Лучшее анаонское

Бабушка выстирала половики. Едва взобравшись на каменную гряду перевала, на фоне обмякшей зелени, Джуд увидал пеструю россыпаль чего-то, напоминавшего отсюда полянку с диковинными цветами - на пологом берегу, с масштабом, достойным восхищения, были разостланы разноцветные полотнища: красные, жёлтые, пурпурные… Когда они подойдут поближе, Гвинет поразится работе анаонских прядильщиц - в Уттулеге дома украшали гораздо менее богато. Здесь, в Речной Заставе, они уже повидали много диковинного. Сойдя на сушу, они оказались в самом сердце Морского Базара. Портовый город встречал гостей радостными вымпелами, музыкой, смешением ароматов и разнообразием людей и товаров. Они уже попробовали стеклянку и ягодные пироги - Гвинет забыла название, но терпкий вкус как будто всё ещё оставался во рту. Идея отметить принятие в Гильдию в ближайшей пивнушке Джуду понравилась, но пить вино он ей запретил. Джуд был непреклонен. Он уверял, что любой первый опыт должен оставить только лучшее впечатление, а где ещё она попробует фирменное анаонское, как не в месте его рождения - на винодельне. Когда они только познакомились, во времена безудержных ученических кутежей, первое, чем обратил на себя внимание Джуд, было его полное отсутствие интереса к выпивке. Будучи верным товарищем по всем сомнительным приключениям, Джуд Ган оставался стойким, подобно скалам Уттулега, лишь в одном - его не прельщал дешёвый эль столичных забегаловок. Потом, конечно, уже после того, как она оценила и другие его достоинства, Гвинет стало понятно: мальчик, выросший на лучшей винодельне своего края, обладал действительно изысканным вкусом к напиткам. В верховьях Анаона, у пышных предгорий Разделительного Хребта, меж зелёных пастбищ и быстрых ручьев, раскинулись знаменитые на все Вольные Земли виноградники. Тихая долина, где родился её будущий избранник, была средоточием этого богатства. Дом Ганов занимался этим ремеслом много лет, и Джуд, как и его отец, и дед, с рождения отличал сорта винограда по запаху. С вершины перевала, где они остановились передохнуть, открывался обширный вид почти на всю долину, и дом Джуда - большой, сытый, выросший комната за комнатой по мере умножения семейства, окружённый виноградниками, с покатой травяной кровлей, издалека напоминавший холм, в котором обитает маленький народец, - дом, где жило много поколений счастливых людей - дом её Джуда (и теперь, наверное, её тоже) был заметен издалека. И уже отсюда путник мог убедиться, что его в этом доме ждут.