Сладкое зло.

Глава двенадцатая. День пятый. Мне опять приснился очень странный сон. Я гуляла по особняку в одной сорочке. Вокруг была давящая на мозги тишина, как на кладбище ночью. Мне казалось, что в этом огромном доме я совершенно одна. Всё будто умерло. Лёгкий ветерок гулял по длинным коридорам, развевая мои волосы. Мне не было холодно, но по моему телу бегали мурашки от необъяснимого чувства тревоги. Я всем своим существом ощущала напряжение, повисшее в воздухе и сжимающее мне горло. Особняк выглядел как-то абсолютно по-другому. Обои на стенах были ярче и насыщеннее, чем обычно. Да и вещи, к тому же, стояли не на своих местах. Например, я точно помню, что картины висели по правой стене, а сейчас они на левой. Может, братья решили сменить интерьер? Хотя зачем им это нужно!? Я спустилась вниз и вышла на улицу. Тёплый воздух обдал меня со всех сторон, что выглядело достаточно странно, потому что в особняке ветер прохладный. Я будто попала в другой мир. Вроде, тот же фонтан, те же кусты роз, но в то же время что-то изменилось. Ах да, розы! Они не красные. Я помню, что ещё вчера они имели алый цвет, а теперь белые. Как такое может быть? Ну не покрасили же их! Яркое солнце ослепляло глаза, отчего я всё время жмурилась. Не помню, когда в последний раз над особняком Сакамаки сияло солнце. Обычно только дождь и тучи. Вдалеке послышались чьи-то голоса, напоминающие детские. Я так и застыла на месте, не зная, что делать. Дети? Здесь? Что они тут делают? Неужели это какие-нибудь родственники братьев? Только не это! Со стороны сада внезапно выбежали трое мальчиков, улыбаясь и пытаясь поймать в сачки бабочек, разноцветным хороводом летающих в разные стороны. У меня отпала челюсть. Эти мальчики… Канато, Аято и Райто! Только маленькие. Им лет восемь-девять, не больше. Я сразу их узнала. Этот заразный смех Аято, эти тигриные глаза Райто и его извечная ухмылка, это немного сумасшедшее выражение лица Канато. Это точно они! Но почему маленькие? Не в прошлое же я вернулась! Аято пробежал мимо меня, даже не замечая, будто я какой-то невидимый и неосязаемый призрак. Он взмахнул сачком, и в сетке появились три бабочки синего, фиолетового и светло-жёлтого цвета. На лице Аято расплылась улыбка победителя, будто он выиграл олимпийские игры. - Смотрите, сколько великий я поймал, - Аято гордо вздёрнул подбородок, будто в самом деле совершил настоящий подвиг, а не просто поймал трёх бабочек. - Почему я ничего не могу поймать? – тихо спросил Канато. Он утёр рукавом кофты выступившие слёзы. Райто ободрительно улыбнулся и похлопал Канато по плечу, внимательно вглядываясь в стаю пёстрых бабочек, летающих около него. - Не плачь, Канато-кун, - улыбнувшись, сказал Райто. – Я поймаю для тебя больше бабочек, чем Аято. - Эй, о чём ты там говоришь? – недовольно воскликнул Аято. - Посоревнуемся? – ухмыльнулся Райто. В глазах Аято зажёгся азарт, а его зелёные глаза заблестели, словно изумруд высшего качества. - Сам напросился, - воскликнул Аято. Но веселье мальчиков длилось недолго. Не успели они начать свои соревнования, как к ним подошла женщина, раздражённо смотря на детей. Эта незнакомка… Та женщина из моих снов и видений. Я просто уверена, что это она! Я не смогу её ни с кем спутать. Я заметила в незнакомке некоторое сходство с тройняшками. Например, у неё были такие же зелёные глаза, как у Аято и Райто, волосы такого же цвета, что и у Канато. Они все взяли от неё понемногу, но всё же и не были очень похожи на неё. Скорее, частями. При виде женщины ребята замолкли. Канато перестал плакать, а Райто улыбнулся так, как если бы увидел перед собой Богиню красоты. Только Аято смотрел на незнакомку с некоторым недовольством, будто вообще видеть её не хотел. - Аято, что ты делаешь? – спросила женщина, недобро ухмыляясь. - Я играю, - ответил Аято. Голос его звучал очень напряжённо. - Мальчики, не могли бы вы нас покинуть? – женщина улыбнулась, смотря на Канато и Райто. Те без вопросов кивнули Аято и убежали в сад, гоняясь за летевшими бабочками. - Аято, сколько раз я должна повторять! Ты должен в такое время сидеть