Любовные похождения омеги

Майлз давно знал, что природа знатно над ним пошутила. Ну, а как еще расценивать тот факт, что он родился омегой? Двухметровый мускулистый громила со зверской рожей – и вдруг омега! Тут любой альфа трижды подумает, прежде чем просто приблизиться к нему хотя бы на пару метров. В принципе, Майлз особо не возражал против уважительной боязни окружающих – несмотря на свою омежью природу, ему и даром не были нужны все эти долгие секс-марафоны в качестве принимающей стороны, домашнее гнездышко и толпа сопливых отпрысков. Другим омегам может и было это в кайф, но Майлз совершенно не понимал, как можно наслаждаться непрерывной многочасовой долбежкой в анус: он однажды попробовал – в юности, чисто из любопытства, и потом несколько дней, матерясь во всю глотку, прикладывал к горящему кровоточащему отверстию лед и ранозаживляющие мази. Что уж говорить про беременность и адскую боль при родах? Ну нет, пусть родители требуют внуков у старшей сестры – благо, что она как раз недавно нашла свою пару. Впрочем, телесные потребности никуда не девались, и Майлз, если ему надоедала дрочка, позволял себе время от времени спустить пар: на месяц-другой отказывался от супрессантов, и когда наступала течка – пускался во все тяжкие. Вот и сегодня вечером похотливый омега вышел на охоту: притаившись возле бара свиданий, он внимательно наблюдал за нетрезвыми альфами, выходящими из дверей. В этот раз его выбор пал на мужчину среднего роста, с приятным лицом и крепким, но не перекаченным телом. В принципе, если бы не мускусный запах прирожденного альфы, его даже можно было принять за крупнотелого омегу. — Привет, красавчик! – томно мурлыкнул Майлз, встав на пути у альфы. Тот уперся взглядом в широченную грудь, удивленно икнул и, задрав голову, уставился на ощерившегося в «кокетливом» оскале великана. Вздрогнув, шагнул было назад, но тут в его ноздри ударил крышесносный аромат течного омеги. Глаза незадачливого альфы разъехались в разные стороны, и он глупо заулыбался. — О-омега-а-а-а! – протянул он. — Моя сладкая омега-а! — Ага, красавчик, я весь твой! – поддакнул Майлз, хватая мужчину под мышки и таща в укромный уголок. Точнее, в свою квартиру, где уже все было готово для теплого приема. Альфа приоткрыл глаза и снова икнул: он, полностью обнаженный, был распят на широченной кровати. А напротив него стоял голый брутальный мужик с огромной елдой наперевес и пожирал его плотоядным взглядом. Перепуганный альфа заверещал и задергал всеми конечностями разом, но увы – железные наручники были слишком прочными. — Т-ты кто? З-зачем меня связал? — Ты что – забыл, малыш? Это же я, твоя сладкая омежка! – ухмыльнулся Майлз и ущипнул альфу за сосок. Тот совершенно не мужественно взвизгнул: — Омега?! С такой… с таким… размером?! — Ага. Просто меня в детстве очень хорошо кормили, вот и вырос – большой-пребольшой! – Майлз склонился над паникующим мужчиной. — А сейчас мы с тобой пошалим, дорогуша! Альфа бешено забился в путах, но до его ноздрей вновь донесся божественный аромат течного Майлза вперемежку с его потом, и он опять расплылся в радостно-идиотской улыбке: — О-о-омежка-а! — Да-да, милый, я весь твой! А теперь расслабься, красавчик! – Майлз аккуратно развел ноги альфы в стороны и приставил к его анусу щедро смазанный любрикантом член. Альфа испуганно дернулся, но Майлза было уже не остановить: он протаранил узкое, явно девственное, очко своей жертвы и начал жестко его трахать – под аккомпанемент диких воплей. Секс-вечеринка длилась почти всю ночь, и лишь под утро Майлз освободил рыдающего, покрытого кровью и спермой альфу. Тот передвигался с огромным трудом, шатаясь и спотыкаясь на каждом шагу, но все равно изо всех сил спешил оказаться как можно дальше от чрезмерно активного "омежки". Майлз, томно потягиваясь, ухмылялся ему вслед: он совершенно не боялся, что мужчина пойдет с жалобой в полицию – ведь ни один альфа никогда и никому не признается, что его отымел омега.