Всего лишь три дня...

      Антон стоял перед дверью собственного номера, на которой красовалась большая позолоченная цифра «6». Ноги слегка тряслись, как и ладошки, которые все время потели, особенно в такой ситуации. «Главное просто зайти, а дальше как будет. Наорут и ладно, главное это пережить, а потом забудется» - с таким многообещающим лозунгом Шастун дёргает ручку двери, аккуратно приоткрывая её. На ключ специально ничего не закрывали, так как ждали прихода парня. Антон с опаской выглядывает в щель, а после робко наступает на коврик в прихожей. Из-за угла высовывается сонная мама, и тут школьник не может не сдержаться от объяснений. — Мам, мы гуляли с Арсением и решили зайти в пиццерию, ты мне написала, а я никак не мог уехать домой, потому что мы ждали заказ. Пицца была горячая, поэтому ели долго, так ещё и приносили счёт дольше положенного. Короче, мы потом побежали на автобус, но они не ходили в это время, – здесь Шастун нагло соврал, потому что говорить - «Мы решили поехать на самокатах через весь незнакомый нам город, ведь так хотел Арс» - нельзя. Мама у юноши была строга и чрезмерно опекала свое дите, поэтому такие выходные без надобности не приветствовала. — Поэтому мы взяли самокат, один на двоих, и поехали домой. Ты не переживай, он меня довёз, я один не шёл, ой… то есть не ехал. Это… мам… больше такого не повторится, все, – на одном выдохе Антон протараторил целую лекцию, как на кафедре. Родительница угрюмо посмотрела на сына взглядом: «Ты зачем меня разбудил, я так хорошо спала». — Ладно, просто в следующий раз так долго не гуляй. Но понравилось хоть? – мама смотрела на парня обычным, ничем не примечательным взглядом, словно все хорошо, и Антон опоздал не на три часа, а всего лишь на десять минут. — Да, очень, – не осознавая происходящего кратко отозвался Шастун. — Вот и хорошо. Абику не буди, она только недавно уснула, потом тяжело засыпать будет, – с этими словами женщина прошла к собственной кровати, легла, перевернулась спиной к сыну и укрылась одеялом. — Свет потом выключи.       Антон стоял в неповторимое шоке от случившегося. Он ожидал чего угодно: криков, ссор, ругани, порицаний и наказаний, но точно не помилования. Поэтому парень первым делом берет в руки телефон, набирая сообщения своему новому другу.       Антон Шастун:       — мама нормально отреагировала!!!       — охринеть…       — она даже не кричала       Арсений Попов:       — Нихуя       — Хорошо💗       Антон видит на экране сердечко от Арсения, и все его тело переполняют бабочки. Теперь он точно уверен, что Арс либо гей, либо бисексуал.       До поздней ночи парни переписывались друг с другом, кидая милые стикеры и сердечки в VK. Разговор продолжался до того момента, пока оба не отправились спать, договорившись о встрече на следующий день. ***       Ранним утром, в девять часов утра, для Шастуна самое раннее, парень просыпается от порицаний матери, что, видите ли, они с бабушкой не могу нормально провести отпуск, ведь Антон все слишком долго спит, а на море люди ходят в 7-8 часов. Слышит такие упрёки юноша не впервые, поэтому никак не реагирует, кроме безразличного кивка и пустого «мг». Парень снимает телефон с зарядки, начиная проверять все уведомления. Среди огромной кучи иконок Telegram с голосовыми и фото от Матвиенко, его интернет-друга, одного ответа от Позова на вчерашний вопрос об экзаменах, подросток замечает недавно отправленное сообщения из VK:       Арсений Попов:       — Доброе утро блин💗       На секунду у Шастуна что-то ёкает в сердце. Он быстро привязывается к людям, не влюбляется, но именно отношение Попова к нему перекрывает все принципы парня.       