в комнате и учиться! – закричала женщина. На её лице не осталось ни следа от той улыбки, какую она несколько секунд назад дарила Райто и Канато. - Но я только и делаю, что учусь днями напролёт! – воскликнул Аято. – Я хочу играть! Почему ты разрешаешь Райто и Канато веселиться допоздна, а мне нет!? Женщина посмотрела на Аято убийственным взглядом и дала ему пощёчину. Достаточно сильную. От удара её руки на щеке у Аято остался красный след ладони. - Ты ведь знаешь правила, Аято, - холодно сказала женщина. Аято с лицом, полным обиды и злости одновременно, смотрел в сторону, не встречаясь взглядом с женщиной. - Да, знаю, - глухо отозвался Аято. – Я должен быть лучшим. - Вот именно, - женщина улыбнулась, однако улыбка эта была холодной, лишенной материнской любви или одобрения. – Худшим мальчикам место на дне ледяного мертвого озера. Так что ты будешь делать? - Я буду учиться всё время, чтобы порадовать маму, - ответил Аято. Я видела, как его руки сжимаются в кулаки, а глаза с яростью смотрят в сторону. - Молодец. А теперь, как послушный мальчик, иди в свою комнату. И больше меня не расстраивай. Аято кивнул и с опущенной головой побрёл в сторону особняка, скрипя при этом от злости зубами. Женщина вдруг посмотрела прямо на меня. Она ухмыльнулась и рукой показала на грудь, в то самое место, где у меня находится сердце. Затем лицо этой прекрасной незнакомки почему-то стало расплываться и исчезать, словно мираж. Я резко открыла глаза и села в кровати, лихорадочно хватая ртом воздух. Сон… Это просто очередной сон… Но он самый странный из всех. Я будто попала в прошлое. Но это невозможно. Если только это не чьи-то воспоминания… - О, Плоскогрудая, ты очухалась, наконец, - услышала я задорный голос, пронзающий самую душу. На кровати, около меня, сидел Аято и вертел в руке бабочку от моего школьного костюма. Его зелёные, горящие во тьме, глаза сияли нетерпением, а волосы, как всегда, находились в лёгком беспорядке, что придавало Аято только ему свойственное очарование. Я только сейчас вспомнила, что в школе Аято внезапно проголодался и решил утолить свою жажду моей кровью на крыше. Он выпил слишком много, и я потеряла сознание. В итоге, он, наверное, отнёс меня в дом. Вот только я не узнаю свою комнату… Или это обитель Аято? О Боже, зачем он принёс меня в свою комнату? Комната Аято представляла собой худший кошмар, который только можно себе вообразить. На стене у него висели различные орудия пыток и головы животных. А у правой стены стояло главное сокровище Аято – Железная Дева, самое ужасно орудие пыток, какое я только знаю. Огромная кровать с тёмным постельным бельём никак не могла положительно сказаться на моём настрое. Я очень боялась. Аято никогда не приводил меня в свою комнату. Видимо, он задумал что-то поистине ужасное, раз не хочет, чтобы нас кто-то беспокоил. Ведь у братьев существует ультиматум – они не могу проникать на чужую территорию беспрепятственно. Только с разрешением. Но дураку понятно, что никто не хочет видеть посторонних в своём пространстве. Особенно Аято. - Не делай такое глупое лицо, Плоскогрудая, - Аято усмехнулся и отложил мой бантик в сторону. Его глаза хищно блеснули в полумраке комнаты. Я вжалась в кровать, стараясь унять дикое желание броситься наутёк. - А-А-Аято-кун, зачем ты принёс меня в свою комнату? – дрожащим голосом спросила я. - Глупый вопрос. Чтобы поесть, разумеется. Великий я не наелся. Ты слишком быстро теряешь сознание. - Но ты ведь уже пил сегодня, - тихо сказала я. Взгляд Аято похолодел, отчего я испугалась ещё больше. Я не хочу видеть его таким холодным. Так он всё больше напоминает мне ту женщину… его мать. - Я хочу ещё, - заявил Аято, пододвигаясь ко мне. Я стала пятиться назад, но упёрлась в спинку кровати. Сердце моё забилось в бешеном танце, и мне показалось, что оно сейчас просто выпрыгнет. - Не надо, - прошептала я. Но Аято не услышал моего умоляющего голоса. Он схватил меня за руку и резко притянул к себе так, что я буквально свалилась на него. Через секунду я почувствовала на своей шее горячее дыхание. - Стой! Пожалуйста, прекрати, - воскликнула