Глава 1. Добро пожаловать в Россию!
23 сентября 2022 г., 10:29
На улице шелестит ветер, деревья беззвучно бьются о кровлю невысокого здания, из окон практически невозможно что-либо разглядеть, вид открывается на огромное скопление деревьев, похожих на лес; резкий звук карканья вырывает молодого парня из своих мыслей, возвращая в суровую реальность. Он оглянулся по сторонам: руки его были скованы цепями и прикреплены к железным балкам. Цепь была довольно длинной и давала достаточно свободы, чтобы встать и пройтись по трети от пространства комнаты. Облокотившись о стену, мальчик взялся за основание цепи, чтобы не упасть, и аккуратно потянув за неё встал дрожащими ногами на холодный пол.
Напротив него стояло огромное зеркало, глянув в которое он ужаснулся и не поверил собственным глазам. Перед его взором представился худощавый невысокий и будто побитый самой жизнью парень с уже не такой миловидной внешностью, как раньше. Ведь раньше в его взгляде не читался такой ужас, он никогда не видел прежде своего выражения лица настолько побитым и искалеченным. Несмотря на то, что на его лице не было ни одного синяка и ссадины, он будто смотрел сквозь оболочку своего тела и видел кровоточащие раны, которые невозможно было разглядеть человеческим взглядом.
Он попытался приблизиться к зеркалу, но на половине пути цепи, к которым он был прикован, его остановили. Парень оглянулся назад, будто до конца не осознавая всего, что произошло. Он начал кричать от бессилия, разбрасываясь словами и фразами, значение которых будто и не знает вовсе. Мысли путались, его охватил дикий страх того, что с ним могли сделать. И что сделают. Бурный поток его мыслей прервал едва уловимый звук шагов и щелчок открывающегося люка…
***
— Ты уверен, что хочешь уволиться? — запаковывая очередную коробку с пончиками, спросила брюнетка задумавшегося парня. — Нет, но другого выхода я не вижу, — ответил парень, перебрасывая ей коробку побольше, — в любом случае, это до тех пор, пока мы с сестрой не вернёмся обратно. Закрыв кассу и отчитавшись перед менеджером за проделанную работу, уставший парень вызвал такси эконом класса. Из-за пробок машина ехала довольно медленно, поэтому недолго думая, он решил проверить свои социальные сети. Разблокировав телефон и зайдя в Mixi, парень удивлённо обнаружил, что его сразу же выкинуло из аккаунта. — Блять, — выругался он и агрессивно начал тыкать пальцами по экрану, — sukunafuji170803…или 04, не помню… — бормотал Сукуна, попутно ругая самого себя за то, что снова забыл записать свои пароли. Погрузившегося в свои мысли парня отвлёк звук сигналящей машины и взгляд недовольного на него водителя. Поздоровавшись с водителем, Сукуна извинился за свою рассеянность и засунул наушники в уши, явно намекая на то, что вести диалог он не намерен. Слушая своих любимых AC/DC, парень незаметно для себя начал проваливаться в сон. Несмотря на то, что он очень громко слушал орущие в наушниках голоса мужчин, очнулся он только после резкого торможения и крика водителя на девушку, которая перегородила ему дорогу. Вдоволь наслушавшись не очень лестных причитаниях о чужой матери, Сукуна аккуратно вышел из автомобиля, преднамеренно хлопнув дверцей и направившись в сторону своего дома. Войдя в почти пустое помещение, парень мягко закрыл за собой дверь. Сукуна все еще не свыкся с мыслью, что им пришлось покинуть их родной город и переехать в Киото ради маминой работы. — Сынок, ты вернулся! — выдернув из собственных мыслей, мама парня быстрым шагом подошла к нему и заключила в крепкие объятия. Одна из немногих вещей, которую Сукуна терпеть не мог в своей матери, — это чрезмерная тактильность. Ей нужно было постоянно обнимать, держать за руку любимого сына, лишний раз поправить его вьющиеся волосы, положив их в такое положение, что потом хочется до скрипа вымыть голову и уложить волосы в привычное для себя состояние. Сукуна не любил прикосновения, не любил объятия, а любой тактильный контакт ему приносил лишь дискомфорт. Он всегда старательно пытался это скрыть, считая это чем-то неправильным. Чем-то, что присуще странным людям. — Лицо попроще сделай, тебя же не холодной водой облили, а всего лишь обняли, — хрипло проговорила только что вошедшая девушка, оперевшись на дверной косяк возле входа в гостиную комнату. — Нацуми, и я рад тебя видеть, — сухо ответил Сукуна, вынырнув из объятий матери и бросив беглый взгляд на шатенку, — Ты собрала свои вещи или прохлаждалась весь день как обычно? — Прохлаждался весь день ты на своей паршивой работе, братец, а я занималась делом, — практически шипя ответила девушка. Отношения между братом и сестрой накалялись все сильнее и сильнее. Он до сих пор не понимал, зачем мать придумала всю эту затею с поездкой. Сукуна был более чем уверен, что они разругаются ещё в самолете, и кто-нибудь из них точно вылетит пинком оттуда, если бы такое оказалось возможным. Но несмотря на всю абсурдность идеи, он не хотел расстраивать маму и создавать ещё одну почву для конфликтов, поэтому ему остаётся только смириться с тем, что он проведёт, возможно, самый худший месяц в его жизни. — Солнышки мои, будьте более ласковы друг к другу, вы же всё-таки самые близкие люди друг у друга, — нежно проговорила мама, заключив в объятия сразу обоих своих детей. Нацуми и Сукуне ничего не оставалось как смириться и обнять свою маму в ответ. Несмотря на все свои разногласия, они