Антон Шастун:       — ахах, доброе💗       Попов долго не читает сообщение и больше не заходит в приложение с момента отправки письма Шастуну. Поэтому юноша откладывает телефон, замечая недовольный взгляд бабушки. — Опять ты в своём телефоне! Нет чтобы умыться-помыться пойти, все с своём кирпиче сидишь. И что ты там нашёл? – пожилая женщина была старой советской закалки и никогда не понимала нынешнюю молодёжь и их гаджеты.       «Ох, абика, если бы ты знала кого я там нашёл…».       Но парень лишь убрал телефон и со скорченной гримасой, стараясь вывести на своё лицо весь протест и несправедливость, направился в ванную комнату. ***       Как всегда семья прошла лечение, в котором Шаст не видел никакой пользы, особенно для него. Он знал, какие бешеные деньги тратит на них мать, и понимал, как бесполезно они действуют на их здоровье. Семья, повторюсь, была не богатая, очень даже совсем, поэтому любая копейка была для них на вес золота. После всех процедур, женский коллектив решил перекусить в ближайшем кафе, Антона никто не спрашивает, поэтому все их решения – его решения, по крайней мере, в этой поездке точно.       Только зайдя в кафе, мать и сын уже успели повздорить, как всегда. Шастун сказал фразу не с той интонацией, и родительница расслышала в ней какую-то нотку грубости и насмешки. Что только не казалось той женщине в её обвинениях, казалось, словно она ищет повод, как придраться к сыну. Это всегда раздражало Антона, поэтому они начинали ссориться. Бабушка была наблюдателем и, лишь когда ей надоедали такие ругачки, затыкала обе стороны.       В конечном итоге женщина запротестовала, что не будет есть назло Антону. Парень сделал невинный вид, посчитав такую выходку «детской», продолжая есть греческий салат с зелёным чаем. Посидев в обиде, мать все равно заказала себе макароны по-флотски с куриной котлетой и кофе, общаясь с сыном так, как ни в чем не бывало. Такое поведение особенно раздражало Шастуна, ведь он не мог так быстро отпускать обиды. ***       Время близилось к вечеру. Парень с нетерпением ждал встречи с Поповым. С раннего утра молодые люди списались всего пару раз на обычные темы, как: «Чем занят? Как ты? Как проведём сегодняшний вечер?». На последний вопрос Антон предложил поехать в Олимпийский парк смотреть на расхваленные «Поющие фонтаны». Шастун ездил на них с мамой в прошлом году, поэтому знал какое это зрелище. Арсений же был не в курсе, но юноша говорил многообещающе, буквально навязывая эту поездку, тем более мероприятие бесплатное. Оба сошлись на этом варианте, оставалось только решить: когда и где встретиться.       Арсений Попов:       — Если мы хотим в 8 к фонтанам этим, то я думаю встретится где-то в 19:30 уже в Сириус. Ты сам сможешь доехать?       Антон Шастун:       — Смогу до Сочи Парка на автобусе.       Арсений Попов:       — Хорошо, тогда оттуда на самокате до Олимпийского.       Антон Шастун:       — Любимое)       Арсений Попов:       — ))) Тогда в 19:40 у Сочи Парка.       От каждого сердечка, от каждой милой скобочки все внутри Шастуна просто переворачивалось с ног на голову. Он предвкушал эту встречу целый день. Сам не знал, чем его зацепил этот парень, ведь Антон привык к мужчинам постарше. Он однолюб, который влюблялся лишь один раз, и это был его учитель, который старше подростка на десяток лет. Эта любовь или привязанность потерпела невзаимное крушение, поэтому парень был уверен, что в ближайшее время больше не сможет привязываться к новым людям. Похоже, он глубоко ошибался…       Времени было мало. Антон успел лишь помыться и переодеться. Мама с утра знала, что сын вновь идёт гулять со своим другом, поэтому дала на это полное разрешение, но с условием его более скорого прихода домой, чем это было ранее. Молодой человек вышел за порог номера, выкрикнув только «Я пошёл», и направился к автобусной остановке. ***       