я, ощутив на коже острые, словно бритва, клыки. - Заткнись, Плоскогрудая. Не дергайся. - Ну почему же ты такой жестокий? – прошептала я, обращаясь скорее к себе, чем к Аято. Это как мысли вслух. Иногда только разговоры с собой не дают мне сойти с ума окончательно. Аято внезапно отстранился, сжимая мои руки с такой силой, что я услышала хруст собственных костей. На глаза у меня выступили слёзы от нестерпимой боли. - Я жестокий? – возмущённо воскликнул Аято. В его глазах заплясали искорки гнева. – Да я обращаюсь с тобой нежнее, чем кто-либо, и ты ещё смеешь предъявлять мне какие-то претензии! - П-прости… - промямлила я. - Немыслимо, - пробормотал Аято. Он резко встал с кровати и оказался около стены, где висели орудия пыток. Аято придирчиво посмотрел на свои сокровища и остановил взгляд на ужасной штуке, по форме напоминающей грушу. Только металлическую и немного больше обычного фрукта. - Плоскогрудая, ты, я смотрю, охамела в последнее время. Если ты ещё никого не выбрала, это не значит, что нужно забывать свои права. То есть, у тебя, в общем, нет прав. Ты формально моя собственность, но и в то же время… Короче, неважно, - пробурчал Аято. Он снял со стенки ту металлическую штуку, напоминающую грушу, и стал медленно подходить ко мне. На его лице опять расплылась задорная весёлая и азартная улыбка, будто он собирается устроить вечеринку года или сыграть в карты. - Это, - Аято покрутил орудием пыток в своей руке передо мной, - груша. Древнее и очень эффективное пыточное орудие инквизиторов. Оно вставляется в отверстия человека и растягивается, тем самым принося нестерпимую боль, от которой, зачастую погибают или лишаются рассудка. Обычно груша применялась, преимущественно, к женщинам. Ведь у них есть очень интересное отверстие в области... – Аято посмотрел на место в моём теле, располагающееся внизу живота. – Ну, думаю, ты поняла, про какое отверстие в твоём теле я говорю. Я с ужасом посмотрела на свой живот и на то, что располагалось чуть ниже него. О нет. Это просто кошмар! Он же не собирается… О Господи, это просто ад наяву, с учётом того, куда Аято собирается втыкать эту металлическую штуку. Только не это! - А-Аято-кун, не надо, - пискнула я, когда Аято сел на кровать, играя грушей в руках так, словно это был какой-то мячик. - Почему бы и нет? Ненавижу неподчинение. Оно достойно худшего наказания. Раздевайся! – тоном, не терпящим возражений, приказал Аято. Я сжалась в комочек, тряся головой. Слёзы беспощадно жгли глаза. - Пожалуйста, не делай этого, - взмолилась я. - Закрой рот! Просто разденься! Или мне тебе помочь? – язвительно спросил Аято. - Ты не сделаешь этого, - прошептала я, в душе всё ещё на что-то надеясь. - Ты в этом уверена? – бровь Аято эффектно изогнулась. – Проверим? - Нет! - Хм, вижу, ты сама не хочешь раздеваться. Что ж, если так, то придётся тебе чуть-чуть помочь. Аято внезапно оказался в миллиметре от меня, нависая сверху. Он вдавил моё тело в кровать, продавливая матрас до критической отметки. В его глазах в эту секунду было что-то абсолютно сумасшедшее, не поддающееся логике и здравому смыслу. Но почему-то этот взгляд меня манил, точно мёд медведя. Я никогда не видела Аято таким диким. И не знаю, каким образом, но я всем своим существом чувствовала его возбуждение. Аято медленно, словно растягивая удовольствие, стал расстёгивать пуговицы на моей блузке. Я застыла на месте не в силах что-то сказать. Я знала, что он сделает мне больно. Очень больно. Но отчего-то мне совершенно не хотелось сопротивляться. Однако я ужасно боялась. Страх проникал в каждую клеточку моего организма. Аято, покончив с пуговицами, содрал с меня блузку и швырнул её в сторону. Его глаза помрачнели, утрачивая тот сумасшедший блеск, какой обычно в нём горит. Его глаза затуманились. Как и мои. Он наклонился и шумно вдохнул в себя аромат моей кожи. Я ощутила, как он сжал мои руки ещё сильнее. - Ты так чудесно пахнешь, когда боишься, - проникновенно прошептал Аято мне на ухо. – Потрясающе. Но ведь ты испытываешь не только страх? - О чём ты? – охрипшим голосом спросила