Сомнения

— Подвинься. — Ауч! Ноги у тебя ледяные. Лука смеется и продолжает свое черное дело — засовывает ступни под край майки к теплому животу Серхио. — Я же сказал — подвинься. Серхио ловит одну из стоп Луки и подло щекочет ее. Они возятся на диване минут пять, прежде чем удобно улечься, придвинуть попкорн и включить фильм. Лука не понимает, почему в единственный выходной они смотрят слезливую немецкую мелодраму — фильм ужасов или комедия гораздо интереснее, — но пульт у Серхио. На экране женщина с циститом мочится на могилу, и он меняет свое мнение — это может быть даже интересно. Увы, но нет, многообещающее начало — всё, что есть хорошего в фильме. — Она в твоем вкусе? — Кто? — Не понял почти задремавший Лука. — Главная героиня, — уточняет Серхио, отпивая из стакана с минералкой. — Ты бы стал с такой встречаться? Лука тяжело вздыхает. — Да, она симпатичная. Это не важно. Она никогда бы не стала встречаться со мной. Серхио ставит фильм на паузу и смотрит на Луку с недоумением, а тот уже ругает себя за длинный язык и лихорадочно думает, как отвертеться от вопросов. — Почему? — Наверно, потому, что никогда ни с кем не встречался. Лука выпаливает слова на одном дыхании и замирает. Серхио расплывается в шкодливой улыбке и, сияя, объявляет: — Сейчас мы это исправим! Лука внутренне сжимается в комок. Он не готов, не хочет во всем этом участвовать — неудачи прошлого вполне свежи в памяти: соседка по парте, отказавшаяся идти с ним на выпускной, смеявшийся над его признаниями в чувствах одноклубник, сбежавшая с первого свидания девушка, знакомство с которой ему организовала мама… Серхио выключает экран телевизора и приносит ноутбук, пока Лука мечтает удрать. — Та-а-ак, мы просто зарегистрируем тебя на сайте знакомств. — Не надо, — безнадежно просит Лука, он знает, что Серхио легче сдаться, чем что-то доказывать. — Ты не представляешь, от чего пытаешься отказаться. Ты должен попробовать. Лука с замиранием сердца наблюдает, как по экрану бежит строка запроса: «Parship.es». На красном экране всплывает белое сердечко, и сайт подгружается. — Ага! Ты — мужчина. Ищешь — женщину или мужчину? Лука, тебе кто нравится? Лука шепчет себе под нос, что не готов обсуждать свою ориентацию даже с Серхио. — Что? Я не расслышал. — Серхио по-дружески подталкивает Луку локтем. — Без разницы. — Отмечу оба варианта. Так, хорошо. Надо заполнить анкету. Рост — метр пятьдесят... Лука возмущенно бьёт кулаком по плечу Серхио. — Ладно-ладно, шучу. Сто семьдесят два. Вес? Напомни. — Шестьдесят шесть, — бурчит Лука, швыряя в Серхио зернышко попкорна. Тот ловит и, улыбаясь, отправляет его в рот. — Ага. Возраст — тридцать. Так, хорошо. Профессия... Не стоит пока писать, что ты футболист. Фамилию светить тоже не будем. И фотографии надо подобрать, где ты не очень узнаваем… Они тратят не меньше часа — Лука энтузиазма Серхио не разделяет, заниматься этим не хочет и всячески пытается соскочить, уже зная, что хотя бы на одно свидание Серхио его отправит. — Давай подберем тебе пару. Смотри, какая симпатичная... А вот у этого парня красивая улыбка! Лука почти и не смотрит, что там предлагает Серхио — симпатичные и красивые, наверняка. Какая разница, если сам Лука никому не интересен. Серхио словно клещами вытягивает его мнение, и, наконец, кандидатура утверждена — миловидная, аппетитная блондинка. Лука тяжко вздыхает. Когда вечер подходит к концу и они прощаются в дверях, Серхио дает последние наставления: — Сразу целоваться не лезь. Расспроси про нее, девушки такое любят. И это, ну… улыбайся! Не опаздывай, встреча завтра в семь вечера. Да, зовут ее Клара. У тебя всё получится. Лука остается один и бредет к своей машине. Если до тридцати лет ничего не получилось, то вряд ли можно найти что-то хорошее на сайте знакомств. Он, конечно, пойдет — с Кларой они уже договорились, да и Серхио ему всю душу вымотает, — но настроен он очень негативно. *** — Ну как? — Первое, что спрашивает Серхио на тренировке через день. — Как всё прошло? Лука неопределенно дергает плечом: он не готов обсуждать это здесь, на базе клуба, где каждый может услышать и, в отличие от хорошо к