Первый раз

      — …мне кажется имеет, быть скотом в загоне, или быть свободным в своём выражении! — Эрен горячился в дискуссии.       — Ой, брось. Оставь эти высокопарные изречения для Кони, у меня уже уши вянут от этой лабуды. — А вот Аккерман был настроен игриво.       — Эээ? Ничего не высокопарные! Очень стоящие! — Неподдельное возмущение Йегеря.       — Само собой, но не задвигай мне их. Во всяком случае не сегодня и не сейчас. Я так устал. Давай просто выпьем. Чаю, м? Где там наши волшебный буфет со всеми чаями мира? Кипяточек, сахарочек, готово! Держи, — Леви протянул горячую чашку с чаем Эрену.       — Спасибо огромное, капитан, — Эрен Йегер принимает чай и усмехается такому жесту. — Я слишком рано встал, тоже мечтаю лечь под прохладное одеяло и уснуть крепким сном.       — Ладно. Ложись рядом со мной. Не знаю насколько моё одеяло прохладное, но я бы хотел согреться хоть немного, рядом с кем-то, — немного подув тёплым дыханием на собственные пальцы, Леви снял одежду и прилёг на лежак не шибко громоздких размеров, даже по его габаритам. — Холодно. Ложись ко мне, погреемся?       Эрена долго упрашивать не приходится, ведь в ту же секунду довольная тушка несётся с одеялом по приглашению. Заваливается сверху, улыбаясь.       — Раньше в это же время, было так тепло на улице…       — Ты тёплый и я рад, что заглянул так поздно ко мне в гости, — Леви прервал на полуслове Эрена и обнял обеими руками за спину и блаженно прикрыл глаза, чувство умиротворения заполнило его изнутри и начало клонить в сон. — Можешь закрыть глаза и представить, что я Армин прежде, чем поцеловать, — Леви запрокинул голову назад и приоткрыл немного всегда яростно сомкнутые губы. «Всё хорош. Вот он я, целуй уже. Давай быстрее, пока у меня с головой не всё в порядке, а то передумаю», мысли Аккермана были хаотичными от возбуждения.       Решив подтрунить мужчину, Йегер целует свои указательный и средний пальцы, после чего их прикладывает к чужим губам.       — Хэй! — Леви вскочил в положение сидя и обидчиво развернулся голой спиной к Йегеру. — Так нечестно. Я будто покойник, все то в лоб меня целуют, то какой-то долгий чмок непонятный о чём, то пальцы.       ***       Никак не заснуть и через некоторое время Леви вновь начинает диалог: — Это правда, что если пососать чужой язык, то можно получить удовольствие, как если бы… Эрвин, он хорошо тебя целовал?       — Прекрасно, — отозвался сонным голосом ещё неспящий Эрен.       — Покажешь как? — Леви стал ждать, прижимаясь к тёплому боку Йегеря бедром, рядом, так близко, что можно почувствовать сердцебиение друг друга.       — А как же спать? Глаза закрываются… — Эрен перевернулся на другой бок, во всю зевая и вот уже через минуту крепко спящий.       — Конечно. Спать. Завтра поговорим, — Аккерман подпёр одной рукой голову и рассматривал голую спину Эрена, безмятежную и спокойную, бледную в ночной мгле. Второй рукой дотронулся до волос спящего, немного отросших, спутанных во сне. «Красивый парень».       Тёплое, ровное дыхание вырывалось из губ Эрена, и Леви теперь улыбался потому как, ему казалось смешным и совершенно невозможным затащить Йгеря в постель под собственное одеяло и требовать поцелуев. «Придурок я конечно». Аккерман наклонился так близко над лицом спящего, чтоб чувствовать дуновение тёплого воздуха вырывающееся из лёгких парня. "Надо же, титан». Эрен казался очень приятным.       "Я хочу тебя растолкать, разбудить из вредности, или сбросить с постели, чтоб грохнулся на пол!", злясь от собственной бессонницы думает Леви, но он не будет этого делать и словно дым от курильниц или костра, склонившись над Эреном ловит тёплый воздух дыхания в себя, забавляясь какое-то время этой игрой.       «И всё же не уснуть», мелькает последняя мысли наконец-то задрёмывающего Аккермана.       ***       Йегер рывком открывает глаза, тупо глядя в темноту перед собой. Это стало нормальным явлением, так беспричинно просыпаться посреди ночи, под утро и после долго смотреть в одну точку. Вздохнув почему-то, по инерции поднимается с постели, оглядывая спящего рядом. «Нужно быть тише» думает Эрен, аккуратно ставит ноги на прохладный пол, а затем пошатывающейся после сна фигурой бредёт в ванную в поисках воды. Жадно глотает жидкость из под крана, будто не пил неделю.       Вскорости возвращается обратно, укладываясь на нагретое место. Почему-то не может оторвать взгляда от этого спокойного спящего лица. Неужели только во сне оно может быть таким. Не отравленным сомнениями, тяжестью выбора.       — Приятных снов, капитан, — протягивает тихо, чуть дыша Йегер.       Леви услышал сквозь сон голос Егеря и проснулся:       — Какие сны Эрен? Утро. Пора вставать, зря лёг обратно, — нужно умываться, чистить зубы, примять волосы водой после сна и умыть лицо.       ***       — У тебя есть на сегодня какие-либо дела? Ну там, работа какая, или другие более важные чем я? Может чай? Ты так много пил с утра? Всё хорошо? — любопытствует Леви.       — Я ещё часик посплю-ю, —лениво протягивает, отворачиваясь от мужчины, кутается лицом в одеяло пытаясь уснуть. Но тут же скидывает с себя одеяло, ворочайся не ворочайся, но уже не уснуть.       А пока Йегер ворочался, Аккерман незаметно для того вышел из комнаты по делам. На столе можно было увидеть термос, чашку и записку, которая гласила: «приходи вечером, будем романтику тренировать».       ***        «Чего-то уже не очень хочу учиться целоваться, это было так глупо, склеить Егеря для своих низменных целей, особенно когда тот сказал «нет»», думает Аккерман, а сам тем временем тараторит:       — У меня всё спонтанно, на эмоциях одним моментом. Нестабильный. Мне стыдно. Но очень холодно и приятно когда есть кто-то немного теплее, чем обычная грелка.       — Не думал над тем, чтобы завести живность? — шутит Эрен, видимо подразумевая себя.       — Под холодное одеяло придёшь сегодня? Я буду дрожать от холода в своей «келье», капитанские апартаменты очень похожи на такое.       — Как любитель холода, я припрусь в капитанскую постель первее капитана…       ***       — Эрен, у меня что-то шевелится под одеялом, сможешь проверить? — Леви лежит под одеялом, смотрит на Йегера, который всё никак не желает его согреть, снимает трусы не откидывая край одеяла и швыряет ими в кадета. Леви лежит на боку, любуясь Йегерем, откровенно демонстрирующим оголённую грудь с затвердевшими сосками, подпирая рукой голову. Бёдра накрыты, но кажется, там и правда что-то шевелится.        Эрен же увернулся от летящей вещи, вопросительно посмотрел на мужчину, слегка наклонив голову набок. Усмехается такой детской шалости, после чего вышагивает к постели Аккермана. усаживается перед кроватью на корточки и складывает руки на перине, чтобы после уложить на них голову.       — Что же там может быть, капитан? — сперва отводит взгляд на бёдра, прикрытые одеялом, а после медленно заглядывает в чужие глаза.       Взгляд Аккермана заволокло дымкой возбуждения, так смотрят когда на пределе, когда достигаешь эпицентра возбуждения и уже всё равно, есть кто-то в этот момент рядом с тобой или нет — исход один. Но Леви всё ещё держится, не даёт себе расслабиться, сходить с ума внутри, зажимается, но зачем-то терпит. Голос немного надломлен, но ему не хочется быть грубым, напротив старается придать голосу нежные интонации:       — Трудно представить, что там, — Леви как раз думает не об этом, а сколько раз у Эрена было до него, скольких он покорил и пред сколькими пал, потому как этот парень далеко уже не наивный мальчик.       — Неужели настолько трудно? – нарочито наивно произносит, следя за тем, как собственная ладонь тягуче медленно ползёт к чужим бёдрам по одеялу. Пальцы останавливаются слишком близко к цели, не касаясь, но дразня.       