причины не влюбляться

Есть много причин никогда не влюбляться. Поверьте: оно вам не надо! Не совершайте ошибок, не губите себя, ведь эмоции, отданные во влюблённость, в эту страсть и чувства, их не вернуть!.. Вы будете думать только об этом человеке. Каждый божий день. Ладно, может, не каждый: если вы не будете видеться неделю, то в один день ты, возможно, и не вспомнишь, что где-то вдали от тебя находится человек, чей образ заставляет тебя поверить в те самые банально сентиментальные бабочки в животе. Трепет в груди — было бы более точным. И нет, это не происходит по схеме «заснул, думая о нём, проснулся, думая о нём», но ложась в кровать или начиная день, ты всё равно сердцем чувствуешь, что жизнь имеет смысл, если эта ночь сделает тебя ближе к встрече с ним. Когда ты не можешь управлять собственной головой, становится страшно: что ещё может уйти из-под контроля? Ведь на уроках литературы нужно слушать о замысле автора и том, как он передаёт его в своём произведении, а не любоваться другим человеком; на физике должно быть интересно нечто большее, чем тот несуществующий ток, который каждый раз при взгляде приятно покалывает кожу; а на химии не должно быть сожалений о том, что этот предмет не о вас двоих. Это всё не нужно. Это всё обременяет. Раздумья украшают человека, но такие бесконечные пытки самого себя? Это жестоко. Влюбиться — жестоко по отношению к самому себе. Не влюбляйтесь, ведь… Вы будете чувствовать себя глупо. Со всех сторон. Со всех ракурсов. Согласитесь, странно, когда ты, смеясь, смотришь только на него, чтобы увидеть его улыбку, или когда при разговоре с кем-либо ты ищешь только его реакцию, только она тебе важна; когда ты засматриваешься и теряешься в реальности, думая о том, какими же красивыми могут быть люди, какими прекрасными, восхитительными; когда ты задерживаешься, замечая, что задерживается он, и когда тебе приходится торопиться, ведь он не дождался — ушёл раньше; когда ты, отчаявшись, незаметно пишешь на своей руке его имя, надеясь, что с надписью сотрётся и желание находиться с этим человеком каждую минуту, каждую секунду — тем временем чернила не исчезают, а въедаются в кожу, не оставляя ни шанса на спокойную жизнь. Как это глупо! А не быть способным оторвать взгляд хотя бы на час? Что там час — пять минут! Это же просто невозможно! Как только взгляд цепляется за него, все тревоги и проблемы растворяются в воздухе, будто их и не существовало, — появляется такое опьяняющее чувство спокойствия и безмятежности, что ты непроизвольно привыкаешь так сильно, так безнадёжно, так больно… Вам будет больно. От этого никуда не деться. Как только он будет не рядом — это всё, конец, пропасть, дыра, отчаяние. Улыбка в другую сторону — ты уже думаешь, что он к тебе равнодушен; смех с другими людьми — ты уже думаешь, что он к тебе равнодушен; живая беседа где-то без тебя — ты уже знаешь, что он к тебе равнодушен, ибо в тебе нет, видимо, ничего такого, из-за чего бы он прямо в этот момент был именно с тобой. И как-то голову, которой управляет лишь это ошалевшее безрассудное сердце, не волнует, что право на свою жизнь есть у каждого человека — у него в том числе. И в груди всё равно что-то рассыпается, ломается, трескается, становится невозможно смотреть, думать, дышать, существовать: его не хватает. Его — который в голове и мечтах. Не хватает. Хочется. Ближе. Больше. Хочется. А больно. Ведь этого нет. Сейчас. Нет. Вы будете ревновать. Самая неприятная часть всей этой сумбурной бессмыслицы! Ревность! Грызёт не хуже совести, загоняя тебя в угол собственных накручиваний и переживаний. Сравнивание себя с другими обеспечено. Принижение себя к уровню плинтуса (если не ниже) — вдвойне. И никакая любовь к себе тебя не спасёт, ведь влюблённость — чёрт побери это слово — вывернет тебя сто раз, прежде чем даст выдохнуть и забыть то, что люди вокруг существуют и в чём-то они немного — или намного — лучше тебя. Лучше, наверное, в том, что они сейчас разговаривают с ним, ведя непринуждённую беседу, заводя дружбу — хотя бы какой-то вид отношений, — пока ты тем временем остаёшься в стороне. Наблюдаешь. Съедаешь себя изнутри. Ревнуешь. Трусишь. Вы будете винить себя. Слишком замкнутый, слишком тихий, слишком некрасивый, слишком необщительный, слишком трусливый, — слишком влюблённый. Всё слишком… слишком. Почему нельзя по-другому? Почему нельзя не чувствовать? Почему если и чувствовать, то в тишине — в тени, из которой не выбраться? Зачем быть таким трусом и мучать самого себя? Вы сейчас не вместе, именно из-за того что тебе не хватило сил подойти; вы сейчас не улыбаетесь друг другу, именно из-за того что тебе страшно, что улыбка сдаст тебя раньше времени; вы сейчас не решаете судьбу ваших отношений, потому что ты боишься быть отвергнутым, осмеянным, выгнанным, ненужным. Если бы не ты, могли бы существовать «вы». Но этого всё не происходит — тебе больно, ты злишься, ты в отчаянии. Этого всего не происходит — по твоей вине. И вино от этого не спасёт. Ничего не спасёт — надо спасать самого себя. Но как?.. Вы станете зависимы. Пять минут — это немного? Правда? Вы так думаете? А если в течение этих пяти минут не знать, будет ли возможность увидеть его хотя бы раз за день, насколько длинными могут стать эти пять минут? Они ведь решающие. Он — опоздал. Ты — изнываешь. Хотя бы намёк на то, что он не придёт (заболел, что-то случилось, куда-то уехал — что угодно), и ты уже терзаешь себя мыслями, а мысли тебя — чувствами. И день уже кажется бессмысленным, и жизнь — пустой, и ты — никчёмным. Без него. Совершенно ненужный. День. Свет. Ты. Как низко. Как стыдно. Как избавиться? И стоит ему прийти, лишь показаться на одно мгновение, как всё, что было так близко к гибели, оживает, обретая наконец краски. Можно специально не поднимать голову, можно не оборачиваться или не следить; можно заметить лишь краем глаза, услышать едва уловимый шорох или задеть ухом одну небрежно брошенную фразу, и сразу тревога отступает. И сразу ты облегчённо выдыхаешь. И тебе лучше: ты принял свою дозу. Дозу человека. Не влюбляйтесь, ведь… — Пойдём? Вильгельм обернулся в пустом коридоре, тут же увидев, что пустым коридор вовсе не был: за ним стоял незаметно улыбающийся Симон. Мгновенье — и Вилле уже его целует, обнимая крепко-крепко. Всё, вдруг всплывшее в голове, было отложено в долгий ящик, ибо пора было наконец вернуться к настоящему, а не дышать воспоминаниями. Он скучал. Они скучали. Мысли ушли. Вот теперь хорошо. Есть много причин никогда не влюбляться, правда. Поверьте: оно вам не надо! Не совершайте ошибок, не губите себя, ведь эмоции, отданные во влюблённость, в эту страсть и чувства, их не вернуть!.. Не влюбляйтесь никогда, любите — вечно.