Любовь магическая и настоящая

      Миле завязали глаза плотным шарфом и за руки повели в академию, чтобы показать преподавателям.     — Что-то у меня живот крутит, — пожаловалась она, очередной раз спотыкаясь.     — Реакция организма, — тихо сказала Лада.     — Что теперь со мной будет?     — Сложно сказать. Любовные зелья очень коварные. К сожалению, ты выпила слишком много, и простой очисткой тут не поможешь.     — Ну, ей же не придётся теперь всю жизнь ходить с завязанными глазами? — спросила Кира, помогая подруге подняться по лестнице.     — Кто знает... — пожала плечами Лада. — Может, и придётся.     — Не шути так, — добавила Лика. Она, как и остальные, испытывала вину. Если бы она дала своё зелье Миле в руки или не отвлекалась бы на поиски записной книжки, ничего бы не произошло.     Наконец девушки дошли до кабинета мэтра Самветия. Он был главным специалистом по ядам и зельям.     Шорох в то утро поднялся знатный. Сначала запрещённые зелья, потом пропажа одного из них, потом его повторное обнаружение. Выяснения причин и следствий. Потому, когда начали подходить и жертвы, Самветий только обречённо вздохнул и начал разбираться. Впрочем, ничего утешительного он не смог поведать.     — Сыворотка скарамона необратима, — сказал он девушкам, а потом добавил жёстче: — И оно запрещено! Именно потому, что эффект этот крайне сложно развеять, многие на всю жизнь и привязывались к тому, на кого посмотрели после активации!     — А если она какое-то время вообще не будет ни на кого смотреть? — спросила Лика, заламывая руки.     — Тогда просто иссохнет и умрёт, — резко ответил профессор, копаясь в шкафу и переставляя колбочки.     Мира всхлипнула, в отчаянии обхватив голову.     — Зелье обладает чем-то наподобие разума, — продолжал профессор, не замечая реакции слушательниц. — Оно манит к себе жертву и не отпускает, пока не свершит то, ради чего было создано. Именно поэтому ваша подруга так легко попалась. И если она откажется завершить активацию магии, то просто сойдёт с ума.     Повернувшись, он нахмурился, увидев, как девицы начали смахивать слёзы.     — Ну что за сырость? — заворчал он. — Велика беда! Вы ж, девицы, каждый день в кого-то влюбляетесь.     — Профессор! — с укором в голосе сказала Кира, обнимая подругу. — Не магическим же способом!     — Неужели нет никакого способа снять чары?! — спросила Лика.     Самветий тяжело вздохнул и, взяв в руки некоторые пузырьки, подошёл к столу.     — Конечно есть, — сказал он и начал смешивать жидкости, чётко отмеряя дозировку каждой.     Девушки в три пары глаз наблюдали за всем, и только Мила продолжала тихо всхлипывать, всё порываясь потереть завязанные глаза.     Закончив, метр Самветий разбавил получившуюся настойку водой и протянул девушке.     — Выпей это.     — Это нейтрализатор? — заворожённо рассматривая жидкость, спросила Лада. Ей тут же захотелось переписать себе рецепт.     — Нет конечно, — раздражённо нахмурился профессор. — Я же сказал, что противоядия нет. Это настойка пяти трав для повышения внимания и осознанности.     Мила, которая уже и так отчаялась, осторожно приняла стакан и начала пить. Подруги же продолжали выпытывать:     — Но зачем?     Метр Самветий сел за стол и начал пояснять:     — Как я и говорил, отменить чары нельзя, но избавиться от них можно. Нужно пройти весь путь от начала до конца, тогда магия, достигнув цели, самоликвидируется. Для этого, юная леди, вам всё-таки придётся снять повязку и влюбиться в какого-нибудь юношу. А потом его разлюбить, как часто у вас, женщин, и бывает.     — Не часто, — не смогла смолчать Лика, и Лада нахмурилась, явно соглашаясь.     Профессор отмахнулся.     — Зелье осознанности поможет с «розовыми очками». Избавит от безумия и ослабит одержимость. Сможешь использовать разум и понимать всё происходящее. Но и подругам довериться придётся. Вы, трещотки, должны выбрать ей парня. Такого, чтоб понял всё и помог. А так же чтоб не воспользовался ситуацией.     — То есть мне надо влюбиться в него, а потом разлюбить? — тихо спросила Мила, сжимая в руках пустой стакан.     — Ну, если парень хороший попадётся, можешь всё оставить как есть, — пожал плечами Самветий. — А теперь идите уже. И перестаньте пить всякую непроверенную гадость!     Девушки поблагодарили сварливого профессора и вышли из кабинета. После, зайдя в одну из пустующих пока аудиторий, они начали думать над кандидатами.     — Может, тебе кто-то уже нравится? — спросила Лада.     — Да не то чтобы нравится... — вздохнула Мила. — Ну есть симпатичные парни, но чтоб прям выделить кого-то...     — Короче! — перебила её лепетания Кира. — Предлагаю позвать Хендрикса.     — Ты что с дуба рухнула? — возмутилась Лика.     — А что?     — Нет, не надо его, — вмешалась Мила. — Он же выпускник, к тому же, скорее всего, о моём существовании вовсе не знает.     — Ему сейчас не нужны проблемы, — кивнула Лада.     — Но он же такой классный! — возмутилась Кира. — Высокий, красивый, умный. Если уж в кого влюбляться, то только в него.     — А ещё он эгоцентричный карьерист, — вздохнула Лика. — Он пошлёт тебя с твоим предложением куда подальше.     — Что насчёт Саймона? — вспомнила Лада.     — Ну, в целом... — задумалась Кира.     — Вы про нашего старосту? — переспросила Мила, которой не особо нравилось то, что парня ей выбирают другие.     — Про него, да, — кивнула Лада. — Он ответственный, умный. Думаю, он согласится.     — Чтобы я в него влюбилась и разлюбила?     — Но ведь можно и не разлюбля... ть... Есть такое слово? — смутилась Кира.     — Нет, — хихикнула Лада.     — Ну и ладно. Вы меня поняли. А как насчёт Дика?     — Ох... — сокрушённо опустила голову Мила. У неё уже начинала болеть голова, а живот крутило. То ли от усталости, то ли от голода, ведь она так и не позавтракала, то ли это и вовсе эффект зелья, которое стремилось выполнить своё предназначение.     Далее она вообще пропустила все обсуждения и варианты. Ей становилось плохо, и, к счастью, подруги это заметили. Поэтому все дальнейшие обсуждения быстро закрыли: они всё-таки остановились на Саймоне.     Миле и вовсе уже было всё равно, лишь бы поскорее это закончилось. В конце концов, никто не хотел вести её на поиски парня в таком состоянии, но оставлять одну тоже было опасно. Поэтому за Саймоном отправили Киру, которая довольно быстро справилась, и уже через десять минут парень, весь перепуганный внезапной срочностью, стоял возле аудитории. Впускать его внутрь на всякий случай пока не стали. Переговоры велись за дверью.     Мила, сидя в одиночестве, сорвала ненавистную повязку, решив, что ей уже всё равно. Кто первый зайдёт, в того и влюбится. Её начало неслабо штормить. Ещё немного, и она сама выйдет, а там уже на всё воля случая.     Но вот её подруги, следя за дверью, разговаривали с Саймоном. Парень был слегка в шоке, так как его позвали, по сути, тремя словами: «Беда, срочно, побежали», а и добили фразой: «Ты очень нужен».     Он был парнем ответственным и отзывчивым, поэтому не мог отказаться. И тут вдруг выясняются весьма странные особенности. Глядя на трёх девушек, перед собой он спросил:     — То есть, если я правильно понял, вы хотите, чтобы Людмила в меня влюбилась и таким образом нейтрализовала любовное зелье? Как вообще она его выпила?     — Слушай, давай подробности потом, — отмахнулась Лика, — ей реально уже плохо. Просто нужно на кого-то направить эффект. Потом она будет стараться тебя разлюбить. Но если она не активирует любовное заклятие, то может произойти катастрофа.     — От тебя ничего особенного не требуется, просто игнорь её, будто вы уже расстались.     — Ну, или начните встречаться по-настоящему.     — Кира!     — Что? Профессор сам сказал, что можно и так. Только ты это, парень, не обижай её! Не смей её использовать только потому, что она будет влюблена в тебя по уши.     — Я что, по-твоему, какой-то негодяй? — возмутился он.     Четвёрка студентов так увлеклась обсуждениями, что не заметили, как мимо них прошёл человек, а когда заметили, тот уже потянулся к ручке двери, чтобы её открыть.     — Эй! Стой! — вскрикнула Лада, глядя на высокого парня с темно рыжими волосами.     — Да мне только блокнот забрать, — отмахнулся он и потянул руку, открывая дверь.     Кира отреагировала молниеносно и тут же толкнула Саймона к проходу.     — Зайди первым! — крикнула она. Саймон от неожиданности налетел на рыжего парня, и оба они, не удержавшись, ворвались в аудиторию и повалились прямо на пол.     — О нет! — схватилась за голову Лада.     — Да что ж... — выругалась Кира.     — Она увидела? — побежала вперёд Лика.     Девушки заглянули в аудиторию и увидели, как Мила с расширенными глазами смотрела на ворчащих и поднимающихся парней.     — Кто?! — вскрикнула Кира, глядя на подругу.     — Да что здесь происходит? — возмутился рыжий парень, поднимаясь и потирая ушибленный локоть.     — Я... я... — растерянно лепетала Мила, глядя то на одного, то на другого,     — Кого ты увидела первым?! — нетерпеливо переспросила Лика.     — Я не знаю. Я увидела сразу обоих. Я... — она вдруг схватилась за голову. — Я влюбилась сразу в двух!     В комнате воцарилась гробовая тишина.     Три подруги в шоке замерли на месте, странно переглядываюсь между собой.     Мила, кусая губы, смотрела на парней.     Саймон, поднявшись, раздражённо отряхивался, кидая на Киру недовольные взгляды.     А рыжий парень не стесняясь разглядывал присутствующих и особенно внимательно — девушку, которая бросала на него робкие взгляды. Именно он и решил первым нарушить это молчание.     — Может кто-нибудь объяснить мне, что тут происходит?     — Ты идиот, говорили же тебе не заходить! Зачем попёрся?!     — Кира успокойся, — остудила её Лада и подошла к парню. — Наша подруга попала под действие любовного эликсира и должна была влюбиться в первого, кого увидит. Саймон должен был помочь ей снять заклятие... теперь же я не знаю, что делать.     — Надо спросить у профессора, были ли случаи, когда влюблялись сразу в двоих?     Лика подошла к подруге и заглянула ей в глаза.     — Ты уверена, что оба?     Мила робко выглянула из-за спины Лики и ещё раз посмотрела на парней.     Сначала на Саймона, потом на рыжего незнакомца. И при виде обоих внутри что-то замирало, пульс учащался, а лицо начинало гореть.     — Да, — тихо ответила она, продолжая прислушиваться к ощущениям. Что-то внутри растекалось, словно тёплый мёд, но в то же время что-то едва уловимое и тёмное ускользало от внимания. Что-то было не так. — У меня довольно странные чувства...     — Так, пошли к профессору, — схватила её за руку Лика, пока Мила продолжала разглядывать парней. Те отвечали ей тем же.     — Как звать? — между тем допытывалась Кира, глядя на рыжего парня. Он был не на их факультете и даже не на смежном, потому нужно было понять, где этого умника потом искать.     — Я Курт Рикадов, — ответил тот, провожая Милу взглядом. — Пространственная магия.     — Телепортер, что ли? — нахмурилась Кира, и парень вдруг перевёл взгляд на неё. Увидев перед собой красивую девушку, он очаровательно улыбнулся.     — Будущий, — кивнул он. — Пока перемещать могу только неживые объекты.     — Ясно, — кивнула Кира, оставаясь равнодушной к шарму парня. Она достала блокнот и записала информацию.     Заметив, что её подруги уже далеко ушли, она махнула рукой, привлекая внимание Саймона.     — Я вас позже найду и всё расскажу, а пока просто помните, что Мила под сильным эффектом любовного зелья. Если пересечётесь с ней, старайтесь быть спокойными, и никаких вольностей.     — Да хватит уже! — нахмурился Саймон.     — Что ты подразумеваешь под вольностями? — усмехнулся Курт. Кира стрельнула в него суровым взглядом.     — Не ерепенься, Рикадов!     И, развернувшись, она бросилась за подругами.     Те, как оказалось, уже нашли профессора и успели ему всё рассказать. Тот пребывал в искренней растерянности.     — Сразу двое? — повторял он себе под нос.     Когда Кира подошла, Мила тут же подошла к ней и с горящими глазами начала выспрашивать.     — Что ты им сказала? Нет, лучше скажи, что они сказали? Что-нибудь обо мне?     — Я только узнала, кто этот рыжий парень.     — Да. Расскажи о нём.     Кира вздохнула, понимая, что подруга сейчас под воздействием магии и не понимает, какой наивной влюблённой дурочкой выглядит со стороны.     Между тем профессор, почёсывая бороду, продолжал хмуриться.     — Случай уникальный, — сказал он, — и, скорее всего, это только усложнит ситуацию. Магическая влюблённость в одного — непростое дело, а тут сразу двое. Возможно, даже чувства к обоим кавалерам связаны.     — Это как? — спросила Лада, которая как всегда слушала профессора чуть ли не с открытым ртом. В конце концов, зельеварение — это её профиль. А профессор Самветий — выдающийся учёный в этой области.     — Возможно, не получится одного разлюбить, а другого нет. Тут либо обоих, либо никого.     — А если она полюбит кого-то по-настоящему? — переспросила Кира.     — Тогда тем более нужно будет поскорее развеять магию.     — А если полюбит одного из них?     — Пока действует эффект зелья, это вряд ли возможно, — профессор строго глянул на Милу. — Сейчас вы, барышня, не можете нормально оценивать ситуацию, даже несмотря на зелье, которое я вам дал. Вы сможете полюбить кого-то другого, это да. Но по-настоящему полюбить одного из двух юношей возможно только тогда, когда эффект приворота пропадёт. Поэтому сосредоточитесь на том, чтобы поскорее снять эту магию.     Мила вмиг стала серьёзней и, задумавшись, опустила голову. Внутри клокотали ранее неведомые чувства и эмоции.     — Советую вам хорошо высыпаться и питаться, и пейте больше воды, — закончил профессор,     — Это поможет быстрее избавиться от эффекта зелья? — спросила Лика, в то время как Лада полезла за тетрадью, готовая конспектировать новые знания.     — Это поможет вам лучше учиться и не спать на моих лекциях! — закончил профессор и отвернулся, давая понять, что разговор окончен.     Девушки поспешили удалиться, а потом, опомнившись, разбежались по занятиям. В конце концов, лекции ещё никто не отменял.               Мила с трудом улавливала то, о чём говорили преподаватели. Она рисовала кружочки и всё писала два имени, глубоко погружённая в мысли.     События этого утра были такие стремительные, что она с трудом верила, что ещё пару часов назад самой большой проблемой для неё были головная боль и недосып после вечеринки.     И вот теперь... два парня. Саймон и Курт. Особенно сложно было собрать мысли в кучу, когда один из них сидит недалеко.     Саймон учился вместе с ними и был старостой. И он, в отличие от неё, внимательно слушал лекции и старательно записывал всё необходимое. А Мила, исподтишка наблюдая за ним, начала замечать разные особенности и нюансы, которые раньше не видела. Его очарование и привлекательность. Высокий рост, длинные руки, стройное тело. И хотя черты лица с её места рассмотреть было сложно, то, что она всё же видела, ей очень нравилось.     После того как занятия закончились и все разошлись, Саймон наконец подошёл к Миле и сказал одновременно строго и умоляюще:     — Пожалуйста, не надо меня разглядывать всё время. Мне от этого не по себе.     Мила вмиг покраснела, поняв, что он всё знает.     Саймон же, вздохнув, присел на краешек стола и внимательно посмотрел на девушку.     — Как ты... себя чувствуешь? — спросил он, явно испытывая неловкость от ситуации.     — Сложно сказать, — ответила Мила, которая тоже не знала, что делать и как реагировать.     — Тебе теперь надо меня разлюбить? — спросил он, отведя взгляд. — То есть мне придётся себя вести как какой-то говнюк... я боюсь, что тут небольшая неувязочка. Я не думаю, что способен на такое.     Мила смотрела на него, слушала его слова, и сердце ещё сильнее заходилось. Он такой хороший и такой добрый. Как вообще можно его разлюбить? Да она вышла бы за него замуж хоть сейчас, хотя и считала, что ещё слишком молода для создания семьи.     — Наверное, вам надо было выбрать какого-нибудь придурка вместо меня, — продолжал Саймон, стараясь смотреть куда угодно, но не на Милу.     — Придурок не был бы столь благороден, — ответила она, и Саймон всё же взглянул на неё и слегка улыбнулся. Но потом, кашлянув, поднялся и снова отвёл глаза.     — В общем, скажи мне потом, что от меня требуется, хорошо? — и, махнув на прощание, он вылетел из аудитории.     Мила прикрыла рот потому, что хотелось визжать и смеяться. В таком состоянии её и застала Кира, которая, как оказалось, предусмотрительно стояла возле двери, чтобы им не мешать.     — Людмила! — строго и обречённо сказала она. — Тебе надо избавиться от чувств, а не влюбляться сильнее!     — Ох, но как? — вздохнула Мила, сверкая счастливыми глазами. — Как мне это сделать, если он такой хороший! И, кажется, я ему тоже нравлюсь.     Кира вздохнула и начала собирать её вещи, потому как та, похоже, даже не собиралась начинать, а им уже пора на следующие занятия.     — Всё было бы даже неплохо, но есть одна большая проблема!     Мила слегка погрустнела.     — Ты про эффект любовного зелья?     — Нет! Я про Курта, — строго посмотрела на неё Кира, и Мила, словно вспомнив про второго парня, тут же улетела в новые мечтания.     — Он тоже такой красивый. Высокий, и ты видела его руки? Мне кажется, он с лёгкостью сможет меня поднять. Он такой... живой и яркий! С ним точно будет весело и надёжно!     — Ты уверена? Ты его совсем не знаешь! — с сомнением посмотрела на неё Кира.     — Я это чувствую! Знаешь сердце оно такое! Оно всё знает! — горячо воскликнула Мила.     — Ладно-ладно, — решила не спорить дальше Кира. — Пошли уже, скоро начнётся скриптология.     Всю следующую пару Мила изо всех сил старалась быть внимательной, хотя время от времени всё же улетала в мечты то к одному парню, то к другому.     А после пар, когда она шла по главному коридору и слегка отстала от подруг, её вдруг перехватила вторая причина грёз среди бела дня.     — Привет, красавица, — очаровательно и немного нахально улыбнулся Курт, от которой Мила тут же поплыла. Опустив голову и спрятав румяные щёки, она ответила:     — Привет.     Он взял её за руку и отвёл немного в сторону, подальше от любопытных глаз.     — У нас толком не было возможности познакомиться, — сказал он, выводя её в небольшой внутренний дворик, где среди природы и свежего воздуха иногда любили собираться студенты. К счастью, сейчас там никого не было.     — Просто всё очень быстро закрутилось, — ответила Мила. Тёплая и большая ладонь сжимала её руку, и от этого ей стало так хорошо. Ей очень нравились густые волосы с рыжиной и весёлые взгляды, которые он на неё бросал. От его улыбки она начинала трепетать. Все мысли улетучились, и она словно загипнотизированная шла за ним.     Выйдя в парк, они не остановились, и Курт увлёк её чуть дальше, за кроны густых деревьев. Прислонив девушку к стволу, он шагнул ближе и легонько провёл пальцами по её щеке.     — Ты очень красивая, — тихо сказал он, глядя в глаза.     Мила чувствовала, как сердце билось в груди, но стояла, замерев, словно боясь спугнуть момент.     — Ты ведь меня ещё совсем не знаешь, — наконец сказала она, скромно опустив взгляд.     — Я немного о тебе разузнал, — ответил он. — Надеюсь, ты не разозлишься на это. Просто ты меня заинтересовала с первого взгляда.     — Когда я тебя в первый раз увидела, ты падал на пол, — нервно хихикнула Мила, не зная, как себя вести.     — Да уж, — разочарованно вздохнул Курт. — Если бы не этот доходяга, ты бы увидела только меня. Может, это судьба? Не просто же так я забыл свои вещи в той аудитории.     Упоминание Саймона неоднозначно подействовало на Милу. На миг показалось, что происходящее с ней — это неправильно. Ведь рядом с ней не он. Однако она вновь взглянула на Курта, и тревога отступила. И всё показалось правильным.     Противоречия смутили её, и Мила опустила голову, пытаясь собрать мысли в кучу.     Курт же принял её жест за скромность и нерешительность. Бережно приподняв её лицо за подбородок, он вновь встретил её взгляд и потянулся к ней, чтобы поцеловать. Мила замерла, не до конца понимая, чего хочет. То ли остановить его, то ли поддаться...     Поцелуй был очень нежным и невинным. Лёгкое касание, которое оставляло простор фантазии и желание чего-то большего.     Курт отстранился и вздохнул.     — Как бы я хотел... — опустив голову, он опять вздохнул. — Но я не хочу торопиться.     Опять погладив её по щеке, он взял Милу руку и потянул на себя, отходя назад и выводя из тени деревьев.     — Курт! — раздался чей-то раздражённый голос.     — Вот блин, — простонал тот и повернулся в сторону спешившего к ним парня.     — Ты что забыл, о чём мы договаривались? — говорил приближающийся незнакомец. Поравнявшись с ними, он с каменным лицом уставился на Курта. — Почему я должен бегать и искать тебя, бестолочь, пока ты с девчонками зажимаешься? Так сложно было сначала зайти ко мне?     — Хватит тебе возмущаться, Леон, тут утром столько событий было...     — Что-то такое, что ты о брате забыл? — спросил тот, бросив такой взгляд от которого внезапно повеяло холодом. Эффект не прошёл даже когда он опустил голову и начал что-то искать в сумке.     Мила с любопытством рассматривала парня. Он назвался братом Курта, но не особо был на него похож. В отличии от него, Леон имел волосы чёрного цвета, ростом был чуть выше, а лицо имел более угловатое. Курт был очень красивым, а его брата можно было назвать разве что привлекательным.     Достав из сумки несколько тетрадей, Леон припечатал их к груди брата.     — В следующий раз сам будешь бегать и искать меня! — выговорил он. Несмотря на бесстрастное выражение лица, в его голосе всё же слышалось раздражение.     — О! Так они были у тебя? — искренне удивился Курт, беря в руки тетради.     И тут вдруг в небольшой парк выбежали подруги Милы.     — О! Вот она! Мила! Ты куда пропала? Мы чуть с ума не сошли, разыскивая тебя! — возмущалась Кира, подходя к компании. Безразлично взглянув Леона, она недоверчиво уставилась на Курта, а когда заметила, что парочка до сих пор держится за руки, нахмурилась ещё сильнее. — Ты вообще о чем думаешь?     — Кира, я... — начала было Мила.     — Ох, блин, я так и знала, — вздохнула Лика, увидев ту же самую картину.     — Тебе нужно разрушить эффект любовного зелья, а не поддаваться ему! — продолжила возмущаться Кира. Взглянув на Курта, она сердито добавила: — А тебя я по-моему предупреждала!     Курт вздохнул и упрямо отвернулся.     — Это не так просто, — пыталась оправдаться Мила.     — Что ещё за любовное зелье? — с подозрением спросил Леон. — Курт... ты?     — Да я ничего не делал!     — Тебе же сказали держаться от неё подальше, чтобы развеять эффект! — продолжала нападать Кира. — А ты опять лезешь куда не просят. Ладно, у неё мозги затуманены, но ты-то вроде в своём уме!     — Мы просто поговорили... — тихо произнесла Мила.     — Знаю я, как он разговаривает, — сузил глаза Леон. — Ты чего творишь, брат?     — Да что ты сразу меня обвиняешь? — возмутился тот. — Может, она мне на самом деле нравится.     — С заклятиями не шутят, — сурово ответил Леон, а потом добавил тихим, но стальным голосом: — отпусти её руку.     От этих слов у присутствующих по телу пробежались мурашки, а Курт тут же отпустил ладонь Милы.     — Не начинай! — с угрозой в голосе предупредил Курт.     — Это что было? — поёжилась Кира, удивлённо глядя на парней.     — Похоже, он язык, — тихо прошептала Лика, глядя на спорящих парней.     — Язык? — переспросила Мила, которая после слов Леона чуть ли не отскочила в сторону.     — Ну, голосовой факультет. Магия слов. Вы чего? — удивилась Лика.     — Ох, я просто никогда с ними не встречалась, — удивлённо произнесла Кира.     Братья между тем сверлили друг друга взглядом, но переговаривались тихо, не повышая голос. Довольно странное дело. Девушки стояли буквально в двух шагах, но ни слова не слышали.     — Пойдём-ка лучше отсюда, — вздохнула Кира и потянула непутёвую подругу за собой.     Мила несколько раз оглянулась, чтобы ещё хоть разок посмотреть на Курта, но тот был слишком занят спором с братом и, скорее всего, так и не понял, что её уводят. Погружённая в мысли, она краем уха прислушивалась к разговорам подруг.     — Голосовой факультет вроде вообще находится совсем в другом корпусе. Что их студент делает тут? — задумчиво спросила Кира.     — Ты же слышала, что они братья. Вот тебе и ответ.     — И всё-таки это впечатляет. Наверное, здорово, когда все слушаются твоих команд, — попыталась поддержать разговор Мила. Она до сих пор чувствовала эффект после его слов. Те возникли словно нерушимые столпы, и не починиться было невозможно. Это одновременно завораживало и пугало.     Лика хмыкнула.     — Вот поэтому этот факультет относится к закрытому типу. Впрочем, ментальный тип магии часто бывает закрытого уровня. Я слышала, что для поступления на голосовой надо сдать несколько психологических экзаменов. Не каждого туда берут.     — Я тоже что-то такое слышала. Хотя всё равно думаю, что вступительные на некроманта всё-таки самые сложные.     — Но магия телепорта тоже не такая уж и простая, — вставила Мила, которой было немного обидно, что подруги хвалят только грубого брата Курта, а его самого, похоже, вообще недолюбливают.     — Простой магии вообще нет, — пожала плечами Лика. — Мы, целители, тоже не лыком шиты.     — А Лада со своими зельями вообще погрязла в учёбе. Там столько всего знать надо, что просто караул, — вздохнула Кира. — У нас зелья только дополнительный предмет, но у меня уже голова пухнет от объёма информации. Всё-таки мне больше по душе энергетические техники, а не прикладные.     — А мне вот нравится, — улыбнулась Лика.     — Оно и видно, — Кира улыбнулась. — Вечно с Ладкой зависаете в лабораториях.     — Кстати, слышала про неё?     — Что?     — За ней этот забугорский бегает.     — Этот, который сын маркиза из Бривалонии?     — Ага, — кивнула Лика. — Забыла, как его зовут. Но он вроде учится на общеэлементальном. Хотя непонятно, зачем к нам приехал. У них же свои институты магии есть.     — У нас образование лучше, — гордо сказала Кира.     — Я видела его, — задумалась Мила. — Он довольно симпатичный. Чёрные волосы, глубокий взгляд, стройный.     — По мне худоват, — хмыкнула Лика.     — В любом случае Ладе решать, — пожала плечами Кира, которой не особо был интересен студент по обмену.     — Ну, она его игнорирует, — так же пожала плечами Лика.     — Одна игнорирует того, к кому стоит присмотреться, другая не может оторваться от того, от кого следовало бы, — заворчала Кира, покосившись на подругу.     Мила же в ответ просто вздохнула.     — Я ничего не могу с собой поделать, — сказала она. — Когда я рядом с ним мне так хорошо, так... приятно.     — Приятно? — удивилась Кира.     — Ну да... Знаешь, просто стоять рядом и на душе становится тепло, хотя... и слегка тревожно.     — Это из-за Саймона, наверное.     — Да... — Мила вздохнула. — Мне они оба нравятся, и почему мне надо их избегать?     — Потому что это всё любовное зелье! — мрачно сказала Лика. — Понятное дело, что у тебя сейчас эйфория. Так происходит всегда, когда влюбляешься. По этому принципу любавки и работают.     — Любавки?     — Так любовные напитки называют. Любавки вызывают в организме эйфорию, когда рядом объект, к которому тебя привязала магия. Поначалу это всё круто, но потом эйфория заканчивается, а привязки, которые всё это время укрепляются, остаются. Организм, чувствуя связь, но не получая радость, начинает компенсировать недостачу эмоций. Чаще всего он идёт путём наименьшего сопротивления и переключается на те эмоции и чувства, что легче спровоцировать. А это, конечно, сплошь негативные примеры. Ненависть, страдания, жалость к себе и так далее. Отсюда и депрессии.     — Жуть какая? Это продвинутый курс зельевара? — поёжилась Кира.     — Ага, — кивнула подруга. — Именно поэтому от заклятия любавки нужно избавляться как можно быстрее.     Мила ничего не ответила и только очередной раз вздохнула. Хотя её мысли и чувства метались, она всё же понимала, что всё происходящее не нормально. И что Лика права.     Может быть, стоило с самого начала выбрать других парней? Тех, кого было бы проще бросить? Но ведь и Курта она не выбирала. А вдруг это и правда судьба?     Но Саймон ей и до этого немного нравился...     Пока она думала, все трое уже вошли в аудиторию по практикам. Сегодня они как обычно тренируют силы на растениях. Так как занятия проходили в группах, то подруги сразу же объединились и приступили к заданию.     Мила же никак не могла избавиться от мыслей. Глядя на прожилки подсохших листьев, которые надо было восстановить, она пыталась хоть там рассмотреть ответ.     Глядя на неё, Кира вздохнула.     — Это и не будет легко, — грустно сказала она.     — О чём ты? — вскинула голову Мила.     — Ты ж опять мысленно где-то со своими парнями. Сложно с одним расставаться, а тут сразу с двумя.     — Я вот что думаю... может, выбрать одного, а с другим расстаться.     — Они ведь связаны одним заклятием, — вмешалась Лика, которая писала заметки по практике.     — Да... — опять опустила голову Мила. — Жаль, нельзя остаться сразу с двумя.     — О, ты тоже полигамии захотела, — хмыкнула Кира.     — Ну... — смутилась Мила.     — Это ты к Лике с этими темами. Это же её народ живёт в полигамии.     Лика подняла голову и слегка нахмурилась.     — Не говори так, словно это нечто плохое.     — Просто я этого не понимаю.     — Раз не понимаешь, то и не осуждай, — хмыкнула Лика и повернулась к Миле. — А тебе я хочу сказать, что даже у моего народа нет ни одной благополучной семьи, где у одной женщины много мужей. Да и никто из нормальных девушек на такое ни за что не согласится.     — Почему? — Мила словно ожила и заинтересованно посмотрела на подругу.     — Ну, это сложно объяснить, если вы не понимаете принципов, по которым мы живём.     — А ты объясни кратко, — улыбнулась Кира, подперев голову рукой. — Тем более мы не дома, значит, можно на эту тему говорить.     Лика вздохнула.     — Кратко... суть в том, что муж обеспечивает хозяйство, а жена ведёт его. Утрированно, конечно, но это если про суть. Так-то всё делается вместе, и дело не только про дом. В общем, справляться со всеми делами по дому и в семье довольно сложно, а ещё нужно уделять внимание детям и самому мужу. Потому, когда жён несколько, вместе они больше успевают. А если одна жена и несколько мужей? Это несколько хозяйств, тут с одним едва справляешься, а там их два или даже три. Такая женщина быстро потеряет энергию и красоту и иссохнет. Никто в здравом уме на такое не пойдёт.     — И что, такие жёны совсем не ссорятся и не ревнуют?     Лика рассмеялась.     — Жены, как правило, становятся лучшими подругами. А когда все друг друга любят, то в семьях лад и благодать. Работается дружно, всё успевается, и на себя время хватает. В такой семье все как на подбор умницы и красавицы.     — Ну не знаю, не моё это, — скривилась Кира.     — Тебя никто и не заставляет, — лаконично улыбнулась Лика, возвращаясь к записям.     Мила, однако, не собиралась сдаваться так быстро.     — А если несколько мужчин решат вести одно хозяйство, тогда тоже ведь и с работой быстрее будут справляться, и тогда одной жены достаточно?     Лика улыбнулась.     — У мужчин другая природа. Тут нужны либо братья, которые глубоко в гармонии друг с другом, либо и вовсе близнецы. А так даже лучшие друзья будут соперничать, и никакого спокойствия в семье не будет. Да и к тому же в семейных отношениях не только быт важен...     — Ты о чём?     — Да неважно, — отмахнулась Лика. — В любом случае, на практике давно доказали, что многомужество ни к чему хорошему не приводит.     — Но в современном-то мире не обязательно иметь прям хозяйство. Многие живут в городах и зарабатывают на жизнь другим способом. Тут, возможно, будет какой-то шанс? — тихо пробормотала Мила, а Лика вновь оторвалась от записей и посмотрела на подругу.     — Сама подумай, твои парни согласятся жить вместе и делить одну жену на двоих? Даже если они и согласятся, хотя видит творец, я не представляю, как это вообще возможно, то долго они не выдержат, и всё закончится конфликтом. А несчастной будешь именно ты. Мужчинам важна территория, и они чётко следят за её границами. И, конечно же, они не потерпят на ней другого мужчину. А семья — это как раз то, что относится к «территории».     — Но если оба любят...     — Не забывай, это ты влюблена в обоих. Они же без одурманивающих зелий.     Мила опустила голову и начала дальше грустно изучать листья поникшего растения.     Кира опять вздохнула.     — Я, конечно, не приветствую полигамию, но всё же в словах Лики есть какой-то смысл.     — Спасибо, — ответила та, не отрываясь от записей.     — Так что тебе, Милка, всё же стоит попытаться разорвать с обоими парнями, а потом уже строить новые отношения. Ну, если получится, то хотя бы с одним точно.     — Я поняла...     Разговор после этого стих, и девушки тихо закончили практику, каждая размышляя о своём.     А после занятий разошлись по делам.     Мила, дойдя до дома, достала лист бумаги и ручку и решила составить список плюсов и минусов каждого кавалера. Если нельзя забрать обоих, нужно подумать, кого всё-таки выбрать.