Переломный момент

30 августа 1996 год. Что такое жизнь? Каково это думать о своём будущем? Знать, что у тебя впереди целая жизнь, в которой ты сам себе хозяин? Что чувствует нормальный человек, просыпаясь утром? Он понимает, что наступил новый день, но не осознаёт всю его значимость. Для него это обыденное дело. Он встал, собрался и ушёл по своим делам. Его совершенно не интересует, что там происходит за окном, о чем поют птицы и куда идут люди. Его не радует пейзаж уходящего лета за окном, ведь он видит это постоянно, из года в год, и впечатлить это уже не может. А ведь никто и не догадывается, что для кого-то незначительно, то для другого – это несбыточная мечта… За окном шел дождь. Это лето выдалось поистине ужасным, и погода подтверждала это. Дождь бил крупными каплями по крыше и окнам Малфой-Менора. Казалось, что она сама оплакивала тех, кто находился в поместье, и пыталась предостеречь. Но могла ли она это сделать? Он любил такую погоду. Казалось, только она одна способна понять его израненную душу. Она как никогда подходила в архитектуре поместья. И без того тёмные залы и комнаты были погружены во мрак из-за витражных окон, в которых были видны одни лишь густые тучи. В каждой комнате приходилось зажигать свечи и вставлять их в канделябр. Да, выглядело это очень красиво и придавало богатому убранству ещё более загадочный вид, но вряд ли это было удобно хозяевам дома, постоянно бравшим его с собой. Он сидел и смотрел в окно. Драко впервые за этот месяц дал себе небольшую передышку и позволил отдохнуть, отпустив немного свои мысли. Он смотрел и пытался ответить на свой вопрос: во что превратилась его жизнь. Как из обычного подростка, он превратился в того, кого сам ранее боялся. Ещё прошлым летом у него была обычная жизнь среднестатистического подростка. Он уехал отдыхать к друзьям, много веселился и последний месяц готовился к школе. И что сейчас? Всё лето он провёл дома, обучаясь мастерству тёмной магии под руководством самого жестокого волшебника своего времени. Каждый день под руководством Волан-де-Морта и своей любимой тётушки Беллатрисы Лестрейндж он обучался самым тёмным проклятьям и изучал Окклюменцию. Теперь все его мысли были защищены, и никто не мог прочитать их, кроме, конечно же, одного человека. От него не было никаких тайн, и время от времени он звал к себе, чтобы проверить его на наличие правильных соображений, не противоречащих его идеологии. Но кому понравится быть безвольной куклой, мысли которой находятся в открытом доступе для сумасшедшего тирана? Драко пришлось самостоятельно научиться отделять часть своих воспоминаний и чувств от хозяина, ежедневно практикуясь в окклюменции, выстраивая кирпичик за кирпичиком в своей голове. Теперь у него была неразрушимая стена, за которую не мог пробраться даже мастер Легилименции. Сейчас, смотря в окно, он мог немного расслабиться и подумать о чём-то своём, не связанном с тёмной магией. Видя своё отражение в окне, Драко хотел что есть силы разбить его, чтобы перестать видеть себя и свою убогость. Чтобы кровь стекала по его костяшкам рук, и он смог почувствовать, как эта жалость и отвращение медленно уходит из его тела и души. После пятого курса он перестал нравиться самому себе, ему было противно от осознания того, во что он превращается. Но единственное, что он мог сделать, это продолжать смотреть в окно, без возможности пошевелиться. Нельзя привлекать к себе внимание, он должен оставаться спокойным и уравновешенным, несмотря на то, что в его доме находится само исчадие ада. Раньше он видел в Волан-де-Морте своего кумира, ему нравилась идея создания чистокровного общества, в котором нет места грязнокровкам. Он и его семья всегда придерживались этой позиции, поэтому доверились идеалистической философии Того-Кого-Нельзя-Называть. Но как же быстро они разочаровались. Эта идея оказалась ничтожной, по сравнение с той, что Волан-де-Морт был просто помешанным злодеем, и единственное, что он хотел, это то, чтобы ему преклонялись всю его вечную жизнь. Сейчас Драко сидел и осознавал, что раньше будь у него возможность, он бы обязательно предпринял попытку как-то избежать этого положения. Может быть, он бы предложил уехать и не участвовать во всём этом, но вряд ли бы в этом его поддержал отец, который уже на протяжении долгих лет находится на служении у Тёмного Лорда. В дверь тихо постучали. Драко уже заранее знал кто это по осторожным стукам, принадлежавшим лишь одному человеку. - Входи – сказал он тихо. Драко встал со своей мягкой на вид кровати, которая в данный момент ощущалась хуже раскалённых камней, чтобы поприветствовать гостя. Массивная чёрная дверь, так подходившая к остальному интерьеру комнаты, бесшумно отворилась. За ней показалась хрупкая фигура женщины, одетой в длинное атласное изумрудное платье, хорошо оттеняющее её глаза. Оно сидело на ней идеально, подчёркивая утончённый вкус и элегантность женщины своего положения. Нельзя вспомнить тот момент, когда она выглядела плохо, ведь такого никогда и не было. Её вечные спутники: идеальная осанка, плавные и тихие шаги, ровный приятный голос. Никто никогда и не догадывался, сколько всего переносит эта сильная женщина, за маской которой скрывается уставшая, запуганная душа, чувства которой могут показать лишь глаза, смотрящие сейчас на человека перед собой. - Здравствуй, мама – сказал Драко и подошёл к ней, поцеловав тыльную сторону её руки. Они по-прежнему остались такими же мягкими как в детстве, несмотря на жестокость этого мира. - Доброе утро, милый – ответила на его приветствие Миссис Малфой и сжала его руку своей. Как же им не хватало времени побыть вместе, наедине, как в детстве, когда они могли подолгу разговаривать и гулять. Сейчас всё изменилось, и им приходилось довольствоваться этими крохами времени, за которые они лишь узнавали как дела друг у друга. – Ты готов? - Да – вот и весь ответ, ведь другого просто и быть не может. Не готов, так заставят, и выбора не будет. Сегодня Тёмный Лорд вновь собирает заседание своих верных слуг, на котором даст новые поручения. В этот раз его получит и Малфой-младший. Драко давно уже знал, что это будет за задание, слухи о котором ходили всё лето, но Лорд собирается вынести его официально на собрании при всех Пожирателях Смерти, чтобы показать, насколько он горд своим учеником и, что может доверить ему одно из самых важных поручений. - Я готов, не переживай, пожалуйста, – пытался он объяснить это своей матери, видя у неё в глазах уже начинавшиеся слёзы. Нарцисса Малфой крепко держала его за руку, надеясь, что так сможет немного задержать его участь. Драко, нехотя, выпустил свою кисть из её оков. - Я готовился к этому всё лето. Уже поздно чего-то бояться. Я должен идти. Мама? Нарцисса аккуратно вытерла своей рукой одинокую слезу, скатывающуюся по своему лицу. Слезу, в которой заложена вся печаль и страх матери за своё дитя. Она подарила ему свою печальную улыбку и, открыв дверь, пропустила его вперёд, идя следом за ним. Драко шёл в зал и понимал, что вот-вот наступит переломный момент в его жизни.