Транспорт ехал довольно долго, не так, как предполагалось ранее, – не сорок минут, а целый час. Подросток вышел из автобуса и направился в сторону Сочи Парка в её разноцветный надписи, возле которой молодые люди договорились встретиться. По сравнению с прошлым днем, когда Антон надел чёрные брюки и коричневое худи с рубашкой, где торчал только воротник, парень решил одеться более стандартно для своего гардероба. Он надел те же брюки, кеды, черную, как брюки, оверсайз футболку и, как дополнение, серебряные цепи и кольца, которые на самом деле являлись обычной дешёвой бижутерией из интернет-магазинов. В общем, его вид представлял собой настоящего неформала или панка, каким его стиль и являлся.       Юноша быстрым шагом направился в сторону надписи, понимая как сильно задерживается. Приехал он не к девятнадцати сорока, а в двадцать пятнадцать. Шоу фонтанов длилось час с восьми до девяти. К счастью, Попов был понимающим человеком и спокойно ждал своего спутника на вечер, иногда списываясь и спрашивая его координаты на карте.       Добежав до места назначения, парню осталось пройти около десяти метров. На этом моменте Шаст взглядом начал выискивать друга, заметив Арсения в той же одежде, в какой он был на прошлой встрече, с уже оплаченным самокатом под ногой и телефоном в руках. Брюнет параллельно писал Антону, узнать где тот находится.       На телефон девятиклассника приходит уведомление из VK, а Шастун уже успел рывком подбежать к знакомому, крепко схватив в его объятия. Попов быстро среагировал, взаимно обхватив руками тощее тело подростка. После, продолжая держать друг друга за талию, молодые люди приблизились ближе, смотря в глаза напротив, за чем последовали три нежных и лёгких поцелуя в губы. В животе Шастуна давно порхает не стая, а настоящая орава бабочек. — Я уж думал не дождусь тебя, – Арсений смотрел на юношу сверху вниз, излучая только любовь и заботу. — Поехали, мы уже опаздываем.       Парни нежно улыбнулись друг другу, Попов проводил Антона на самокат, и оба поехали в сторону Олимпийского парка. По дороге каждый говорил о прошедшем дне, планах на последние дни отпуска и учёбе, которая поджидала их по приезде.       За несколько минут молодые люди доехали до места назначения, где уже вовсю представлялось грандиозное шоу фонтанов, на которое каждый день приезжают люди из разных городов, лишь бы полюбоваться на эту красоту. Друзья так же, как и все приезжие, отметили все великолепие занимательного зрелища.       Выбрав место на траве, парни сели рядом друг с другом, но все равно держали дистанцию. — Что такое? – Антон заметил, как пристально на него косился Попов, что его слегка напрягло. — Ты далеко сидишь, – с ехидной улыбкой произнес брюнет.       Подросток назло взял руки друга, отодвинул их в стороны и лёг на его ноги. — А сейчас не далеко? – с сарказмом сказал Шастун.       В этот момент Арсений нежно приобнял лежащего юношу и, словно котёнка, начал поглаживать по волосам, выпуская в них свои длинные холодные пальцы. — Сейчас нет, – улыбаясь от удовольствия, Шастун не заметил улыбки брюнета, как и тот не заметил удовольствия на лице «котёнка». ***       После окончания шоу галереи молодых людей были забиты фото и видео фонтанов разных цветов с определенной музыкой. На обратном пути они решили идти пешком, чтобы насладиться самой атмосферой парка.       