я. - Ты знаешь, - туманно ответил Аято. – Возможно, если бы ты изначально вела себя хорошо, я бы не прибегнул к таким крайним мерам. - Аято-кун, прости меня, пожалуйста, - голос мой сорвался на шёпот. – Я больше никогда не буду сопротивляться. Только не вставляй в меня эту ужасную штуку. - Грушу, - с некоторой обидой в голосе поправил меня Аято. – Ладно, так уж и быть. Сегодня я очень милосерден. Ты должна меня за это поблагодарить. - А как? – я пожалела, что задала этот вопрос, когда Аято отстранился и в его глазах опять загорелся блеск предвкушения. - У меня миллион идей… - увидев моё испуганное выражения лица, Аято тут же сказал: - … но пока ограничимся поцелуем. Я громко сглотнула, краснея, как рак. Да, конечно, поцелуй лучше, чем смертельные пытки, но я так ужасно смущаюсь… - Х-хорошо, как скажешь, - обречённо вздохнула я. Аято сел в кровати и посмотрел на меня с вызовом в глазах. Наверное, он ждал, когда я, наконец, соберу волю в кулак и его уже поцелую. Я глубоко вздохнула и медленно пододвинулась к Аято. Он не сдвинулся с места. Его горящие зелёные глаза не покидала ухмылка, будто он задумал что-то совсем недоброе. Я была к Аято уже совсем близко. Стоит чуть-чуть наклониться, и мы поцелуемся. Я и хотела этого и не хотела одновременно. В моей голове в этот момент пролетало великое множество мыслей, и все они были мрачного содержания. Не сомневаюсь, что Аято одним поцелуем не ограничится. Это произошло. Аято, видимо,надоело ждать, когда я уже поцелую его. Он сделал это сам. Просто схватил меня за подбородок и притянул к себе. Не могу описать того, что я почувствовала. Но это был самый необычный поцелуй в моей жизни. Губы Аято были, словно наркотик. Мне хотелось ещё и ещё… Разум уступил место дикому желанию, которое сжигало меня изнутри. Мне казалось, что я сейчас просто сгорю. Поразительно. Как у Аято это получается? Ещё минуту назад я боялась его до чёртиков, а теперь… хочу? Определённо, если бы он сейчас приказал мне признать его своим хозяином, я бы без промедления это сделала. Такому хозяину, как Аято, хотелось подчиняться. Аято отстранился и ухмыльнулся так, что моё сердечко совершило сумасшедший вальс. Кровь стучала в висках. Я даже толком не осознала, что опять лежу на кровати, прижатая Аято. И как он успел меня повалить? Когда? Почему я этого не заметила? - Тебе не стыдно, Плоскогрудая? – весело спросил Аято. – Так возбудиться от одного поцелуя! Ты превзошла все мои ожидания. Я отвернула взор в сторону, понимая, что Аято абсолютно прав. Как я могла? Это же всего лишь поцелуй! Но моё тело так горит и ноет, словно его одновременно жгут на костре и растягивают. Просто невообразимо. Аято никогда на меня так не действовал. Что изменилось сейчас? - Знаешь, - задумчиво сказал Аято, наклоняясь к моей шее. Кожу обдало горячим дыханием, которое распалило меня ещё сильнее. – Я мог бы доставить тебе больше удовольствия, если бы ты выбрала меня. Скажи, о ком ты думаешь? - Я…, - голос мой сорвался. Я только сейчас осознала, что думаю обо всех сразу. – Ни о ком. - Как ты смеешь врать мне в лицо? - прошипел Аято. В его глазах отразилась злость. Он схватил моё горло и сжал с такой силой, что я чуть не задохнулась и не потеряла сознание. - Я тебя убью, если ты не скажешь мне правду, - холодно произнёс Аято. Он отпустил моё горло и вперил в меня пронзающий до костей взгляд зелёных глаз. Я лихорадочно думала, что бы такого ответить ему и при этом не разозлить. Сказать правду, что все братья по-своему прекрасны, и каждый из них делает что-то, отчего мои мысли переворачиваются с ног на голову? Например, ещё вчера я думала, что Субару нет дела до меня, но вчера он доказал мне обратное. Или Шу, который сначала был куском льда, а затем внезапно растаял! Даже Рейджи, вечно критикующий меня, вдруг решил доставить мне удовольствие. Очевидно, что с братьями творится что-то не то. Они… меняются. Будто не знают, что делать, или их эмоции выходят из-под контроля. Аято постепенно терял терпение из-за моего затянувшегося молчания. Что ему сказать? Правду? Или неправду? Соврать? Да он видит меня