам, просто жили в них. Хотя раньше любила вот это чу-чух, чу-чух. Гурченко засмеялась, сидя за столиком в купе и смотрела в окно. Сергей сидел рядом, читал газету, приобнял её за талию одной рукой. С: - Уже вечер. Скоро ляжем спать, а утром будем уже на месте. Поезд остановился в каком-то маленьком провинциальном городке. Проводница объявила, что стоянка 5 минут. Люся грустно вздохнула и увидела на перроне бабушку, которая продавала пирожки. Л: - Мне кажется, я даже здесь чувствую запах этих ароматных пирожков. Актриса закрыла глаза и вдохнула воздух, словно и правда нюхала пирожки. Сергей отложил газету, посмотрел на бабушку в окно. С: - Давай я сбегаю и куплю тебе пирожок. Поцеловал её в висок, накинул пальто и вышел. Гурченко довольно отодвинулась от окна, прислонилась спиной к стенке и закрыла глаза. Через минуту поезд тронулся, Люся открыла глаза, возвращаясь из своих мыслей. Сергея еще не было, а поезд уже отъезжал. Женщина встала, прислонилась к окну, но перрона уже не было видно. Она вышла в коридор, но и там никого не было. Нервничая, она выбежала в тамбур, там ещё стояла проводница. Л: - Сергей Михайлович, мой муж, он в вагоне? П: - Никто не выходил на этой станции. Л: - Как не выходил, если он вышел?! Остановите поезд! Там остался ваш пассажир! П: - Людмила Марковна, поезд уже отъехал, остановить его невозможно. Л: - Что значит невозможно?! Мы же не в самолете! Где здесь стоп-кран? Гурченко уже перешла на повышенный тон, отодвинув проводницу, она на ходу пыталась открыть дверь поезда. Александр Ширвиндт вышел в тамбур на крики актрисы. А: - Что у вас тут случилось? Л: - Шура, там Сергей остался! Он вышел на минуту, а поезд уже тронулся! А: - Девушка, может можно связаться с машинистом или с начальником вокзала? П: - Связаться можно, но обратно мы все равно не сможем вернуться, это же поезд, а не такси. Л: - Она ещё смеет хамить! У меня муж вышел, а она даже не увидела этого! Это безответственность! На эти разборки уже собрались просто зеваки из вагона, которые вышли из своих купе, словно в туалет. А: - Люсь, успокойся. Мы сейчас свяжемся с начальником вокзала и Сергей на такси догонит поезд на другой станции. Л: - Шура! У него все документы здесь остались! И денег, наверно, три копейки с собой! Через толпу послышался голос. С: - Что происходит? Люсь, что за паника? Сергей стоял с целым пакетом пирожков. Людмила, увидев его, начала злиться и на себя за свою истерику и на Сергея, который заставил её волноваться. Л: - Ничего здесь уже не происходит. Нахмурившись, она прошла через людей, вошла в купе и раздраженно громко захлопнула дверь. Ширвиндт всё объяснил Сенину, тот извинился перед проводницей и пошел в купе. С: - Люсь, родная моя, не злись. Я правда чуть успел на поезд, запрыгнул в последний вагон и пришел сюда через весь поезд. Он присел на корточки рядом с актрисой, положил перед ней пирожки. Взял за руку и приложил к губам. Смотрел ей в глаза снизу вверх. Л: - Ты знаешь, как я испугалась, что ты там один остался?! Она вырвала свою руку из его ладошек, сердито надула губки бантиком, сложив руки на груди. С: - Но ведь всё же хорошо. Сенин присел рядом с ней, но Гурченко встала, чтобы пересесть на другое место, напротив, показывая свой характер. Сергей остановил её за руку, тоже встал, уткнулся ей в затылок, нежно рукой взял женщину за шею, прижался к ней всем телом. Люся выгнула спинку, чувствуя спиной его горячее тело, прошептала. Л: - Я еще не простила тебя. В глазах Сенина сверкнул огонек, он резким движением наклонил Гурченко, уложив животом на стол. Одной рукой быстро поднял юбку актрисы, спустил свои штаны и резко вошел в неё. Второй рукой он поглаживал пальцами шейку женщины, не давай ей встать. Люся громко простонала, не ожидая таких резких действий от Сергея, сразу ей было больно, но по мере его движений, становилось приятно и хорошо. Сергей был сильно возбужден, входил грубыми и глубокими толчками, громко дышал. Гурченко вцепилась пальчиками за стол, уже не могла контролировать себя от наслаждения, начала стонать громче, переходя на крик. С: - Теперь простила? Сергей склонился к ней, прошептал на ушко, делая последний толчок и извергая свое семя в её горячее лоно. Л: - Да. Да. Да! Люся прокричала, задыхаясь от наслаждения. Ширвиндт за стенкой слышал их стоны и крики, не возможно было спокойно сидеть, слишком горячо было в соседнем купе и он вышел в тамбур покурить свою трубку, завидуя Сенину. Когда крики стали громче, Александр громко закашлял, чтобы пассажиры не поняли в чем дело. А: - Точно не усну сегодня, зараза.