Идя очень близко, руки парней иногда бились друг об друга, касаясь кончиками пальцев или тыльной стороной ладони. В одно мгновение Арсений впускает в руку Антона свои длинные пальцы. Шастун, испуганный такой неожиданностью, неопределённо посмотрел в сторону Попова, пока тот с каверзной ухмылкой глядел на подростка. — Сейчас куда, на автобус и в Адлер? – предполагает Антон. Он был довольно энергичен, полной противоположностью Арсу в этот вечер. Парень выглядел абсолютно увядшим, усталым и сонным. — Не, потом мне ещё долго добираться до Сириус придётся, – брюнет глубоко и сладко зевнул, продолжая стискивать руку парня в своей. — Тогда куда пойдём? – Шастун не понимал его политики. Да, в парке красиво, но здесь совсем нечего делать, особенно в такое позднее время. — Не знаю, – однозначно отвечает Попов, незаинтересованный диалогом. — А куда ты хочешь? – подросток в момент остановился находу, смотря своими зелёными глазами в голубой океан парня. — Если честно, я бы поспал, – Арсений с тяжестью сдерживает зевок, который прорвался в конце фразы. — Я вижу... – выдыхает Антон. Он с нетерпением ждал этого вечера. Понимает, что выглядит эгоистично, но ничего не может с этим поделать. — Я скучный, да? – больше подытоживал Попов. Медленно и сонно идя по кафельной плитке, держа за руку Шастуна. — Нет, с чего ты решил? – парень точно не ожидал такой перемены в поведении брюнета. — Ну я же вижу, как ты хочешь нормально гулять, а я как сонная муха хожу. — Зачем ты тогда вышел, если мог нормально поспать? – Антон не понимает логики его друга. — Хотел тебя увидеть, – оба останавливаются, и Попов целует подростка в его кудрявую русую макушку. ***       Время подходило к десяти. За это время молодые люди успели только поговорить, параллельно гуляя по парку, и покататься на самокате. В один момент Шасту захотелось попить, поэтому Попов нашёл по карте ближайшую «Пятёрочку», оплатил транспорт и оба поехали на поиски магазина. «Пятёрочка» уже закрывалась, но продавцы подсказали дорогу до ближайшего круглосуточного ларька. По итогу: ни киоска, ни ларька, ни, соответственно, питья молодые люди не нашли, поэтому закончили день небольшой поездкой по дворам. В конце концов, Арсений с Антоном подъехали к остановке, возле которой была та самая надпись «Сочи Парк», выжидая автобус. — А он точно приедет? – осведомляется Попов, не привыкший долго ждать. — Не знаю, но люди стоят, значит должен, – Шастун высматривать автобусы вместе с остальными ждущими.       Оба засели в телефоны, проверяя и отвечая на сообщения. Подросток несколько раз подошёл к таким же стоящим на остановке людям, спрашивая точное время прибытия автобуса. По итогу, единственное, что Антон узнал, это автобус будет! Но когда? Никому не известно. — Давай где-нибудь посидим, – предлагает Шастун, осматривая местность вокруг. За остановкой стоял огромный декоративный камень. Для чего он был там, непонятно. В большем случае для красоты, так как его аккуратно, но в то же время небрежно отшлифовали и поставили как некое дополнение к обстановке. — Вот там! – Антон указывает на этот самый камень, подходя ближе. — А ты залезешь? – Арсений любил подстебывать парня, который был ниже его на десять сантиметров.       Антон показательно изо всех сил забирается на эту возвышенность, демонстрируя свои умения Попову.       Немного посидев, молодым людям стало по-настоящему скучно. Если бы не такие же ждущие на остановке, как они, то парни уже давно ушли бы отсюда в поисках других средств передвижения для Шастуна. — Если в течение этих десяти минут не приедет автобус, я вызываю тебе такси, – с вызовом говорит Попов, зная, какие высокие цены на такси. В последний раз в приложении показало, что одна поездка от «Сочи Парка» до дома девятиклассника выйдет в 670р. — А на самокате никак? – как котенок мурчит Шаст, про себя молясь за этот вариант. — Я просто никак не смогу осилить эту долгую дорогу от сюда и до твоего дома. Это в 3 раза больше, чем вчера, – как факт констатирует брюнет. Ещё раз проверяя цены на такси в ожидании хоть малейшего их снижения. — Ну хотя бы до следующей остановки, – если бы у Антона были кошачьи