нему относящегося Серхио, поднять на смех. — Потом, — одними губами шепчет Лука. — Ладно. Но ты не отвертишься. После тренировки Серхио чуть не силой утаскивает Луку в машину и везет к себе домой. Там им никто, конечно, не помешает, но Луке все равно неуютно, и он не хочет говорить. — Ну? — торопит Серхио, когда они садятся на диван. — Я предупреждал, что это плохая затея, — отвечает Лука, и капля холодного пота течет по его загривку. Рассказывать о своем провале он совершенно не желает. — Да что могло пойти не так? Она оказалась страшненькой? Тебя узнали посетители кафе и пристали с просьбой об автографах? Она не пришла? Что? — Серхио фонтанирует вопросами, и Лука слабо улыбается. — Нет, я просто… — Чего? — Серхио явно не верит. — Испугался ее поцеловать. И она думает, что мне не понравилась: она мне так в конце и сказала, а потом ушла. Лука нервно теребит край покрывала на диване. Серхио смотрит на него растерянно, чуть приоткрыв рот, и Луку прорывает: — Я никогда не целовался! Не хочу показаться неумехой в тридцать лет. — Как это? Ты ни с кем не встречался — странно, но ладно. А как же? Ну?.. Секс?.. Поцелуи? Всегда же можно найти партнера на одну ночь. — Если ты красавчик, — с горечью говорит Лука, — то конечно! Но посмотри на меня. Серхио честно его оглядывает, и от этого становится очень неуютно. — Ты… ты чего? Ты девственник? — Дошло, — бурчит Лука. — А хочешь потренироваться на мне? Я ни на что не претендую. Но если ты не бережешь свой первый поцелуй для любви всей своей жизни, мы могли придать тебе немного уверенности. Лука не знает, это издевка или Серхио говорит серьезно. Это очень заманчиво — он красивый, с ним, наверное, можно не так стесняться, ведь он уже предупрежден о полном неумении Луки. Серхио тактично отодвигается, давая личное пространство, и это сейчас нужно. — Ты делаешь это из жалости? — Спрашивает Лука, и лицо Серхио вытягивается от обиды. — Ты симпатичный, не знаю кто тебе внушил обратное. Ты мой друг, и я хочу тебе помочь, — с жаром говорит Серхио. Лука ему даже почти верит. Серхио резко поднимается и выходит из комнаты. Подтянув к себе пульт, Лука бездумно переключает каналы — скукота, все его мысли заняты предложением поцелуя. Это же не будет слишком неловко. А если все окажется плохо — они посмеются и забудут. Вариант кажется реальным. Из кухни доносится мурлыканье Серхио, он гремит посудой и хлопает дверцей холодильника. Лука расслабляется — они знают друг друга несколько лет, и один поцелуй ничего не изменит, ведь так? Серхио возвращается с бутылкой вина и парой бокалов. — Так, будем считать, что у нас свидание. — Лука напрягается, и Серхио, видя это, добавляет: — Понарошку. Мы сейчас выпьем немного вина, поговорим просто как друзья, и ты меня поцелуешь, когда захочешь. — А разве не ты будешь меня целовать. — Не-а, я то целоваться умею, — улыбается Серхио. — А ты будешь тренироваться. Лука кивает и отбирает бутылку с бокалами, чтобы чем-то занять руки. Он нервничает. Вдруг сделает что-то не так? Вдруг Серхио не понравится? Вдруг у него что-то застряло в зубах? Лука быстро проводит по ним языком и ничего не находит. Не подозревая о его страданиях, Серхио говорит: — Нам Зидан на следующей неделе обещал несколько дней отпуска. Если ты к тому времени не найдешь пару, то предлагаю съездить куда-нибудь. Можно будет прямо на отдыхе с кем-то познакомиться. — Угум, — неопределенно отвечает Лука. — Можно куда-нибудь к морю. Луке всё равно, он мучительно размышляет, пора уже целовать Серхио или еще не время. Он разливает вино, а Серхио продолжает разглагольствовать: — Так я смогу проследить, что ты всё сделаешь правильно и подсказать что-нибудь. — Держи, — бурчит Лука и протягивает бокал. — Если хочешь, чтобы я заткнулся, есть более верный способ. Лука считает, что это предложение действовать, но он пока не готов. В эту игру можно играть вдвоем. Он слишком хорошо знает своего друга и его чувство юмора. — Продолжай, мне нравится слушать твой чарующий голос, — язвит Лука в ответ. Серхио откидывает голову назад и смеется. Они перестают обсуждать скользкую тему, и вечер начинает складываться даже