Эрен переводит взгляд с ладони на мужчину, которого, похоже, повело. Глядит на него всё также наивно, но огонёк в зелёных глазах разгорался в пожар. Хотел бы терзать старшего ожиданием, испытать всю его чашу терпения и узнать, насколько же этого может хватить. Ладонь резко скользит под одеяло и касается разгоряченного бедра. Йегер взгляда не прерывает, отпечатывая в памяти грозовую радужку:       — А правда, что терпение у капитана огромное? — произносит игриво в приоткрытые губы. Был не прочь стать искусителем и погулять по краю ножа.       Конечно это неправда, что у капитана есть терпение, там, внутри, Леви всегда на стыке событий, того самого момента когда: «не сдаём позиции, защищаем» и «башня рушится», так что он посыпался.       Вся эта дразнилка сквозь одеяло и поглаживания по бедру привели его к тому, что вот-вот набросится на игривого Эрена, повалит его на пол, взгромоздится поверх захватывая и закидывая за голову тому запястья. Даже желание укусить, за круглое плечо или мягкую шею. Но Леви Аккерман остаётся неподвижен, исступленно с поволокой в глазах смотрит, то смыкая, то размыкая в страсти едва губы.       — Йегер, так ты какого хрена тянешь? Не ожидал, что у тебя такие наклонности. А ещё что хочешь узнать? — спросил Аккерман играя паховыми мышцами, сжимая и разжимая их по своей воле, заставляя возбужденный орган, шевелить одеяло, бугриться и вздыматься-опускаться.       Йегер становится слишком увлечён действием, а потому заваливается рядом с Леви. Вплотную прижимается, ладонью под одеялом переходя с бедра на гибкую поясницу.       — Может я люблю испытывать чьи-то эмоции, – шепчет в губы Эрен, но всё также не касается их.       Становилось жарко, но какое-то безумное желание не давало сделать и шагу, лишь бы узнать, как долго стерпит Аккерман. Тот был сильнейшим, а является ли он сильнейшим во всём?       — А что же вы позволите мне узнать ещё? — хитро улыбается, пока ладонь позволяет себе скользнуть с поясницы на ягодицы. Сжимает мягкую половинку и с азартом кусает свою нижнюю губу.       — Нравится задница, — Леви скорее констатировал факт, чем задал вопрос, — гладкая, бледная, маленькая задница.       Капитан прикрыл глаза, гнева не было, хотя Эрен вполне заслужил, всё компенсировалось приятными прикосновениями. Они должны быть такими приятными эти прикосновения, но такая долгожданная ласка просто не чувствовалась.       Леви, обнял Эрена и повторил его же трюк, скользнул рукой по пояснице, к упругим ягодицам, но сжимать не стал, а остановился прохладной рукой на округлом месте:       — Можешь узнать всё, что хочешь, я тебе не запрещаю. — выдохнув эту фразу Эрену в лицо, Леви решил наконец-то вздремнуть и окончательно расслабившись задремал.       ***       — Холодно. Так, всё Йегер, что-то я разоткровенничался с тобой, ищи если хочешь меня в постели, под одеялом, больше ждать и мёрзнуть не намерен, — и дрожа, он залез в постель под одеяло по самый подбородок в одежде и зыркал оттуда на Эрена немного гневно.       Эрен отрывается от своих дел и сперва удивлённо глядит на Аккермана, никогда бы не подумал, что он будет так ворчать, но в то же время так мило кутаться в одеяло. «Надо же какой тот мерзляк», думает Йегер и расплывается в улыбке, полностью поворачиваясь в сторону Леви.       — Тогда сейчас вас согреем! – произносит это игриво, тут же срываясь со своего места, буквально запрыгивает в постель, сминая кокон из одеяла в крепких, почти медвежьих объятьях. —Теплее? – спрашивает Йегер, улыбаясь.       — Очень смешно. Ты знаешь ли не из лёгких Эрен. Слезь, я задохнусь. Хотя стой! Да, так очень тепло, — Леви перестал ворчать и смотрел в упор на развесёлого Йегера. «Неужели так и будем спать, псих ещё больший, чем я».       — А как же ты? Не замёрзнешь ночью без одеяла и тёплого бока? — спрашивает Леви.       — Так у меня одеяло есть и тёплый бок в нём, — улыбается хитро, сразу оккупируя чужую территорию.       Почему-то Эрен считал, что Аккерман не откажет в такой вольности и наоборот разрешит куда больше, чем может показаться на первый взгляд. Даже так, не находясь под одеялом, Эрену становилось тепло, он лишь крепче обнимает и притирается телом к чужому, скрытому за толщей ткани, тычет кончиком носа в щечку Леви и улыбается сам себе.       — Тепло-оо.       Конечно Аккерман не откажет, сам же и пригласил греться, отопление в кельях «корпуса» ни на что не годится, не спасают ни камин, ни грелки. Конечно лучше тёплого Эрена обогревателя не сыскать, так что причина номер один, позволить ему больше, чем кому-либо есть. И причина номер два, он на самом деле симпатичен Леви — молод, красив, силён и согласен поэкспериментировать в чём-то новом для них обоих. Капитан облегчённо вздохнул, Йегер не собирается убегать от него, это как минимум ещё одна тёплая ночь и что это? Кто-то тычется в затылок носом, словно пони?       — Приятно, — прошептал Леви. — только не вздумай наставить отметин на видных местах, меня в казармах задразнят.       ***       Как-так они завертелись, что Аккерман оказался с краю, спиной к Эрену, в такой потрясающе уязвимой позиции, в крепких, титанических руках, такое было впервые в жизни у Леви и немного возбуждения просочилось из его тёмных глубин души.       — Я бы не отказался сейчас тебя укусить за ухо, но сам виноват, недальновидно, позволил себя так пленить. Не важно, это то, чему я рад. Так и будем спать? — Леви ещё раз вздохнул и окончательно пригревшись затих и начал дремать.       Йегер тихо вздыхая, будто боялся лишним шумом нарушить устоявшуюся идиллию, не всегда можно вот так запросто лежать в одной кровати с самим капитаном Леви и обнимать его. Уж очень важным он считался, отчего Эрен начинал себя наивно считать особенным. Все его речи оказывались обычным бормотанием в бритый затылок, который иногда покалывал по-детски пухловатые губы.       — А если я оставлю отметины там, где их никто не увидит? – невесомо чмокает старшего в затылок. — Есть много мест, на которых никто и никогда не заметит откровенных следов, это станет чем-то личным, премного сокровенным и тайным. Я могу забрать эту честь, — продолжает болтать Эрен, произносит это, имея ввиду, что и сам может укусить Аккермана за ухо.       Йегер привстает на локте и зубами аккуратно хватает нежную кожу мочки. Кусает бережно, без какого-либо желания сделать очень больно. Возможно, только подразнить и показать своё преимущество. Заметив, что Леви затих, не решается и дальше атаковать укусами. Ненавязчиво целует сперва мочку, после мажет влажными губами по линии нижней челюсти и незатейливо оставляет поцелуй у уголка тонких губ. Не решается идти дальше, когда мужчина фактически спит. Укладывается обратно на своё место, крепче обнимая сзади. Утыкается лицом в капитанскую спину и шепчет:       — Приятных снов, Леви..       ***       Проснувшись поутру и выбираясь из тесного кокона одеяла и горячих рук Эрена, Леви сонно вспоминал, что вчера было, но кажется ничего такого не было. Так быстро заснул от простых объятий, видимо Йегер действовал на него как снотворное.       В комнате было всё так же прохладно и покинув постель Леви оказался в потоках холодного воздуха и весь сжался от холода. Эрен же безмятежно спал, такой сонный и милый, когда только тот успел так повзрослеть, отрастил красивые волосы, которые разметались тёмным ореолом на подушке. «Очень красивый парнишка».       Леви наклонился над бледным лицом сослуживца и поцеловал того в губы, коротким поцелуем, таким могли бы приветствовать дядюшку из дальнего плавания, но отжать каких-то эмоций ещё из себя у Аккермана плохо получалось.       — Я помню, вчера перед сном, ты поцеловал меня возле скулы. Вот здесь и здесь, я почувствовал, — Леви показал пальцем спящему, как если бы тот мог видеть и слышать его. —Почему ты такой приятный? Ты не быстро убежишь от меня Эрен?       