ушки и милые пушистые лапки, то он бы точно сейчас опустил ушки, параллельно переминая лапками. — Пожалей меня, Антон. Я сейчас сонный и совсем не хочу никуда ехать, – парень ещё раз проверил цены на такси и, убедившись, что ничего не поменялось, убрал телефон в карман. — Лучше спускайся ко мне, – Арсений вытягивает руки вперёд, готовясь буквально поймать и заточить Шастуна в своих объятиях. Хоть и немного, но Антон все-таки был выше брюнета на 5-10 сантиметров, сидя на этом камне, поэтому теперь он смотрит на Попова сверху вниз. — Не-а, вот если поедем на самокате, то спущусь, – конечно, подросток просто играл с молодым человеком. Он не собирался заставлять его тратить деньги и ехать с ним за тридевять земель. Но попробовать стоило. — Вот тебе самокат нужен, а не я, да? – корча недовольную комичную рожу, больше убеждается, чем спрашивает Попов. — Почему? Ты тоже нужен, просто меньше, чем самокат, – Антон издевался над старшим как только мог. Пока тот преданно ждал, как юноша спустится, вытянув руки вперёд. — Ну спускайся, пожалуйста, – ещё раз просит подростка Арсений, надеясь на какие-либо действия. — Ла-адно, уговорил, – Шастун аккуратно начал с ползать с вершины, тем временем брюнет стоял вплотную к камню, желая сразу поймать несносного мальчишку и заточить в объятия.       Антон перебирал ногами, но после резко покатился вниз, упершись в живот молодого человека. Оба стояли прижавшись друг другу, их носы остались в паре сантиметров до соприкосновения. Арсений вновь смотрел на юношу сверху вниз, заметно довольствуясь этим. Он моментально поцеловал парня в губы, Антон подхватил. Три поцелуя и вновь долгий пронзительный взгляд голубых глаз, проникавших в яркий зелёный лес. Шастун не успел среагировать, как Попов буквально влетел своими холодными губами в тёплые и нежные губы парня. Молодые люди наслаждались друг другом, наслаждались этим мигом и чувством наслаждения от долгого желания, которое протекало между ними, словно сладкая карамель. В поцелуе брюнет стараюсь аккуратно закусить верхнюю губу подростка, который не уступал ему в этом удовольствии. Антон отодвинулся от старшего, пристально глядя в такие нежно-голубые глаза, которые, словно маятник, гипнотизировали при одном лишь взгляде на них. Секунды спустя молодых людей словно накрыло второй волной страсти. Арсений как будто отыгрывался на парнишке за эти два дня. Он не хотел отпускать его из своих объятий и чувственного поцелуя горячих губ. Но автобус уже подъезжал, люди толпой выстроились в очередь для входа в салон транспорта.       Антон отодвинулся от старшего, пристально рассматривая его черты лица. Его взгляд был наполнен той самой любовью, искренностью и заботой, которую он так долго прятал в глубине своего сердца. — Мне пора идти, автобус приехал, – чуть ли не шепчет девятиклассник, не отрывая глаз от голубого океана. — Я знаю, но, может, повторим? На прощание… - Попов довольно улыбается, видя согласие на лице подростка, и вновь приливает к его тёплым и чувственный губам… ***       По дороге домой Шастун не мог перестать думать о произошедшем. Он с удовольствием прокручивал в голове момент его первого поцелуя, наслаждаясь самим осознанием, что наконец-то его время пришло. Теперь юноша с ещё большим нетерпением ждал следующего дня, начиная скучать уже в салоне автобуса. На часах 22:40, а ехать не менее получаса. Но это уже не так пугало парня. Мама так ни разу и не писала за все время прогулки, тем более, если в прошлый раз она не сильно придралась к такому позднему приходу сына, значит, и сейчас все должно обойтись. Что может испортить такой незабываемый день? Ничего. Только осознание скорого разъезда молодых людей по домам. А так, ничего не может испортить два дня их последней встречи.