приятно. Серхио дурачится как всегда, шутит, смеется, они включают какой-то фильм — на этот раз боевик, — Лука успокаивается. Даже если он не поцелует Серхио, мир не рухнет. Они действительно отлично проводят время, и, уже прощаясь в прихожей, Лука решается. — Нагнись, пожалуйста, — просит он. Серхио послушно наклоняет голову, и Лука прикасается губами к его губам. Ничего ужасного не происходит, небо на землю не рушится — это просто приятно. Улыбаясь в поцелуй, Серхио берет руки Луки и кладет себе на талию, давая понять, что можно действовать чуть активнее. Смущаясь, Лука приоткрывает рот, и Серхио тут же с жаром отвечает. Почему-то начинает кружиться голова, тысячи колких мурашек щекочут где-то в подреберье, Лука прикусывает и посасывает нижнюю губу Серхио и, кажется, даже тихо стонет. Окончательно расхрабрившись, он проталкивает язык к нему рот. Лука резко отстраняется, как до него доходит, что он сильно возбужден и трется бедрами о Серхио — об этом уговора не было. — Извини. — А? — Серхио смотрит на него осоловелыми глазами. — Мне пора. Если сейчас Серхио предложит продолжить, Лука согласится — это пугает. — Это точно твой первый поцелуй? — Спрашивает он, когда Лука открывает дверь. — Точно! Лука быстро, почти бегом, уходит по тропинке в сторону дороги. Надо вызвать такси. Ноги словно ватные, губы до сих пор покалывает, в голове шумит, будто он не бокал, а пару бутылок вина выпил. *** Сидя в клубной столовой, Лука в одиночестве уже минут двадцать гоняет по тарелке лист салата, словно пытаясь разглядеть в нем смысл бытия — не меньше. Напротив садится Серхио, ставит поднос со своей едой, перехватывает руку Луки с вилкой и втыкает ее в измочаленный салат. — Я помог. — Ты молодец, — бурчит Лука. — Тут, кроме нас, никого. Как Сара отнеслась к тебе во второй раз? Ты ее поразил своими навыками? — Клара. Наверное. Лука не знает, как объяснить, что на этот раз проблема не в Кларе, а в нем. Да и надо ли объяснять? Но Серхио упертый: — Да без разницы, как ее зовут. Что значит «наверное»? Пожав плечами, Лука демонстративно съедает потерявший последний внешний вид салат и тщательно его жует, показывая, что говорить он никак не может. Серхио фыркает и тоже принимается за еду. — Ты же знаешь, что я от тебя не отстану? — Знаю. Ко мне поедем, там расскажу, — прожевав, отвечает Лука. — Не вешай нос. Я уже забронировал нам отель в Лорет-де-Мар. Лука пожимает плечами: что Каталония, что Мальдивы, вряд ли что-то изменится… Дома у Луки они залезают в бассейн и играют в мяч, такое простое и веселое занятие расслабляет. Это то, почему они так крепко дружат, — Серхио всегда в хорошем настроении и умеет поднять его Луке. Они не возвращаются к скользкой теме, рубятся в приставку, смотрят кусками прошлый матч и играют в дартс. — Так что пошло не так? — спрашивает Серхио, отправляя дротик в центр. — М-м-м, мне не понравилось целоваться, — честно отвечает Лука, все равно Серхио вытянет правду, так что брыкаться бессмысленно. — Как это? — Мокро, нос мешает, дышать нечем, в голове мысли дурацкие. Лука кидает свой дротик и промахивается. — Оуч. А со мной так же плохо было? Лука мотает головой и уклончиво отвечает: — Нет, с тобой лучше было, — не говорить же, что после того поцелуя колени минут десять тряслись. — Так, ладно. Будем считать, что все дело в Кларе, может, это она что-то не так делала. Со мной-то у тебя никаких проблем. — Угум, — отвечает Лука, уже догадываясь, что Серхио на достигнутом не успокоится. Они переходят на кухню, и Лука подогревает в микроволновке ризотто. Он почти кожей ощущает, напряжение, которое витает в воздухе, оно пышет от окаменевшего в проеме двери Серхио, как жар от доменной печи. — Со мной у тебя никаких проблем, — повторяет он и смотрит тяжелым оценивающим взглядом. — О чем ты? — спрашивает Лука, ставя тарелки с едой на стол и доставая приборы. Серхио молчит. Он отлепляется от двери и садится за стол, все так же, не отрываясь, смотрит на Луку. — Мы могли бы заняться сексом? — Нет, — тут же отвечает Лука. — Меня не тяготит моя девственность. Ты почему-то решил, что мне это нужно, а я и встречаться-то ни с кем не