Ты для меня был целая эпоха.

Гурченко проснулась около 2 часов дня. Сергей был в соседнем номере, разговаривал с Ширвиндтом. Оба были обеспокоены состоянием актрисы. Люся села на кровати, лучше ей не становилось. Взглянула на часы, потом на себя в зеркало и ужаснулась. Волосы растрепаны, синяки под глазами, а до спектакля всего 4 часа. Она присела за столик, достала свою косметичку, зеркало и стала приводить себя в порядок. Сергей тихо вернулся в номер, думая, что женщина еще спит. С: - Люсенька, как ты себя чувствуешь? Подошел к ней, приложил губы ко лбу любимой. Л: - Не очень. Но мне нужно собраться и привести себя в порядок. Устало вздохнула и продолжила докрашивать черную стрелку на глазах. С: - Ты очень горячая. Давай измерим температуру. Сенин сбил градусник и засунул ей подмышку. Приподнял женщину, сам уселся на стул и посадил её себе на колени. Л: - Солнце, мне так не удобно наносить макияж. Прижалась к его груди, сил совсем не было. Просидели так около 10 минут, Сергей смотрел на их отражение в зеркале, видел как любимой плохо, обдумывал, как уговорить её не выходить на сцену. Нежно поцеловал в лобик и достал градусник. С: - 39. Людмила Марковна, я настаиваю на отмене спектакля. Л: - Сергей Михайлович, не говорите глупостей. Все билеты раскуплены, я узнавала. Я не могу подвести зрителей, а тем более коллег. С: - Ты понимаешь, что это не шутки? Я сейчас еще и врача вызову. Иначе ты сгоришь на глазах у своих зрителей! Сергей стал повышать голос, потому что очень беспокоился. Но Люся приняла это, как оскорбление. Л: - Ты ещё вздумал на меня кричать?! «Усё людя-ам, людя-ам, ничегенька себе! Не, дочурка, главное ето люди. Усе людя-ам». Так говорил мой папусик и уже много лет я следую его наставлениям и так будет всегда. Актриса собрала свою косметичку, накинула пальто и вышла из номера, немного пошатнувшись в дверях, но гордо задрав носик вверх. Театр находился через дорогу от гостиницы и Гурченко пришла в свою гримерку, стала готовиться к спектаклю. Сенин попросил Ширвиндта поговорить с ней, тот долго разговаривал с подругой, но смог уговорить её только на то, что её осмотрит врач. Вызвали карету скорой помощи, врач, осмотрев актрису, настаивал на госпитализации и полном обследовании, но женщина стояла на своем. Гурченко сделали укол, чтобы сбить температуру и т.к. врач оказался поклонником её таланта, скорая осталась дежурить на весь спектакль. Во втором акте Людмиле стало хуже, её состояние уже заметили все, кто находился за кулисами. Между выходами актрисы на сцену, женщину отпаивали обезболивающими и сделали еще укол. Но надо отдать должное, на сцене Гурченко себя вела так, словно ничего не болит. Отыграв последнюю сцену, заиграла финальная музыка и все актеры собрались, чтобы выйти на поклон. Люся почувствовала, как ноги становятся ватными, перед глазами поплыли все лица и огни, и перед самым выходом она потеряла сознание. Художник по костюмам успел поймать актрису. За кулисами все не на шутку испугались, наделав много шума. Зрители столпились у сцены с цветами, ожидая Гурченко, пришлось сообщить, что она не выйдет по состоянию здоровья. Привести в чувство актрису не удавалось даже врачам. С мигалками Гурченко увезли на скорой в больницу. Сенина не пустили к ней в палату, потому что официально он ей был никто. Через несколько часов обследования врачи настояли, что актрису срочно нужно перевезти в Москву. На следующее утро Людмила уже была в клинике в Москве. Сергей прилетел за ней первым же рейсом. В Москве было проще уговорить персонал, чтобы его пустили к ней. Мужчина прошел в палату вместе с врачом. С: - Она спит? Как её состояние? В: - К сожалению, Людмила Марковна еще не приходила в себя. Прогнозы не утешительны, у неё гаптеновый агранулоцитоз. С: - Что это такое? В: - Это заражение крови. Мы сделали всё, что могли. Остается только ждать, что её организм дальше справится сам. Если... Если этого не случится, то ей осталось не больше двух часов. Врач сказал это не громко, опустив глаза, похлопал мужчину по плечу и вышел. Сенин стоял растерянный, таким жалким и беспомощным он не чувствовал себя никогда. Он опустился на колени перед любимой, взял её руку и впервые в жизни начал молиться, хоть и не знал толком никаких молитв. Он просидел так очень долго. С: - Клюковка, без тебя моя жизнь бессмысленна и пуста, как белый лист. Не оставляй меня одного в этом мире. Богинька моя... Сергей дал волю слезам и заплакал навзрыд, прижав нежную женскую ладошку к своей мокрой щеке. Ощущал себя маленьким мальчиком, которого бросили. Люся приходила в себя, слыша чей-то плач. Еще не понимала кто плачет и где она. Медленно повернула головку на бок, приоткрыла глаза, собрав все силы, прошептала. Л: - Папа... Я жива...