Прохладными, сухими пальцами молодой мужчина провёл по щеке Йгера, нежная, загорелая кожа, скользнул к его подбородку и заключил в щепотку пальцев, на этом подбородке уже что-то росло, пара щекотных ворсинок, прям как у Жана или Эрвина. Леви вздохнул. Все так быстро вырастают. Хотелось сбежать из «корпуса», но бежать было некуда. И ещё раз вздохнув, Леви заварил чай, наполняя комнату приятным чайным ароматом с клубничными, мятными оттенками.       Принимая в душ, Леви мечтал, что когда он вернётся буквально, через пару минут, он растолкает безмятежного соню, они выпьют чай и нормально, глядя друг другу в глаза поцелуются как взрослые люди. Жадно запуская языки в рот друг дружке. У Эрена мягкие губы, прям как у девушек, хотелось бы попробовать их на вкус.       Эрен спал достаточно крепко для того, что просыпается ночью каждый час. Не до конца проснувшись, Йегер мог припомнить лишь один сон. Парень будто наяву гулял на пристани, но не той, что закрыта за стенами, а той, с которой можно увидеть необъятный горизонт. Отчётливо помнит, как доставал из холодной воды красивый камень и протягивал его своему спутнику. Тот почему-то смешно хмурился, заставляя Эрена тепло улыбаться. Все эти ощущения после сна приятно накладывались на тело и растворяли дремоту, но..       – Я не хочу вставать! – хрипло бормочет в подушку и обнимает одеяло, в котором уже никого не было. Отчего-то начинало быть грустно и даже одиноко? Неужели он так быстро привык к обществу капитана, что сейчас организм сам того от себя не ожидая, нуждался в темноволосом мужчине.       Эрен вскидывает голову, осматривая комнату. Когда находит знакомую миниатюрную фигуру, то тут же вскакивает верным псом с тёплой постели и невзирая на холод, мчится к Аккерману. Обнимает мужчину со спины и приходится сложится вдвое, чтобы сонно умостить голову на маленьком плече.       — Доброе утро, – шепчет прямо на ухо и вздыхает. Леви слишком приятно пах после душа, отчего просыпалось странное желание сделать его грязным. «Ах ты липучка!» — Усмехнулся своим мыслям Леви. И положил свои руки поверх обнимающих рук Эрена, прижал сильнее к собственному телу, наверное, пальцами можно было чувствовать, как в груди бьётся сердце.       — Капитанские покои вмешают в себя небольшое душевое отделение, хочешь посмотреть? Или утреннее, закаливающее обливание на плацу не променять ни на какого Аккермана? Будешь чай? Какие у тебя планы на сегодняшний день? Запланирован марш-бросок в Трост? У меня был трёхдневный отпуск, завтра малым отрядом выдвигаемся вверх по течению реки, кто-то глушит рыбу, надо разобраться. Если хочешь, я спрошу у Смита на счёт тебя, чтоб поехать вместе. Хочешь? — Леви говорил, как обычно, своим спокойным, приятным, четким голосом, но глаза его были закрыты, словно сон продолжался и волшебный Эрен дремлет близко и нет никаких тревог.       Не успев проснуться, Эрен сперва не понимает многие вопросы капитана, которые так быстро и громоздко свалились на голову. Хмурится, вслушиваясь в каждое произнесённое слово и вроде как что-то оседает в осознании.       – Чай? Кофе? Или меня? – усмехается, вспоминая пошлые шутки Жана, когда тот пытался в очередной раз подбивать клинья к Микасе. Дохлый номер, как и всегда.       – Я бы очень хотел, – сперва задумчиво, но после снова включает хитрецу. – как могу променять капитана Леви на что-то другое. Буду очень благодарен, если вскоре у нас будет что-то вроде прогулки.       Прекрасно понимал, что это далеко не прогулка, а вполне себе задание от главнокомандующего. Но почему бы не помечтать, когда есть такая соблазнительная возможность. И вновь позволяет себе вольность, как в целомудренном поцелуе прикоснуться губами виска Аккермана. Незатейливо мажет губами по скуле, оставляя парочку поцелуев. Дальше не дотягивается и душит в себе желание рывком развернуть Леви. Хотелось утянуть его в глубокий поцелуй, но не до конца убитое чувство самосохранения боялось получить по лицу звонкую, но ощутимую пощёчину.       — Можно вас поцеловать?.. – полушёпотом отзывается, нервно сжимая свои пальцы.       — Отлично! — Леви развернулся к Егеру лицом и ему открылся отличный вид на крепкую мужскую грудь с маленькими, вздымающимися сосками. Леви продолжил говорить:       — Да. Конечно. Крепкий поцелуй от Эрена рот в рот и считай, что ты в отряде, не опаздывай, сбор в четыре утра, у старой берёзы, та что возле речной отмели, гнилая которая самая, — и почему он не сделал этого в постели, если хотел, теперь конечно так неудобно.       Леви закрыл глаза, задрал голову повыше, так что стриженные волосы свесились перпендикулярно полу и облизнув губы приоткрыл рот, немного высунув кончик языка наружу, едва-едва.       Освободившиеся руки капитан, сложил на груди, рука за руку и видно было как он немного напрягся от ожидания. Первый раз и это красавчик Атакующий, о чём тут ещё можно мечтать?       — Можешь остаться, но подъём очень рано и никаких поблажек, возможно совместный душ, для экономии времени.

***

       — Я спрашивал у Смита по поводу тебя, он не против того, чтоб Атакующий поехал на разборки, — улыбка на молодом лице расцветает от уха до уха, когда его берут с собой не только в поход, но и разрешают ночь провести вместе. еле сдерживается от того, чтобы не снести Леви с ног, зацеловывая тому лицо.       — Я так рад! – говорит прежде, чем сожмет миниатюрного мужчину в объятьях и начнёт осыпать его бледное лицо поцелуями. Всё же не мог устоять перед таким соблазном.       — Не торопись, пожалуйста, — Леви немного отстраняется, чтоб Эрен немножко пришёл в себя. — Я намекал, но скажу прямо, давай примем вместе душ сейчас, помоем друг друга, потрём спинки и там освещение лучше, хочу увидеть тебя во всей красе. Улыбка на молодом лице расцветает от уха до уха, когда его берут с собой не только в поход, но и разрешают ночь провести вместе. еле сдерживается от того, чтобы не снести Леви с ног, зацеловывая тому лицо.       — Я так рад! – говорит прежде, чем сожмет миниатюрного мужчину в объятьях и начнёт усыпать его бледное лицо поцелуями. Всё же не мог устоять перед таким соблазном.       Леви начинает медленно снимать всю одежду, не оставляя на себе ничего. И взяв Эрена за руку, прикладывает её к собственному паху.       — Что же ты замер, пошли? — Эрен следит за действиями старшего с жадным желанием, о чем говорит едва приоткрывшийся рот. облизывает вдруг пересохшие губы и шумно сглатывает, когда собственная рука ложится на чужой пах.       — Пошли, – произносит, как в тумане, сдирая с себя осточертевшую зелёную кофту. не думая о своих штанах, подхватывает мужчину на руки, тут же утягивая того в свой жадный поцелуй. не может сдержать резкость своих движений, вызванных внезапным возбуждением. если раньше мог только взглядом раздевать Леви, то сейчас брюнет сделал всё за парня. Сам Эрен сминает тонкие губы, покусывает их и не желает отпускать. раз ему это дали, то насладится этим сполна.       — Куда? – шепчет в самые губы, старательно переводя сбившееся дыхание. Леви перестаёт соображать, накидывается на Эрена, крепко прижимает к себе, отвечая жадным поцелуем на поцелуй, запуская горячий язык в соблазнительно целующий рот, скользит там по нёбу, зубам, по языку, хозяйничает. Стол сзади него, упирается в ягодицы и капитан садится на этот стол, запрокидывая одну ногу на торс Эрена.       — Я не знаю куда, — еле слышно шепчет Аккерман, спереди у него всё возбудилось и он пытается одновременно прижаться к Егеру и потереться, из его эрегированного члена немного сочиться смазка и липнет к коже. Руки Леви мягко поглаживают красивую, атлетическую спину, прохладные пальцы скользят вверх, вниз, то к лопаткам, то к ягодицам, едва касаются. Изо рта капитана уже можно услышать хрипотцу и тихие едва уловимые стоны. Глаза широко открыты.       — Хорошо. Ты думаешь обо мне плохо, да?       — Нет. с чего ты взял?       Кажется вовремя вспоминает, что нельзя быть чересчур грубым и нужно больше дарить человеческой любви и нежности. Он обязательно постарается сочетать всё в себе, но рвущиеся эмоции и чувства было сложно сдержать. особенно, когда под ним он. Поверить только, сам сильнейший воин человечества на столе.       Он тянется за очередным поцелуем, влажно причмокивая. Напирает на мужчину, посасывает его язык и своим скользит по мягкому нëбу. Под своим напором укладывает брюнета спиной на стол, но поцелуев не разрывает. Слишком горячо, слишком влажно. Отстраняется, чтобы посмотреть на развернувшуюся картину. Сносит голову от такого капитана. Неужели он может быть таким: раскрасневшимся, ловящим исцелованными губами воздух и буквально распятым. Хочется распробовать его от начала до конца. Эрен не отказывает себе, не привык.       — Вы прекрасны, – шепчет в сладкие уста, что так сводили с ума. в паху болезненно ноет, но Эрен терпит, предвкушая.       Йегер целомудренно целует в приоткрытые губы, после чего мазками переходит к изящной шее. На ней явно не хватает расцветающих бутонов-засосов. Леви Аккерману они бы точно пошли, такому подлецу, всё к лицу. И сам Эрен оставляет отметину у основания бледной шеи, там, где его скроет ворот рубашки и белоснежное жабо. Вдруг перенасыщается необъяснимой нежностью, которая выливается в поцелуи с лёгкими покалываниями на шее, ключицах, сильной груди.       Ненадолго мелькает здравая мысль в голове у Леви и он тут же её озвучивает:       — Как бы мы не начали шатать этот, хоть и крепкий, но казённый стол, вряд ли «корпус» расщедрится на новую мебель в ближайшем будущем. Да и как бы кто не услышал. Давай вниз, на пол, — предложение конечно более, чем дерьмовое, но не лишено легкого налёта логики.       Леви буквально толкает Эрена ладонями в грудь, мягко и требовательно, соскальзывает сам и увлекает за собой его, нажимает на плечи сверху:       — Низ, только вниз, — шепчет он, намокшие от слюны губы тут же высыхают, оба опускаются на каменный, холодный пол, который разгорячённым телам кажется излишне ледяным.       Готов взвыть от внезапного решения по перемещению в пространстве. Что плохого, если стол расшатается? Его всегда можно сделать, например подтянуть петли, забить до упора гвозди. Эрен хочет сопротивляться этому решению, но кто он такой против твердолобого Леви. Только Йегер наивно считает, что если не сдвинется с места, то и капитан забудет про идею, но этого не происходит. Они перемещаются на холодный пол.       Эрен упирается на одно колено в пол, а второе согнуто в полуприсесте, сам Леви ловко запрыгивает поверх мускулистых ляжек Йегера вытягивая одну свою ногу прямо в сторону, на манер банального приседания «пистолет», а второй ногой, фиксирует свой торс на пояснице партнёра, очень сильно сжимая своим изгибом ноги бок и надавливая пяткой на спину в области позвоночника. Эта незамысловатая позиция позволила их возбужденным телам быть максимально близко в точках соприкосновения паха. Два эрегированных пениса касались друг друга и Леви обхватив оба начал стимулировать их рукой, а свободной обхватил шею Эрена для большего баланса.       Смазка сочилась из уретр, головки багровели, но Аккерман не смотрел на это чудо, а смотрел с приоткрытым, пересохшим ртом на прекрасного Эрена, немного откинувшись назад, благо хват за шею позволял в пространстве комнаты данный манёвр.       Ягодичные мышцы сжались, тело немного напряглось, но хотелось максимально долго продлить сладостные минуты общего счастья.       — Ну капита-ан, – капризно стонет, надеясь на то, что Леви всё же передумает. Эрену хотелось вдоволь изучить чужое тело, увидеть всё его реакции и вдоволь насладиться блаженными взглядами, но сейчас, если был не ограничен, то точно во многом приходилось себе отказывать. Своё же накалилось до предела и каждое лишнее движение ощущалось максимально ярко. Парень не сдерживается от протяжного стона, когда Аккерман усаживается ему на бёдра. Своими телодвижениями мужчина неосознанно затрагивал многие места, чувствительность которых была повышена. Но Эрен смиренно терпит, выжидает, когда сможет примкнуть к излюбленным устам. Уж очень они ему полюбились, особенно когда истерзаны поцелуем.       — Почему вы такой притягательный, – сорвано шепчет куда-то в бледную шею, пока чужая рука совершает поступательные движения вверх-вниз по двум членам за раз. Слишком хорошо.       Эрен хочет прижаться к Аккерману ещё сильнее, плотнее, но уже было некуда. от такого простого доставляемого удовольствия сносило крышу, и Йегеру даже не будет стыдно, если он закончит первым или в принципе на руке. Ему хватало того, что именно Леви делал с ним такие вещи. Именно Леви позволял его целовать там, где душе угодно. Чёртов Леви Аккерман, вскруживший голову, допускал потонуть в этом море страсти. От стимуляции томно вздыхает, но неизменно припадает к истерзанной шее, которую тут же целует с протяжными чмоками. Разрешает себе её кусать, но после, как верный пёс, зализывает каждый оставленный след. Лишь тихо усмехается мысли, что может получить нагоняй за излишнюю любвеобильность.       — Мм-м, сильнее, Леви, – забывшись, стонет. Ладони позволяют себе гулять по гибкой спине, запоминая каждый изгиб, каждую неровность кожи. И какой-то внутренний собственник толкает мысль, что сейчас это всё его, Эрена Йегера. Оргазм щекотливо гуляет по телу, метаясь, но не попадая в нужное место. Медленно и тягуче скапливается где-то внизу живота. Ощущалось не только своё напряжение тело, но и чужое.       — Я хочу видеть ваше прекрасное лицо, когда вы кончите, – самоуверенно, но безумно правдиво. И Эрен каждую деталь запечатлеет в своей памяти.       Леви и не подозревал, что у него настолько умелые руки, ведь он делал это впервые. Как только Эрен застонал на него, его руку залило тёплым семенем, что ввело его в ступор. Аккерман поднял руку перед собой, растопыривая пальцы на манер лягушачьих, липкая, жемчужная масса, нитями провисла между пальцами и недолго думая Леви мазнул этими пальцами по губам Эрена, по его приоткрытому рту, проникая в горячую глубину сначала одним пальцем, затем вторым, трогая его шершавый язык, нежно надавливая на него.       — Я думал мы будем это делать всю ночь, до рассвета, пока не наступит момент выступать в поход.       — Эрен Йегер ещё какое-то время подрагивал, видимо настолько он перевозбудился, даже на притормаживающем страсть, прохладном полу. Леви сбросил ногу с талии своего партнёра по учёбе и через некоторое время совсем слез с его тёплых коленок , полностью встав на ноги, он посмотрел сверху вниз на милого и растерянного Эрена, примял немного своего возбужденного «друга» вниз, но непослушный член пружиной вновь вздернулся.       — Кроме нас двоих Смит никого больше в поход не назначил, так что некого будет смущать своими засосами на щеках и шее. Чем раньше выдвинемся, тем быстрее разберёмся с делом.       Леви накинул рубашку, и полез в штанины, ему совершенно не хотелось ни мыться, ни пить чай, ни перекусить.       — В моём буфете у дальней стены есть немного еды, какой-то сыр и хлеб, можешь перекусить. Я схожу проверю лошадей на конюшню, готова ли экипировка и приведу к зданию, полагаю это займёт у меня минут пятнадцать. Можешь не торопиться, собирайся спокойно и комнату оставь так, открытой. Ко мне обычно никто не заглядывает. Спасибо тебе за вечер.       И выпрыгнув на ходу в свои ботфорты и прихватив УПМ, Леви вышел из комнаты прикрыв тихо за собой дверь.