хочу. Меня все устраивает, — врет он. Серхио хмурится, а потом выдыхает, улыбается и легко соглашается: — Не хочешь, ну и ладно. Тогда на море никого не будем тебе искать, просто отдохнем. Но мое предложение всегда в силе. — Устраивает. Они ужинают и больше к этой теме не возвращаются. Ночью, оставшись один, Лука не может перестать думать о предложении Серхио. Если он согласится, то наверняка получит удовольствие, но возникает много вопросов. Зачем это Серхио? Что будет потом? Нужен ли разовый секс самому Луке? Он вертится в кровати почти до утра, думая обо всем случившемся. *** — Е-ху-у-у! — С воплями счастья Серхио прыгает с валуна в море, поднимая тучу брызг. Лука вытирает соленые капли с лица и брызгает в отместку на вынырнувшего Серхио, который заразительно смеется, хватает его в охапку, и они падают в воду вместе. Это так весело. Луке необходимо расслабиться: тяжелый сезон, мелкие травмы, нервотрепка последних дней — всё вымотало его до предела. Сехио отлично умеет веселиться и утягивает за собой Луку. Сейчас — пляж, а до этого бар и аквапарк, и к ним никто не пристает. Коварно улыбаясь, Серхио засовывает Луке сзади в плавки огромный кусок водорослей. — Ajd u kurac! — ругается Лука, а Серхио счастливо смеется… Вечером они в одних трусах сидят в номере отеля на кровати Серхио и играют в чинчон, Лука выкладывает последовательность из семи карт и победно вскидывает кулаки. — Время загадывать желание. В голове почему-то глупо и внезапно вертится «поцелуй меня». Лука гонит от себя предательские мысли. Это ему совершенно не нужно, и он мотает головой, пытаясь избавиться от них. Серхио словно чуствует что-то — он легонько касается пальцами голого колена Луки и говорит: — Я исполню любое желание, только попроси. — Не могу ничего придумать, — шепчет Лука, который вдруг мучительно хочет именно то, чего не стоит делать. Серхио решает всё за него — наклоняется близко-близко, в свете настенной лампы в темных радужках его глаз видны более светлые искорки. — Тогда я выберу за тебя. Лука словно в замедленной съемке видит, как ресницы Серхио опускаются, тот медленно прикасается к его губам своими. Луке ничего такого не надо — настолько не надо, что он со стоном отвечает, вцепляясь в плечи Серхио, словно утопающий в спасательный круг. В животе все скручивает от острого желания. На них так мало одежды, что плачевное состояние Луки скоро становится понятным и Серхио. Тот прикусывает и посасывает нижнюю губу Луки, и от этого почему-то закладывает уши и сладко ноет в подреберье. — Хочу тебя, — шепчет Серхио, отстраняясь, и у Луки пропадает последнее желание сопротивляться. Никто и никогда не говорил ему такого. Серхио целует его кадык и просит: — Позволь. Можешь быть сверху, только подпусти к себе. У Луки на секунду проскакивает паническая мысль, что он может сделать что-то не так, но она исчезает, как только Серхио ведет языком по его груди вниз. Лука за подбородок приподнимает голову Серхио и целует его сам. Неизвестно, что будет после этой ночи, но сегодня он надеется получить всё. Не отрываясь друг от друга ни на мгновение, они ложатся на покрывало. Лука чувствует, как к его боку тут же прилипает несколько игральных карт, но всё это неважно. Его интересует только Серхио — и то, надолго ли хватит его самого. Он не хочет кончить раньше времени. — Можно тебе отсосать? — спрашивает Серхио, а у Луки от вопроса словно ядерная бомба в голове взрывается, голос подводит. Лука может только коротко кивнуть. Серхио отстраняется, приспускает с Луки трусы и улыбается. — Не понимаю, как с таким отличным членом ты остался до сих пор девственником. Луке есть что сказать, но он не успевает, Серхио лижет его член, словно леденец. Лука таращится во все глаза, стараясь запомнить то, что видит и чувствует. Губы Серхио растягиваются, и он жмурится, пытаясь насадиться как можно глубже. Лука вдруг понимает, что странный звук, который он слышит это его собственные жалобные поскуливания. То, что с ним происходит, слишком приятно. Серхио опускает голову и касается носом его лобка. Луке кажется, что лучше быть не может. Очень хочется видеть, что происходит, но