насквозь! О Боже, я не знаю, как поступить. Я не хочу его злить. - Я… я не могу решить, - промямлила я. Аято мой ответ не удовлетворил. Он недовольно хмыкнул и наклонился к моей шее. - Я тебе помогу, если ты так затрудняешься с выбором, - прошептал Аято. Я ощутила его клыки в своей коже. На этот раз Аято пил медленно, причиняя мне ещё больше боли. Я разве что не кричала, прикусив губу. Не знаю, что происходило, но мне было просто нестерпимо больно. Мне казалось, что в шею мою воткнули иголки. Тысячи маленьких иголочек. У меня даже слёзы на глаза навернулись. Тело моё онемело. Аято не прекращал пить. Он, наверное, решил покончить со мной. Возможно, мне стоило дать ему другой ответ и не злить ещё больше. Но я сказала правду! Я не знаю, кого выбрать. В последнее время я всё чаще думаю о Субару, но потом мои мысли внезапно перескакивают на Шу. С Шу на Райто, с Райто на Аято, потом на Канато или Рейджи. И так по кругу. А ещё эти случайные встречи… На дороге, в библиотеке, потом снова на дороге… Ну как при таких обстоятельствах вообще можно что-то решить? И ещё эти сны… Аято отстранился и лёг около меня, буравя взглядом потолок. Я могла бы попробовать уйти, но тело моё было способно совершать лишь малые действия. Перевернуться или отодвинуться. «Обними Аято» - раздался голос в моей голове. Сейчас он был лишен язвительности или издевательства, с каким обычно говорил. Я подумала, что предложение этого голоса было совершенно недопустимым. Что Аято подумает, если я внезапно полезу к нему с объятиями? «Давай же! Ему будет приятно». Я не была в этом так уж уверена. Всё ещё сомневаясь и не зная, как поступить, я просто смотрела на Аято, который закрыл глаза. «Поверь, я лучше знаю, что ему нужно» - не успокаивался голос. Не веря в то, что делаю, я придвинулась к Аято и положила голову ему на плечо. Он на секунду замер, удивлённо смотря на меня. Да… я сама такого от себя не ожидала. - Плоскогрудая, что ты задумала? – подозрительно спросил Аято. Я ничего не ответила. Просто закрыла глаза и наслаждалась спокойствием и теплом тела Аято. Он тоже был горячим. Или он всегда такой? - Ну ладно, на сегодня достаточно. Я тебя отпускаю, - пробормотал Аято. «Скажи, что не хочешь уходить» - посоветовал голос. Не знаю, почему, но я прислушивалась к его советам. Да и как я уйду, если моё тело парализовало? - Я не хочу уходить, - тихо произнесла я. - Что? – немного ошарашено спросил Аято. Да, согласна, на меня совершенно непохоже. – У тебя, наверное, крышу снесло от страха и удовольствия одновременно. Возможно, я слегка переборщил. «Скажи, что тебе понравилось» - услышала я голос. «Да ни за что» - подумала я. «Скажи! Ты ведь хочешь обратно в свою комнату? Я тебе это устрою. Просто делай, что я говорю». - Мне… понравилось, - буквально выдавливая из себя слова, сказала я. Аято пребывал в абсолютном шоке. О Господи, что говорю? Почему я слушаю какой-то голос в своей голове? - Да ты рехнулась, Плоскогрудая, - пришёл к выводу Аято. – Хорошо, я сам тебя отнесу. Только перестань нести чепуху. Мне показались странными слова Аято. Он же сам всегда говорил, что мне приятно, просто я не хочу этого признавать. А теперь, когда я ему призналась, что мне понравилось, он обвиняет меня в чём-то? Да он сам не может определиться, чего хочет! То ему нужны мои признания, то он считает их чепухой! Аято встал с кровати, как-то странно отворачивая свой взор в разные стороны. Он взял меня на руки и понёс в сторону моей комнаты. На какую-то долю секунды мне показалось, что я видела на лице Аято смущение, хотя, наверное, это галлюцинации. Аято никогда не смущается. Я принимаю желаемое за действительное. Мои глаза просто слипались, поэтому я их закрыла, решив, что в бессознательном состоянии буду неинтересна Аято. Последнее, что я помню перед сном, это слова: «Вот видишь! Можно заставить любого мужчину делать то, что тебе нужно. Мы ещё об этом поговорим. Спокойной ночи, Юи». И затем я провалилась в сон. Прямо на руках у Аято, уже не испытывая тот страх, какой был всегда. И я осознала, что что-то изменилось в Аято. И во мне тоже…