оба очень любили свою маму и ради неё были готовы терпеть друг друга столько, сколько придётся. Уже сидя в самолёте и пристально смотря в иллюминатор, Сукуна начал размышлять о том, а стоит ли счастье мамы всех его будущих потраченных нервов из-за его любимой сестренки. Хотя парень прекрасно понимал, что делал это по большей части ради самого себя, ради возможности выбраться из порочного круга рутиной работы и общества, которое он ненавидел, но что-то в глубине его души заставляло отвергать все эти мысли и чувства, уверяя самого себя в том, что он делает это только ради своей матери. — Дырку просверлишь, если будешь так пристально глядеть, — нахально произнесла Нацуми, дергая брата за рукав футболки, привлекая к себе внимание. — Место не отдам, в этот раз мне повезло, билет у окна мой, — никак не обращая внимания на дерганья сестры, произнёс парень, продолжая смотреть в окно. — Да и не нужно мне твое место, просто здесь очень скучно, и я хочу поговорить с любимым братом, ты мне это запретишь? — произнесла шатенка, дёргая на этот раз за ворот футболки. На лице Нацуми показалась победная ухмылка, когда брат всё-таки отреагировал на ее призывы и обернулся. — Что ты хочешь? — прямо спросил Сукуна. — Мой телефон разрядился, а зарядку я оставила в чемодане. Если отдашь мне свой телефон, чтобы я могла спокойно послушать музыку, я, так уж и быть, дам тебе просверлить дырку в этом несчастном окне. И мысленно буду надеяться, что ты со своей худощавой задницей вылетишь отсюда, и весь отпуск я проведу в хорошем настроении, не видя твое хмурое лицо. Сукуна привык к не самому лучшему чувству юмору своей сестры, но даже это заставило его растеряться, и, возможно, в глубине души немного расстроиться. Он достал свой телефон, увидел злосчастную надпись «понедельник, 1 августа», грустно вспоминая о том, что свой двадцатый день рождения он проведёт в чужой стране с сестрой, которую он предпочёл бы никогда не видеть. Не дожидаясь никакого ответа от брата, Нацуми выхватила телефон из его рук, подключая к ним свои наушники. Прохладный ветер обдавал лицо юноши, капризно напоминая про скрывающееся за облаками солнце. Ветер становился все сильнее по мере того, как они отдалялись от злосчастного аэропорта. Кажется, даже сама погода разделяла нежелание Сукуны находиться здесь. Подходя к стоянке, где уже стояла толпа таксистов, желающих наполнить поскорее свои карманы лишней парой сотней баксов, Нацуми вместе со своим младшим братом начали лицезреть не самую приятную картину. Двое таксистов вцепились друг в друга, судя по их крикам, не в состоянии поделить клиента. Девушка не стала отмалчиваться в стороне и попыталась разнять двух брызжущими слюнями от злости неизвестных мужчин. Сукуна же лишь скучающе стоял в стороне и смотрел на неудачные попытки сестры в очередной раз показать себя хорошей девочкой, которая вечно норовит всем помочь. Ему стало тошно, появилось огромное желание прочистить желудок возле ближайшей мусорки. Парень и дальше предпочёл бы стоять в стороне и ничего не делать, если бы один из мужчин не позволил себе вольность и не поднял руку, словно намереваясь нанести удар, в сторону Нацуми. Сукуна моментально подскочил и встал между возможным обидчиком и сестрой, схватит того за локоть. — Успокойся, она явно не собирается забирать одного из твоих тупых клиентов. Хотя на месте людей, которых ты будешь везти до места назначения, я бы задумался о том, стоит ли садиться в машину к такому неуравновешенному типу, вроде тебя, — сухо проговорил парень, не выражая абсолютно никаких эмоций на своём лице, хотя внутри зародился небольшой страх, что они сейчас набросятся на него толпой и не останется от дорогого и славного Сукуны больше и живого места. — Эй, парень, зачем так обижаешь сразу? Не надо просто лезть на мою территорию, и ни у кого проблем не будет. Хорошо, брат? — нервно проговорил таксист, видимо, всё-таки немного опешив от действий Сукуны. Хоть он и не знал русский язык в идеале, но яркий дальневосточный акцент у таксиста уловить не составило никакого труда. Сукуна отпустил мужчину и двинулся к своей сестре, ухватив ту за локоть и уводя в сторону. Они подошли к ближайшему мусорному контейнеру, и парень, нависнув над злосчастной мусоркой, начал опустошать свой желудок от съеденных в самолете продуктов. Нацуми лишь недовольно фыркнула, легонько пнув мусорный бак, явно намекая, как ей сейчас противно находиться рядом с ним. — Мы только приехали, а ты уже все портишь, — тяжело вздыхая, проронила старшая сестра. — Мы только приехали, а я уже ненавижу эту страну, — отодвигаясь от мусорки и вытирая рот рукавами кофты, произнёс Сукуна. Их весьма увлекательный разговор прервали странные звуки, исходящие в паре метров от них. На холодной земле лежал мужчина и кряхтел, пока пытался встать. Выглядел он, мягко говоря, не очень опрятно. Волосы запутанные и маслянистые, словно их не мыли несколько лет, одежда местами порванная, кожа вся в следах от засохшей грязи. Но самое пугающее в нем было то, что он, пошатываясь, направлялся в их сторону. И чем ближе мужчина придвигался к ним, тем чётче и ярче Сукуна чувствовал неприятный запах, исходящий от этого мужчины. — Добро пожаловать в Россию! — задорно произнёс неизвестный, положив свою руку на плечо парня. Сукуна думал, что вывернул все содержимое желудка минутами ранее, но спустя мгновение понял, что ошибался.