это невозможно, глаза Луки закатываются, в ушах грохочет пульс. Кажется, что его сейчас разорвет от удовольствия. Он чувствует подступающий оргазм. Когда Серхио резко отстраняется, Лука хнычет от потерянных ощущений. — Если ты согласен, то сейчас самое время меня трахнуть. Лука чуть в обморок не падает от этих слов — к этому он не готов, но, кажется, готов к другому. — Может, ты меня? Серхио неверяще смотрит на него, он что-то беззвучно шепчет. Лука на излете слышит «спасибо». Серхио стягивает с себя трусы, откидывая их подальше. Лука, как загипнотизированный, смотрит, как он достает из тумбочки лубрикант и презервативы. — Будет легче лежа на животе. Лука не соображает, что говорит Серхио, и тот переворачивает его сам. Дурман удовольствия потихоньку развеивается, и Лука замирает в ожидании, когда Серхио начнет его растягивать. К заднице Луки прикасается что-то мокрое и упругое, а потом Серхио издает причмокивающий звук. — Зачем? — сипит Лука. — Ты восхитительный, хочу тебя вылизать всего, — уверено говорит Серхио, и у Луки внутри что-то ломается. Он себе такого не мог представить даже в самых смелых фантазиях. Серхио посасывает нежную кожу прямо за яйцами Луки, лижет, ввинчивается языком в сам анус. Ужасно неловко и восхитительно приятно. Первый палец, щедро смазанный лубрикантом, Лука чуть не пропускает, потерявшись в ощущениях. Серхио нежен, он никуда не спешит, и через какое-то время Лука понимает, что хочет большего. Он корчится на трех пальцах Серхио, стараясь насадиться глубже, — ему нужно сильнее. — Пожалуйста, — почти плачет он. Все исчезает. Лука на секунду остается один, а потом Серхио опускается сверху. Член гораздо больше пальцев, Лука чувствует наполненность и растянутость. Это не больно, но удовольствие, на грани которого он опять балансировал, отступает. Серхио двигается безумно медленно, пока не входит до упора, а потом так же мучительно, не торопясь, отстраняется. Лука не ощущает ничего: ни карт, все так же впивающихся в кожу, ни ткань покрывала под животом, ни ветер из окна — только эти неторопливые движения, которые заслоняют весь остальной мир. Серхио скулит, но ритм не ускоряет, и Лука двигается ему навстречу. Это действует словно спусковой крючок. Серхио чувствительно прикусывает кожу на его плече, оплетает пальцами его член и резко толкается внутрь. Луке кажется, что по его нервам хлестнули кнутом, он прогибается навстречу, и следующий толчок вышибает из него дух. Кажется, он кричит, Серхио двигается резко, размашисто, покрывая вспотевшую спину Луки поцелуями. — Такой хороший. Мой. Сейчас кончу, — шипит Серхио, наваливается и замирает. Лука чувствует, как в заднице пульсирует его член. Он не успевает понять что происходит, как Серхио выскальзывает из него, резко поворачивает и снова берет его член в рот. Острота ощущений ушла, все стало снова просто приятно, он закрывает глаза и просто наслаждается. Серхио засовывает два пальца в его задницу и двигает ими синхронно. Лука словно на качелях летит, он чувствует, как оргазм подступает волнами, и не хочет его оттягивать. Наверное, стоит предупредить, но он не успевает… Он выгибается и долго, и мучительно кончает. Серхио не отстраняется, глотая сперму Луки… Он опустошен и морально, и физически, в голове толкаются неприятные мысли. Не хочется, чтобы это заканчивалось. Лука прикрывает глаза, надеясь на секунду задержаться в этом мгновении — пока они вместе, и пока он как будто нужен Серхио. Тот ожиданий Луки почему-то не оправдывает: вместо того, чтобы отстранится, лезет обниматься и впивается в губы Луки поцелуем. На языке чувствуется горький привкус соли, это так странно. Лука не верит в происходящее. — Пожалуйста, не гони, — внезапно говорит Серхио. — Куда же я тебя прогоню? — удивляется Лука. — Решишь, что это был одноразовый перепихон. Знаю я тебя. А мне нужно большее. Большее? Лука готов отдать всё, что у него есть. Он просто не верит, что это могло кому-то понадобиться. Кажется, он говорит это вслух, потому что Серхио добавляет: — Ты удивительный, и я не собираюсь ждать, пока остальные это поймут… Лука прикрывает глаза, и Серхио обнимает его.